Элитный Колледж Стихий

Magia nu este nici bună, nici rea. Totul depinde de modul în care îl utilizați.

***

Снег хрустит под ногами, щеки уже раскраснелись от мороза, а руки, для которых неразумная хозяйка не взяла варежки, грозятся отвалиться к чертям. Но, всё это абсолютно не имело значения, ведь к груди она трепетно прижимала подарок, который только-только купила! Да, Алёна опять отложила всё на последний момент. Но, не потому, что она растяпа или забыла. Она просто не знала, что подарить! Это был ответственный момент, и оплошать совсем не хотелось. Как минимум потому, что это был их последний Новый Год вместе. Потом они разъедутся по всему свету: кто-то поступит в ВАМ, кто-то уедет в столицу, Алёна с Лёшей в совсем другую страну… Это добавляло грусти Новому Году. Было принято решение играть в Тайного Санту. Алёна очень хотела, чтобы она попалась Кате или Жене: тогда подарок был бы действительно крутым. Знала, что Лёша дарит Викки: он проболтался почти сразу же, сознаваясь, что совсем не знает, что подарить. Ещё знала, что у Екатерины Марс Сергей Лодж — та тоже практически сразу же рассказала, пребывая на седьмом небе от счастья. То ли от того, что не придётся тратить деньги дважды, то ли от того, что она точно знает лучший подарок для этого мужчины. Алёна же трепетно прижимала к груди совсем небольшой подарок для Егора Неффа. Дарить ему было особенно ответственно. В последний год он очень отдалился от ребят. Начал жить в отдельной комнате, меньше улыбался и совсем не шутил так, как раньше. Тем не менее, отметить вместе Новый Год он всё-таки согласился. Как же Виан хотелось увидеть на его лице ту самую непринужденную улыбку Егора Неффа. По его сверканиям голой задницей в комнате никто не скучал, но шуток и вправду не хватало. Артур пытался перестроиться на роль клоуна, только вот он изначально им не был. Ещё и экзамены, свалившиеся на всех студентов как гром среди ясного неба. В общем, день должен быть последним днём настоящего и искреннего детства студентов Элитного Колледжа Стихий. — А я думаю, где её носит! — встретила подруга Алёну при входе в тот самый подвал. Теперь с дверью из тёмного дуба, да такой крепкой, что ни одно заклинание не вышибет! Хотя, ребята теперь и не проверяли, покушаться на имущество Колледжа расхотелось вовсе. После палаток, жизни без двери… — А помнишь, как мы с полотенцем на двери жили? — вместо реакции выдала Алёна Кате, улыбаясь и стряхивая снег с шапки. Абсолютно ничего не изменилось, даже дверь не поменяли. А она висела на единственной последней петле, открываясь через раз. Вон, даже на стене не закрасили здоровенное обожженное пятно. Да, в этой комнате живут два огневика, удивляться не приходится. — Ну и что-о-о это, — грустно протянула Клиффорд, плюхаясь на свою кровать, — ну, они хотя бы убрали, и на том спасибо… А если ректора попросить закрасить это вот пятно хотя бы? Или дверь заменить? — А он сам придет к тебе, — ухмыльнулся Аллен, стоя на входе, — не будут ничего делать. К слову, я мог бы жить в башне огня, вместо выпустившегося Лануа. Но, я отказался, и, кажется, у меня через пару дней двери не будет совсем.

