Сыграем, Лексус?

Мы больше не разговаривали с Бисклоу о Нацу, Лисанне или о ком-то ещё из этой шайки. Было всё понятно без слов. Этих ребят многие стали ненавидеть. Но мне отчего-то казалось, что Бисклоу не может ненавидеть Лисанну. Её имя он произносил с отчаянной нежностью, за что себя и проклинал. Слишком больно терять кого-то. Пусть даже только и в мечтах. Оказавшись на территории поместья, я поняла, что мне даже дышать стало легче. Между мной и Бисклоу было молчаливое понимание. Может быть, это было связано с тем, что мы с ним потеряли близких людей. Я потеряла любимого Нацу, а Бисклоу – Лисанну. Я привыкла думать о том, что всё что ни делается – всё к лучшему. Интересно, а Бисклоу думает об этом? Дом не был закрыт на тысячи замков, как это обычно всегда было, так что в дом мы попали через парадную дверь. Сразу было понятно по обстановке, что домом никто не занимался, потому что везде была пыль и грязь. Ничего удивительного, если учесть, что после смерти отца прислуга в доме задерживаться не стала. Да и мне, если честно, было больно здесь находиться. Однако на моего сопровождающего даже эта скудная роскошь произвела впечатление. Бисклоу присвистнул. -И ты сбежала из этих хором, - он не спрашивал. Просто констатировал факты. Я усмехнулась. – Ну и дура, Хартфелия. Хотя, если учесть, что делал твой отец, то я, наверное, сам бы смылся… Я не стала отвечать, и мы молча пошли в сторону лестницы, которая вела на верхние этажи. К слову, я сразу поняла, что дом разграбили. Так что надеяться на то, что ключи могут быть здесь, было глупо и бессмысленно. Однако поиски всё равно надо было хоть откуда-то начинать. Так что я решила сначала наведаться в комнату матери. -Ты можешь сказать мне, зачем ты вообще сюда приехала? – до этого момента Бисклоу даже не задавался этим вопросом, но сейчас ему всё-таки стало интересно, что я забыла в этом доме. -Мама кое-что мне оставила…в наследство. Я здесь, чтобы забрать это… - я не стала смотреть на него, даже косо. Это мне не требовалось. Я знала, какая улыбка растянулась на губах волшебника. Насмехающаяся. Бисклоу не стал это никак комментировать. Мы оказались в широком коридоре, который раньше был увешан картинами. Сейчас здесь ничего не осталось, кроме ободранных стен. Я шла прямиком к двери, что вела в спальню матери. У родителей были отдельные комнаты. Я никогда не задавалась вопросами, почему мама спит отдельно от отца, но сейчас я понимаю. Он слишком много работал, а стены их общей комнаты давили на Лейлу, так что она обустроилась в комнате гораздо меньше общей спальни. Приоткрыв дверь, я зашла внутрь. Надежда на то, что ключи всё ещё могут быть здесь, испарилась. Мамина комната была похожа на свалку. Кровать была перевернута, полки со стены валялись на полу. Книги были там же. Я шумно выдохнула. Бисклоу скривился. -Ладно, Люси. Скажи мне, что ты ищешь, и я помогу тебе, - я прекрасно понимала, что копаться в чужих вещах ему не хочется, но почему-то я готова была на это согласиться. Нужно проверить всё поместье, а одна я с этим точно не справлюсь. -Ключи. Как у меня… - я указала на связку, что болталась у меня на поясе. – Не знаю, так же они выглядят или нет. Но я точно знаю, что это ключи… -Припереться хрен знает куда, чтобы поискать какие-то ключи, которых здесь может и не быть, - Бисклоу бурчал это себе под нос. Это ворчание явно не предназначалось для моих ушей, так что я сделала вид, что не услышала его слов, однако мои губы всё равно растянулись в виноватой улыбке. Мы принялись за поиски. Не знаю, сколько мы потратили времени, но на втором этаже ключей мы не нашли. Мамина, папина комнаты были перевернуты больше всех