Prophetissa

Chase Atlantic — «Paradise»

***

Громкий звон раздается слева от уха девушки, и та испуганно вскрикивает, подскакивая на кровати. Резко обернувшись в сторону, она замечает волшебный будильник, весело скачущий в воздухе. Недовольно пробурчав заклинание об его отмене, брюнетка падает обратно на мягкие подушки. Закрывает глаза, пытаясь снова заснуть, но внезапно раскрывшиеся шторы, пропустившие яркий свет в комнату, не дают ей этого сделать. — Милая, я понимаю твое желание поспать подольше, но, как бы сильно я не хотела того же, тебе придется вставать сейчас, — звонкий голос мамы раздается совсем рядом. Кровать под ее весом слегка прогибается, и Аврора улыбается, чувствуя, как Эллен аккуратно гладит ее по голове, убирая с лица растрепанные ото сна волосы. — Иначе опоздаем на поезд, — миссис Донован старается быть строже, однако, скрыть легкую усмешку ей не удается. — И что? — брюнетка хрипло переспрашивает, приоткрывая один глаз. — Гарри с Роном пару лет назад не особо об этом волновались. Женщина смеется, похлопывая дочь по плечу, и поднимается, забирая пустой стакан воды с прикроватной тумбочки. Сон окончательно проходит. Аврора свешивает ноги с кровати и рассматривает спину удаляющейся из комнаты мамы. Девушка зевает, лениво тянется и, собрав волосы в неаккуратный пучок, плетется в сторону ванной. Быстро почистив зубы и приняв контрастный душ, брюнетка возвращается к себе. Заправив кровать, натягивает приготовленную бардовую растянутую футболку с эмблемой факультета, черные джинсы и, подхватывая косметичку, подходит к зеркалу. Сосредоточенно рисует себе тонкие стрелки, отходит чуть назад, крутится и придирчиво осматривает свое отражение. Чуть выше среднего роста, в меру худенькая. На лице россыпь веснушек, впалые серые глаза смотрят на все с удивлением, нос с горбинкой из-за неудачного падения с велосипеда в детстве, губы пухленькие, бровь специально рассечена, а ухо отдает покалыванием из-за недавно сделанного прокола хряща, на котором теперь красуется серебристое медицинское кольцо-сережка. Даже красивая. Только чересчур отличающаяся ото всех, вынужденная скрываться, оттого — почти незаметная. Брюнетка трясет головой из стороны в сторону и, резво спускаясь вниз, замирает, рассматривая старшую Донован. Женщина сидит за столом. Худая из-за постоянного стресса, она заводит пальцы в светлые кудрявые волосы и, слегка взлохмачивая их, хмурится. На ней простая одежда, и, Аврора решает, что после ее отъезда Эллен все-таки не поедет на работу, а отдохнет дома. — Предлагаю тебе позавтракать в экспрессе, потому что на платформу мы с тобой трансгрессируем, — женщина тепло смотрит на дочь, и Аврора запоздало кивает. Накинув джинсовую куртку, девушка зашнуровывает кеды и, схватив чемодан, берет маму за руку, инстинктивно зажмуриваясь. Невидимый крюк подхватывает ее под ребра и подбрасывает тело подростка в воздух. Раздается хлопок. Аврора, чувствуя под ногами твердую землю, шумно выдыхает, вслушиваясь в знакомый гомон учеников и крики их животных. — Аврора, — брюнетка оборачивается на голос матери и ловит ее строгий взгляд. — Прошу тебя, будь осторожна. Не забывай разговаривать с профессором Трелони и отмечаться у мадам Помфри. — Есть, мэм, — девушка шуточно отдает честь, вызывая улыбку у Эллен. — И ни в коем случае, — женщина кладет руки на плечи дочери и смотрит ей прямо в глаза, — не раскрывай себя. Хорошо? Донован кивает и обнимает Эллен, прижимаясь к ней как можно сильнее. Прощание заканчивается. Махнув напоследок рукой маме, девушка встает в очередь и нервно покусывает губы. — Ты слышала, что произошло на Чемпионате мира по Квиддичу? — звонкий голос раздается позади Авроры, и та напрягается, вслушиваясь в чужую речь. — Да, это ужасно, — соглашается другая собеседница и тише добавляет: — Думаешь, правда Пожиратели хотят возродить Сама-Знаешь-Кого?.. Донован хмурится и не сразу слышит фразу недовольного ее невнимательностью кондуктора: — Отдайте уже наконец мне билет и проходите в вагон! До этого разговаривающие девушки начинают смеяться над растерянностью Авроры. Шестикурсница поджимает губы и передает требуемый предмет полному мужчине с залысиной. Поднимая чемодан заклинанием левитации, она проскальзывает в поезд и наугад открывает купе, которое, к счастью, оказывается ни кем не занято. Защелкивает дверь на замок и, закинув свои вещи на одно сидение, скатывает джинсовку, устраиваясь на ней, как на подушке. Сердце бешено колотится, и перед тем, как задремать, брюнетка вспоминает утреннюю обеспокоенность матери.

