Транквилизатор

«Удивительно в этой жизни то, что она продолжается.» Бегбедер Фредерик «Любовь живет три года»

Оставшийся ход занятий проходит спокойно: проговаривая все правила и закрепляя их на примерах, запоминание проходит быстрее. Тэхён убеждён, что для быстрого освоения языка на нём надо разговаривать на всех этапах обучения. Когда-то давно, он сам таким путём его освоил и с тех пор остаётся только постоянно практиковаться. К тому же много исследований в медицинской сфере сейчас выпускается на английском языке. Хочешь не хочешь, а чтобы узнавать все последние достижения, нужно уметь с ними ознакомиться. Поэтому и Чонгука он приучает к общению на английском, даже если это для него тяжело на данном этапе. Уже когда их занятие подходило к концу на телефон позвонил курьер, чтобы сообщить о том, что продукты доставлены. Чонгук быстро ретировался из комнаты ко входной двери, а Тэхён за ним последовал неторопливо. — Что ты здесь заказал-то? — уже закрывая дверь, Чонгук одним глазом заглядывает в пакет и не может сообразить, что из этих продуктов можно приготовить. — Заказал всё, что нужно, — отвечает уклончиво Тэхён, хитро улыбаясь. — Я не силён в готовке, — говорит и отдаёт пакет. — Не беспокойся, я займусь соусом и овощами, а ты сваришь лапшу, — забирает продукты и идёт на кухню, — лапшу же ты умеешь варить? — не оборачиваясь интересуется. — Разберусь как-нибудь, — Чонгук почесал свой затылок. — Слушай, а про какой фестиваль говорил Чимин, когда мы созванивались? — разбирая ингредиенты, спрашивает Тэ. Облокотившись плечом о дверной проём, Чонгук раздумывает над ответом. Он не хочет отпугнуть Тэхёна своим предложением. — Мы с Чимином на этих выходных пойдём на рок-фестиваль, — сам не верит в то, что говорит и смотрит на собеседника, — хочешь с нами? — Оу… Это интересное предложение, но мне нужно подумать. Надеюсь ты понимаешь, у меня уже были планы, — плавает вокруг да около. На самом деле никаких важных дел у него нет на выходные, но соглашаться слишком просто не хочется. Тэхёну интересно: это Чимин попросил Чона пригласить его или он сам так захотел? — Как знаешь, — оказывается пригласить Кима на фестиваль это не так сложно, как сначала думал Чонгук, но толку от этого всё равно немного, ведь однозначного ответа он не получил. Разобравшись с ингредиентами, начался процесс готовки. У Чонгука не так много посуды и всяких кухонных приборов, но всё самое необходимое имеется. Слушая, как Чонгук сзади копошится с кастрюлями, пытаясь разобраться какая из них лучше всего подойдёт для варки, Ким помыл все овощи и начал нарезать их на разделочной доске. Сконцентрировавшись на своих руках, он не замечает как постепенно все звуки реального мира приглушились и остался только один — стук ножа от соприкосновения с разделочной доской. Его движения замедлились, но остались такими же размеренными. Ему кажется, что всё хорошо и нет причин для паники, но уже слишком поздно — он попался в ловушку своей слабости. Осознав, что в голову лезут пагубные мысли, Ким схватился крепче за рукоять ножа и ему стало страшно. Прямо за его спиной находится Чонгук, он не может так рисковать. Нет никаких внешних признаков того, что внутри него развернулась настоящая борьба. С каждым движением нож всё ближе и ближе к пальцам на второй руке. Одна лишь мысль об этом его сводит с ума. Дорезав до конца последний овощ, он подставляет под лезвие большой палец, словно это логичное продолжение его действий. Всё правильно. Всё так и должно быть. В этот момент он почувствовал себя как никогда хорошо. Внутреннее напряжение сразу ушло. Это как запутанная история со счастливым концом. Он поднимает руку, чтобы получше разглядеть то, что помогло ему закончить внутреннее противоречие. Вечерние лучи солнца обволакивают его пальцы, с одного из которых так красиво и естественно стекают капли крови, оставляя за собой яркий след. Тэхён как загипнотизированный смотрел на это произведение искусства, поворачивая руку в разные стороны. — Тэхён? — доносится откуда-то из далека, но Ким не придаёт этому никакого значения, — Тэхён?! — Чонгук слегка хлопает его по плечу, чтобы тот обратил на него внимание. Внезапно Тэхён сделал шумный вдох, как будто до этого момента у него не было возможности дышать. Вернувшись в реальность, он прижал раненную руку к себе, пытаясь собрать всю картину произошедшего воедино. — Я принесу пластырь, — Чонгук не придаёт большого значения тому, что Ким