Что с вами случилось?

      Собрание ООН подошло к концу. Когда Великобритания объявил об этом страны стали быстро собираться. Зал заполнял гул. Потихоньку страны разбегались, но только не Россия с Беларусью. Германия посмотрел в их сторону. Эти двое опять о чём-то болтают. На лице России невозмутимость мертвеца, а вот у белоруса улыбка от уха до уха. Страшно до жути. Помнится Беларусь редко улыбался, особенно после смерти СССР. Да и отзывался на Белоруссию, а сейчас в каждого кто его так назовёт на сверхзвуковой летит топор. А Россия… Россия был поулыбчивее и с Америкой хорошо общался, а немца терпеть не мог.       Только сейчас ФРГ осенило. Россия терпеть его не мог и постоянно кидал в его сторону оскорбления. Потом всё резко изменилось. Он стал в раз тысячи дружелюбнее, а к США относился не то, чтобы агрессивно-негативно, скорее «игнорировал тупого». Почему немец только сейчас заметил, что с этими двумя что-то не так. Собравшись с мыслями, Гера решил всё разузнать именно сегодня. Да, спустя двадцать семь лет после смерти Советского Союза.       Взяв вещи Германия, дождался пока Беларусь и Россия выйдут из здания и попрощавшись разойдутся. Как только белорус скрылся из поля зрения немец подбежал к русскому что уже успел закурить.       — Russland! (Россия!) — Федерация повернулся в сторону приближающегося немца. — Es tut mir leid zu unterbrechen. Ich weiß, dass du sehr müde bist, aber ich muss mit dir reden. (Прости что отвлекаю. Я знаю ты очень устал, но мне нужно с тобой поговорить.)       — На счёт поставок? Мы это обсуждали сегодня на собрании, разве нет? Или это связано…       — Это никак не связано с политикой. Это скорее личное.       — Вот оно что. Ну раз лично то обсудим это прогулявшись по парку. В девять вечера там наврятли кто-то будет.       Гера утвердительно кивнул, принимая данное «предложение». Подходя ближе к парку Россия, быстро скурил сигарету и потушив бросил в мусорку. Какой культурный курильщик. Идя по пустым дорожкам под свет фонарей Германия думал, как лучше начать диалог. Странно же звучит вопрос «что с вами двумя не так?».       — Ну, так что это за «личное»?       — Это… это-о… Прости сложно сформулировать «правильный вопрос»… Ладно, скажу прямо! Что с вами двумя произошло?       — М? В смысле?       — Я имею ввиду… Ну, раньше ты меня терпеть не мог, а с Америкой у тебя были прекрасные отношения. С Белоруссией точ…       — Беларусью.       — С Беларусью точно так же. Он раньше практически не улыбался и отзывался на «Белоруссия». Потом в один момент… Хлоп! Ты стал моим лучшим другом, Штаты терпеть не можешь, а Беларусь пытается убить всех, кто назовёт его Белоруссией.       — Мы достаточно долго дружим… — Голос РФ резко стал серьёзным и таким холодным, что бедного маленького Германию пробило на дрожь. — Поэтому я расскажу тебе одну тайну. НО! Ты никому не должен её говорить. Идёт?       Гера не осмелился ответить и лишь кивнул. Россия достал две сигареты. Закурив одну, он протянул немцу вторую вместе с зажигалкой. Федеративная Республика принял, но курить не спешил. Рос же во всю вдыхал никотин, убивая себя изнутри.       — Белорусская ССР — это сын СССР. После его смерти он стал Белорусской Народной Республикой, но 7 июня 1995 он был убит. Прикончил его как раз Республика Беларусь. Ударом топором в голову.       — Was…

***

      — Ты яшчэ хто?       Бело-красно-белый стал пятится назад пока не упёрся о стол. Из тени блеснуло заточенное и отполированное лезвие топора. Его рукоятку сжимала красная рука. Когда из тени комнат вышел владелец топора БНР пришёл в ужас. Он потянулся за пистолетом, а РБ рванул на него. Народная Республика успел увернуться, достав пистоле он прицелился в голову сумасшедшему, но руки предательски тряслись. Беларусь вновь замахнулся и ударил топором по рукам сыну СССР. Выстрел оглушил двоих. Кровь хлынула из раненого запястья, а пуля, выпущенная из пистолета, попала в бок. Но белорусу было плевать.       Тупой стороной топора он со всей дури врезал в правую щеку своей цели. Вскрикнув от боли БНР упал на пол выплюнув два зуба. Беларусь ударил сначала в живот, а потом ударом в бок поверну Белоруссию на спину.       — Апошнія словы?       — Ты яшчэ пашкадуеш аб гэтым, вар’ят! Цябе напаткае больш страшная смерць! — Вопил во всё горло триколор.       — Я і не сумняваюся.       Хорошенько прицелившись, Беларусь замахнулся и ударил топором в голову бывшей советской республике. Последнее что увидел БНР перед своей смертью это холодящая кровь улыбка с алыми как у него глазами.

***

      — Беларусь постоянно носит с собой топор и чуть ли не спит с ним. Именно этот топор летит во всех, кто зовёт его Белоруссией. Именно этим топором он зарубил БНР. Если ты не заметил на рукоятке этого топора три полоски.       — Weiß, Rot, Weiß… (Белый, красный, белый.) — Выдавил из себя триколор.       — Да. Цвета флага сына СССР.       — Но… Aber warum hast du deinen Bruder nicht gerettet? Warum sollte er ihn töten? (Но почему ты не спас своего брата! Почему позволил убить его!)       Выкрикнул Германия остановившись. Россия сделал глубокую затяжку и медленно выдохнул. Не поворачиваясь к немцу, он с улыбкой и весёлой ноткой в голосе сказал.       — Теперь ты знаешь почему Беларусь не любит, когда его зовут Белоруссией. А знаешь почему в 1993 году моё отношение к тебе и Америке резко изменилось?

***

      — Ты хоть понимаешь, что творишь?!       — Я? Вполне. А ты знаешь, что ты творишь?       Российская Федерация придавил своей ногой триколора, что так похож на него. Белая, голубая и красная полоска. Эти светло голубые глаза смотрят прямо в его тёмно-красные ища где-то в глубине пощаду и капельку сочувствия. Боль в простреленных ногах не утихает, но слегка заглушается болью в задавленной груди.       — Ладно. Давай заканчивать столь «грустную ситуацию».       Щелчок. РФ перезаряди пистолет и целится прямо в голову РСФСРу. Тот с ужасом уставился на своего двойника.       — Что-нибудь скажешь?       — Ты…       Выстрел и в глазах застыл ужас. Под головой образовывалась алая лужица.       — Это был риторический вопрос.       Федерация снял ушанку с трупа и повертел в руках. Надо будет отмыть её от крови.

***

      — Ой! Уже одиннадцать, мне пора, не хочу на самолёт опоздать. Было приятно поболтать. Пока Германия.       — Das heißt das. (Вот оно что.)       Германия зажёг зажигалку и закурил сигарету. Что данная информация меняет? Можно было сказать, что ничего, но и да, и нет. Правду говорят: «Меньше знаешь — крепче спишь».       — Es wird meine Beziehung zu Ihnen nicht beeinträchtigen. Ich werde es akzeptieren. Aber andere sind besser dran, wenn sie das nicht wissen. (Это никак не повлияет на мои отношения с тобой. Я приму это. А вот другим лучше этого не знать.)       Решил сам для себя Германия и направился в сторону дома. Сейчас как никогда хочется хорошенько вздремнуть.