Транквилизатор

«Всё таки спокойно становится тогда, когда остаёшься один. Наверное.»

Всю ночь Чонгук проспал неспокойно. И так каждый день кошмары мучают, так ещё и Чимин позвонил, когда Чон уже был одной ногой в царстве Морфея, и нагрузил по полной. Сначала, как обычно, расспрашивал о самочувствии, а потом затянул длинный монолог об учёбе. Чонгук настолько сильно хотел спать, что был просто не в состоянии профильтровать ту информацию, что пытался донести до него друг. Чонгук открывает глаза из-за большого потока солнечного света, направлявшегося из окна прямо ему в лицо. Немного потерев глаза кулачками, приподнимается опираясь на спинку кровати и сидит в таком положении еще минуту, пытаясь сфокусироваться хоть на чём-то. Восстановив контакт с миром, по интуиции тянется рукой к бутылочке с водой на полу возле кровати. Рядом с ней лежит и телефон, который наверно выпал из рук, когда Чон заснул. Осушив бутылку до дна, Чонгук решает напрячь свои мозги и попытаться вспомнить хоть что-нибудь из вчерашнего разговора с Чимином. «Я тебя очень прошу, Чонгук…» — прикрывая глаза, Чонгук хмурит брови что-то вспоминая. «Ты не можешь упустить такую возможность!» — Чонгук ставит пустую бутылку на пол, а в голове словно эхом постепенно соединяются кусочки их разговора. «Хотя бы просто попытайся! Начни всё с чистого листа и попробуй снова влиться в наш коллектив…» Стоп. Что? Чонгук медленно встаёт с кровати и начинает тереть брови. — Какой коллектив? Учебный что-ли? — бормочет он вслух, принимаясь заправлять кровать. «Я не хочу, что бы ты остался без образования да ещё и упустил такую редчайшую возможность! Завтра же приеду к тебе, будь готов» — Чонгук ошарашено вспоминает последнюю строчку их разговора. До него не сразу доходит, происходящее, когда в дверь начинают звонить. «Чёрт! Чимин, мать твою!» — Чонгук в торопях поправляет до конца кровать и идёт к входной двери. «Если ты туда поступишь, твоя жизнь непременно изменится» — хоть отдельные фразы и всплывают голове, Чонгук все равно точно не помнит, о чём шла речь. Наверно, Пак пытался уговорить его снова ходить в универ и Чонгук понимает, что он приехал ради этого; и что он будет разговаривать с ним всё это время об этом. Чонгуку неприятна эта тема. И он максимально против разговаривать об этом. Но теперь уже поздно, замок открыт, а ручка отперта. Перед глазами стоит родной человек. — Ну и что ты не пускаешь меня? — Чимин мило улыбается и поправляет свой воротник, смотря на сонного друга. Чонгук промолчал, уставившись из-под взъерошенной ото сна чёлки на друга. — Что с тобой Гук? Ты не выспался что-ли? — как обычно, обеспокоенно. — Я… — Чонгук наклоняет голову вниз, заводя руку за шею. Нужно как-то сказать Паку о том, что Чонгук не помнит их разговор. Вернее какие-то моменты вспомнил, которые привели его в раздражающее состояние с утра по-раньше, но основные и ключевые нет. Чонгук до сих пор не помнит с какой целью Чимин так настойчиво пытался объяснить Чонгуку. Да и зачем? Чимин наверное рассердится если узнает, что он всё прослушал. Но Чонгук тоже, если его версия по поводу универа окажется верной, Чонгук не то, что заорёт на Пака, он ему хаос устроит. — Я… — пытается делать вторую попытку, которая так же проглатывается тишиной. — Я да я. Что заладил то? — усмехается. — Мне пофиг, что ты не приглашаешь меня внутрь. Я сам себя приглашу, — Чимин переступает порог и по-хозяйски вешает пальто. Направляется на кухню, проходя мимо немного замешковатого Чонгука и суёт в руки друга печенье, которое принёс с собой. Они с Тэхёном сговорились что-ли? Что тот, что этот — одно и тоже приносят каждый раз. Такими темпами Чонгук это печенье просто возненавидит. Чонгук держит упаковку и растерянно смотрит на удаляющуюся фигуру друга, не успевая правильно собрать мысли, но на автомате идёт за ним. — Слушай, — начинает Чимин взяв