Она не так проста.

Мэйк Лав. Пятница Утро получилось даже добрым, потому что мама снова пропадает на работе. Она не будет вновь пилить его по поводу учёбы и игры на гитаре, которая занимает почти всё его время. Парень встал с кровати, сделал важные утренние дела и сел за новую песню. – Пожелай мне реже влюбляться в девчонок – он наиграл уже написанные строки и остановился – девчонок откуда? С района? Школы? Окраин? Так ладно. – он сделал пометку в тетради – окраин чего? Пожелай мне реже влюбляться в девчонок с окраин холодных городов – он улыбнулся и записал готовую строчку в тетрадь. Припев написан. – Твою ж мать. – он посмотрел на время. – опять опоздал на перекличку? Третий год подряд. Ну надо хотя бы на линейку прийти. Парень открыл свой шкаф. Перед ним предстал сложный выбор. Клетчатый пиджак. Или клетчатая ветровка? Старые вэнсы или новые? Белая футболка или чёрная? Как итог: Чёрная футболка, ветровка, старые вэнсы и гитара на плече. Он подошёл к школе, когда все занимались своими делами. У входа на скамейке сидел Диджейкин с какой-то дамой. Новенькая? Или из другого класса. В любом случае, раньше Лав её тут не видел. У неё красивые синие волосы. Ничего интересного в школе не было, кроме лекции учителя про опоздание на перекличку. А-ля "почему вы, решили, что имеете право опаздывать. Ещё и в первый учебный день". Так хотелось развернуться и просто уйти.. Ещё конечно дать ей по лицу, но проблем бы это не убавило. Наконец дослушав эти замечания он, сделав вид, что все понял и уяснил, отправился вместе с учителем на фотоссесию. У новенькой странные духи. Учитель орала на всех. То кто-то не так стоит, то кто-то не туда смотрит, то кто-то разговаривает, то она забыла встать рядом. У новенькой приятный голос. С этого места можно наконец свалить. Классуха смогла выбрать нормальную фотографию кажется из тысячи. Ну и как обычно, она выбирала фото, где у неё красивое лицо, а на остальных ей абсолютно плевать. В переходах он любил играть Цоя, Нервов, Пошлую Молли, когда рядом шли подростки, Нойза и какие-то свои песни, когда людей было немного. Люди любили подпевать ему. Один раз он даже собрал небольшую кучку подростков рядом с собой. Это было до безумия круто, потому что все они орали песни Кирилла Бледного настолько громко, насколько могли их связки. Гитару кстати тогда слышно не было. Да и Мэйка тоже. Сегодня он наконец собрал нужную сумму на новый CD-диск альбома любимой группы "Фанфик". Дома он включил старый магнитофон отца и бережно вставил диск в специальное отделение. Мелодичный голос солиста разлетелся по комнате, эхом отскакивая от стен. Лав улыбался. Так он и уснул под песни "Фанфик" со слезами на глазах и одной новой царапине на руке. Порой он резался без особых причин.. Уставшая матушка пришла домой и просто выключила магнитофон, даже не взглянув на сына. Она увалилась спать, даже не поужинав. Утром её снова не было. Она работает на нескольких работах, чтобы парень хотя бы мог питаться. Он же не просит у неё денег и зарабатывает в переходах на всё, в чем нуждается. Иногда ещё зарабатывает фрилансом, когда пишет музыку. Правда его музыка редко заходит, но порой он и правда неплохо за неё получает. Сегодня он снова полдня в переходе. Он играл что-то из Цоя, когда ему пришло оповещение от Кроки о тусовке. Он никогда не смотрел на то, кого зовёт. Просто писал всем и сразу. Лав долго думал, идти или нет, потому что на вход может просто не хватить. Позже Бой прислал, что вход бесплатный. Сомнений не осталось. Нужно развеяться перед началом учебного года. Он вернулся домой, переоделся