Идеальный враг

Pov Varya

Я много думала о нас с Владом. Мне плевать, сможет ли он когда-нибудь признаться словами, что любит меня: все уже доказано действиями, и это куда важнее. «Я тебя люблю» — это «Вернись в кровать, Варя». «Я тебя люблю» — это «Кто это? Нет, я не ревную». «Я тебя люблю» — это «Варя, где моя толстовка?». «Я тебя люблю» — это «Варя, ну ты бестолочь». «Я тебя люблю» — это «Надень куртку, дурочка!». На следующий день я вернулась домой и сразу стала наводить порядок в своей комнате, ожидая скорейшего прихода разъярённой Алёны. По ее вздохам ещё в коридоре я поняла, что мне предстоит хорошая трепка. Алёна утроила огромную лекцию, сдобренную матом и, слезами, о том, как ведут себя друзья, если у них возникают проблемы. Позже пришли Маша и Снеж, от них мне тоже не хило прилетело, Боже, как же хорошо, что все, наконец, прояснилось. С утра Влада уже не было в кровати, но на подушке остался запах его одеколона, смешанного с гелем для душа, девочки материли меня, на чём свет стоит, но я-то знаю, что они волнуются за меня. И мне хорошо на душе, ведь настоящее друзья то, чем не многие могут похвастаться.

***

Мы сидели на кухне уже час, я долгое время пыталась объяснить девочкам всю ситуацию, хотя получалось так себе. Света, Маша и Снеж, которые не подозревали вообще ни о чём, хитро переглядывались, внимательно слушая меня. — Влад? — завизжала Маша и округлила глаза, поперхнувшись и громко поставив кружку на стол. Я, как и остальные, резко обернулась и посмотрела на него. Влад, одетый лишь в спортивные штаны со своим именем, невозмутимо вошел в кухню и бросил взгляд на девочек, сведя брови. На голове у него, словно гнездо, было повязано полотенце, из-под которого выбивались несколько мокрых прядок. Он выглядел до комичного домашним. Думаю, таким его еще никто не видел. Он подошёл, быстро чмокнул меня в губы, чуть проводя рукой по талии, девочки округлили глаза, а Влад невозмутимо подошёл к вазочке с фруктами. — О, мое почтение, — он взял банан и, раскрывая его по пути, ушел обратно в комнату, как ни в чем не бывало, оставив меня объясняться одной. Я шумно втягиваю носом воздух, готовясь к допросу с пристрастиями. Ведь об этой ситуации не знал никто из девочек, кроме Алёны, она лишь усмехнулась. — Варя? — Снеж первая очнулась и перевела на меня взгляд, а за ней и Маша с Света. Алёна лишь улыбнулась и покачала головой. — Что? Ничего особенного, — я опустила глаза и улыбнулась (как дура). — Ненавидишь, да? Враги да? — Света хитро прищурилась, пристально глянув на меня. — Что? — меня так и пробивает на смех, стараюсь выглядеть, как можно серьёзнее. — Нет, он просто… Я запнулась, не зная даже, как выразить эту чёртову мысль. — Идеальный? — Снеж хихикнула. — Идеальный враг. Девочки чокнулись бокалами, я помедлила, а ведь и в правду, идеальнее словосочетания и не подобрать. Идеальный враг…