в руки чайник, чтобы налить воды, — не буду ходить во круг до около, — Чонгук поднимает голову в сторону Чимина после того, как тот сделал небольшую паузу. Молчание показалось Чонгуку слишком затянутым, что он решил облегчить другу жизнь. — В общем… — успел сказать Чимин прежде чем Чонгук его быстро перебил. — Я догадываюсь, что ты хочешь мне сказать, — на одном дыхании выпалил Чонгук смотря Паку прямо в глаза. Причем взгляд такой серьёзный и не читаемый, что Чимину успело показаться, что Чон на него немного злится. Но оно и правильно, ведь Чимин хочет попробовать вытащить друга из этой тёмной бездны, что медленно, но верно тянет его всё глубже и глубже, да поскорее. Будь воля Чимина, он бы прямо сейчас забрал Чонгука и потащил в универ, вот только сопротивление окажется слишком сложным. Но попытка не пытка. — Ну конечно ты знаешь, я ведь до тебя вчера полчаса пытался достучаться, — ставит кружки на стол и добавляет сахар. Что? Полчаса? Чонгук стоит в шоке понимая, что действительно задремал, пока его друг серьезно пытался с ним поговорить. Но ведь отдельные фразы он помнит? Значит это был просто короткий выход из реальности? — Послушай, я лишь хочу сказать… — продолжает Пак, присаживаясь на стул. — Нет, Чимин! Перед тем как ты мне что-то скажешь, я хочу признаться, — резко перебивает его Чонгук, серьёзно смотря в его глаза. — Ты говоришь, что разговаривал со мной вчера полчаса? — делает паузу, что бы сказанное выглядело не так прискорбно, — но я этого не помню… — отворачивается не в силах смотреть другу в глаза. — Что? — Чимин округляет глаза и медленно приподнимается со стула, — в смысле не помнишь? — Вернее, половину не помню. У меня все смутно. В общем, вырубился, — Чонгук подходит к столу и достает печеньку из упаковки, — случайно, — поднимает взгляд, забивая рот печеньем. На нервах хочется что-нибудь пожевать. — Чонгук-а, — Чимин поднимает руки, зачёсывая волосы и отворачивается от друга, округляя рот. — Ты зачем меня так пугаешь? Я уж думал что-то случилось! — Пак на нервах начал расхаживать по кухне из угла в угол. — Ну вообще-то случилось… Я случайно задремал, и пропустил половину из того, что ты мне говорил, — Чон берет чайник и наливает кипяток по кружкам. — Открою окно, что-то жарко стало, — зло выдаёт Чимин, подходит к окну и раскрывает полностью. Его совсем не смущает, что на улице как-бы осень и минусовая температура. На самом деле Чимин уже подумал, что с Чонгуком что-то случилось. Что его болезнь осложнилась и он уже начал забывать происходящее. За секунду напридумывал себе уже всякого, потому что, ну как это он так не помнит их диалог, когда они разговаривали полчаса, и это было буквально 13 часов назад? Ещё и так заорал, что заставил перепугаться. Сейчас Чонгук — это сплошной повод для беспокойства, поэтому Чимин и приезжает к нему чуть ли не каждый день, а если не может приехать, то звонит. Иногда и несколько раз за день. Чонгука сначала такая «гиперопека» раздражала очень сильно. В те моменты, когда необходимо было побыть одному, откуда не возьмись появлялся Чимин. И только попробуй ему не открыть дверь или не ответить на звонок — он такой прилипчивый и смышлёный, что в любом случае найдёт способ до тебя добраться. Поэтому Чонгук уже смирился с тем, что Чим рядом, но это медленно перерастает в обыденность. По этой причине Чон и не был заинтересован во вчерашнем разговоре, ведь чаще всего Чимин просто рассказывает неинтересные вещи, связанные с произошедшим за день. — Извини, Чимин, — Чонгук опускает глаза, чувствуя себя не очень хорошим другом. — Эй, Гуки, — тихо зовёт, — да ерунда, господи, ты чего? — ставит стул рядом кладя руку на его плечо, даже не почувствовав, как Чонгук в миг напрягся. У Чонгука перед глазами искры, он сводит брови. Такая реакция из-за того, что Чимин без предупреждения положил свою руку на плечо? Чонгук