***

Аврора просыпается от резкого объявления станции и с неудовольствием подмечает, что пропустила всю дорогу до Хогвартса. Она лениво натягивает мантию поверх повседневной одежды и забирает багаж, в который раз выходя из экспресса почти самой последней. Замок встречает ее непривычной враждебностью. Девушка прислушивается к внутренним ощущениям, и в голове всплывает образ человека из часто повторявшихся летом снов. Донован отбрасывает наваждение и побыстрее располагается за столом Гриффиндора, едва ли улавливая, о чем говорит директор. Внезапно, вечно спокойное небо на потолке Большого Зала затягивает тучами. Раздается раскат грома. Речь Дамблдора нагло прерывает мужчина, награжденный множеством шрамов от сотен смертельных битв. Он неуклюже подходит к профессорскому столу и со всеми здоровается. Донован переводит на него скучающий взгляд и с ужасом осознает, что ее новый преподаватель Защиты от Темных искусств — Аластор Грюм, известнейший аврор, а также тот, чья сумасшедшая улыбка нередко становилась причиной ее летних кошмаров. На столах появляется еда. Голодные ученики забывают об этой новости и с нескрываемым удовольствием, наконец, ужинают. Аврора отставляет от себя тарелку и сильнее кутается в мантию. Кусок в горло не лезет.

***

Первые недели учебы прошли сумбурно. Представители абсолютно всех факультетов путались в новом расписании, опаздывали на уроки и старались выполнять задание, чтобы не получить долги по предметам уже в начале учебного года. У Авроры не было никаких проблем с учебой: лучше всего ей давались заклинания и трансфигурация, копаться в земле она не любила, а вот ЗОТИ и астрономия были практически ее хобби. Исключением стало зельеварение. Профессор Снейп еще с первого курса стремился занизить ее на фоне других однокурсников, проявляя к ней ненависть, сопоставимую разве что с его нелюбовью к Гарри. — Пожалуй, — зельевар останавливается напротив гриффиндорки. Её пальцы дрожат, кудрявые волосы выбиваются из хвоста. Она смотрит исподлобья, ожидая неутешительный вердикт: — Это самое ужасное зелье, которое я когда-либо видел. Аврора хочет погасить огонь под котлом, но случайно смахивает колбы с ингредиентами на пол. В классе раздаются смешки. Донован опускает голову и жмурится, слыша громкое: — Минус 20 очков с Гриффиндора! И судорожно выдыхает. Анджелина, стоявшая рядом, кладет руку на плечо однокурсницы, привлекая её внимание, тепло улыбается и помогает убрать осколки стекла. — Спасибо… — тихо произносит брюнетка, возвращая ей улыбку. Джонсон — одна из немногих, кто стремился поддерживать Аврору. Загадочная девочка с частыми приступами «болезни» пугала Кэти и Алисию. Они отгораживались от Донован и старались не обращать внимание на странную сокурсницу. Анджелина такой не была. Она рьяно защищала подругу, помогала дойти той до лазарета мадам Помфри после чересчур сильных кошмаров и стала первой и единственной, кто знал секрет юной предсказательницы.