***

Дверь с шумом распахнулась, слетев с петель окончательно. ТВОЮ МАТЬ, НУ ЧТО ПРОИСХОДИТ? Герц тоже как-то сочувствующе осмотрела эту дверь, но, пожав плечами, подбежала к кровати (причем, не своей) и, содрав плед, повесила его так, чтобы закрывал проход. Ахренеть, да и только. — Так, у нас две минуты на уборку, а потом придут люди. — Кто? — нахмурилась Алёна. Она, конечно, хотела выпить, но не сообщала об этом Герц. — Не спрашивай лучше, — отмахнулась девушка, подбирая с пола чьи-то мужские трусы, — я даже спрашивать не буду у кого на трусах радуга. — Как забыть! — Клиффорд, уже при параде, всплеснула руками, — Надо было нам тогда её менять ещё когда она на последней петле висела. Может быть, и избежали бы полугода жизни с полотенцем… — Не преувеличивай, — подарок Егора полетел на его старую кровать, теперь идеально заправленную и совсем не используемую. В последний раз на ней кто-то лежал больше полугода назад, ещё в конце четвертого курса. Кажется, даже немного пылью припорошило нежно-голубой пододеяльник. А ведь пять лет назад на эту кровать впервые лёг Егорка, мальчик с огромной любовью к зельеварению и взрыванию помещений. Теперь он известный зельевар, поставляющий снадобья в крупнейшие лавки Рафрада. Время течет неумолимо, и мы никак не можем на него повлиять. — А ведь когда-то мы только-только заехали в эту комнату и ненавидели её, — Виан осмотрела знакомые до боли невысокие потолки коричнево-серого цвета. Тогда эта комната показалась наказанием. Подвал, пять человек, двое из них парни. Ни перегородок, ничего. Но, студенты Элитного Колледжа Стихий не привыкли сдаваться. Правда, теперь в этой комнате их осталось всего трое. Путь в комнату занял не так много времени, как могло бы показаться. Последняя дверь от лестницы в подвал не предвещала абсолютно ничего хорошего, но все оказалось не так плохо. Те же кирпичные стены, пять кроватей, расположенных достаточно далеко друг от друга. Все заправлены, пять столов и пять маленьких шкафов. Дверь в ванную. Хорошо, что личная. Кто же оставшиеся две соседки? Дверь душа открылась. Из нее вышел парень, вытирающий голову полотенцем, а одет он был… в другое полотенце. Очень интересно. Екатерина резко залилась краской отворачиваясь. Куда они вообще пришли? Зачем их сюда привели? Это какой-то притон, да? — Что, не нравится? — Аллен ухмыльнулся, заходя в комнату, — вот эти три кровати свободны. Эти наши. Я, кстати, Артур. Ударение на «А». Общая комната с парнями? Это вообще нормально? Никакого разделения, ванная тоже общая. Это даже не общежитие… — А почему мы вместе живем, собственно? — Виан все-таки решила задать вопрос, неловко заправляя прядь за ухо и краем глаза косясь на прекрасного полуголого молодого человека. Ну невозможно было не смотреть! — Потому что комнат мало, а поступающих много. В этом году парней оказалось больше, чем девушек. Вы не волнуйтесь, население столицы требует пополнения, если что, вы сыграете огромную роль… — Аллен, ну прекращай, — басом рассмеялся второй парень, — не пугай девочек. Заходите, мы действительно не виноваты, что так вышло. А я… пожалуй оденусь. — Пожалуй оденься, — задумчиво повторила Евгения, присаживаясь на одну из кроватей. Комната действительно неплохая, да и парни не выглядят плохими, но кто знает, как они покажут себя через время? Может, это обман? Нужно непременно сходить к ректору и узнать, как элитный колледж может позволять себе такое. — Вас-то как зовут? — раздалось из ванной, в которой сейчас переодевался парень, — Я Егор. — Алёна, — девушка легла на другую кровать, растянувшись. Балдеж! — Екатерина, — заняв самую дальнюю кровать, она отводила голову, как бы проверяя, насколько парням со своих кроватей ее видно. Вроде бы, меньше всех. Вот и хорошо, вот и прекрасно. — Евгения. И завтра