остальных. Даже в отцовском кабинете не было такого бардака. -Я пойду поищу внизу, - Бисклоу потёр затекшую шею и вышел из кабинета. Я слушала, как отдаются эхом его шаги в коридоре, потом всё стихло. Он больше не ворчал и относился к поискам терпеливо. Мне было стыдно, что ему приходится этим заниматься вместе со мной. Бисклоу не должен был. Его это не касалось. Помощь от Леви я могла бы принять, а помощь от Бисклоу – это, извините меня, странно. Последняя комната, которую я не хотела трогать до самого последнее, принадлежала мне. Идти туда мне очень не хотелось. Там были мои воспоминания о детстве, которые трогать не было никакого желания. Я была уверена, что там ключей нет, поэтому не порывалась даже зайти туда. Зато здесь побывал Бисклоу, когда мы разделились. Однако желание заглянуть туда одним глазком всё же было. И я поддалась, прекрасно зная, что пожалею об этом. Моя комната тоже была перевернута. Комод с вещами, шкаф с игрушками. Боль от того, что мой дом грабили, лишь усилилась. Я прошла внутрь, оставив дверь открытой. Здесь точно не может быть ключей. Я села на поломанную кровать, взяв с пола моего старого плюшевого медведя. Обстановка навевала тоску и необъяснимую грусть. Неужели нельзя было этого допустить? Неужели всё это случилось потому, что я покинула дом? Может быть всё это можно было сохранить? Вопросы мучили меня, а ответов на них у меня не было. Я уткнулась носом в медведя. От него пахло сыростью. Я фыркнула и положила игрушку на постель. Мой взгляд скользнул по деревянным доскам, а затем наткнулся на доску, которая немного выделялась от остальных. Точно! У меня же были свои маленькие тайники, которые я не трогала с тех самый пор, как не стало мамы. Я сорвалась с места и опустилась на колени, стараясь подцепить несчастную деревяшку. Та поддалась не сразу, но поддалась. Я отложила дерево в сторону и посмотрела, что же осталось у меня в этом тайнике много лет назад. Несколько серебряных монет, заколки, что подарил мне отец, ключи, платок. Ключи? Я не верила своим глазам. Передо мной в тайнике лежало два ключа. Они были меньше, чем ключи Знаков Зодиака, зато серебряные. Я дрожащими руками достала их. Они были завёрнуты в клочок бумаги. Я сглотнула и развернула его. «Дорогая Люси. Если ты читаешь это, то меня уже нет в живых. Болезнь взяла своё. Люси, эти ключи я передаю тебе. Они знают о том, что попали к тебе в руки. Обращайся с ними правильно. Не используй во зло. Я люблю тебя. Мама». Я прикрыла рот рукой, чтобы не зарыдать в голос. Она знала, что должна умереть, и оставила это мне. Завещала. Нет, я, конечно, надеялась, что она оставит мне записку. Но получить весточку от неё столько лет спустя, когда я сама писала ей письма, которые не имела возможности отправить… Несправедливо. Внутри у меня всё болезненно сжалось. -Мама… - я всё-таки всхлипнула и позволила слезам выйти наружу. Мне сейчас было просто необходимо выплакаться. Я должна была излить всю ту боль и тоску, что накопилась во мне. У меня ведь больше нет семьи, кроме тех ребят, что любят меня в гильдии. У меня нет матери. Нет отца. Лучшие друзья меня предали. Это было…больно. Впервые я действительно поняла, что мне больно. Неужели раньше я всё это игнорировала в себе? Неужели раньше я этого не чувствовала? Нет, чувствовала. Просто задор Нацу и холод Эльзы не позволяли мне окунуться в это с головой. А сейчас… сейчас у меня всё было по-другому. -Люси... – голос Бисклоу застал меня врасплох. Я вскинула голову и увидела его в дверном проёме. – Что…? – он заметил в моих руках ключи и замолчал. Я снова опустила глаза. Нет. Надо брать себя в руки. Нельзя быть размазнёй! Я не имею на это права. – Это