в новые вансы, взял свою вторую гитару, которую менее жалко и пошёл на тусовку, которая уже была в разгаре. По углам обжимались какие-то парочки, в самой середине комнаты сидели Кроки, Валера и та девчонка, которую Лав видел у школы с блондином. Его очередная девушка? Или девушка крокодила? И откуда она вообще взялась? Шатен наконец смог узнать немного информации о ней благодаря одноклассникам. Мэйби Бэйби. Кажется 16 лет. Пришла буквально вчера, а уже влилась в самую крутую тусовку школы. Странно это всё. Он вновь метнул взгляд на диван, дабы найти там Мэй, но её уже не было. Она стояла около стола, где кидала шарик в стаканы Валерки. Он решил встать поближе, чтобы посмотреть, но каким-то образом протиснулся к ней почти вплотную сквозь всю толпу по бокам. У неё красивая улыбка. Все смеялись над заданиями, но когда Мэй выпало задание с поцелуем. Да ещё и целовать нужно было Лава.. Он немного не ожидал от неё такой уверенности, но опомниться не успел, когда новенькая притянула его лицо к себе и впилась в губы. Он ждал чего-то. Но. Никаких чувств. Абсолютный ноль. Ни искорки. Ни химии. Ни-че-го. Это было странно, потому что он должен был почувствовать хотя бы что-то. Хотя бы мурашки. Но нет. Абсолютная пустота. Возможно со стороны могло показаться иначе, но как я сказала ранее, Мэйка этот поцелуй не задел. Буквально сразу же после этого последовал второй. Валера. Мэйк много представлял себя в отношениях с парнем, но не с Валерой. Он не подходит на эту роль. Он популярный. Он крутой. В отличие от парня, который боится даже слово вставить на уроке, боясь, что над ним начнут смеяться. Он не депрессует по пустякам и не режет себе руки по ночам, а потом прячет это под напульсниками, как делает Мэйк. Он лучше. Парень что-то обсуждал с Мэй, а потом метнул какую-то короткую фразу всем присутсвующим и крайне осторожно поцеловал его. Сердце не билось чаще. Никаких сказочных бабочек в животе. Ничего. Просто чувство того, что Валера все таки мог бы подойти на роль парня Мэйка. Это было странно. Хотя уже лучше, чем было с "мальвинкой". Лав быстро отмел все эти мысли в сторону и продолжил наблюдать за игрой. В конце Валера сидел, и с глупыми усами записывал какую-то "инста-сторис", где пел какую-то песню Пугачевой. Всё вновь решили, что это смешно. Мэйк выпил стакан алкоголя и сел на пол, рядом с диваном, на котором сидели Мэйби, Кроки и Валера. – Клетчатый, ты взял гитару? – Валера посмотрел на парня и улыбнулся. – Да, а что? – Давай что-то из пошлой молли! – Мэй улыбнулась и сделала глоток алкоголя. Лав уверенно достал гитару из чехла, вспоминая аккорды "Нон-стопа". В какой-то момент они начали петь "Нервов", "Лизера" и закончили на "Батарейке". Вчетвером. – Я пойду, пожалуй. – Лав встал, убрал гитару и пошёл в сторону выхода. – Ну и куда ты собрался в пять утра? – Мэй остановила его. – оставайся. Утром пойдёшь. Он даже не стал с ней спорить. Сил не было. – Я могу сходить в душ? – Валяй. – Крокодил махнул рукой, а Валера пошёл к себе. Лав зашёл в ванную. Мысли в голове перемешались в кучу. Что делать с Валерой? Как быть с Мэй? Нужно ли вообще что-то делать или оставить все, как есть? Но что за чувство возникло при поцелуе с Валерой? Влюблённость в книгах и песнях описывают иначе. – Какие-то грёбанные бабочки – он ударил по стене – частое сердцебиение – и вновь удар – эйфория – и снова. – Да ничего я не почувствовал. У него было не так, как у всех. Он был другим. Он был беспечным романтиком, пытаясь почувствовать хоть что-то из книг, но ничего не было. Удар. Его необъяснимо тянуло к тем девушкам