я пойду к ректору спрашивать. Сегодня я не готова к подвигам под названием «найди какой-нибудь кабинет, не знаю какой». Герц тоже доспрашивалась у ректора. Теперь живет на четвертом, преподавательском этаже, но очень часто сюда приходит. В её жизни, пожалуй, произошло чуть больше изменений, чем в жизни всех остальных. Ну, что греха таить, все маленького Никиту обожали! Первый ребенок в компании, пусть и от зануды ректора. И это был уже второй Новый Год в жизни малютки, а его маму даже отпустили спраздновать праздник с друзьями. У неё тоже будет последний Новый Год, как у обычного ребенка-студента. — Ты долго будешь ёлку мучить? — Ой, — коротко вскрикнула Женя от неожиданности, оборачиваясь через плечо на ректора, посмевшего побеспокоить её, — Я почти закончила. — Мы же нарядили её еще две недели назад, потому что тебе в голову ударило новогоднее настроение! — Андрей со вздохом обнял девушку, — Что сейчас перенаряжать? — Ничего ты не понимаешь, дедуля, — беззлобно отшутилась Женя, поправляя золотистый шарик. Глаза сами собой упали на ребенка, тихо досыпавшего свой дневной сон прямо на родительской кровати. Маленький, но уже с характером, который ещё нужно уметь пережить. Настоящий человек, получившийся из незаконной любви ректора и студентки! — А что, если бы мы тогда не попали в тюрьму? Долго бы ты решался, чтобы признаться в чувствах? На удивление, ректор очень быстро понял, о чём идет речь. — Если ты не забыла, мы уже целовались на твоем первом курсе. А тюрьма ваша была на третьем. — На втором, — меланхолично поправила Женя, — И всё же. Представь, если бы всё было по-другому? Почему ты вообще влюбился в обычную первокурсницу? Андрей хрипло рассмеялся. — Ну разве можно назвать обычной первокурсницей студентку, которая в первую же неделю залезла в мой кабинет, чтобы вытащить бесполезнейшие бумажки? — Ты знал! Герц застыла с распахнутым ртом и глазами, полными удивления. Девушка выпуталась из объятий этого мужчины, улыбавшегося своей самой довольной улыбкой. — Конечно знал. Сразу же, стоило тебе пересечь границу моего кабинета. — И почему не отчислил? Не сделал выговор, не отругал? — непонимающе спросила Женя, качая головой. Она-то всю жизнь думала, что она такая грациозная кошка и её никто не спалил, а тут вон оно как. Андрей Мендес пожал плечами. Повернул голову в сторону Никиты, издавшего пару звуков, приближающих его к пробуждению. Улыбнулся чуть более сдержанно, но глаза засияли сильнее. — Чувствовал что-то. Не знаю, — практически шепотом произнёс мужчина. Секундная слабость и он поднимает глаза на Герц вновь, — Тебе пора к друзьям.

***

— Да ну, не опоздал я! Это вы все рано пришли! — громко оправдывался один высокий рыжий парень, улыбаясь во все тридцать два. Его даже дальше порога не пустили, сразу приготовили штрафную. Её-то и держал в руках Лодж, заставляя рыжего залпом выпить неплохую такую стопку «выручайки», придуманной ещё на далёком первом курсе Дмитрием Маринетти и Егором Неффом. Последний, кстати, сейчас вполне себе довольно улыбался, сидя на своей кровати. В его голове всё ещё было полно мыслей о будущем, несущих чисто рабочий характер, но эти ребята откровенно были его самой большой слабостью. Мостиком в беззаботное прошлое, в котором его каждый год отчисляют за отвратительные оценки, а он бегает по коридорам и материт училку по магическим потокам. — ДА НУ НАХУЙ! — Нефф с размаху бросил свой бланк, прыгая на нем ногами, — НУ И ЧТО ЭТО БЛЯТЬ? ЧТО ЭТО БЛЯТЬ?! — Что у тебя?.. — Виан попыталась подлезть рукой к бланку, но лишь чуть не получила ногой парня по руке, — Эй, аккуратнее будь! Отлично, Нефф был просто в «восторге». От этого перепугалась и Клиффорд, осторожно открывающая свой конверт и готовая к худшему. — Ну-у-у… — девушка осмотрела цифры, — не так уж и