ключи твоей матери? – он говорил тихо, но я услышала и кивнула. Он помолчал немного. – Она оставила тебе записку? – его голос звучал отстраненно, словно в моей голове, словно это и не он вовсе говорит. Я снова кивнула. – Тогда плачь, Люси. Не каждый день такое случается… - я всхлипнула, снова зажав рот ладонью. – Я подожду тебя внизу. Вечереет. Нам надо возвращаться… - он постоял немного, а затем пошёл прочь, а я зарыдала в голос. Получив его одобрение, мне стало легче. Он прав. Сейчас можно. Я сейчас имею право на эту слабость. Я рыдала минут двадцать, выбирая в голове какие-то отдельные воспоминания, связанные с ней, с мамой. Вот она завязывает мне косичку, и я прошу научить меня её правильно завязывать. Вот она знакомит меня с Водолеем. Вот она дарит мне моего первого плюшевого медведя. И видеть это всё в своей голове больно. По мере того как я плачу, вместе со слезами меня отпускает та боль и отчаяние. Всё это время Бисклоу терпеливо ждал меня на первом этаже. Он больше не поднимался, не нарушал мой мир боли. Наверное, он понимал, что я чувствую. Я ничего не знаю о его родителях, о его семье. Если он ничего мне не сказал, не стал утешать, значит, ему эти чувства знакомы. В моей голове Бисклоу стал человеком, который познал в своей жизни слишком много боли. Даже больше, чем я. Всё-таки я смогла совладать с собой. Вытерев слезы тыльной стороной ладони, я пристегнула новые ключи к связке, а записку оставила в тайнике, который снова закрыла. Пусть она останется здесь. Я не смогу её больше прочесть и окунуться с головой в мир слёз и сожаления. Прости меня, мама. Я тоже люблю тебя. Я спустилась вниз. Дверь на улицу была открыта, а в дверях спиной к лестнице, стоял Бисклоу. Он смотрел, как солнце лениво ползёт к линии горизонта. Я подошла и встала рядом. -Очень красивый вид, - он усмехнулся. – Нам нужно спешить, а то мы не успеем на обратный поезд… Я согласно кивнула. И мы отправились по обратному маршруту. Бисклоу говорил что-то о полях, лугах и цветах. Просто он заполнял пустоту между нами, а может пытался отвлечь меня от мрачных мыслей, как это когда-то сделал Лексус. Они не похожи, хотя я вижу в Бисклоу то, что иногда может промелькнуть в Лексусе. Бисклоу не задавал никаких вопросов. Он не пытался свести свой монолог к моим родителям или к дому, из которого мы вышли. Он замолчал только тогда, когда до станции оставалось всего десять минут. Мы купили билеты и сели на поезд. Всю дорогу между нами было спокойное молчание. Бисклоу, наверное, устал говорить, а может у него просто отбило любое желание. Хотя скорей всего, у меня просто было на лице написано, что мне это сейчас не нужно. -Бисклоу, - я посмотрела на волшебника, когда мы уже должны были сойти с поезда в Магнолии. Он бросил на меня косой взгляд и вопросительно промычал. – Сделай одолжение… -Я никому не скажу. Это слишком личное. Даже мне не следовало это видеть… - он перебил меня так резко и внезапно, а главное – сказал такие правильные вещи. Я просто не могла не улыбнуться. Его губы тоже искривились в улыбке. Наверное, это можно было бы назвать «добродушно», если бы ситуация не была такой печальной. Мы расстались около моего дома, где нас поджидала Елочка. -Где вас черти носят?! – гневно завопила волшебница, когда мы остановились около ступенек, что вели вверх. – Я жду вас уже битых два часа! Нет, как так можно вообще? Твоя смена, Бисклоу, закончилась тогда, когда я тут появилась. Я два часа могла посвятить себе, а вместе этого…! Ух! Как же я зла! – действительно, она была зла. -Эй, Эвергин, остановись. Я сдаю тебе нашу принцессу. Она теперь под твоим конвоем. Не подведи. А я отчаливаю… - он не стал даже