***

Мы просидели до вечера, не знаю сколько бы это продолжалось, но парни уже приехали за девочками, остались только я, Алёна и куча немытых тарелок и бокалов. — Ну что, теперь всё хорошо? — Алёна вытирает последний бокал, я лишь пожимаю плечами. — Вроде, честно, не знаю, но мне спокойно на душе, — она улыбнулась, похлопав меня по плечу. — Ты в чём-то неуверенна? — я усмехаюсь. — Ну, просто, прежняя жизнь Влада ещё не успела толком раствориться в его новой жизни, где мы уже в отношениях. — Ты боишься, что он может, — я не хотела, чтобы Алёна заканчивала это предложение, поэтому просто прервала её строгим кивком. Лестница скрипнула, мы задрали головы. Никого. Уже поздно, может чего и померещилось. — Я пойду? — Алёна делает шаг, я киваю. Дверь хлопает, а меня сзади обнимают чьи-то сильные руки. Голова Влада ложится на моё плечо, он целует меня в шею. От таких действий я уже начинаю тяжело дышать, чёрт! Он подхватывает меня на руки и несёт в комнату, но останавливается перед самой дверью, ставит меня на ноги. Только вот одно но… Это не наша комната. Интересно, что он задумал? — Закрой глаза, — от сладкого шёпота по мне пробежало стадо мурашек. Я закрываю глаза, Влад повязывает мне какую-то повязку. Теперь я точно ничего не вижу. Слышу, открывается дверь, он подводит меня к стене. Наклоняется к шее, зубами стягивая футболку и разворачивая меня спиной. — Подними руки, — я покорно совершаю это действие, он пристёгивает их, позже резко расставляет мои ноги, стягивая лифчик. После так же пристёгивает. От неожиданности я вскрикиваю, но Влад затыкает меня поцелуем. — Не ори, нас могут услышать, — снова шепчет он, снимая с меня повязку. Я оглядываюсь по сторонам. Точно знаю, в этой комнате я не была. Чуть шевелю руками и ногами. — Не дёргайся, — он приближается близко, вызывая мурашки, но ничего не предпринимает. — Будет больно. Я киваю, честно, мне стало немного не по себе. Неловко стоять перед ним в такой позе практически обнажённой. Секунду Влад оглядывает меня и довольно улыбается, а вот я, моё лицо выражает удивление и небольшой испуг, не знаю чего ожидать в следующий момент. Влад подошёл, медленно целуя шею, чуть прикусывая. Боль и наслаждение смешались в едино, стоны, раз за разом вырывались, и это было не произвольно. Он сжал рукой грудь, чуть сминая её, моя спина выгнулась навстречу, чёрт, и что на него нашло? Вторая рука ползёт ниже, чуть задевая кружевное бельё, я начинаю дёргаться. Его колючая щетина царапает, но от этого моё возбуждение растёт еще сильнее и быстрее. Как он это делает? Стою с трудом: коленки подкашиваются, шея совсем не держит голову. Все моё тело покрывается мурашками, когда я чувствует, как теплые пальцы убирают волосы на левую сторону, и горячее дыхание на коже. Глаза блаженно закатываются, но сознание все еще кричит о том, что нельзя так рано терять голову. Пальцы соскальзывают ниже, забираясь под бельё. Из меня вырываются стоны, один за другим. Пальцы доходят до самого сокровенного, я начинаю дёргаться сильнее. Тело требует большей близости, но Влад не даёт прикасаться к его телу. Он вводит палец, меня бросает в жар, после в холод. А затем следует не сильный шлепок. От неожиданности вскрикиваю. Второй шлепок следует спустя секунды три-четыре. Вновь вскрикиваю и дергаюсь. Кожа начинает гореть и медленно приобретать розоватый оттенок. Всего их было девять, и каждый казался точно таким же неожиданным, как и первый. Кожа ягодиц просто полыхала и была насыщенно-розового оттенка. Завтра я вряд ли смогу ровно сидеть из-за мелких кровоподтеков и болезненных ощущений. Влад тяжело дышит, отстёгивает меня, хочу развернуться, но Влад опережает и вдавливает меня в стену, вновь пристёгивая, теперь я стоя повернувшись к нему лицом. Вижу его хищный взгляд, он вдавливает меня в стену, вновь вводя один палец. Я тяжело дышу, не сдерживая свои стоны. — Похоже на пытку, верно? Влад улыбается и продолжает покрывать ее шею уже более чувственными поцелуями, поднимаясь к уху и изредка касаясь кончиком языка, оставляя влажную дорожку. Стою с закрытыми глазами и запрокинутой головой, открыв ему всю шею. Постепенно сиренево-розовыми пятнами вместе с шеей покрылась и ключица с грудью. Неожиданно он обхватывает губами ареолу моей правой груди, всасывает и кусает, причем не слабо кусает. Гортанно вскрикиваю. Влад проводит носом по ложбинке и дует, заставляя моё тело волнообразно извиваться. Вводит второй палец, начиная двигать ими быстрее, доводит до точки кипения: моё тело дрожит, дергается, сгорая от желания. — Влад, — да, это и вправду как пытка. Внизу настолько сильно тянет, что стоять без какого-либо движения просто болезненно. Влад искусно проводит пытку, возбуждая меня до предела и не давая то, чего так яро требует тело. Он даже в губы не целует. Наконец, он отстёгивает мои руки и ноги, и бросает меня на кровать, наваливается сверху, резко раздвинув ноги. Я вскрикиваю. Он снимает шорты, вместе с бельём, облизывает пересохшие губы. Наклоняется близко-близко, чуть прикасаясь губами. Он опускает ладонь под тонкую ткань и ныряет пальцами меж складок, надавливая и заставляя моё тело под ним выгибаться еще больше и стонать от неудовлетворенности. — Влад, пожалуйста, — я извиваюсь под ним, но он ничего не предпринимает, лишь смотрит на меня затуманенными глазами. — Ты всё ещё сомневаешься во мне? — что? Что за чёрт? Кажется, я начинаю понимать, какая муха его укусила.

— Ну что, теперь всё хорошо? — Алёна вытирает последний бокал, я лишь пожимаю плечами. — Вроде, честно, не знаю, но мне спокойно на душе, — она улыбнулась, похлопав меня по плечу. — Ты в чём-то неуверенна? — я усмехаюсь. — Ну, просто, прежняя жизнь Влада ещё не успела толком раствориться в его новой жизни, где мы уже в отношениях.

Голова кружится, я не могу выдавить из себя ни слова, Влад надавливает сильнее, заставляя меня выгибаться под ним больше. Он доводит меня до пика, но тут же отпускает, не завершая начатое. — Ну же, Варя, сомневаешься? — я пытаюсь собраться остатки сознания, я знаю, он будет мучить меня до того момента, пока я не отвечу ему. — Я… Нет, я никогда не буду в тебе сомневаться, — он кивает, но вновь замедляет свои действия. — Точно? — он давит на эрогенную точку, как бы ускоряя её, и плотоядно улыбается, я вновь концентрируя на нём внимание. — Да, — произношу громко и чётко. Влад выжидает секунду, а потом с треском рвёт кружево. Стягивает бельё с себя и резко входит. Я выгибаюсь сильнее, буквально прижимаясь к нему всем телом. Становится так хорошо, что плохо. Разве так может быть? Голова кружится, а тело сводит приятной судорогой. Под спиной ткань сыреет. Мы достигаем пика одновременно. Мокро, липко и очень жарко, он устало опускается рядом, но находит силы вновь приблизиться ко мне. — Никогда во мне не сомневайся, если я с тобой, другие мне не интересны, — но моём лице проскальзывает улыбка, чёрт, я довольна таким признанием. — И я тебя люблю, — я прижимаюсь к нему всем телом. — Отличный секс после воздержания? — я зло смотрю на него, Влад довольно улыбается. — Что ты сказал? — почти по слогам произношу я. — Ну, я тоже не железный. Две недели без твоего сексуального тела, — прошептал Влад, начиная водить по моей груди и животу руками. Хотелось вдарить ему, но ведь он прав: это был шикарный секс после двухнедельного воздержания.