плохо, знаете ли. — ДА НУ?! УХ, она тварь! Такая тварь! Я ей все конспекты сдавал? СДАВАЛ! Я практику прошел? ПРОШЕЛ, БЛЯТЬ! И что я получаю? И ЧТО Я ПОЛУЧАЮ?! — кажется, тут даже не нужно подписывать, кто это говорит. Никто уже не мог держать себя в себе, разрывая свои конверты и смотря на бланки. Герц и Виан слегка поморщило. Бауэр равнодушно пожал плечами, откладывая бланк в сторону. Гросс, кажется, остался вполне доволен своими баллами. А Аллен… сначала был вполне адекватным. Спокойное лицо оценило все баллы, как тут. — Сука. — ЧТО У ТЕБЯ? — Нефф уже видел в Артуре поддержку для ненависти, — ТОЖЕ МАГИЧЕСКИЕ ПОТОКИ ЗАВАЛИЛИ? ДА? — Нет, — ухмыльнулся Артур, — Артефакты, тридцать девять и общественное поведение двести двадцать. — Считаешь, что двести двадцать — плохой результат? — Герц явно была недовольна со своими двести одним баллом. Нефф посмотрел в свой бланк, что-то рассматривая, просматривая… Он снова перекосился. Что сейчас будет… — Со скольки баллов идет тройка? — Егор вот-вот сорвется, было видно. Ребята переглянулись, очень сомневаясь в надобности ответа. Наконец-то, нашелся смелый. — Со ста тридцати… — очень неловко сказал Гросс, а Егора сразу же перекосило, — Что-то не так? — СУКИ ОНИ ВСЕ, ВОТ ЧТО НЕ ТАК! СТО ДВАДЦАТЬ ДЕВЯТЬ БАЛЛОВ ПО АРТЕФАКТАМ. СТО ДВАДЦАТЬ ДЕВЯТЬ, У-У-У-У, Я ЧТО, НЕ ЗАСЛУЖИЛ ОДИН БАЛЛ? НЕ ЗАСЛУЖИЛ БАЛЛ?! Честно, ребятам было очень страшно. Черт знает этого Неффа, тем более, он сейчас в ярости… — Даже Каллиграфия сто тридцать. ПРЕДСТАВЛЯЕТЕ, КАЛЛИГРАФИЯ. У МЕНЯ. А артефакты так вот, пожалуйста, пересдавай, Егорушка, тебе же заняться совсем нечем. Еще и не переходи на следующий курс, не знаю я эти артефакты, ПОНИМАЕШЬ? — он очень страшно сел перед Артуром, раскачиваясь взад-вперед, — Ну все, я звоню маме, говорю, заказывай гроб, я делаю суицид! — Ну, зачем же так критично… — попыталась успокоить Клиффорд, подходя к парню. Открылась дверь. Человек, который решил зайти под эти оры, вообще не ценит жизнь. И это был Дмитрий Маринетти вместе с Владимиром Уайтом. — Привет ребята, что у ва… — начал Дмитрий, но, не успел договорить. — У МЕНЯ СУИЦИД! — Егор тут же подскочил вместе со своим листочком, буквально тыча им в лицо парню, — Смотри! Смотри! Магические потоки, двадцать девять. ДВАДЦАТЬ ДЕВЯТЬ ЭТО ДАЖЕ НЕ ПЕРЕСДАЧА, ЭТО ВЫХОДИ ЕГОР ИДИ НА ТРАССУ! Артефакты СТО ДВАДЦАТЬ ДЕВЯТЬ! Я что, тройку не заслужил? НЕ ЗАСЛУЖИЛ ТРОЙКУ Я ТЕБЯ СПРАШИВАЮ?! Маринетти был в шоке. Уайт, стоящий сзади, тоже. Владимир даже был готов развернуться и уйти, потому что тут, походу, живут какие-то ненормальные. Виан осторожно встала с пола, поглаживая Егора по плечу и усаживая обратно. Он молчал, но, было видно, что он хочет выплеснуть агрессию. И грусть тоже. Было же ясно, что он попадает под отчисление… Егор был безмерно благодарен Герц и Мендесу за множество вторых шансов, которые были ему даны. Теперь он сделает всё, чтобы эти шансы оправдались и ректор с подругой никогда об этом не пожалели. — Ладно-ладно, давайте, — тяжело вздохнул Лануа, всё-таки принимая рюмку «выручайки» в руки и залпом выпивая её до дна. Парня поморщило так, словно он съел лимонов штук двадцать, — Тьфу ты, господи боже мой, чтоб Маринетти там сладко было за такое изобретение! Уайту тоже! Викки, ты сейчас ахренеешь это пить! — Она и не будет это пить, — невинно произнесла Алёна, хлопая ресничками. — Как не будет?! — Алекс даже морщиться перестал. Резко повернулся на Викки, застывшую за ним в дверном проёме, — Она же тоже опоздала! — А ты, как глава семейства, за двоих выпил, — развел руками Аллен, широко улыбаясь, — Мужик, ты же должен был уже привыкнуть. Алекс мученически вздохнул, воздав глаза к небу. К потолку, точнее. — Проходи уже, — подтолкнула его немного Эриксон, — Прекращай жалеть о моменте, когда