прощаться со мной или с Елочкой. Просто ушёл в сторону гильдии, оставив меня наедине с нашей Королевой. -Не хочешь зайти? Что тебе на улице сидеть? – я неловко потопталась. Если честно, то я никогда близко не общалась с Эвергин. Спасибо Лексусу, что он предоставляет мне одну возможность за другой узнать его фракцию получше. -Только если угостишь меня кофе. Я очень хочу спать, - девушка недовольно вздёрнула подбородок, показывая тем самым, что она обижена нашей непунктуальностью до глубины души. -Угощу. Не переживай, - не знаю почему, но её обиженное личико вызвало у меня лишь улыбку. Не более. Но наверное именно этого она и добивалась. Эвергин последовала за мной. Наверное, моя квартира – это действительно просто проходной двор. Кого только не повстречали эти стены. – Проходи и чувствуй себя как дома… - я знала, что пожалею об этой фразе, но не сказать её было бы как-то не гостеприимно. Эвергин прошла следом за мной, прикрыла дверь и начала осматриваться. Её взгляд скользил по стенам, полу, потолку, мебели. Кажется, она была недовольна всем, что видит. -Нет, ну как можно было поклеить такие обои? – она фыкрнула и прошла следом за мной на кухню. – Боже! Кто вообще оформлял эту квартиру? Розовые обои и голубые ящики? Люси, скажи, пожалуйста, что это была не твоя идея… - на её лице выражалась крайняя степень ошарашенности. Видимо она действительно не понимала, как можно было так оформить кухню. -Скажи это женщине, у которой я снимаю квартиру, - я поставила чайник, думая попутно о том, что дизайн моей квартиры действительно в некоторых местах несуразный. -Я обязательно скажу ей, что у неё просто отвратительный вкус. На твоём месте я бы всё переделала, - Эвергин открыла холодильник и наткнулась глазами на торт, который мне принесла Эльза во время моей болезни. – О, есть с чем чай пить… Видимо мою фразу «чувствуй себя как дома» она восприняла буквально, но я не обиделась. После такой прогулки домой у меня осталось мало сил, так что я была не против, что Эвергин тут немного похозяйничает. Девушка достала торт, поставила его на стол, нашла нож и порезала кондитерское изделие на кусочки. К этому моменту чайник уже вскипел. Я разлила кипяток по кружкам и добавила заварку. Затем села напротив Эвергин, которая уже разложила торт по блюдцам, и поставила перед ней наполненную до краёв чашку. -Где вы были с Бисклоу? – девушка активно начала орудовать ложкой в куске торта, деля его на более маленькие кусочки. -Гуляли, - я невозмутимо пожала плечами, словно мы с ним этим занимались каждый день. Наверное, это глупо звучало, потому что Елочка прыснула от смеха, чем вызвала у меня улыбку. Я хотела посмеяться вместе с ней. -Гуляли? Боже. Страсти какие. Бисклоу с кем-то гулял, - она снова разразилась смехом. Тут я уже не выдержала и засмеялась вместе с ней. Видимо, волшебник строил из себя какую-то неприступную каменную глыбу, раз это так развеселило Эвергин. – Нет, серьёзно, Люси. Думай, когда говоришь. Это же уму не постижимо. Бисклоу ненавидит прогулки… Серьёзно, чем вы занимались? Он же сказал, что задницу свою со скамейки не поднимет, а тебе не позволит даже из дома выйти… Я была удивлена. Он так сказал? Да он даже против не был того, что мы отправились ко мне домой. Он же спросил о цели моей поездки только тогда, когда мы уже были там. Странно как-то. Не сходится. -Он помогал мне найти пару нужных вещей. Поэтому мы задержались. Поиски… -Пф. Терпеть не могу что-то искать, - оказалось, что её очень легко перевести с темы на тему. Она сразу забыла о том, что Бисклоу ходил куда-то вместе со мной. – У меня не хватает терпения, если я что-то конкретное долго ищу. Это же просто жуть! Мы долго