не успел к этому морально подготовиться, но зато смог стерпеть: запретил себе резко отстраняться, быстро осознав, что Чимин это сделал из дружеских побуждений. Понимает, что он хочет его поддержать и немного успокоить, да и Чонгук сам чувствует вину перед Чимином. К счастью, как быстро положил, так и убрал руку, перед этим два раза хлопнув, в подбадривающем жесте. Остался Чонгук только с учащённым сердцебиением из-за испытанного волнения. Быстро переводит дыхание и говорит: — Ерунда? Ага, конечно, — поворачивается обратно, — я видел твою реакцию. — старается говорить максимально спокойно. Чимин не хочет говорить Чону о том, о чём изначально подумал, иначе это расстроит без того, грустного друга и ситуация может ухудшиться. А подумал он, что Чонгук уже кукушкой поехал. Тогда может и прилететь от Тэхёна за причинение психологического вреда в сторону Чонгука. Для разряжения обстановки, Чимин вспомнил несколько шуток из их прошлого, чтобы поднять настроение им обоим. Чонгук отреагировал только лёгкой и кратковременной улыбкой, но это уже хоть что-то. Паку безумно не хватает своего вечно смеющегося и весёлого друга, но он не унывает, он поможет Гуку вернуться в строй. — Там было что-то важное? — немного погодя, спрашивает Чонгук. — Ну, во вчерашнем разговоре. — Да, речь шла про университет. — А, ну значит ничего важного, — ответил грубо и даже бровью не повёл, — я помню, что ты говорил о возвращении в универ, — от Чимина не уходит смена настроения его друга. Почему он не хочет вернуться в университет? Почему говорит так, словно его не на учёбу, а на казнь хотят уговорить, — Я не хочу и не буду туда возвращаться, — сказал как отрезал. Да, Чонгуку элементарно страшно возвращаться. Одни только мысли об этом уже заставляют его волноваться. Что если кто-то подойдёт и спросит что-то вроде: «тебя долго не было. Что с тобой случилось?». Как ответить на этот вопрос? Соврать? Всему университету что-ли соврать? У Чонгука довольно много знакомых там, ведь он очень общительный и обаятельный парень. Был. А сейчас страшно представить, как кто-то может подойти и по-дружески поприветствовать рукопожатием, при этом легонько приобняв. И ладно если он только наорёт в ответ, а если ударит? Чонгук же себя знает, как бы это нелепо не звучало сейчас. Он знает, что проблема в том, что он не знает, как отреагирует на какой-нибудь обыденный жест. Сегодня с Чимином получилось сдержаться и не отстраниться резко в сторону или ещё чего похуже. Страшно жить в своём теле, когда ты его не знаешь, когда не контролируешь. Мы все боимся неизвестности. Чонгук живёт в этом страхе, когда кто-то находится в окружении и ладно, когда это только Чимин — один человек. Чонгук его видит и следит за передвижениями, а в общественном месте за всем не уследишь и поэтому становится невыносимо об этом думать. Всё таки спокойно только тогда, когда остаёшься один. — Послушай, ты можешь поступить в магистратуру за рубежом — это отличная возможность. Тебе нужно только подтянуть свой английский, сдать экзамен и вперед. Почему ты сразу так категорично отказываешься? Хотя бы причину объясни, — если так и дальше пойдёт, то у Чимина просто не останется аргументов. — Чимин, давай обойдёмся без объяснения причин, — говорит твёрдо, процеживая сквозь зубы. Как же Чонгук сможет признаться другу о том, что ему страшно жить в этом мире? Но врать ему не хочется, — я тебе просто говорю, что не хочу туда возвращаться. Не-хо-чу. — глядя из-под чёлки, ставит смутную точку. Чуть позже, после того как Чимин перевёл тему, чтобы отвлечься, он снова вернулся к этому бесполезному разговору об учёбе. Спокойно ещё раз объяснил ситуацию от начала до конца. На что ему опять прилетел резкий ответ «нет». Чонгук ничего не хочет: ни возвращаться в универ ни снова браться за учёбу. На всё вопросы «почему?» он не получает вразумительных ответов. У