порезался. На кухне это может произойти с каждым. Правда он не знал, что кому-то может быть интересно рассматривать рану. Это немного странно, но у всех свои причуды. — Хорошо, — Тэ не может разъединить свои руки, ведь тогда он не сможет сдерживать дрожь во всём теле. Но Чонгук вроде не заметил, что произошло что-то странное. Поэтому он позволяет себе немного расслабиться. — Сам справишься? — протягивая пластырь, Чон отворачивает голову в сторону, — я не переношу вида крови, — добавляет чуть тише. — К…Конечно, — из-за того, что Чонгук не смотрел в его сторону, он не увидел дрожащую руку Тэхёна, когда тот потянулся за пластырем. — Приходи потом в комнату, тебе нужно переодеться, — говорит, перед тем как выйти из кухни. После его слов Тэхён обращает внимание на рукав своей рубашки. Пока он рассматривал руку, стекавшая кровь испачкала светлую ткань. Почему всё так произошло? Он же был в комнате не один. Почему ему снесло крышу? Раньше любая отвлекающая мысль могла помочь ему избежать совершения ошибки, а здесь прямо под носом у Чонгука он не смог совладать с собой. Все эти размышления сейчас не к месту. Нужно жить дальше и делать вид, что всё хорошо, чтобы не вызвать подозрений. Смыв холодной водой всю кровь, он одним движением закрепляет пластырь на пальце. Кровоточащая рана небольшая, но глубокая. — Чёрная футболка подойдёт? — голос доносится из комнаты. — Ну вот, а Чимин говорил, что ты не силён в гостеприимстве, — включает свет и подходит ближе к Чонгуку, — на деле очень даже гостеприимен, — Ким начал расстёгивать пуговицы на рубашке. — Тебе показалось, — кидая футболку на кровать, он пошёл на выход. Это был достаточно грубый ответ, но Тэхёну уже пора привыкнуть к этим проявлениям в поведении Чонгука. Сбросив с себя рубашку, он обратил внимание на свою рану от ножниц, заклеенную пластырем. Рубашка скрывала от него это нежеленное зрелище, а футболка не поможет. Он берёт её в руки и крутит в руках, чтобы найти какой стороной она надевается. Немного помятая, но это не критично. Стоя спиной, он не замечает, как из не до конца закрытой двери, в коридоре Чонгук смотрит сквозь щель на его полуобнажённое тело. Наблюдает, как тот переодевается и ему в голову не приходит, что это неприлично. Он ещё никогда не видел Тэхёна футболке, потому что тот всегда ходит в рубашках, что придавало ему деловой вид. Сейчас же Ким выглядит намного лучше в его помятой футболке, по-домашнему.

***

— Видимо у тебя чёрная полоса началась в жизни, — Чон заходит на кухню, — сначала поранился на работе и теперь ещё сейчас, — кивает на пластыри на правой руке Тэхёна и изображает кривую улыбку. Это он наверно так пошутить пытался, чтобы разрядить обстановку. Пока Чон закидывал его рубашку в стиральную машинку, Тэхён уже почти закончил с приготовлением пасты. — Да уж, это чёрная полоса, не иначе, — горько прозвучало в ответ, потому что это правда, — подготовь тарелки, пожалуйста. — Думаешь вкусно получилось? — мимоходом интересуется Чон и кладёт на стол ещё приборы. — Должно быть вкусно, — Тэхён раскладывает только что приготовленную еду по тарелкам, — в любом случае, домашняя еда лучше покупной, ведь ты знаешь из чего она приготовлена. — Говоришь, как моя бабушка, — Чонгук немного усмехается, что для него не свойственно. Взяв свою вилку, он садится на стул и пододвигает тарелку к себе поближе. — Это намёк на то, что я слишком стар? — Тэхён слегка улыбается и тоже садится на стул разглядывая свой кулинарный шедевр, — как говорится, не попробуешь, не узнаешь, — Ким наматывает пасту на прибор и решает продегустировать первым, чтобы не испытывать неловкость если вдруг что-то не так. Чон делает глоток своего лимонного чая, смотря на реакцию Тэхёна, наслаждающего едой, немного умиляясь с его милого выражения лица при этом. — Я думаю, это весьма вкусно, — даёт оценочный вердикт своему творению, прожевав. Тэхён переводит взгляд на молчаливого Чона и думает о том, что можно у него спросить. Вообще сейчас такой момент, когда можно поинтересоваться чем-то, что поможет Тэхёну с лечением Чонгука, как пациента. Ким всегда держит это в голове, сам себе повторяя, что нужно уже хоть как-то и что-то у Чона разузнать, но иногда находятся либо какие-то причины, помешавшие ему сделать это, либо просто нет возможности за что-то зацепиться. И вот сейчас тот самый момент, что бы сделать первый шаг и аккуратно спросить, наводя на нужные ветви интересующие Кима. Ведь чем