разговаривали на какие-то отвлеченные темы. Эвергин рассуждала о моей кухне, потом о чашке – чайный сервиз ей не понравился - о своей причёске, о салоне, где ей сделали маникюр, о Леви с Гажилом. Наша Королева ясно дала мне понять, что она человек общительный, хоть и замкнутый в какой-то степени. В лишний раз убедилась, что Громовержцы – это очень сложная организация, состоящая из не менее сложных людей. -Знаешь, Люси, - она допивала уже третью кружку чая. Мне пришла в голову мысль, что этой ночью мы спать не будем. Я хотела предложить ей кофе, но девушка хотела сказать мне явно что-то важное, так что перебивать её своим глупым предложением я не стала. – На самом деле приказ Лексуса показался мне странным. Он – наш капитан, король, если хочешь. И я знаю его очень давно. Он не стал бы просто так ставить тебе нас в качестве охраны… - она подняла на меня глаза, усмехнувшись. – Скажи мне, Люсьена, что между вами было? Внутри у меня всё похолодело. Как она догадалась? Почему она спрашивает об этом меня? Из Лексуса ничего нельзя вытащить? Она решила устроить допрос мне, потому что я – лёгкая добыча? Я начала теряться в догадках, когда нужно было что-то сказать. Молчание затянулось, а она не сводила с меня своих красивых глаз. -Понятно… - внезапно её губы растянулись в понимающей улыбке. – Значит, я всё правильно поняла. Вот же нелепость! – она взмахнула рукой. Я совсем не понимала, что она имеет в виду. Поставив чашку на поверхность стола, я облизала пересохшие губы. Сердце колотилось где-то под горлом. Мне так казалось. -Эвергин, я не знаю, что тебе сказать… - эти слова я из себя буквально выдавила. -Ты и не обязана ничего говорить. У тебя на лице всё написано, - ну вот она и озвучила мои опасения. Я тяжело выдохнула. – Нет, не пойми меня неправильно, Хартфилия. Я никого из вас не осуждаю. Просто Лексус… Как бы правильно сказать… - она откинулась на спинку стула и посмотрела в потолок, словно на нём могли появиться нужные слова. Я тоже посмотрела вверх. Не было там никаких слов. – Волк. Да. Точно. Волк. Лексус – волк. И никто ему не нужен. Знаешь, ему девушки нужны только для того, чтобы… Ну… Ты же у нас большая девочка. Должна понимать… - и я прекрасно понимала, о чём она говорит, лучше бы не понимала, потому что мои щёки предательски запылали. – Ну да. Именно об этом я и говорю… - Эвергин усмехнулась, подперев подбородок кулачком и внимательно меня разглядывая. – Отношения для нас всех – это сложно. Взять хотя бы Фрида. Ему так сильно нравится Мира, но он боится впускать её в свой хрупкий внутренний мир, - девушка засмеялась. Я не сомневалась в том, что внутренний мир Фрида действительно хрупкий. – Я и Эльфман… - она запнулась, но потом продолжила. – Мне с ним тоже трудно. В смысле, наши отношения напоминают лишь пародию нормальных. Бисклоу в принципе очень замкнутый. А Лексус не стремится кого-то к себе подпускать. -С ним что-то произошло? – я старалась подбирать слова, чтобы не ударить в грязь лицом. У меня появилась прекрасная возможность узнать о Лексусе побольше. Может быть Эвергин сейчас может сказать что-то такое, что поможет мне понять этого эгоистичного диктатора. Блондин ведь не пылал страстью рассказать мне всю свою историю. -Ну… - на лице волшебницы было написано, что она сомневается в том, может она мне вообще что-то рассказать или нет. Однако, видимо решив что-то для себя, она продолжила. – С ним приключилась одна история. Мы тогда уже были хорошей командой. Её звали Эйлионора. Никогда мне это имя не нравилось, - Эвергин фыркнула. – Она влюбила в себя наивного Лексуса… - я была крайне удивлена этим заявлением. Разве можно влюбить в себя этого эгоиста? Неужели