Невеста шамана

      Несколько раз пальцы Грея Фуллбастера судорожно тянулись к вороту кожаного пончо, украшенного иглами дикобраза и бахромой, но он всякий раз приказывал руке опуститься обратно на колено. В чуме стояла невыносимая духота: в самом его центре среди бела дня жарко горел костер, со всех сторон стояли курильницы с зажжёнными ароматными палочками, и от их едкого запаха страшно кружилась голова. Грей уже почти не чувствовал связи с телом. По крайней мере, спустя час у него совершенно не осталось сил, чтобы в очередной раз попробовать ослабить горловину. Пот ручьями выступал из пор.       Грей старался держаться грани между сознанием и обмороком, и вскоре стал видеть обрывки других миров, с которыми сосуществовал он и его народ по соседству. Его глаза были закрыты, но то и дело перед взором внутренним проносилось необыкновенное животное или пугливо выглядывали из кустов люди. Грей через раз пытался «рассмотреть» их внимательнее, хмурил брови и напряженно обнажал ряд передних зубов, но ему хватало такта охлаждать свою настойчивость, когда образы пробовали исчезнуть из поля его «зрения».       Разумеется, они были смущены. У него не было достаточно времени для того, чтобы как следует заявить о себе и завести знакомства с духами, все приходилось делать в спешке. Грею пришлось подвести невинной юности черту намного раньше, чем кто-либо мог ему напророчить.       И все-таки ему удалось хотя бы частично увидеть другие миры, а значит, прошлый шаман не ошибся с преемником. Грей показался духам, и в следующий раз, когда он обратится к ним за помощью, они уже будут знать его в лицо.       Грей Фуллбастер осторожно открыл глаза.       Воздух в чуме был таким вязким, что казалось, его можно было загрести ладонью. Грей склонил увенчанную роскошным головным убором из перьев голову и поднялся на ноги. Он сумел удержать равновесие и приблизиться к огню. Мужчина поднял с земли круглый ручной барабан жестоко убитого двое суток назад шамана и задумчиво ударил раз, ударил другой. Он не чувствовал присутствия шамана ни на одном из участков барабана, который символизировал небо. Значит, он не упокоился с миром, и его дух может причинить не мало вреда. Грей скорбящие закрыл глаза.       Эта история стара как мир: два народа не нашли общий язык, не поделили территорию и ресурсы. Война грозила огромными потерями, и мысль эта была им до того невыносима, что племена немедленно принялись искать виноватых. Когда необходимо свалить на кого-то вину, долго как правило искать козлов отпущения не приходится, и уже на следующие сутки оба народа выдвинули на эшафот своих шаманов. Это они, говорили люди, виновники всех бед. Это они, негодовали люди, натравили духов друг на друга и заставили их враждовать. Это они, вопили люди, должны поплатиться за их нелегкую судьбу.       Шаманов обоих народов не стало, и теперь от их преемников ожидали спасения и воссоединения. Был только один способ объединить враждующие племена: шаманы должны утвердить их союз в духовном мире своими брачными узами.       Грей сумел с первого же раза разглядеть духов – его дар отныне неоспорим, и теперь, чтобы провести ритуал, дело оставалось за малым. Невесту должны были привести с минуту на минуту.       Грей мычал себе под нос и обходил огонь по кругу. Гремел браслетами, иногда вздрагивал как от прикосновения невидимых рук. Не исключено, что это осмелевшие духи пытались припугнуть Молодую Кровь, но Грей не поддавался на провокации и не отзывался. Сейчас духи могли причинить ему вред, но после обручения его власть утвердится.       Шорох за спиной.       Грей обернулся: это вошла она, Джувия Локсар, молодая преемница прошлого шамана своего племени. Не одному Грею пришлось быстро расстаться с юностью. Ее тело было нежным и хрупким, и Грей сразу прикинул, что большую часть ритуалов в будущем ему придется брать на себя: она просто не выдержит частого переселения душ.       И все-таки Фуллбастер проникся к ней уважением. Она воротила от него глаза, заламывала руки, но вошла к незнакомому мужчине без постороннего принуждения. Джувия, как и сам Грей, приняла свою судьбу достойно, прекрасно осознавала все риски оказаться на эшафоте в случае неудачи вслед за учителем и ради блага своего племени принимала брачный обет, хотя совсем не знала, чего ждать от супруга.       Грей сел. Джувия топталась на пороге, но покорно приблизилась к нему, когда учуяла запах раскуренной трубки мира. Наконец, когда она опустилась на колени напротив него, Локсар подняла на него глаза.       