скорее он разберётся с этим делом, тем быстрее сможет взяться за другое, например за себя, с недавних времён. Пока Чонгук кушает, Тэхён незаметно включает диктофон на телефоне, который его уже не раз спасал и аккуратно поднимает взгляд на него. — Ну, а расскажи мне, чем ты любишь заниматься в свободное время? — Я… — сделав рваный, короткий вдох Чонгук начинает сильно кашлять. Тэхён резко встаёт со стула и хлопает того по спине, присев рядом на корточки, — Эй, ты в порядке? — смотрит на поперхнувшегося от еды Чонгука и продолжает чуть сильнее постукивать по спине, создавая давление на воздух в лёгких, — я принесу тебе воды, — Ким встаёт и ищет пустой стакан. Найдя первый попавшийся, наполняет его до краёв, — неужели на столько не вкусно? — протягивает стакан с водой, слегка улыбаясь. — Нет, — Чонгук иссушает стакан до дна и, отдышавшись, смотрит на Тэхёна блестящими глазами. Затем отворачивает голову, отпустив глаза на еду, — по вкусу… Тэхён не сразу понял от чего Чонгук прослезился. Присев рядом на корточки, пытается понять почему Чон так отреагировал на приготовленную им еду, что даже подавился. — По вкусу… — протерев руками глаза начинает Чонгук хриплым голосом, — точно так же готовила моя бабушка. — Твоя бабушка? Она часто тебе готовила? — аккуратно спрашивает Тэхён. Словно закинул удочку, и ждёт когда будет ответная реакция, что бы не упустить такой момент. — Да. Она была хорошим человеком и всегда заботилась обо мне, — опустил голову, смотря на свои руки, — забавно, но этот вкус… — Напомнил тебе о ней, — заканчивает за него Ким, получив в ответ короткий кивок. — Я часто её вспоминаю и каждый день говорю спасибо за всё, что она для меня сделала. Ким молчит в ответ. Золотое правило: если хочешь узнать больше — молчи, тогда человек будет говорить, чтобы заполнить паузу. К тому же, он не хочет сейчас своими наводящими вопросами разрушить этот момент откровения Чонгука. — Тем, кем я стал сейчас это её заслуга, — продолжает, — она сделала из меня «человека» и я смог поступить в университет, вместе с Чимином, — Чонгук говорит спокойно, поддавшись своим воспоминаниям. Наступает продолжительная тишина и первым её решает прервать Тэхён: — Где она жила тогда? — интересуется Тэхён из своего любопытства, зная что этот вопрос не по теме для своих заметок. — Мы жили вместе на окраине города. После её смерти я продал квартиру, не мог больше там оставаться, и купил эту. Я хотел избавиться от воспоминаний, связанных с ней, потому что было больно тогда. А сейчас… я жалею, — впервые так искренне, впервые так близко. Чонгук обращается к Тэхёну и он даже сам не понимает, что только что произошло. Не понял как поделился чем-то важным, чем-то ценным, чем-то сокровенным из своей жизни. Что этот парень делает с ним? Как так влияет? Тэхён бесконтрольно кладёт свою руку на предплечье Чонгука, абсолютно не понимая почему сделал это. Будто рука сама подалась вперёд, будто живёт своей жизнью и Тэхён не может ей управлять. Было видно, что Чонгук немного напрягся, но всё так же смотрел своим пустым взглядом на свои руки. Тэхён ему сочувствует, как и всем пациентам, которым он помогает в больнице. К тому же он узнал много нового, он находится в шоке от того как быстро Чонгук ему всё рассказал, даже не раздумывая. Просто вот так поделился и всё. Ким думает, что Чонгук пока ещё не осознал, что он сделал. Если бы только можно было сказать ему, что Ким ему поможет и он больше не будет боятся оттенков прошлого. Но тогда всё рухнет. План, который изначально был запланирован рухнет. Этого делать нельзя. Теперь уже Тэхён не понимает, почему мысли подобного рода вообще посетили его голову. Он не должен раскрывать себя, свою настоящую личность. Не при каких обстоятельствах. Но почему-то сейчас захотелось это сделать. Наверное это всё из-за чувств, Чонгук с ним был искренен и Ким это понял. Надо сохранять бдительность и трезвый ум. — Знаешь, — Ким неспешно убирает руку от Чона и встаёт, — я тоже потерял близкого человека, — принял решение поддержать этот откровенный вечер своей выдуманной «историей из прошлого». Чонгук смотрит на него, почувствовав как место где лежала рука Тэхёна начало немного гореть, но на этот раз это не вызвало болезненных ощущений, скорее наоборот. Здесь что-то другое, то, что Чонгук пока понять не может. — Мой отец умер, когда мне было 16 лет. Я тоже благодарен ему за то, кем я сейчас стал, — поворачивает голову Ким и выдумывает на