Cause you're mine oxygen

Мистер Чон как раз заполнял документы, когда его сын, предварительно постучавшись, вошёл к нему в кабинет. Уён поклонился отцу и, дождавшись кивка, сел на кресло перед его столом. Глава семьи снял очки и устало прикрыл глаза. Мужчина не был старым, ему было всего под пятьдесят, но постоянная работа и стресс выдавались на его лице: тут были и морщины, и круги под глазами, и усталые глаза, и седина, которая щедро пробивалась в его волосах. Но несмотря на это, можно было смело сказать, что Уён пошёл в отца. Тот же волевой подбородок, тот же прямой нос и слегка торчащие уши – сын был его молодой копией. - Как проходит твоё обучение? – спросил мистер Чон и откинулся на кожаное кресло. - Всё хорошо, отец. – Уён сжал слегка вспотевшими ладонями колени. Его голос не дрожал, но поза парня выдавала его волнение. - А твои занятия по танцам? – продолжил отец, продолжая смотреть прямо. Казалось, он не замечал сына в своём кабинете и разговаривал с пустотой. - У меня скоро соревнования, если хорошо закончим сезон, можно будет рассчитывать на стипендию в университете. – блондин ещё сильнее выпрямил спину – ему не очень нравилось к чему идёт весь этот разговор. В кабинете повисло недолгое молчание. Глаза Уёна бегали по стенам, просматривая картины, дипломы и награды отца, и натыкаясь взглядом на одну единственную фотографию семьи Чон, расположенную за столом отца. На ней Юнхо ведут в первый класс, блондин хорошо помнил этот день, родители улыбались, а брат был настолько взволнован, что не мог сказать и слова. На этом снимке Уён сидел у отца на плечах и держал гелиевый шарик, подаренный Юнхо на линейке, и был очень счастлив, не то что сейчас. - Уён, - глава семьи впервые за всё это время посмотрел Чону в глаза. – В американском университете тебе не понадобятся твои достижения по танцам здесь. Погодите, что он только что сказал? Американский университет? - Что?! – переспросил Уён, рывком поднявшись с кресла. – Но ведь я должен был поступать в Сеульский институт искусств! Я ведь так упорно работаю над поступлением туда! Ты не можешь просто… - Могу, Уён. И сядь, веди себя как мужчина! – начал повышать тон мистер Чон, но блондин так и продолжил стоять на месте, агрессивно сжимая и разжимаю кулаки. – Сядь и будь взрослым, Уён! Чон-младший нехотя опустился на своё место. Это расхаживало по всей комнате со своим привычным оскалом, явно не улучшая итак накалённую обстановку. Отец положил руки на стол и продолжил. - Придётся скорректировать наши планы на твоё будущее. Сейчас очень важно, чтобы ты продолжил обучение именно в Калифорнийском университете… - Там ведь уже учится Юнхо, я вам там зачем? – перебил его сын. Глава семейство недовольно прищурился, пока это зло потирало руки возле Уёна. - Ты забыл взять с собой манеры?!- процедил мужчина. Блондин еле заметно вжался в кресло. – Я продолжу: сейчас очень важно, чтобы ты продолжил обучение именно в Калифорнийском университете на факультете бизнеса, там же где и Юнхо. Кажется, Уён начинает забывать, как дышать. - Ф-ф-факультет бизнеса? – отец кивнул. Чон-младший чувствует, как паника охватывает его тело. Это ехидно улыбалось за его спиной. – Но…Но ведь мы планировали поступать на исполнительные виды искусств… Я так долго готовился к этому! - Профессия танцора не поможет приёмнику нашей компании, Уён, пойми это уже наконец! – Чон-старший стал нервно расхаживать по кабинету, пульсирующая венка на его лице выдавала крайнюю степень агрессии. - Юнхо приемник, а не я! – возразил блондин, переходя на крик. – Его готовили к этому, а мне разрешили заниматься тем, что мне нравится. - Он не может заниматься делами компании сейчас! – уже кричал отец, его лицо начало наливаться багряной краской от злости. – Это не обсуждается, ясно тебе? Тишина в помещении стала настолько ощутимой, что её казалось можно было резать ножом. Уён никогда бы и не подумал, что так тяжело просто молча сидеть, когда внутри тебя кипит целая буря эмоций. Хотелось встать, опрокинуть кресло, скинуть всё с этого чёртового стола, наорать на отца и высказать всё