Причина для следствия

-Че ты молчишь?! Что ты, блять, молчишь, язык откусил? Ты хоть что-нибудь мне сказать можешь или нет?! В ярости он был страшен. Но это была не ярость, а накаленные до красна нервы. Ох, не пройдет это без следа тебе, родной мой, не пройдет… Руслан плечистой громадой возвышался над Витей. Все его тело было напряжено, шея раскраснелась, как и лицо, глаза налились кровью, рот перекосило от гнева. Жилы выступили. А Витя стоял…молчал…и улыбался… -Тебе сказано: вынеси куб, помоги! Где тебя носит?! У нас сцена! А ты проебываешь ее за кулисами! Неужели нельзя вести себя адекватно?! Да ответь же ты мне, придурок несчастный!!! Его руки сжимаются в кулаки, и я даже со спины понимаю: это край. Владлена тоже это понимает и старается спасти положение. -Руслан, успокойся. Витя все понял, правда, Витя? –но Витя все также молчит и улыбается. -Да нихуя он не понял! –голос Руслана срывается на вопль. Если до этого он кричал, то теперь орет. -Ты все сказал? –тихо, издевательски спокойно спрашивает Витя. Ой бляяя..... Я вижу, как Руслан весь подбирается, словно для прыжка. -Нет, сука. Не все! –мы с Владой успеваем ровно в тот момент, когда Руслан начинает заносить громовой кулак. Мы успеваем остановить откровенную драку. Руслан угрюмо тащиться за нами, а мы с Владленой ведём его под руки в репетиционную. Он горячий, а его лицо блестит от пота. Нельзя так нервничать перед спектаклем, даже если ты играешь главную роль. Владлена заталкивает Руслана, а вслед за ним и меня, в комнату. -Посидите оба тут. Таня, следи, чтобы он ничего не сломал. Руслан, –она смеряет его внешне уничтожающим, а внутри понимающим, взглядом и твердо произносит, –Остынь. Руслан тяжело садится на стул. Владлена закрывает дверь. А я так и стою, ошалелая, посреди комнаты. Где-то за стенкой Влада уже отчитывает Витю. Я смотрю на Руслана. Он откинулся к стене и закрыл глаза. Он все ещё красный, как спелый помидор, я переживаю. И подхожу к нему. Отвожу волосы с горящего лба и негромко говорю: -Нельзя же так… Он открывает глаза и впивается взглядом в меня. С минуту мы молчим, а потом он сипит: -Воды дай. Да, я холодею внутри. Всё-таки переборщил. Всё-таки замкнуло. Я спокойно (да если бы) набираю воды из родничка и даю ему. Его рука трясется, как у невротика, ходит из стороны в сторону. Я знаю, что поступаю опрометчиво, но я придерживаю его руку своей, позволяя ему напиться. Руслан делает пару тяжких глотков и ставит стакан. -Я не знаю, как мы поедем на гастроли с ним, –хрипло выплёвывает он остатки злобы, –Я с ума сойду, пока он здесь. Благо, я ухожу отсюда в конце года. Я сажусь рядом. -Не глупи. Все пройдет отлично. Просто кому-то нужно поменьше волноваться и побольше спать. Руслан молчит несколько долгих секунд, а потом поворачивает голову на меня, все ещё касаясь волосами стены. -А если нет? Кто меня остановит? –я вижу, он почти успокоился: он медленно изучает мое лицо. -Владлена–не долго думая, я выдаю ему ответ. Но он качает головой. -Владленину руку я бы просто стряхнул. А если бы случайно ударил, не заметил бы. Я не могу удержать вздох. Он прав… Он плохо реагирует на жалкие попытки успокоить его, он как ураган, сносит все на своем пути. Он не может снести только одного человека. Меня… Только вот… Я не еду на гастроли…