ходу, смотря в окно, — после его смерти мы с мамой поругались и я ушёл из дома, — он продолжает стоять напротив окна некоторое время, а затем немного улыбнувшись продолжает, взглянув на Чонгука, — ты наверно слушаешь меня и не веришь? Я бы сначала тоже не поверил. — Да уж, ты не похож на человека, который с кем-то может поругаться, — взглянул на него с ног до головы. — Ну ты не думай, что всё так плохо. Мы сейчас с мамой иногда созваниваемся, — Тэхён сел обратно за стол. — Мне жаль, что у тебя всё так сложилось, — прикусывает губу. — Я поделился с тобой этим не чтобы ты меня пожалел. Просто хотел сказать, что я тебя понимаю, — Ким выдохнул и взял в руки вилку. Чонгуку кажется, что он никогда так долго ни на кого не смотрел. Как приятно наблюдать за этим человеком. Как он ест, как он смотрит, как он разговаривает своим низким бархатным голосом. И как становится почему-то легко после разговора с ним.

***

Время летело удивительно быстро. Тэхён помог Чону помыть посуду и разложить все приборы на места. Заметив, что время уже десятый час и за окном давно стемнело, Тэхён решил ехать домой, ведь завтра рано вставать на работу, а перед сном ему нужно прослушать запись с диктофона и вынести для себя какие-либо выводы по сегодняшнему вечеру. — В твоей тетради я записал домашнее задание. Постарайся выполнить его. Я проверю, — Тэхён забирает свой учебник и выходит из спальни, направляясь к выходу. — Учитель Ким, неужели вы такой строгий? — заламывает бровь Чонгук, стоя в коридоре, и скрещивает руки за спиной. — Дело не в «строгости», а в дисциплине. — Ну да, конечно, — Чонгук облокотился о стену напротив выхода. Ким обувается в полной тишине, накидывает пальто и поднимает взгляд на Чона. — Ну, я тогда пошёл? — в ответ видит как Чонгук ему кивает. Прихватив все свои вещи, Тэхён проверяет наличие его телефона в кармане. Убедившись, что он всё взял, делает вдох и открывает рот сказать «До встречи», как вдруг Чонгук его перебивает, сделав пару шагов к нему. — Спасибо тебе, Ким Тэхён, — проговаривает Чон, смотря в глаза напротив. Такие безобидные и простые слова, дались совсем не просто, — я хорошо провёл время и мне было… — Чон отводит взгляд, и немного помешкавшись поднимает голову, — легко, — заканчивает своё предложение, которое видимо далось ему совсем непросто. Тэхён немного улыбнувшись, делает шаг вперёд и, подняв свою руку, кладёт тому на плечо. — Я тоже хорошо провёл время. Помню, что обещал не лезть в твою душу и твоё прошлое, только пока ты сам не захочешь мне что-то рассказать. По этому я благодарю тебя, за то, что немного рассказал мне сегодня о себе. Чонгук вновь чувствует как плечо, на котором лежит рука Тэхёна начало гореть, приятно гореть. Как будто что-то внутри одновременно расцветает и плавится на этом участке тела. — Эм, — запинается Чон, опустив взгляд на руку Тэхёна. Ким заметив такую реакцию, резко убирает руку и отходит, — прости, просто я не привык, когда меня касаются, — прикрывает глаза Чон, наивно полагая и убеждая себя в том, что ему это не понравилось, — я, наверное, странный, да? — меняет тон в голосе Чон уже на более серьезный и кладёт руку себе на плечо, на котором совсем недавно лежала рука Тэхёна. — Вовсе нет, — мотает головой Тэхён, — мы все немного с причудами, у каждого из нас такое есть, и в этом, — делает паузу, — нет ничего такого, — улыбается уголком губ Тэхён и заводит руку себе в черную пушистую чёлку, слегка поправляя. — Кто-то мне однажды сказал, что я ненормальный, — начинает Чон еле слышно, — я и сам так считаю, — мотает головой и подняв бровь, опускает руку с плеча, — но с тобой, — прикусив губу Чон делает короткий вздох, — но с тобой я чувствую себя нормальным. — А разве с тобой что-то не так? Как по мне, ты абсолютно нормальный человек, — Тэхён пытается верить и сам в то, что говорит, — у нас у всех есть определённые странности. Знаешь, как говорят? Безумцы всех умней, — улыбается Тэхён, убеждая себя, что его взгляд не обманул, когда из-под чёлки заметил лёгкую улыбку Чона. — Ладно, я должен идти, — разворачивается ко входной двери, — а, вот ещё, что хотел сказать, — Тэхён открывает дверь и выходит в подъезд, — не заказывай больше еду на дом, старайся сам ходить в магазин. Так интереснее и лучше, я лично всегда так делаю. Чонгук кивает головой и смотрит в след Тэхёна, который спускается по лестнице. — И по поводу фестиваля я подумаю, — слышит в дагонку Чон эхом доносящийся голос.