мы с ними познакомились! — Да что бы вы без меня делали, если бы мы не познакомились, — пробурчал Александр Лануа, снимая с себя куртку и помогая жене освободиться от белоснежной шубки. — Да-а, как бы мы телефоны заряжали… Егор бы тогда ни за что свою змейку не прошёл до конца, — скептически протянул Сергей Лодж, за что получил легкий, но очень убедительный тычок под ребра от Марс. Алекс фыркнул, проходя вглубь комнаты. Отшучивался он, конечно. А так прекрасно понимал, что перед ним его самые близкие люди, которых можно представить. Кроме семьи, конечно. Хотя, этих тоже семьей можно назвать. Сколько всего они прошли вместе: и половину географической карты, и в палатках спали, и даже за компанию с ними спал на болоте перед Колледжем. Телефоны и вправду заряжал! И, казалось бы, эта дружба должна была закончиться еще после окончания Лануа и Эриксон пятого курса. Только вот у судьбы были абсолютно другие планы. Так и случается в жизни, что судьба выбирает за нас самые верные решения. — А где Лёша? — спросила Виктория, оглядывая всех присутствующих. — Вышел минут пять назад. Пойду, поищу его, а то и вправду уже начинать надо, — Виан поднялась с насиженного места, направляясь к входной двери. — Смотри, ты там тоже не потеряйся! — крикнула ей в спину Герц, — А то вдруг этот коридор засасывает всех тех, кто себя плохо вёл в прошлом году… Алёна не ответила. Но, улыбнулась, пусть никто этого и не увидел. В коридоре стояла темень. Большая часть студентов разъехалась по домам, чтобы отпраздновать Новый Год с семьей. Остались только те, у кого семья была здесь. Пусть не родные, но такие любимые и близкие. Некоторые, конечно, более любимые. И более близкие. — Возвращайся, там Алекс с Викки уже приехали, — произнесла Алёна в спину Гроссу, застывшему на первом же повороте первого этажа. — Я так благодарен судьбе за то, что у меня есть ты. Ни с того, ни с сего. Алёна аж замерла на месте, так и не подойдя к Лёше ближе. — Что? — Спасибо тебе за то, что этот Новый Год мы встречаем вместе. Спасибо, что выбрала меня, — продолжил Гросс, не поворачиваясь на девушку, — Я весь день думаю о том, что мог быть всё ещё без тебя. Я, наверное, даже ничего на Новый Год никогда в жизни попросить не смогу. Потому что мое самое большое желание уже исполнилось. Виан иногда слышала от Лёши подобные слова. Менее размашисто, и не в такой атмосфере. А сейчас они отлетали от стен, создавали эхо и звучали словно… везде. — Я каждый день вспоминаю, как сказал тебе самую эпичную фразу в своей жизни. — Когда сказал мне «Барон Алексей Гросс»? — всё-таки отмерла Алёна, ухмыляясь и подходя к парню. Тот покосился на неё, явно закатывая глаза. Да уж, романтик! — Нет. «Знала ли ты, что «Алёна Бауэр» звучит просто отвратительно?» Виан рассмеялась, отдаваясь приятным воспоминаниям сквозь года. Пять лет назад, а словно целая вечность прошла. Тогда их чувства только зарождались, всё было совсем по-другому, они были по-настоящему глупыми малышами. — Ты чего, убийцу увидела? — Гросс застал девушку в весьма странном положении. С закинутой рукой вверх с огнем и в боевой позе, — Успокаивайся, я настоящий. Тебя не глючит. Алёна медленно опустила руку вниз, но огонь еще не потушила. Мало ли… От Гросса тоже многого можно ожидать. Особенно после их разговора в коридоре. Или лучше это назвать ссорой, чудом не переросшей в рукоприкладство? — Нет. Что вы тут забыли, барон Алексей Гросс? Парень закатил глаза. Ясно, теперь она будет выпендриваться на него месяц за тот минутный срыв. Он же был просто в ярости, когда за одно утро услышал и о ее браке, и о том, что она шляется по углам с Алленом. И бог знает что из этого правда! — Перестань. Или ты хочешь поговорить об этом прямо сейчас? Не особо мечтала, но возвращаться назад, к призраку, хотелось