Так как-то само получается.
5 мая 2020 г., 11:59
Радуга пьяна.
Хвост на голове криво завязан, а на лицо спадает персиковая прядь. Девушка готова поспорить, что она самый отвратительный человек на свете.
Она всегда знает это. Радуга Дэш - мудак.
Но так само получается.
Сыровато-зеленые стены подъезда, исцарапанны корявыми рисунками и надписями. Радуга рассматривает их так же вдумчиво, как и пивные пятна в яблочном пабе, пытаясь растянуть время. Но здесь нет черепашек.
И смысла тоже нет.
Радуга нехотя вставляет ключ в замок, и старается тихо сделать два оборота.
Шаг.
Дома пахнет сладкой ватой и карамельным попкорном. Свет в коридоре горит, а дверь в одну из комнат приоткрыта.
Щеки Радуги горят.
Но не так. Не самым ярким красным, а бледно-лиловым.
Она облокачивается на стену, скидывает джинсовку, и теряет желание существовать.
Девушка смотрит на бананово-желтые балетки на полу и аккуратно ставит рядом убитые кроссовки.
Радуга выключает свет в коридоре и заходит в комнату. Она не раздеваясь падает в свою кровать.
Радуге стыдно. Она не находит себе место. Ей тесно. Приторный воздух обжигает легкие. Она поворачивается и смотрит на кровать Флатт.
Флаттершай прерывисто посапывает. Ее светло-вишневые кудри идеально рассыпаются по подушке, а на щеках розовеет раздражение от соли.
Девушка обнимает плюшевого кролика и сухими губами еле слышно бормочет что-то сквозь сон. На ее кровать падает холодный свет уличного фонаря.
Радуга засыпает.
Вкус крови во рту.
Ее сердце даже во сне бьется неровным ритмом.
Ей стыдно сейчас, и будет стыдно утром.
Она, быть может, и не хочет возвращаться в квартиру так поздно, не хочет приходить пьяная, не хочет отводить взгляд и краснеть.
Может быть, Радуга и не хочет быть расстраивающей, но Флаттершай уже плачет, так как-то само получается.