Чимина уже заканчиваются варианты, с помощью которых можно уговорить Чонгука взяться за ум. Осталась только одна вещь, о которой Чонгук не заикается, потому что скорее всего не помнит — о Тэхёне. Вчера конечно, Чимин рассказал вскользь о том, что Тэхён — «репетитор» и может помочь с учёбой, но стоит ли рассказывать об этом снова? Как он отреагирует на это? Вдруг подумает, что Чимин с самого начала отыскал учителя, чтобы таким образом вернуть Чонгука к образованию? Типо если ты не идёшь на учёбу, то учёба идёт к тебе, а вот, кстати, и знакомый учитель уже есть. Сначала вот тебе английский, а потом и по другим предметам отыщу знакомых педагогов. Чимин полон сомнений. Думает, пока не упоминать об этом. Нужно ещё раз это обговорить с Тэхёном. Одним днём позже, одним раньше, какая разница? — Слушай, Чонгук-а, я завтра уезжаю на неделю по делам в другой город. Отец сказал. Ты же знаешь как в моей семье — не отвертишься, — с горькой улыбкой произносит Чимин. — Приказ есть приказ. Я веду к тому, что не смогу к тебе приезжать, но обязательно буду звонить и только попробуй не взять трубку, — попытался изобразить злое выражение лица, чтобы выглядеть убедительнее. — И я все-таки советую тебе, как друг, найти репетитора по английскому. Ты так сможешь отвлечься или у тебя снова вернется интерес к учебе, как раньше. В ответ молчание. — Ты же помнишь про фестиваль? Он уже через неделю. Я как раз вернусь к этому дню, — до Чонгука не сразу доходит о чём речь. Ему вообще сложно с утра соображать. — Ты о чём?.. — что ж, Чонгук, честно, пытался вспомнить о каком фестивале речь, но не смог. — Я надеюсь, ты сейчас это не серьёзно? — Чим приподнимает бровь и натягивает уголок губ. Ну Чонгук сегодня просто не перестаёт удивлять и, увидев замешательство на его лице, Чимин в недоумении произносит: — Рок-фестиваль! Приезжает же твоя любимая группа! Ты что, в облаках витаешь? Чонгука словно облили холодной водой. Он сидит и в воспоминаниях пробегает их с Чимином договорённость о том, что они вместе сходят на фестиваль. Узнали они о нём ещё полгода назад и сразу же обязались на него сходить. По инициативе Чонгука, конечно же, потому что там будет выступать его любимая группа. Такое событие нельзя пропускать. — Конечно же я помню, — растянуто говорит Чонгук, бегая взглядом по интерьеру кухни. — Да-да, конечно же ты помнишь, — передразнивает Чимин и собирается уже уходить, потому что приехал он в перерыве между парами. Надо возвращаться на учёбу. — Я собираюсь и Тэхёна позвать. Он всё-таки тоже мой друг. Ты не против? — Чимин, — неуверенно обращается Чонгук, смотря как его тот обувается, — можно я сам приглашу Тэхёна? Чимин снова лукаво улыбается и щурит глаза, загоняя тем самым Чонгука в краску. — Ничего не говори, — предвидя вопросы Чимина, сразу отрезает. — Просто позову его сам и всё. Иди уже! Здесь, правда, Чимин не знает что думать. Неужели Тэхён нашёл уже воздействие на Чонгука, которое поспособствовало для их сближения? Вот она, сила психологии. А Чонгук просто чувствует себя как-то не так. Не то, чтобы прям его сердце разрывалось на кусочки и не то, чтобы его волновал Тэхён. Нет. Просто действительно не хочется вот так терять новых знакомых. Вспомнить времена как он раньше заводил друзей, вот это да — быстро, просто, по щелчку пальцев. Был душой компании. А сейчас что? А сейчас всё изменилось, хоть Чонгук и думает, что всё осталось так же как и было. Что с ним абсолютно всё хорошо. Поэтому нужно самому позвонить Тэхёну и позвать его. Это нужно для того, чтобы доказать прежде всего себе самому, что всё осталось именно так, как и было. И ничего не изменилось. А универ подождёт. Сколько людей туда не ходят и пропускают пары? И что теперь? С ними со всеми что-то не так? Бред. — Ну ладно, до скорого Гуки, — машет рукой Чимин, хлопая дверью, так и не озвучив свои мысли в слух.

