Украсть, так королеву...

Гермиона не спешила покидать ванную комнату. Тёплая вода смывала с тела следы ночной страсти и, расслабляя мышцы, облегчала душу. Почему-то сегодня Гермионе всё казалось отнюдь не таким ужасным, как привиделось вчера, когда ей сообщили радужные перспективы её дальнейшей жизни. Оказалось, что на самом деле не так страшен черт, как его рисуют, а в её конкретном случае – близость с Малфоем. Драко действительно не был ни груб, ни жесток, а если уж говорить, положив руку на сердце, то прошлая ночь стала самой удовлетворяющей в жизни девушки. Оказывается, бесконечное прыганье Малфоя по разнообразным постелям студенток всех четырёх факультетов, плюс, сколько там у него было жён за последние одиннадцать лет – а в выигрыше оказалась Гермиона. Впрочем, оставаться так долго в ванной начинало быть подозрительным, и все ещё опасавшаяся его шуточек, Грейнджер покинула защиту ванной комнаты. Оказалось, что в её отсутствие Драко уже успел приказать доставить завтрак, и сейчас небольшой чайный столик был изысканно сервирован на любой вкус. Хотя, если внимательно присмотреться, то в основном он был сервирован именно на вкус Гермионы, и угадал Драко очень даже неплохо. – Завтрак подан, – игриво поклонившись, Малфой одной рукой взял её запястье, как нарочно возле этого самого браслета, а вторую положил на талию, направляя Гермиону к стулу. – Благодарю, все выглядит просто замечательно, – элементарную вежливость никто ещё не отменял, и поэтому Гермиона одарила своего «господина», или как там его следовало называть наложнице, хоть и довольно таки прохладной, но светской и вполне дружелюбной улыбкой. Если девушка боялась, что трапеза будет смущать их обоих, то оказалась полностью не права. Драко вёл себя очень естественно и развлекал её бесконечными разговорами ни о чём. Гермиона по большей мере молчала, но вновь ловила себя на мысли: каким-то образом, всё выходит очень естественно, словно так оно и должно быть. Впрочем, когда трапеза уже практически закончилась, девушка не удержалась от очередной шпильки: - Мой господин собирается держать меня взаперти в этой комнате? – Отнюдь, – и снова Драко не принял вызов. – Ты можешь выходить, когда захочешь, и идти, куда угодно. Библиотека, сад, просто гуляй по поместью, по менору - в пределах ограды поместья у тебя ограничений нет. Уж прости, но совы пока что тебя слушаться не станут, как и ты не сможешь получать почту. Родители уже давным-давно позавтракали, но я очень надеюсь, что ты окажешь нам честь присоединиться к нам за обедом. Гермиона натянуто улыбнулась, а Драко с невозмутимым видом хозяина положения, коим он, бесспорно, являлся, направился к выходу. Впрочем, уже у самой двери он остановился и ухмыльнулся: - И, дорогая, небольшая просьба. Отрасти обратно волосы. Ты представить себе не можешь, героями скольких весьма нескромных и откровенных сексуальных фантазий являлись твои шикарные локоны. Скажу лишь, что не иметь возможности запустить в них пальцы - огромное разочарование. И с этими словами Малфой прикрыл за собой дверь, а Гермиона подавила острое желание запустить ему вслед чем-нибудь тяжёлым. Впрочем, ей не нужно было намекать дважды, что «просьбой» этот приказ назвали из вежливости, и в любом случае, ни парихмахерской, ни даже обычных ножниц ей не видать. Ладно, отстаивать право на короткую стрижку, когда красуешься в браслетах наложницы - это уже просто глупо. В любом случае, осознание, что свою «откровенную и нескромную фантазию» Драко сможет воплотить в жизнь еще очень нескоро, грело душу. Её волосы были на самом деле острижены очень коротко. Родителей Драко Малфой обнаружил в одной из самых уютных комнат менора. Мать читала книгу, хотя если бы Драко пригляделся, он бы заметил, что страницы не переворачивались уже около