***

Дом встречает Тэхёна уже с привычным холодом и темнотой в глубине помещения. Долгое время он живёт один и к этому быстро привыкаешь. Не снимая верхнюю одежду, Ким проходит и садится на диван, оставаясь сам с собой в абсолютной тишине. Устало потирая переносицу, он откидывает голову на спинку и прикрывает глаза. Размышляя о сегодняшнем вечере он до сих пор не может понять как допустил такую оплошность, порезав себя в присутствии Чонгука. В тот момент в него словно вселился другой человек, у которого были свои ясные намерения. Какая ирония, что у психотерапевта появилась такая проблема. Даже самому не верится. От своих мыслей его отвлекает входящий вызов. Тэхён настолько не хочет, чтобы сейчас кто-то забивал его голову инородной информацией, что он просто продолжает сидеть в том же положении, не обращая внимание на звонок. Когда всё-таки стихло, он снова начинает наслаждаться тишиной, продолжая свои размышления, но не долго — во второй раз звонит телефон. Недовольно цокнув, он достаёт телефон из кармана. — Тэхён? Почему с первого раза трубку не поднял? Ты с Чонгуком? — затараторил резкий голос Чимина. — Нет, я уже приехал домой, — говорит, не выдавая своего недовольства тем, что его отвлекают от важных дел — посидеть одному в тишине. — Хорошо, что ты не с ним. Слушай, я думал, что ты будешь меня предупреждать о том, что к нему приедешь. Я всё-таки за него переживаю… — Наш план сработал, — игнорирует его слова Ким, — мы теперь будем заниматься английским языком. — Правда? Я рад, — но в голосе этой радости не слышится, — может за этой время тебе удалось что-нибудь выяснить? — Всё ещё очень расплывчато, — Тэхён уже понял, что возможно всё дело в родителях Чонгука: для него это больная тема. Но что могло произойти? Пока это до конца не понятно, он не будет ничего рассказывать Чимину. — Скажи, а Чонгук всегда не любил прикосновения? — Что? — небольшая пауза, — вообще-то нет. Раньше всё было хорошо. Тэхён теперь смеет предположить, что родители Чона или кто-либо другой могли с ним что-то сделать. Ну конечно же, если раньше всё было хорошо, то это значит, что психика Чонгука вытеснила болезненные воспоминания из памяти. И спустя столько лет ситуация в парке, о которой говорил Чимин, была лишь триггером к старым воспоминаниям. И с тех пор эта проблема и появилась. К тому же он сказал сегодня, что не переносит вид крови. Может ли быть это как-то связано с событиями в прошлом? — Я понял. Пока мне больше нечего сказать, — Ким не хочет свои неподтвержденные догатки вываливать на Чимина, — Так значит фестиваль? Серьёзно? — решил немного разбавить обстановку. — Ахаха, да, — впервые за этот разговор прозвучала весёлая нота, — приезжает любимая группа Чонгука. Ему ведь очень нравится рок. Представляешь, он сам захотел тебя позвать. Тэхён немного про себя улыбнулся. Ему приятно это слышать. — Какое название у группы? — Эээ… Thousand Foot Krutch, вроде. — Хорошо, — услышав от Чимина короткое «до встречи», Ким сбрасывает трубку. На фестивале должно быть много людей. Если Чонгук выйдет «в люди» и почувствует себя комфортно, то возможно он сможет вернуться в университет. Тэхён берёт в руки блокнот, в котором ведёт записи о Чонгуке, записывает свои догадки и размышления. Добавляет название той рок-группы, чтобы не забыть, и затем заходит в диктофон. Откинув голову назад, он включает сегодняшнюю запись и, слушая их разговор, засыпает прямо так — в верхней одежде, сидя на диване.