и этому грёбанному Валере. Удар. Он, в погоне за чувствами, пытался сделать все, что в его силах. Удар. Но не получал ничего. Совсем ничего. Никаких чувств с их стороны, никакой.. совершенно никакой отдачи. Удар. Это было мерзко. Он включил воду, дабы заглушить свои страдания и скатился по стене на пол. Слёзы текли по щекам. Мысли заполняли голову с новой силой. Всё чаще там мелькал Валера и тот поцелуй. Лав был уверен, что это чувства, но он не понимал какие. Нужно выходить, а то засиделся. Он плеснул в лицо холодной водой, улыбнулся отражению (но в глазах всё ещё читалась боль) и вышел из комнаты. Там новенькая и Кроки сидели на диване, держась за руки. – Ты спишь с Валерой сегодня, если ты не против. – Кроки замученно улыбнулся, видя, что парень видимо не очень хорошо себя чувствует. – Спасибо. – Он постучал в комнату. Дверь не была заперта. – Мне сказали я с тобой. – Верно. – Валера все ещё смотрел в стену. – Ты можешь дать мне подушку, одеяло и я лягу на полу. Понимаю, что стесняю тебя. – Нет. Ложись рядом, заболеешь. – Валера даже не посмотрел в его сторону. – Что-то случилось? – Я хочу, чтобы ты меня поцеловал. – Что? – Нет. Ничего. Извини. – Валера быстро вышел из комнаты. Лав упал на кровать и смотрел в потолок. – А я ведь не против.. – он закрыл глаза, вытер слезу и наконец смог уснуть. Утро оказалось достаточно добрым, потому что спящий Валера закинул руку на Мэйка и выглядело это как объятия. Всё ещё нет бабочек. Но есть чувства. Когда он вернулся? Лав достаточно долго пролежал так, боясь убрать его руку (ведь, когда это повторится снова?). Диджейкин наконец проснулся, а Лав притворился спящим. Блондин убрал руку и ушёл в ванну. Ничего. Никаких бабочек или частого биения сердца. Просто чувства. – Доброе утро, ребят.. – он вышел из комнаты. – Ребята ещё спят. Пойдёшь со мной в магазин? У нас закончилась нормальная еда. – Диджейкин натягивал кроссовки. – Да, я сейчас. – Мэйк запялил ветровку и свои вэнсы. Слава богу вчера никто не ушёл в них. Парни вышли из квартиры и пошли к лифту. – Как спалось? – Валера улыбнулся. – Вполне неплохо. – надежда на то, что всё, что было вчера, было не по пьяни росла. – Я хотел поговорить с тобой, и рад, что мы можем сделать это наедине. – блондин уверенно повёл Лава в сторону магазина. – Я тебя слушаю. – То, что я сказал тебе в комнате, вчера вечером.. – Про поцелуй? – Именно. Извини за это. Моя пьяная голова и не такое может выпалить. Это не было всерьёз. Забей, ладно? – Валера улыбнулся. – Ладно. – мир рухнул. Это всё было ошибкой? А для чего он сказал это? А Лав уже успел придумать себе влюблённость. А может и не придумать. Парни взяли в магазине десяток яиц, чипсы, молоко и ещё каких-то продуктов и вернулись. Валера вкусно готовит. Они позавтракали и Мэйк вернулся домой, поблагодарив блондина за вечеринку и завтрак. Матери вновь нет дома. Ну и слава богу. – Какого черта, Диджейкин? – шатен зашёл в свою комнату и кинул подушку в стену. – Какая в жопу ошибка? – вторая улетела туда же. Слезы текли по щекам. – Для чего нужно было говорить это, если ты все равно скинул это на ошибку!? – он пошёл в ванную – Кретин. Парень достал лезвие. Осторожно провел по руке. Кровь потекла из пореза. Никто не знал о том, что Лав режется, хотя тот и не особо это скрывал. Напульсник и длинный рукав ветровки. Вот и все прикрытие. Ничего особенного. Но никто не знал. Всем было просто плевать. Как на Мэйка, так и на его руки. И уж тем более на то, что он их режет. Под вечер он все же смог уснуть. Правда в слезах. Но это уже лучше, чем реветь весь день и всю ночь?