кому-то это удалось? – Эта девушка вертела им по полной программе. И не смотри так на меня. Я пыталась открыть ему глаза. Это была та ещё стерва. Брюнетка с большой грудью и длинными ногами. Всегда носила платья. Не знаю, на что именно повёлся Лексус. Души в ней не было, – Эвергин тяжело вздохнула. Мне трудно было представить, что Лексусом можно вертеть. Он же весь такой самоуверенный, решения принимает самостоятельно, да и вообще… Ведет себя, словно он везде главный, а тут она говорит мне такое. – Он собирался на ней жениться. Они были обручены. Он ждал её у алтаря. Боже, Люси, это могла быть действительно красивая свадьба. Я её организовывала, потому что Лексус меня попросил, а она сбежала с каким-то мужиком. Прямо на глазах у Лексуса. Эйлионора запрыгнула на его мотоцикл и сбежала. Это было ужасно. В свадебном платье, с букетом. Она даже не написала ему о том, почему совершила этот отвратительный поступок… Я поджала губы. Неужели побег любимой так отразился на Дреере? Я встала со стула и снова включила чайник. -Будешь кофе? – спросила я у Эвергин, доставая из шкафчика банку с растворимой дрянью. -Последующие его пассии были временными. И чувств там не было. Они преследовали его. На что-то надеялись. Их лица… Они караулили его, чтобы узнать, почему он обращается так с их светлыми чувствами. Эйлионора убила в нём веру в любовь… - она меня не слушала, полностью поглощенная своим рассказом. Теперь и мне было больно слышать эти слова. Я не знаю, что испытывала бы сама, оказавшись на его месте. – Мне кажется, что он просто мстит всем девушкам, считая их двуличными тварями. Но это лишь моё мнение… - тут Елочка посмотрела на меня и улыбнулась, словно жуткие мысли её совсем не одолевали. – Да, кофе – это хорошо. С сахаром, если можно… Я достала сахар и залила растворимый кофе в наших чашках кипятком. Мне хотелось задать много вопросов. Очень много. Но мой мозг не мог правильно построить предложения. Я сама себя за это проклинала. Когда я снова села за стол, поставив перед Эвергин чашку с дымящимся напитком, то в моей голове все-таки появился дельный вопрос. -Ты знаешь его много лет. Почему он приставил вас ко мне? Почему он так ведет себя со мной? – я боялась услышать ответы на эти вопросы. Эвергин помедлила, сделав маленький глоток из своей чашки. -Я думаю, что он боится, - она шумно выдохнула. – Если мои догадки верны, то он всё-таки что-то почувствовал. Боюсь, он предпримет попытки убить в себе это. В любом случае, для него это будет игрой. И если ты выиграешь у него несколько партий, Люси, то, может быть, получишь нашего Короля… -Я не собираюсь с ним играть, - я фыркнула. – С какой стати мне нужно соблюдать какие-то правила? -Он – Громовержец, Люси, - Эвергин усмехнулась. – И он хочет сыграть с тобой в игру. Больше я не стала задавать вопросов, хотя они у меня, безусловно, были. Эвергин не стала продолжать разговор на эту тему. Мы в молчании допили кофе, и я предложила ей спальное место на моём диване. Елочка согласилась, потому что «Королеве нельзя спать на лавочке в парке». Так мы и улеглись, пожелав друг другу спокойной ночи. Однако для меня эта ночь спокойной не была. Рассказ Эвергин взбудоражил моё сознание. Лексус буквально сбежал из города, чтобы разобраться в себе. Сомнений по этому поводу у меня не было. Значит, мне придётся сыграть с ним по его правилам. Выбора особого у меня нет. Лексус, как всегда, оставляет право последнего слова за собой. Перевернувшись на бок и обняв подушку, я решила для себя, что буду играть. И, что самое важное, обязательно выиграю, чтобы доказать этому конченному эгоисту, что на этом чертовом свете ещё есть светлые чувства.