Cause you're mine oxygen

Своими главными достоинствами Кан Ёсан всегда считал красоту и проницательность. В детстве все коллеги его матери подмечали изумительную внешность мальчика. «- Миссис Кан, от невесток отбиваться будете. – в сотый раз говорил кто-то из окружения семьи, пока маленький мальчик, с не по-детски умными глазами, смотрел, как его родители в очередной раз играют образ идеальной семьи. - Да, кандидатуры отбираться будут очень тщательно. – отшучивался отец, но Ёсан уже тогда знал, что это неправда. Он уже тогда знал, что мистер Кан не будет знать какие оценки у сына в школе, куда ездили они с классом на экскурсию и как зовут его друзей. Этот мудак никогда не будет интересоваться семьёй.» В первом классе он впервые столкнулся с минусами своей красоты. «- Мисс Ан, - громко обратился он к своей руководительнице после распределения учеников в группы для выступления в школьном фестивале. – почему вы отправили меня в группу для показа работ других учеников, если я могу также хорошо рисовать как те, кого вы отправили в художники? - Ёсан-и, - начала женщина, пока весь класс замер, прислушиваясь. – Ты ведь красивый, и будешь демонстрировать такие же красивые работы своих одногрупников. - А вы всё так же не научились сочетать стили своей одежды, но я не думаю, что мы здесь собрались говорить очевидные вещи. – отрезал шестилетний мальчик, под звенящий шум пересаживаясь к другой группе.» Ёсан всегда говорил всё прямо, и ещё ни разу об этом не пожалел. Не смотря на упрёки отца («Не позорь свою семью!»), его мама всегда ставала на его сторону. «- Никогда не давай другим людям думать, что ты глупый только потому что ты красивый. – всегда повторяла она, после того как в очередной раз выслушала жалобы учителей на его поведение.» Ёсан был чертовски умным, и этот факт всем пришлось признать. Даже его отцу, когда двенадцатилетний мальчик подошёл к нему, после очередной ссоры между родителями, которая всегда основывалась на финансовых потерях Кана-старшего (этот придурок никогда ничего не понимал в акциях), и с серьёзным выражением лица обратился к нему: - Просто уйди, ладно? Ты делаешь только хуже. Помимо этого, его матери со временем пришлось признать то факт, что её сыну совсем не нравились девушки. Это он понял после месяца отношений в средней школе с очаровательной Юной. Не то чтобы она была плоха (хотя порой её излишняя эмоциональность и заставляла Ёсана контролировать себя, чтобы не заткнуть её), но один лишь поцелуй с парнем из старших классов за школой принёс ему больше удовольствия, чем почти две недели регулярного секса с девушкой. Кан знал, что его ориентация вряд ли будет принята его друзьями, Корея всё ещё консервативна в этих вопросах. Поэтому он прекратил с ними всякое общение и был одиночкой где-то с пару месяцев, ровно до того момента пока не нашёл в туалете школы задыхающегося мальчишку. Это был Уён, и он был младшим братом одного из его бывших друзей. Глядя на этого испуганного паренька с проблемами, которые никто не хотел признавать, замкнутого, с вечной боязнью сделать что-то не так, Ёсан понял, что нашёл того самого лучшего друга. Так это называли бы нормальные люди, но Кан ни черта не был нормальным. В отличии от родителей Уёна, мать Ёсана всё-таки водила сына к психологу. “Комплекс спасателя”, именно так называется вечное желание кого-то спасти, оберегать и влазить во всякое дерьмо во имя блага другого. Парень готов отдать пятьдесят тысяч вон, что это одна из тех основных причин, почему у них образовалась такая крепкая дружба: Уёна нужно было спасать, а Кану пиздец как было нужно кого-то спасти. Чону об этом он никогда не скажет. Он вообще ему много чего не расскажет. Например, не расскажет, как в старшей школе Юнхо почти сломал его нос, когда узнал о том, что лучший друг его младшего брата – гей. Ёсан тогда как раз возвращался с дополнительных классов. Алгебра требовала очень много усилий, поэтому, когда парень обнаружил, что за окном стемнело ничуточку не удивился. -Учитывая сколько я тут нахожусь, то не удивлюсь, что скоро они мне будут предъявлять счета за коммуналку. – фыркнул тот себе под нос, спускаясь в холл школы. Но дойти до конца лестничного пролёта ему не удалось. От стены резко отделилась тень, выкидывающая кулак, и Ёсан, чувствуя тупую боль в районе солнечного сплетения, кубарем полетел вниз. Не давая парню опомниться, тень насела на него сверху и начала нещадно наносить удары по всему что видела (хотя скорее по всему что не видела, престижная школа очень любила экономить на электроэнергии). Кан старался изворачиваться как мог, и в конце концов, в ходе нехитрого приёма (а просмотры то боевиков дали о себе знать) сел на противника сверху. И какого же было его удивление, когда это оказался: -Юнхо?!