что он думает, повернуться и наконец-то задушить грёбаное это, которое отравляет его жизнь. Но он продолжал сидеть. Такова цена рождения в состоятельной семье предпринимателей, и Чон-младший это понял ещё давно, но искренне надеялся, что, получив ожидаемое от старшего брата, родители успокоятся. Рано начал радоваться. Отец поправил костюм и, как ни в чём не бывало, сел за стол и подвинул к себе документы, которые читал до прихода сына. - На сегодня разговор окончен. Блондин встал на ели дрожащих ногах, поклонился и покинул кабинет. Даже в коридоре родного дома он не позволял дать волю своим эмоциям, и только зайдя в спальню (и предварительно заперев дверь) Чон услышал сам от себя всхлип. Уён ничего не понимал, из-за чего он очень злился и паниковал: помимо странного поведения отца, ему не давала покоя мысль, что с Юнхо что-то случилось. Они давно уже не были близки – братьями они представлялись только на светских мероприятиях семьи. Даже в школе без особой надобности не пересекались, и блондин не мог его винить: у них были разные взгляды на жизнь и разные дороги, их даже воспитывали в какой-то степени по-разному. Непрошенные слёзы начали течь по лицу. Уён ещё раз всхлипнул и начал вытирать их тыльной стороной ладони. Он чувствовал себя на грани, это было настолько опустошающее чувство, что хотелось выть, кричать, всё что угодно делать, но не молчать. Но он молчал. Потому что его так учили. Не показывать слабость – на неё будут давить, не показывать эмоции – ими будут играть, не чувствовать – тобой будут управлять, не бояться – над тобой будут насмехаться. Ты должен быть нормальным. Эта мантра больше не действовала. Уён снова оставался один на один с этим. Ему нужно написать Юнхо. Ему нужно просто знать, что с ним всё хорошо и всё это просто очередной заскок отца. Трясущимися руками Чон достал телефон из сумки и открыл контакт брата. Отлично, осталось только подумать, что и как ему написать. «Привет. Как ты?». Глупо, они никогда такого друг другу не писали, вся их смс переписка ограничивалась просьбой купить что-либо в магазине, не более. «Всё ли у тебя хорошо?». Бред, даже если у него полный пиздец в жизни, он никогда тебе об этом не скажет, они росли в одной и той же семье. «Отец хочет отправить меня в Америку. Что-то случилось?». И ежу понятно, что что-то случилось, Уён. Юнхо точно на такое не ответит, и в добавок будет думать, что ты пытаешься что-то разузнать для родителей. Дерьмо. Чон откинул телефон в сторону и обхватил руками колени. Он беспомощен, пора это признать. Новый приступ уже близится, Уён чувствовал это. Это не отрывало от него своего взгляда, мерзкое создание. Блондин знал, что оставаться один на один с приступом — это буквально самоубийство, но его это сейчас мало волновало. Он просто устал. Заебался. Откинутый телефон неожиданно ожил, извещая о новом уведомлении. Уён устало за ним потянулся и разблокировал. От кого: Сан Ты так и не сказал, что ты хочешь на день рождение. Глупая улыбка расползлась по лицу парня, принося какую-то небывалую лёгкость. Его удивлял и одновременно радовал тот факт, что Сан не оставил это просто так. Кому: Сан Я хочу быть счастливым. Тупо так писать, это Уён понял уже когда отправил сообщение. Он не хотел показаться слабым и жалким, но увы уже ничего не сделаешь. От кого: Сан А что сделает тебя счастливым? Чон прошёлся рукой по волосам. Фантастика, он не знает, как ответить на такой простой вопрос. Или не такой уж и простой? Уён мысленно перебрал все вещи, которые приносят ему удовольствие: танцы, время с Ёсаном, прогулки. Не густо. Перебираясь с пола на кровать, попутно стягивая с себя одежду, блондин задумался о том, что если это всё, то его жизнь пиздец какая отстойная. Но ведь ещё кое-что. - Была не была, я пожалею об этом завтра. – пробормотал про себя Уён и его пальцы начали печатать ответ. Кому: Сан Ты. Назад пути нет. Чон отбросил телефон, выключил ночник, и к счастью для него, быстро провалился в сон. Но если бы он подождал хоть с пару минут, то увидел бы снова замигавший экран смартфона. От кого: Сан А ты меня.