еще меньше. Поэтому, Виан просто кивнула, опуская глаза. Раздался вздох, а дальше шорохи шагов. Гросс хотел подойти к девушке ближе, но, вместо этого, поскользнулся на траве и скатился прямо в то самое озеро. Повезло, что было не глубоко. Алёна засмеялась, чудом сдерживая порывы реально заржать. Гроссу только лягушки на голове не хватало. Но это уже больше привилегия Аллена. — Смешно тебе? Иди сюда. Виан отчаянно замотала головой, чувствуя, что она окажется с ним в воде. Но, ее мнения не спросили и Гросс просто заставил ее оказаться в воде. Передвинул кусок земли с ней в воду. — Ну что ты делаешь, вода же грязная будет! — возмутилась Алёна, сидя в этом лягушатнике и недовольно смотря на Гросса. Из-за того, что она отчаянно сопротивлялась, сейчас мокрым было абсолютно ВСЕ. Даже волосы. — Не будет, — ухмыльнулся Алексей, — пойдем дальше. Она-то думала, они выберутся на берег и пойдут куда-то. Но нет! Они оказалась еще дальше в воде. По пояс обоим. — И что ты собрался делать? Топить меня? — к ноге, к слову, что-то прилипло. Джинсы, вы отслужили хорошую службу! — За твои браки черт пойми с кем? Было бы неплохо, — закатил глаза Гросс, даже под водой засовывая руки в карманы, — это что еще за выкидоны? Рассказать этой истеричке хоть что-то или лучше не нужно?.. Перед Виан стоял сложный выбор. Если она сейчас промолчит, будет очередная ссора. А с ним так сложно молчать! Обижаться — вообще не вариант, даже подраться лучше. — Наши родители действительно заключили фиктивный брак между нами. Пока фиктивный. Мы в этом не участвовали и хотим разрушить его. А с Алленом у меня ничего нет. Я без понятия, кто распространяет эти слухи. Вот ты могла так же спокойно сказать сегодня днем то же самое? Или, стоя в воде по пояс в лесу, который убивает народ, проще выражать свои мысли? — Я просто не знала, как тебя успокоить, ты вел себя так странно и я подумала, что лучше будет… — начала быстро тараторить девушка, на что Алексей в очередной раз закатил глаза. Нет, нормально объяснять — точно не ее. Нужно заканчивать этот поток речи. — Замолчи, — он контрольный раз закатил глаза, беря лицо Виан в свои руки, — Знала ли ты, что «Алёна Бауэр» звучит просто отвратительно? И, заправив ей мокрую прядь волос за ухо, осторожно поцеловал. Кто знает, может этот лес так действует, или же Гроссу надоело, что ее присваивают все подряд. Но сейчас он думал лишь о том, чтобы сбоку не появился Аллен. И он не появился. — А я больше люблю твою речь, которую ты мне выкатил, когда мы ссорились на третьем курсе. Я сидела у тебя на ковре, пьяная, мокрая, полураздетая, а ты такиииие речи толкал, — протянула Алёна, мечтательно смотря на луну. — Я тебе, вообще-то, много чего приятного за жизнь сказал, — пробубнил Алексей. — Конечно-конечно, — Виан поспешила его в этом заверить, улыбнувшись и положив руку ему на плечо. Они постояли еще минуту в полной тишине. — Я на самом деле хочу сказать тебе спасибо за то, что выбрала меня. За то, что каждое утро я могу видеть твою улыбку и слышать твой голос. За то, что я слышу «я люблю тебя» в мой адрес. Никогда в жизни и ни за что я не смогу описать до конца то, что чувствую, когда смотрю на тебя. Ты такая удивительная, Алёна, — хрипло произнёс Гросс, смотря на Виан самыми влюбленными глазами, которые она когда-либо видела, — Я хочу быть с тобой в этой жизни и ещё в тысячи следующих. Хочу находить тебя везде, даже если нам суждено переродиться одуванчиками и лететь по ветру. — Да хоть пылью, — в глазах уже стояли слёзы, — Будем летать с тобой по одной комнате. Алексей рассмеялся, отворачиваясь от неё. Виан заметила, что в его глазах тоже блестит влага. — Пойдём к ребятам, — ещё раз ласково улыбнулась Алёна, укладывая свою руку на грудь Гросса, прямо туда, где находится сердце, — Они нас ждут.

