Съесть или быть съеденным

      Здравствуйте! Меня зовут Джонатан Кларенс, мне семнадцать лет и я заканчиваю последний курс колледжа. Через пару дней я наконец-то буду свободен и совсем скоро смогу начать новую, взрослую жизнь. Я собираюсь пойти в университет на факультет журналистики и зажить как настоящий студент. В конце этой недели я планирую съехать от родителей. Я счастлив, что в кое-то веки мой младший брат перестанет донимать меня, с меня автоматически снимут всевозможные ограничения и я сам стану хозяином своей жизни. Наверняка думаете: «Пустяки! Это ведь обычное дело, почему же ты так рад этому?»       Позвольте кое-что прояснить: Мой брат Ник переживает подростковый период, на данный момент ему четырнадцать. И, как нам известно, это критический момент в жизни каждого. Он часто выражает свое недовольство, не слушается, буквально взрывается по каждому поводу, будь это даже сущий пустяк. Ну и я конечно ничего против не имею, но почему я всегда должен терпеть ругательства, критику и претензии за него?!        Да, я знаю, что родители и до этого всегда были благосклонны по отношению к нему, а меня и вовсе не любили, так как я был нежеланным ребёнком. Я даже не смею претендовать на роль любимчика. Вечная брань, претензии без повода и раздражающие действия младшего брата добили меня в конец и, настал час, когда я могу избежать всего этого.       Но даже когда они узнали о том что поступил на грант и собираюсь съезжать, в мою сторону полетели очередные упреки.       Знаете почему?! Потому что Ник не смог поступить в колледж где учился я, а я «якобы» не помог ему в этом. В их представлении, по сравнению со мной он «умнее» и «усерднее». Однако это не отменяет того факта, что поступить он так и не смог. В этом доме не могло быть и речи, что я усердно работал и смог поступить без посторонней помощи. Мне твердили, что я подстилка, малолетняя шлюшка, что смог пробить дорогу в колледж лишь работая ртом. Естественно это ужасно неприятно, слышать такое от родителей крайне безумно и до боли в сердце обидно, но со временем обиды укладываются на дно души. «Теперь ведь как заживу!» — так думал я до этого случая…        Несколько дней назад, ночью, на станции по разработке химико-биологических веществ произошел взрыв и весь мир накрыло взрывной волной, а затем на землю спустился густой, зеленоватый туман. Поначалу все старались остерегаться его и к счастью обошлось без жертв. Все подумали, что раз ничего не произошло, то все хорошо и волноваться не о чем. «Если жертв и вправду нет, то все в порядке», — думал я. Я не обращал на это особого внимания, ведь был очень рад приближающемуся новой жизни, куда уж мне было в тот момент до проблем, которые меня не касались. Как же я тогда ошибался. Ведь именно с того момента моя жизнь превратилась в самый настоящий ад на земле…

***

      И вот, воскресенье, двадцать шестое августа. Я решил отметить начало учебного года, новоселье, да и окончание колледжа в общем. Мы с моими друзьями договорились встретиться около семи у меня. И чтобы как следует подготовиться к вечеринке, я подумал позвать своего лучшего друга Роберта Шнайдера, дабы тот помог мне с покупками и прочими делами по подготовке к вечеринке. Я набрал его номер: — Алло, привет, — начал я, — не отвлекаю? — Хэй, привет дружище, — живо ответил Роберт, — нет, а что? Надеюсь не собираешься припахать меня к готовке? — Н-у-у-у… — Боже, я как чувствовал… Чёрт! Ну я же не баба какая-то, чтобы готовить тебе. А я до последнего надеялся, что отдохну, оттянусь по полной сегодня на вечеринке. А ты… — Эй, прекращай ныть, — проговорил я, с легкой укоризной. — Ты же мой лучший друг, ты помощник покруче всякой девчонки. Да брось, помоги же своему братану, мы своих в беде не бросаем, не так ли? Или ты уже забыл о том… — Вот только не надо об этом, ладно? Я же всё-таки твой лучший друг. Так уж и быть, я помогу тебе на сей раз, но только взболтнешь о том случае — ты труп. — Ладно, ладно, я молчу словно рыба, — я посмотрел на настенные часы, — тогда в половину третьего встретимся у торгового центра, буду ждать. — Хорошо, но только с тебя причитается, — сказав это он бросил трубку, после чего я начал собираться. Уже через полчаса мы встретились на назначенном месте. Мы с Робертом совершили все нужные покупки и направились ко мне, где продолжили подготовку. Время подходило к семи вечера, и вот тот самый: «— Дин-дон, дин-дон, Джонатан, мы пришли, открывай!» Я поспешил и открыл дверь, все ребята были в хорошем расположении духа и даже принесли с собой пару закусок к выпивке и пиццу с грибами и острой курицей. Еще около получаса мы ждали ребят, которые задерживались и, собравшись все вместе, сделали эту ночь незабываемой.        К слову о квартире и друзьях, в школе я никогда не был зажатым парнем. Но, судя по моей семье, наверное у вас сложилось ошибочное впечатление. Я, отнюдь, не серая мышка и, с уверенностью могу сказать что имел немаленькую популярность. Если говорить о квартире, то она досталась мне в наследство от моего дяди. С детства я проводил время с ним, так как в семье меня не принимали, а его семья, жена и дочь, погибли в автокатастрофе, вследствие чего он остался один. У него были неплохие сбережения и отличная квартира в Квинленде, которая является моим домом сейчас. После смерти родных он стал чахнуть на глазах и в итоге заболел; будучи прикованным к кровати он провел в ужасном состоянии долгих три года, после чего умер, оставив все на мое имя. Родители не смогли отобрать мое по праву и все благополучно перешло ко мне в возрасте шестнадцати лет. Хоть я и любил своего дядю, я был рад, что так случилось, ведь спустя такое время он вновь со своей семьёй на небесах, и в таких случаях я даже завидую…

***

       Ничего странного на вечеринке не произошло, однако я заметил, что с каждым разом еда на вкус становилась всё отвратительнее, и был невыносимо её есть. Я не хотел подавать виду и портить веселье. Утром ребята ушли по домам, а мне становилось настолько плохо, что я вырвал всё, что съел, меня воротило даже от запаха не говоря уже о самом вкусе еды.        Раньше такого никогда не было, поэтому я был немного обеспокоен и, немного подумав, я решил поискать болезнь по симптомам, но все попытки тщетны.        Роберт остался у меня, и поэтому, когда проснулся, увидев моё обеспокоенное лицо, спросил в чём дело, а я ему все рассказал. Внимательно выслушав меня, я узнал что не мне единственному было плохо. Оказалось что его тоже тошнило, поэтому он совсем ничего вчера не ел.       После разговора мы сделали вывод, что, возможно, некоторые продукты были испорченными, а алкоголь лишь усугубил ситуацию и, скорее всего, это банальное пищевое отравление. Знаете, тогда мне казалось, будто камень с души упал. Мы немного посмеялись на этот счет, а потом оба вышли из дома, и пошли по своим делам.