Огонь и я

- Передайте соль, - говорит Ледяной Рыцарь и просыпается. Теперь это постоянно с ним происходит - обрывисто вытягивает из сомнительной мути в родимое холодное, блестяще-ясное царство. Полезно всё-таки, хотя это не то чтобы спасение от кошмаров, разве что где-нибудь на одну восьмую. Да и сожалеть вроде как не о чем - когда предаёшь лучшего друга, на это нужны крайне весомые причины, по крайней мере, таким, как Ледяной Рыцарь. Причины были - Лопатный Рыцарь отбился от рук, а новая власть оказалась вовсе не такой гнетущей, какой виделась. На самом деле, сколько бы ей ни было веков, Ледяной всё время ловил себя на том, что думает о ней как о девочке. Девочка созвала их под своды замка, выдала краткий список поручений и парочку орденов такими тонкими пальчиками, что не взять в самом деле было бы не по-рыцарски. Пришлось запихать поглубже за пазуху и забыть о них до вечера, а после - выдать на растерзание довольным волчарам. Съедят - не подавятся, северные; Ледяному было настолько всё равно, кроме того, он прекрасно осознавал происходящее и свою в нём роль. Предавал осознанно - да, в общем-то, некого было предавать, настоящие герои кончились, бывшие друзья перешли к копанию картошки. А когда всё-таки вернулись... Разве айсберги меняют маршрут столь резко? Тем более, вмёрзшие в лёд драккары. Всё равно уединение пошло Лопатному Рыцарю на пользу. Он стал старше, спокойнее и ещё молчаливее. Действовал напористо и с расчётом - отбив первую атаку, его соперник легко понял: мальчишка пойдёт дальше, гораздо дальше. Доберётся до замка девчонки и... Пусть сами там разбираются, а седым горным вершинам не до этакой теплоты. И если им случится подтаять, скрывают стыдливо. Ледяной так поступил с непрошенным облегчением. Он не о чём не жалел и готов был придерживаться выбранной стороны, не подумайте. Просто побеждать не хотелось. Отвратительный настрой для защитника - ни одно королевство с таким долго не протянет. Впрочем, Чародейка не искала титулов, хотя в глаза верным подданным заглядывала так, будто вправду что-то потеряла и никак не может найти. Ледяной Рыцарь даже, кажется, понял что. Мальчишка и девчонка, гм, неспроста... В такое нельзя было вмешиваться - а всё-таки он опёрся на стену (стена пошатнулась), неловко смахнул крошки себе на колени и попросил из всего - соль. Не уйти и не остаться, сражаясь с малышом плечом к плечу. Впрочем, он этого и не ждал. Никогда не принимал помощи и её не выпрашивал, всегда приходил сам. Он и теперь верен своим привычкам - тащит на плечах счастливую усталость, галантно тягает знакомый оранжевый щит со всеми старыми выбоинами на прежнем месте - редкое солнышко в этих снегах. Не светит, но греет, талая вода умудряется вымочить насквозь ноги даже сквозь примотанные к ним шкурки. Ледяному сыро - и, наверное, от этого тяжело стоять, а на Лопатном не хватает части доспехов - и достаточно волчьих укусов. У него под мышкой торжествующе маячит солонка. А ещё говорят, что соль просыпать - к ссоре. Горы не должны таять и сползать ещё более опасными селями, обнимать за плечи смертной хваткой, а их правитель верен старым традициям, обычаям и себе, но пару шагов он всё-таки делает, потому что за себя и свои поступки отвечать умеет. Прощать - нет, но прощают его, и это приятнее, чем можно было ожидать.