***

Дни смешиваются в однообразную кашу. Оно и понятно, ведь Чонгук сидит в квартире круглосуточно. Дни скудны на события. Единственные происшествия за день — приезд Чимина, но долго он обычно не засиживается. Просто приезжает проверить, все ли в порядке у его друга и часто привозит продукты, хотя Чонгук несколько раз просил его этого не делать. Сам Чон уже выходил пару раз в ближайшие магазины, перед этим одевшись в самую непримечательную и простую одежду. Старался выходить в дождливую погоду, потому что на улице было меньше народа. Никогда долго не задерживался. Для него и так такие вылазки были целым подвигом. В своей квартире он обычно просто тащит на себе своё бессмысленное существование. Так ему кажется. Так ему нравится, потому что в звонкой тишине своей комнаты он не ощущает напряжения. Чонгук множество раз пытался понять, что произошло в тот день, когда до него домогался незнакомый мужчина. Тогда на него снова накатывают те ощущения, из-за воспоминаний, руки начинают трястись, а в глазах плывёт. Спасает музыка. Она обволакивает сознание, словно прочный барьер, и не даёт проникнуть внутрь неприятным воспоминаниям. Пока что, попытки понять то, что случилось тогда, он оставляет в покое. Время лечит, ведь так говорят? Но время всё уходит и уходит, а страх остаётся. Особенно по ночам. Первые ночи были просто невыносимыми. Глаз сомкнуть было невозможно. Вокруг были только ощущения, которые не давали покоя. И слёзы. Много слёз. Тогда он чувствовал себя таким маленьким и беспомощным и всё, что мог тогда это лить жгучие слёзы и трястись от страха. Потом стало легче, потому что нашёл чем себя отвлечь. Книги, музыка, фильмы и уборка в доме — всем этим можно забить своё время. Всё это здорово отвлекает. Были и спокойные ночи, как, например, предыдущая, когда он заснул при разговоре с Чимином. Заснул крепко, даже не понял. Может это болтовня Чимина произвела такой успокоительный эффект? Проверять это не хочется. Чаще, конечно, мучают кошмары, а досыпать приходится в другое время суток. Если сейчас Чимин уехал, то больше никто не будет приезжать. Не то, чтобы сильно уж хотелось, просто он переживает, что чувство пустоты и одиночества его сдавят. Вчера, после того, как закрыл за Чимином дверь, Чонгук ещё долго сидел на кухне, снова вдарившись в анализ своего поведения. Об этом он размышляет очень часто, но постоянно упирается в одно и тоже — то как он себя ведёт, очень крепко связанно с каким-то необоснованным страхом, беспричинным. Так ему кажется. Пока он сидел, на кухне стало очень холодно и Чонгук поздно сообразил, что это из-за окна, которое открыл Чимин. М-да уж, выпадать из реальности — теперь тоже стало постоянным занятием Чонгука. Но последствия настигли на следующий день. Вот тебе и доброе утро. Здравствуйте, кашель и плохое самочувствие, вас то здесь и ждали! Никогда так просто Чонгук не заболевал всего лишь от открытого окна. Видимо, времяпрепровождение дома без какой-либо активности даёт свои плоды — снижение иммунитета. Вот и прицепился вирус. Ближе к середине дня стало ещё хуже — кажется поднилась температура. Чонгук просто пластом лежит на кровати лицом вниз, ведь так легче. На некоторое время даже удалось задремать. Из расслабленного состояния его вырвала любимая песня последних дней*, которая внезапно зазвучала на всю комнату, отдаваясь импульсом боли в голове. Телефонный звонок. На дисплее высвечивается «Чимин — назойливый друг». Раньше он был просто «Лучший друг». Но, после того, как Чимин начал проявлять странную заботу в его сторону, Чонгук решил отредактировать наименование контакта. Без энтузиазма Чонгук принял звонок. Пак как всегда полон энергии и без прелюдии начинает свой краткий пересказ, как он добрался до места и как обосновался. Чонгук так и лежит, уткнувшись лицом в подушку. — Чонгук? Почему ты молчишь? Всё в порядке? — Чимин как всегда использует переживательную интонацию. Развернувшись на бок, Чонгук собирается что-то ответить, но его голос не слушается и выдаёт какой-то низкий хрип. Чонгук откашливается, перед тем, чтобы что-нибудь произнести, но его опережает Чимин. — Чонгук? Какого чёрта? Ты что, заболел? — череда вопросов, за которыми следую такие же: — как ты себя чувствуешь? Как ты умудрился то? — Со мной всё в порядке, — произнёс очень слабо в ответ, хриплым голосом. — Не смеши меня! — похоже, что Чимин на взводе, — так, слушай меня, я сейчас позвоню Тэхёну. Он к тебе приедет и поможет. Ты меня понял? Не хватало, чтобы ты ещё помер там в своей квартире! Чонгук всё прекрасно понял, но он себя так отстойно чувствует, что ему просто без разницы приедет там кто-то или нет. Поможет или не поможет. Лично Чонгуку кажется, что ему ничто не поможет. Он уже выбрал для себя стратегию — просто перетерпеть и температура сама спадёт, а кашель уйдёт. Но если кто-то приедет, то это станет ярким событием и поможет ему отличать однообразные дни друг от друга. Одним нажатием Чимин резко сбрасывает разговор и сразу же ищет сохранённый контакт «Психотерапевт — Ким Тэхён».