***

— Давайте уже дарить подарки, ну сколько же можно ждать?! — Герц уже не могла ждать этих друзей и, стоило им пересечь порог комнаты, сразу же напала, — Давайте, Катя, начинай! Клиффорд, явно не готовая к такой подставе, дернулась, но всё же с готовностью потянулась к большому пакету. Все в комнате приготовились к раскрытию интриги: сейчас-то они и узнают, кто что и кому дарит! — Артур, — не стала скрывать Катя, улыбаясь своему старому и, наверное, лучшему другу, — Хочу, чтобы этот подарок всегда был тебе близок к сердцу и оберегал тебя и днём, и ночью. Странно, конечно, дарить такое некроманту, но-о… — Катя, — цыкнула сбоку нетерпеливая Женя. — С Новым Годом! — поспешно подытожила Клиффорд, отдавая Артуру подарок. Аллен медленно раскрыл пакет, словно боялся увидеть содержимое. И стоило бы, потому что подобного можно было ожидать от Виан, но не от Клиффорд! Браслет с лягушкой, кулон с лягушкой, огромная игрушка лягушки, кружка с лягушкой, футболка с лягушкой… — Боже мой! — не сдержался Артур, — А есть костюм лягушки для меня? — Приберегу на день рождения, — улыбнулась Катя, — Посмотри на живот игрушки. Да, это точно ещё было не всё. Лягушачий мерч, это, конечно, круто, но не до конца трогает сердце, как этого бы хотелось Кате. Артур развернул на себя лягушку, размером с половину его подушки и наткнулся взглядом на имя, вышитое явно вручную. — Тамара… — прошептал он, улыбнувшись так искренне, что у Кати аж на душе потеплело, — Так звали мою первую лягушку, которую я сюда привёз! Я вообще их потом перестал сюда возить и заводить… — Да, у нас всякую дрянь потом стала Катя заводить, — подал голос Егор, — Лягушки были подготовительным уровнем! — Да, прошу заметить, Тамара никогда огнём не пулялась, в отличие от дракона Кати, — внес ясность Артур, — Шучу. Спасибо большое, Кать, ты подарила мне Тамару! Все дружно посмеялись, а Аллен тем временем был готов переходить к своему подарку. Интриганом он не был, а подарки дарить совсем не умел, поэтому просто вручил Алёне в руки небольшую коробку нежно-бирюзового цвета с золотой ленточкой. — О-о, спасибо! — сразу же выдала Алёна, пока ещё даже не смотрела, развязывая ленточку. Жаль, конечно, что не Катя с Женей дарят, а Артур, но, хотелось верить, что он постарался. Подарок был в его стиле. Кольцо с небольшой драгоценной печаткой камня стихии огня, комплект браслетов с тем же камнем и маленькая книжечка. Которая категорически не захотела открываться, словно страницы кто-то склеил или заговорил. Аллен, конечно, поспешил объяснить. — Книга откроется тебе лишь в особенный день. — Спасибо? — неуверенно произнесла Алёна, рассматривая фолиантик со всех сторон. Небольшой, совершенно непримечательный, не совсем аккуратный. И как понять «в особенный день»? Ладно. Артур всегда был немного сам себе на уме, тем более пришло время переключаться и дарить подарок, за который она больше всего переживала. Она знала, что Егор увлекается зельеварением, но дарить очередной котел — как минимум, странно. Она ведь знала, что у Неффа в коллекции, по меньшей мере, их штук двенадцать. Было решено сделать особенный подарок ему как для зельевара, а второй как для человека. С подарком для зельевара очень помог Лёша: достал несуществуемое, редчайший ингредиент. Так в коробке оказалась маленькая склянка со слезами русалки, набранными при восходе солнца. А вот второй подарок Алёна забрала только сегодня утром. — Егор, поздравляю тебя с Новым Годом, — она передала пакет с трепетом и искренним волнением. Руки потряхивались и, по большей части, конечно, из-за второй части подарка. — Это… — первым делом