получаса. Отец просматривал утренние газеты. Пожелав обоим доброго утра, Драко опустился в кресло напротив матери и вежливо осведомился об их самочувствии. Люциус поднял глаза от газеты и одарил сына оценивающим взглядом невозмутимых, серых глаз, а мать раздраженно захлопнула книгу: – Я очень надеюсь, Драко, что ты не решил зачать ребёнка без обоюдного согласия или силой? – Поверь мне, Нарцисса, тебе не о чем беспокоиться, - Люциус даже не оторвался от газеты. - Сила применена не была, а «обоюдного согласия» было по меньшей мере в разы больше, чем в большинстве заключённых по расчёту чистокровных браков. Всё-таки, мисс Грейнджер всегда была умной девочкой. – А ты, конечно же, обо всём осведомлён, – миссис Малфой даже и не пыталась скрыть из голоса раздражение. – Я все ещё хозяин в этом доме, дорогая. Я знаю всё, что происходит в его стенах. Нарцисса закатила глаза, но было видно, что леди менора немного успокоилась. Вновь привлекая к себе внимание, Драко проговорил: – Кстати, о зачатиях с согласием и без. Вы в курсе, что Тёмный Лорд был зачат под любовным зельем? А побочным явлением в подобной ситуации является неспособность плода любить? – А вот это как раз многое объясняет, – едва слышно проговорила Нарцисса и добавила уже громче. – Нет, мы не обладали этой информацией. – И намного интереснее было бы узнать, каким образом мисс Грейнджер осведомлена об этом? – хладнокровно добавил Люциус. – В любом случае, я настоятельно пригласил Гермиону присоединиться к нам за обедом, – выражение лица Драко была нечитаемо. – Надеюсь, ни у кого не найдётся возражений? – Будем рады разделить трапезу с мисс Грейнджер, не правда ли, дорогая? – Совершенно верно, дорогой. Будущей матери нашего будущего наследника пора ознакомиться с обычаями этого дома. Так что, Драко, будем с нетерпением ожидать обеда, – и с этими словами Нарцисса Малфой покинула комнату. Проводив её взглядом, Люциус отложил газету и обернулся к сыну: - Насколько я понял, мадемуазель приняла правильное решение. Хотя, не совсем понимаю, как тема любовных зелий и рождения Темного Лорда оказалась затронутой вами. - Выбор должен быть всегда, - Драко пожал плечами. - А заодно я знаю теперь разницу между амортенцией и запрещённым старым министерством любовным зельем. Кстати, отец, я дал ей доступ в библиотеку, как ты и советовал. - Следи за её исследованиями. Сам понимаешь, нам это тоже пригодится, - Люциус прищурился. Во время их беседы его что-то насторожило, но он покамест не мог с точностью сказать, что именно. Просто, Гермиона сейчас кого-то напоминала... - Я знаю, - Драко кивнул. - Кстати, она за час воспроизвела все ваши расчеты и формулы. Плюс, вычислила конкретные нарушения. Правда, мотивом было отвертеться от вашего выхода из ситуации, но увы и ах. И отец... - Я тоже все помню, - Люциус прищурился. - Эта Ведьма впечатляет, Драко. Его сын лишь молча кивнул. Гермиона присоединилась к ним за обедом. Девушка избрала надеть одно из темно-изумрудных платьев в пол с щедрым декольте. Рукава надежно скрывали её «тату от Беллатрикс» на руке, правда, Гермиона прекрасно знала: «картинки клубов по принадлежности» на коже тут почти у всех. Впрочем, уже через несколько минут Гермиона страшно пожалела, что вообще открыла рот этим утром. За столом она себя чувствовала, как на цирковом помосте, хотя собственно Малфоев ни в чем обвинить бы не смогла. Люциус по большей части молчал, как и Драко. Нарцисса пыталась поддерживать ни к чему не обязывающие разговоры, но ничего полезного с её уст не сорвалось. Гермиона сидела, прямая, как палка, и по большей степени молчала, лишь изредка растягивая губы в вежливой, резиновой улыбке, или отвечала вполне односложно, если отмолчаться было невозможно. Конечно, в горло ей не лез ни один кусок, и она даже с трудом заставила