- воскликнул парень, стараясь восстановить дыхание и параллельно вытирая кровь с носа. – Какого блять хера? Не менее запыхавшийся Чон Юнхо лежал под ним собственной персоной. Его волосы прилипли к вспотевшему лбу, а взгляд выражал только ненависть и отвращение. -Это ты лучше скажи мне какого хера ошиваешься возле моего брата, педик? – выплюнул парень, делая попытки вырваться. Ёсан удивлённо вскинул бровь, но продолжил держать однокурсника под собой, что требовало невероятных усилий, ведь Юнхо был выше о более широкоплеч чем он. - Ты ебанулся? При чем тут это к дружбе с твоим братом? - Он не такой как ты! – начал орать Чон, и Кану оставалось только молиться, чтобы их никто не услышал. – Он не гребанный пидорас! Не смей с ним блять даже рядом находиться! - А с чего ты так уверен, что он не такой? – прошипел в ответ Ёсан и это было большой ошибкой. Парень под ним вырвался и нанес точный и меткий удар в нос. Кан повалился набок. - Уёбок! – взревел Юнхо и, вскочив на ноги, нанес ещё один удар ногой по животу. Его однокурсник застонал от боли, скрутившись на полу. – Не смей с ним больше общаться, ясно? Ёсан почувствовал металлический привкус во рту и застонал, похоже он сильно прикусил язык. Придерживая рукой бок, он аккуратно перенес своё тело в сидячее положение, Чон всё ещё грозно возвышался над ним. - А теперь блять ты послушай меня. – голос Кана слегка дрожал, но чувство собственного достоинства и несправедливости говорили за него. – Моя ориентация не имеет никакого отношения к моей дружбе с Уёном. Я веду себя с ним, как с младшим братом, то есть веду себя так как ты блять должен был себя с ним вести! Я забочусь о нём и считаю его членом своей семьи, тупоголовый ты баклан. Юнхо молчал, пока парень, опираясь на стену поднимался на ноги. - А если ещё раз тронешь меня, я накатаю на тебя заяву и плакало твоё поступление в Калифорнию. Тебе это блять ясно? Старший брат его лучшего друга так же молча развернулся и направился на выход. -Ссыкло. – пробормотал Ёсан, сплёвывая кровь. Он никогда не скажет Уёну, что его старший брат его ненавидит. В следующий раз они пересеклись спустя пару месяцев. У Кана тогда в расписании было на один урок меньше чем у друга, поэтому он решил подождать его в кафе у школы. Но дверь кабинета, мимо которого он проходил, внезапно открылась, и парня затащила во внутрь сильная рука Юнхо. -Какого черта? – спросил Ёсан, рефлексивно готовясь к защите от ударов – в прошлый раз нос долго заживал. - Как часто у Уёна сейчас бывают приступы? – пытаясь контролировать эмоции, но не убирая руки с плеча однокурсника, спросил Чон. - Что? – переспросил сбитый с толку парень. Юнхо вдохнул побольше воздуха: - Как часто они бывают? Парень на секунду задумался. - Они стали чаще. – Чон, стоя напротив, обреченно вздохнул. – Стали чаще и сильнее. Одноклассник убрал руку с плеча Ёсана и прикрыл глаза. На его лице читалась буря эмоций и парню на мгновение даже стало его жаль, но ещё слегка нывшие рёбра так не думали. - Нам с тобой нужно отвести его к специалисту. – не открывая глаза сказал Юнхо. Простите, ему это не послышалось? - Ты серьёзно? – переспросил Кан, и дождавшись ответного кивка, задал ещё один вопрос. – С каких это пор тебя это начало волновать? Чон выдохнул ещё раз и, достав из своей сумки аккуратно сложенный лист, протянул его Ёсану. И, пока у читающего парня округлялись глаза, он продолжил. - Я хочу постараться ему помочь, ну… пока у меня есть время. Я нашёл пару врачей, если не подойдут, то сможем поискать ещё, кто-то ведь точно сможет его вылечить правда? – парень начал расхаживать по кабинету. – Только не говори ему пока ничего про это, ладно? Не хочу заставить его ещё больше волноваться. Кан втупился невидящим взглядом куда-то сквозь Юнхо, наивно надеясь, что всё это не по-настоящему и что он вот-вот проснётся. Он никогда не скажет Уёну, что его старший брат медленно умирает.