зельевар обратил внимание на склянку. Открыл, понюхал с самым опытным видом, — То, о чем я думаю?! Русаличьи слёзы?! На мгновение он стал тем самым Егором Неффом, которого они все знали и любили. Впечатлительным, открытым и жизнерадостным. Алёна с улыбкой кивнула. — Абалдеть, Алёна, ты колдунья! Нет, в смысле… это невероятно! — Нефф вскочил с места и обнял подругу, крепко сжимая в объятиях, — Я стану легендой, этого ингредиента нет нигде! Где ты его достала?! — Там уже нет, — с сожалением произнесла Виан, — Будет только у тебя. Там еще один небольшой подарочек. После слёз русалки Неффа мало волновало дальнейшее наполнение. Но, из уважения к подруге, он, конечно, сел и открыл маленькую бархатную коробочку черного цвета. Цепочка из белого золота с совсем непримечательным белым кулоном. Нефф вопросительно посмотрел на Алёну, а та с улыбкой запустила огонёк в самый центр кулона. Небольшое деление загорелось ярко-оранжевым цветом. Дальше Клиффорд, которая уже знала, что делать, направила воздух в ту же точку. Затем Аллен, Герц и, в конце, Гросс. Только ничего не произошло. — И… что? — Нефф смотрел на безделушку. Светилась красиво, и оранжевым, и синим, и неоново-голубым, и серым, и зеленым, но… — Ты. Твоей магии не хватает, — с улыбкой подсказала Алёна. Егор аккуратно и слегка недоверчиво прикоснулся воздушным потоком в центр кулона. Кулон раздвинул свои лепестки, открывая небольшую фотографию, вместившуюся как раз в размер. На ней были изображены шестнадцатилетние подростки, весело улыбающиеся в камеру. У одного в руках ведро с картошкой, он это точно знал, пусть картошки и не было видно. Нефф улыбнулся, сжимая губы. Сдержал поток эмоций, хотя те его чуть не разорвали. Это ведь он. Он и его друзья. Раньше, и сейчас. — Эта фотография теперь всегда с тобой. Хватит только твоей энергии, чтобы открыть кулон. А частички нас навсегда останутся в нём. — Спасибо, — Егор постарался вложить в это слово всю искренность, которую он только мог выразить. Нефф подарил Гроссу набор натертых глянцевых солдатиков из земляной породы, которыми Лёша мог управлять с помощью магии. И пусть на взгляд Алёны это был странный подарок, Алексей радовался, как ребенок. Гросс, в свою очередь, подарил Викки набор драгоценных камней, используемых в новом деле Эриксон: изготовление амулетов. Викки подарила Кате Марс обалденное колье из эльфийского жемчуга, а Катя одарила Сергея Лоджа зимним теплым свитером. Выбора не оставалось, пришлось надеть. Все-таки, девушка вязала ночами. Ну и что, что на нем нарисован совершенно глупый заяц? Лодж дарил подарок Герц. Книга по лечению водой. О-о-очень интересно, Женя даже разочарования не скрывала. Сергей немного побубнил, но в конце сказал, что знал о такой реакции. От Жени Александру Лануа достался теплый шарф и охранный амулет. Ну и, понятное дело, завершил цепочку Алекс, подарив Клиффорд милейшие тапочки и браслет уже с эльфийским серебром. — С Новым Годом! — шум сталкивающихся друг с другом бокалов было слышно на три этажа вверх точно. А крики ребят, так и вообще на весь Колледж! Стесняться было нечего. Они были дома, со своей семьей.

***

Уже поздней ночью, хотя, скорее утром, после празднования, Егор Нефф, оставшись один, снова откроет подаренный кулон, всматриваясь в фотографию. Улыбка сама собой вылезла на лицо, а в сердце стало так тепло… — Друзья, — прошептал он, сам не понимая зачем. Но значило это слово сейчас куда больше, чем просто набор букв. За окном всё ещё гремели салюты. Впереди Новый Год, полный открытий, разочарований, взлетов и падений. Год, в котором они все закончат Элитный Колледж Стихий.