себя проглотить несколько глотков воды. И то, она это делала лишь для того, чтобы избежать неловкости или не отвечать на какой-нибудь очередной вопрос Малфоя. Люциус вновь умудрился сделать несколько упоминаний о созданном ею «мире» и школе. Впрочем, саму Гермиону очень мучил один вопрос: как Псы вдруг сообразили их найти? И означало ли это, что одиннадцать лет их не искали? – Кстати, о сильных волшебницах, – Люциус Малфой вдруг усмехнулся. – Сегодня утром я имел удовольствие побеседовать с мистером Ноттом. Похоже, Теодор встречался с вашими соратниками и теперь мы все просто в восторге от тех чар, которые именно вам, моя дорогая, удалось изобрести. Это же надо, столько всего сплести воедино! Неудивительно, что любые поисковые чары отлетали от ваших куполов, как Дементор от Патронуса, и разбивались в пыль. – А смысл? – Гермиона знала, что лучше бы ей промолчать, но накопившееся раздражение уже сорвалось с губ. Впрочем, убить они её все равно не убьют, и не покалечат тоже. Она у них тут ценный экспонат, за который даже гонки устраивали. – Все равно в конечном итоге вы пробили мою защиту и нас разыскали. – Ну, скажем, это не совсем так, – Драко Малфой вдруг усмехнулся, качнул головой и отложил в сторону обеденные приборы. – Мы все вас одиннадцать лет искали, но отыскать не могли. – Исходя из того, что как только приспичило, то сразу нашли, посмею сделать вывод, что плохо искали. Или не было достаточной мотивации, – мисс Грейнджер с вызовом подняла взгляд на Малфоев. Нарцисса прыснула в салфетку: – А вы мне нравитесь, милочка! И нет, как раз мотивация у них была. У них мозгов не было, а точнее, было слишком много самоуверенности и чувства собственного превосходства. – Вы сейчас очень сильно напоминаете мне свою сестру, Андромеду, – невольная гостья на этом празднике жизни подняла взгляд на младшую из сестёр Блэк. – А самое смешное, что она сказала дословно то же самое. Правда, почти одиннадцать лет назад, и теперь я в Малфой-меноре. Что вновь наводит меня на мысли, что не так сильны были скрывающие чары. – Вас нашли благодаря этой глупой девчонке, с детства влюблённой в Блейза Забини, - насмешливо выплюнула Нарцисса. - Ваша Китти Голд оказалась для них просто бесценным золотом, которое не умеет молчать. Именно она посоветовала обратиться к маггловскими сыщикам с фотографиями. Ну, а дальше они все повытаскивали из памяти образы, превратили их в колдографии, а потом послушались совета обездвижить. Получились фотографии. А деньги и в маггловском мире способны творить чудеса. – Способ нас найти подсказали вам магглорождённые? – Гермиона буквально потеряла дар речи. Как могла эта Китти их предать? Сама Гермиона была готова к любой пытке, но из того, что уже сказал Малфой, следовало, что во всяком случае если верить Драко, с мисс Голд жестоко не обращались. – Вам следует простить эту недалёкую юную леди с Хаффлпафф, – Люциус улыбнулся. – Мисс Голд всего лишь хотела, как лучше. Она услышала про наши проблемы и для себя логически заключила, что это лучший способ вновь объединить наш мир и ваш. – А когда Слизеринец заливает уши девушке с Хаффлпафф, – Нарцисса говорила настолько бурлящим сарказмом голосом, что Гермиона удивлённо приподняла бровь. – То один всегда не договаривает, а вторая идёт навстречу, потому что хитрости увидеть второе дно нет. И ума тоже. Одним словом, мисс Голд решила, что нашла способ для «мира во всём мире». Гермиона кивнула. Теперь все стало на свои места, они действительно не рассчитывали, что чистокровные найдут лазейки именно через Маггловский Мир. А ещё, она действительно была права: все эти годы Псы не особенно рвались, а вот сейчас дело запахло керосином, или, как говорили в мире волшебном, кострами святой инквизиции, и чистокровные засунули свою гордость книззлу под хвост.