Одета она была в нарядное платье из тонких шкур, из тех ритуальных нарядов, которые можно было легко и быстро снять. Стопы подобно кандалам обнимали толстые браслеты, руки от кончиков пальцев до самых плеч были сплошь расписаны хной. Ее синие волосы были украшены перьями редкой птицы, глаза подведены чернильными узорами.       Грей несколько раз затянулся и передал трубку мира Джувии. Она приняла ее, руки девушки не дрожали. Фуллбастер оценил это по достоинству, как и глубокую беззастенчивую затяжку Локсар. Она выдыхала дым и то и дело поглядывала на Грея. Нельзя было понять, желает она соития или нет. Для них обоих необходимость брачного ритуала если и не была пока желанна, то во всяком случае неоспоримо необходима.       Наконец, Джувия отложила трубку. Они смотрели друг на друга, и Грей уловил в ее чертах нарастающую робость. Ему не хотелось давать ей слишком много времени на осознание того, что им предстояло сделать, не хотел, чтобы она растеряла достоинство, с которым вошла в чум.       — Ты смелая, — нарушил тишину Фуллбастер. — Буду счастлив разделить с тобой судьбу.       — Надеюсь, наш союз принесет племенам пользу, — прошептала она.       — Несомненно.       Грей осторожно высвобождался из одежды, так, чтобы ее не спугнуть. Она не убежала бы в любом случае, но Фуллбастеру не хотелось причинить ей моральные страдания, не хотелось показаться жадным. Пускай сама вручит себя в его руки, и ее невинность не будет отобрана силой.       Джувия поднялась на ноги. Обнаженный Грей протянул к ней руки со своего места:       — Ступай ко мне.       Джувия поджала губу, но тут же взяла себя в руки. Она повернулась спиной, платье заскользило по плечам, спине, упало в ноги. Девушка повернулась и тут же нырнула в объятия мужчины. Она почувствовала прикосновение его разгоряченных ладоней, от которых вопреки здравому смыслу ей стало холодно. Джувия прижалась к нему теснее, чтобы согреться, и первый неопытный поцелуй в шею заставил ее несколько оживиться. Все-таки Грей Фуллбастер был так же неопытен, как она, и это обстоятельство внушало ей доверие.       Грей сглотнул. Его разум был спокоен и умиротворен благовониями, но в теле просыпалась животная страсть. Ожидания разошлись с реальностью: низ живота наполнился не порханием бабочек, а болью. Вероятно, из-за того, как быстро возбуждение настигало его, еще юношу, вынужденного здесь и сейчас стать мужчиной. Джувия соблазнительно постанывала ему в ухо от каждого судорожного соприкосновения. Своей грудной клеткой он ощущал ее перекатывающиеся груди. Ее расписанные хной руки скользили по его спине, так что все тело новоиспеченного шамана шло рябью от мурашек. Огонь выл, скреб и пожирал поленья, плевался в небо щепой, заставлял тела обрученных блестеть от пота.       Грей растягивал невесту пальцами, пока та срывающимся шепотом и прерывистым стоном просила духов засвидетельствовать их брак. Грей закрывал глаза и в самом деле видел образы отзывающихся на ее призывы духов. Превозмогая боль, Джувия покорно запустила жениха в себя и обвила его мокрую шею руками. Настал черед Грея общаться с обитателями параллельных миров, но все сложнее ему было совладать с мыслями и голосом. Тогда Локсар приходила к нему на помощь и не оставила его даже на пике блаженства. Они заступались друг за друга перед духами так, словно знали друг друга уже тысячи лет и существовали только на правах своего священного союза.       Как только распались физические узы, на век скрепились узы духовные, и духам здешних мест и племен не оставалось ничего другого, кроме как признать в них своих новых проводников и выпустить из чума новоиспеченными шаманами.       У самого порога их встретили представители обоих народов, которые с нетерпением ждали новостей. Грей и Джувия с легкими улыбками сообщили о благословении духов на родство племен, и люди трепетно склонили перед своими спасителями головы. Грей не считал, что принес великую жертву в дар миру, скрепив себя узами с Джувией, и на лице Локсар также не обнаружил противоречивых чувств.       Свели ли их духи из своей прихоти или этим двоим так или иначе было суждено воссоединиться, этого не знали даже шаманы. Но как бы там ни было, они собирались быть друг другу наивысшим даром и ценностью жизни, а уж это устроить им было по силам без всяких ритуалов и неутомимого боя в барабан.