Без названия

Пожалуй, им в самом деле не стоит так часто конфликтовать по пустякам, думает Жан, не выпуская из рук куртки Эрена, когда земля уходит из-под ног, и оба они проваливаются в какую-то яму. Вернее, в этот момент мысли его состоят в основном из эпитетов в адрес как Эрена, так и самого себя - и часть из них он озвучивает, когда обдирает спину и больно приземляется на ноги. - Блядь, какого хера!.. Трещина в земле глубокая, но узкая - и оба оказываются прижаты друг к другу. Эрен мрачно смотрит вверх, где метрах в полутора над ними светлеет небо, потом переводит угрюмый взгляд на Жана. На щеке наливается лиловым синяк. - Доволен? - Что значит - "доволен"?! - взрывается Жан. - Это же ты, урод, предложил зайти подальше в лес, чтобы Микаса нам не помешала! - А кто говорил: "Только сестричку не зови, когда получишь"? - А ты и повёлся! Жана накрывает волной нового раздражения. Одна рука его крепко прижата к телу, но другой, которая по-прежнему сжимает воротник куртки Эрена, он пытается достать до его лица. Тот без труда уклоняется и в ответ с размаху наступает каблуком на ногу Жана. Это очень больно - и это грязный приём, которым могут пользоваться только девчонки типа Анни, которым не хватает силы на нормальный удар в морду, считает Жан. Но и он сейчас не может дать сдачи как следует, и единственное, что остаётся - стукнуть Эрена в лицо собственной головой. - Твою мать! - Эрен отдёргивает голову, насколько позволяет каменистая стенка за спиной, под носом и на губе выступает кровь. - Получил? - Жан довольно улыбается - давно уже он не задавал трёпку этому идиоту. Но тут Эрен наклоняется вперёд и впивается зубами в его ухо. Примерно минуты две оба, тяжело дыша и крепко прижимаясь друг к другу, пытаются подраться. В результате у Эрена разбита губа, рассечена бровь и синяк уже на второй щеке, из насквозь прокушенного уха Жана капает на плечо кровь, а на ногах, кажется, не осталось живого места. - Отъебись, - хрипло говорит он, когда Эрен делает очередную попытку толкнуть его коленом. - Псих. - Сам же начал первый, - Эрен сплёвывает кровь и попадает Жану прямо на плечо. - Надо выбраться отсюда. Оба поднимают головы и смотрят вверх - край ямы так близко и в то же время недостижим - потом друг на друга. - Позвать на помощь... - неуверенно начинает Жан, и оба тут же в голос говорят: - Нет. Поднять руку вверх в такой узкой трещине не представляется возможным, но Жана прошибает холодный пот при мысли, что Микаса может застать его в таком идиотском положении. Или... или Райнер узнает, и тогда прохода не будет от его идиотских шуточек. Как же хорошо, что они сейчас далеко от тренировочного лагеря. Похоже, Эрен пришёл к такому же выводу, и оба теперь просто стоят, прижавшись друг к другу словно голубки, и напряжённо думают, как им выбраться. - Я могу тебя подсадить, - наконец нехотя предлагает Жан. - Встанешь мне на руки, потом на плечи... Но чтобы мне потом помог, понял? Эрен сжимает губы, словно сдерживается от крепкого ругательства, и наконец кивает. - Помогу. Но мне не поднять ногу до твоих ладоней, здесь тесно. - Я приподниму тебя, а ты сначала упрись ногой в землю, а потом о мои руки, - объясняет Жан ему, словно ребёнку. Тот хмурится, потом, видимо, принимает какое-то решение и кивает снова. Кое-как Жан умудряется обхватить его за тонкую, словно у девчонки, талию и приподнимает, к чёртовой матери обдирая руки о торчащие камни и корни. Хорошо, что это не Райнер или Бертольд, думает он, хотя Конни вот полегче будет. Зато с Конни он не оказался бы в такой ситуации, как с этим идиотом. - Руку подставляй, - велит Эрен, когда его грудь оказывается примерно на уровне носа Жана; похоже, он крепко упёрся ногой о землю. Жан осторожно отпускает его и переплетает пальцы, и Эрен, держась руками о неровные стены ямы, наступает на руки, вдавливая острую коленку в его грудь. Когда Жану кажется, что его рёбра вот-вот треснут, Эрен приподнимается и подтягивает вторую ногу. Ещё одно усилие - Жан едва успевает наклонить голову, чтобы ему не заехали коленом в нос, но и трещина тут шире - и Эрен уже на его плечах. Особенно неприятно, когда он наступает на голову, но вот давление пропадает, сверху падает несколько комьев земли, и Жан слышит: - Я всё. Теперь в яме куда свободнее, но Жан всё равно уверен, что сам выбраться не сможет. Если Эрен решит оставить его здесь... - Держись. - перед его носом болтается трос, и Жан крепко ухватывается обеими руками. - Спасибо, - машинально говорит он, когда достигает края ямы, и Эрен протягивает ему руку. Он почему-то ухмыляется от уха до уха, и Жан сам поневоле улыбается. Вот это приключение, и главное, с кем? С чёртовым придурком Эреном. - Никому ни слова, - предупреждает Жан, а Эрен вдруг протягивает руку и касается его укушенного уха. - Что скажем? - Что я тебе морду наконец начистил, - отрезает Жан и вдруг начинает смеяться. Эрен, присев на траву рядом, хохочет вместе с ним. - Скажем, что просто упали в овраг, - предлагает он, отсмеявшись. - Главное, чтобы никто не узнал... ну, о том... - О чём? - холодно спрашивает Микаса, подошедшая совершенно неслышно. Эрен и Жан, оба перепачканные, в синяках и следах укусов, в порванной одежде, испуганно переглядываются. Ни у кого их нет ни единой светлой мысли о том, что ей можно ответить.