я. просто. балабол

Не хочу так жить. Зачем мне это всё? Мне надоело страдать. Скажите всем неудачникам, что я их люблю и любил всегда. Вашим мамкам тоже привет передавайте. Хотя всегда шутил и старался нести позитив, никто не знал, что творится у меня внутри. Вы всегда затыкали мне рот. Оставьте меня. Эдди, я люблю тебя больше всего на свете, помни об этом всегда. Но я не хочу портить тебе жизнь, поверь, её никто так не испоганит тебе, как я. Ты всегда был прав — я.просто.балабол. простите. Он перечитал записку снова, поставил точку и свернул её в квадрат. Куда пропало желание жить? А оно когда-то было вообще? Было, и только тогда, когда ещё была надежда на взаимность. Чёртов астматик. Как же я хотел бы быть счастливым. Хотел, чтоб меня любили. Мысли пролетали одна за одной. Почему всё именно так? Почему в этом гребаном гамаке ты смотрел на меня так и снимал мои очки, смотря в мои глаза? Зачем ты подавал надежду, для чего? Зачем так грубо отшил? Что я тебе сделал? Жаль, что я не услышу ответа на эти вопросы больше никогда. Ричи открыл аптечку и достал оттуда сильный препарат от тахикардии (для замедления ритма сердца), хотя у него он и так всегда был замедлен. Он знал, что есть смертельная доза, он знал… поэтому и начал принимать все и сразу. Потемнело в глазах, выступили слёзы и обморок. «Люблю тебя, астматик» — хриплым полушёпотом произнёс и отключился. К счастью, Эдди узнал очень многое о Ричи, когда стал его соседом и пролазил к нему в дом через окно. Он знал слишком многое, о его суицидальных наклонностях и о его чувствах, но всё равно продолжал относиться к балаболу, как к дерьму. Вернее делать вид… Он очень боялся признаться самому себе в своей ориентации. И делал очень больно любимому человеку. Да, он любил его, эта любовь никогда не была невзаимной. Эдди заранее заменил в аптечке Ричи, все возможные опасные лекарства на аскорбинки или вовсе выкинул, за день до проишествия. Спрятал лезвия и многое другое, параллельно готовясь к каминг-ауту. И вот, он снова пролазит через вечно открытое окно и видит лежащего на полу 16-летнего паренька, любовь всей своей жизни. -Ричи, Ричи, Риченькааа, очнись, эй. -Как это могло произойти?! Нет-нет-нет. Он решил проверить, какие препараты принял балабол. Это были аскорбинки. -Так, в каком это смысле? Эдди подошёл к Ричи и нежно протянул свою руку к его лицу, чтобы проверить его дыхание. Он дышит, вполне ровно, что с ним тогда? *господи, какие же невероятные у него веснушки и эти кудри* -Балабол, ты что притворяешься? Эээй, вставай! — Эдди похлопал ему по лицу, но тот не очнулся. Астматик заметил записку в кармане и достал, чтоб прочитать. В процессе чтения, он непроизвольно начал плакать. -Придурок, ты не балабол, я же люблю тебя, блин. Тозиер и глазом не повёл. (качественно притворялся, гордость) Но тут у Эдди снова начался приступ астмы и он не мог найти ингалятор в своих карманах. Он начал бежать и споткнулся, кашель усилился. Ричи не смог больше притворяться, открыл глаза и кинулся к задыхающемуся другу. Протянув ему ингалятор, Ричи поцеловал астматика в лоб и прошептал: « как же я люблю тебя, прости меня, прости меня за всё". -Ты носил с собой ингалятор? -Всегда. -Прости меня, честно, я вёл себя как полный мудак.- Эдди уже хотел продолжить свою речь, но Ричи прервал его поток мыслей нежным и тёплым поцелуем в губы. Их языки сплетались всё дольше и дольше. Они излучали всё то тепло, что боялись отдать друг другу уже очень долгое время. Им хотелось, чтобы так было всегда. Они и сделают всё возможное, чтоб так и было. На закате, обвитые весенним ветром, они вместе сожгли ту ужасную записку и долго, нежно целовались. Как же им хорошо, когда они рядом друг с другом. И плевать, кто, что и как подумает, они любят и это — главное. -Больше, я тебя никогда не оставлю, балабол. -И я Вас...Тебя с твоей мамкой. Эдди улыбнулся и закрыл рот своему парню страстными поцелуями. Так они и провели всю ночь, а возможно и всю жизнь. Любовь всё-таки спасёт мир. — с улыбкой произнесла Беверли на их свадьбе, и каждый выпил из своего хрустального бокала за их вечное счастье.