***

Близнецам скучно. Они сидят на полу, облокатившись спинами на стоящий позади них шкаф, и удрученно перебирают проекты новых вредилок. Те требуют определенных доработок, которые предотвратили бы череду неудачных экспериментов, но проводить свободное время в компании пыльных томов и мадам Пинз в библиотеке им пока не хотелось. Фред от злости сжигает пергаменты, тем самым привлекая к себе внимание Ли, стоявшего у окна и наблюдавшего за уходящим солнцем. — Такое кислое выражение ваших лиц я, пожалуй, никогда не видел, — хмыкает гриффиндорец, разворачиваясь к друзьям. Джордж фыркает, взъерошивая волосы, и саркастично произносит: — Можешь сделать колдо на память, если хочешь. Джордан вскидывает брови, но ничего не отвечает, мысленно прикидывая, чем можно разбавить скуку. — И чего вам на месте не сидится? — вдруг не выдерживает он. Две пары глаз моментально уставляются на него с лёгкой насмешкой и недоумением, заставляя его стушеваться и пожалеть о собственном вопросе. — Вон, Донован, почти всегда одна ходит, и никого не достает тем, что ей не чем заняться. Уизли смеются, вспоминая тихую девочку с их факультета, постоянно таскающуюся рядом с Джонсон. — Поверь, ей, как и Лавгуд, вполне хватает компании танцующих вокруг нее мозгошмагов, — ухмыляется Фред, прокручивая между пальцев палочку. — Зря вы так, — Ли поджимает губы, качая головой из стороны в сторону. — Мне Анджелина как-то сказала, что девчонка не так проста, как кажется. — Девочка с секретом? — Фред подмигивает, все же вызывая у Джордана улыбку. — Можно и так сказать, — кивает комментатор и все же добавляет: — Хотя, присматриваясь сейчас к её поведению, порой и правда ловишь себя на мысли о том, что она что-то скрывает. — Даже, если и так, — передразнивает тон друга Фред, — Нам и пары недель хватит, чтобы узнать, почему она так себя ведет. Ли хмурится. — Не думаю, что это хорошая мысль, — Джордан напрягается и вполне серьезно смотрит на гриффиндорцев, понимая, что, если они загорятся этой идеей, то потом их на вряд ли получится отговорить задуманного: — Какой бы ни была причина ее одиночества, мне кажется, что это не наше дело. Близнецы, присвистнув, улюлюкают, тем самым смущая комментатора. — Наш дорогой Ли влюбился в мышку с нашего факультета? — произносят одновременно. — Нет, — Джордан отрицательно мотает головой, смягчаясь. — Мы с ней на трансфигурации за одной партой сидим, а еще она помогла найти мне моего паука — того, которого я потерял почти сразу по приезду в Хогвартс. — Скрытная добрая девочка-самаритянка, — подытоживает Фред. — Проще простого, — поддерживает брата Джордж. — А если у нее вообще нет никакого секрета? — не уступает Ли и обречённо добавляет: — И вы только без причины потратите на неё свое время? — Поспорь с нами, если считаешь иначе, — хмыкает один из братьев, протягивая руку. — Не собираюсь спорить на человека, который ничего плохого мне не сделал, — твёрдо проговаривает Джордан. — Какие мы до-обрые, — надув губы, тянет один из братьев. — Ты просто боишься проиграть… — Или у тебя нет достаточного стимула для победы в споре, — подхватывает второй. Из приоткрытой тумбочки выскальзывают пара колдографий, на которых Джордан, из-за проигранного желания, выступает в роли модели для розового летнего платья своей бабушки. Комментатор, уже догадываясь, о чем пойдёт речь, все же ждёт продолжения. — Давай так, — Фред протягивает руку Джордану, — выигрываешь ты — забираешь колдо, побеждаем мы — ты становишься объектом для наших экспериментов… Ли облизывает губы, сдвигая брови к переносице. Желание отобрать компромат и нежелание идти против своих принципов борятся в нем, и Джордж, замечая это, договаривает реплику брата: — В противном случае, фото окажутся главной новостью школы уже завтра. Комментатор тяжело вздыхает, закрепляя спор рукопожатием. — Даю полгода. Остальное ваши проблемы. Чувство азарта захлестывает близнецов. Они улыбаются, решая, что лёгкая игра — это неплохое начало учебного года.