Two sides, Same coin

– Он живой? – кто-то из ребят нарушил тишину. Класс 1-А сгрудился вокруг мужчины, лежащего среди алых паучих лилий. Никто не понимал, что произошло. Когда незнакомец сорвался с ветки и повис на бинтах, они оцепенели, даже пошевелиться не смогли. Ветвь не выдержала лишнего веса, хрустнула и сбросила мужчину прямо в цветы, сверху придавив его сломанным сучком. Этот звук вырвал детей из оцепенения – они тут же бросились помогать. Сато и Киришима оттащили ветку, остальные судорожно начали развязывать белую «верёвку», оказавшуюся бинтами, затянутыми на шее мужчины. Он оказался неожиданно красив – высокий, темноволосый, с выразительными чертами лица. Но внимание привлекли не его черты, а бинты, скрывающие шею и руки, и одинокий серебристый наручник, застёгнутый на правом запястье. – Эй… он ведь не преступник, да? – тихо озвучила общую мысль Хагакуре. – Да ну, вряд ли… правда же? – пробормотал Сато, тревожно глядя на наручник. – Может, это просто косплей? – предположил Серо. Мидория прижал руку ко рту, нахмурив брови в глубокой сосредоточенности: он смотрел то на наручники, то на бинты, покрывавшие, возможно, все тело мужчины. Его зеленые глаза широко распахнулись, когда он посмотрел на сломанную ветку, а затем снова на мужчину. Эти травмы... То, как он упал с ветки... То, как на нем висели бинты… И самое главное - этот наручник. Внезапно все оказалось связанно, и он представил себе яркую картину произошедшего. – Мидория-чан, ты что-то понял? – спросила Асуи, склонив голову набок. – Возможно… он пытался… покончить с собой, – серьёзно сказал Мидория. – Ч-что?! – Яойорозу ахнула, прикрыв рот руками. – Только сейчас допёр, ботаник?! – рявкнул Бакуго раздражённо. – Почему ты так думаешь? – Киришима нахмурился. – Может, он просто запутался в бинтах. Но Мидория уже дорисовывал историю в голове. Беглый преступник, загнанный в угол, и последнее отчаянное решение – самоубийство вдали от посторонних глаз. – Надо вызвать полицию, – сказал Иида, доставая раскладной телефон. В этот момент мужчина сел. Время замерло. Класс 1-А ошеломлённо смотрел, как он поднимает голову и моргает карими глазами, глядя прямо на них. Не успел мужчина разомкнуть губы, как зеленоволосый подросток уже оказался перед его лицом с криком. – Самоубийство - это плохо! – выкрикнул Мидория. – Эээ? – растерянно произнёс мужчина. К сожалению, никто не обратил внимания на его выражение лица, так как остальные дети уже начали обступать его, заговорив наперебой. – Да, это неправильно, сэр! – Мы можем поговорить! – Расскажите, что случилось, мы поможем! – Нельзя так легко разбрасываться своей жизнью! Мужчина пару раз моргнул… и засмеялся. – Кажется, вы немного неправильно всё поняли, – сказал он, указывая на ветки над головой. – Я просто обедал наверху, оступился, бинты зацепились, и я свалился. – П-понятно… – Мидория покраснел от неловкости. Он был уверен, что дело в самоубийстве… – Тупой ботаник, – фыркнул Бакуго, до этого наблюдавший за происходящим с видом полного раздражения. Он прищурился, повернулся к незнакомцу и резко бросил. – И какого хрена ты обедал на дереве с такими дохлыми руками? Это было его грубое, но прямое сомнение. Зачем вообще этот тип полез наверх, если все указывало на, что ему даже не должно хватить сил забраться на дерево? Бакуго подозревал, что в словах мужчины что-то не сходится… да и сам он казался подозрительным. Мужчина лишь лениво улыбнулся, скосив на блондина глаза. Он подтянул одно колено, облокотился на него локтем, опирая подбородок на ладонь. При этом движении все заметили наручник, поблёскивающий на его запястье. В лучах заката металл отливал кровавым светом, словно предупреждая об опасности. – Ну… я просто наслаждался обедом, приготовленным моей обожаемой супругой! – протянул он с нарочитой теплотой. – Но тут услышал историю этой милой леди… так испугался, что потерял равновесие и рухнул вниз! – Ээээ?! – Ашидо в изумлении ткнула себя пальцем в грудь. – Это я виновата?! – Подруга, ты чуть не совершила непредумышленное убийство, – поддел её Каминари, смеясь над её растерянностью. Глаза Бакуго сузились ещё сильнее – ему совсем не понравилось, что его вопрос так нагло проигнорировали. Он уже открыл рот, готовый взорваться, но Киришима перебил его. – Но у вас была кровь! Мужчина моргнул, явно не понимая, о чём речь. Провёл рукой по губам и посмотрел на красное пятно на пальцах. – Ааах~ да это всего лишь томатный сок, который я пил! – небрежно пояснил он. – Томатный сок?! – воскликнули сразу несколько голосов. Они уставились на красное пятно на пальцах мужчины. Оно действительно скорее было похоже на настоящую кровь, а не на сок. – Мерзость, да? Вам стоит попробовать, – весело сказал он, чем вызвал ещё больший ступор у половины класса. Они неправильно услышали? Если это мерзость, то зачем её пробовать?.. – недоумённо подумали они. – С какой стати нам это делать?! – рявкнул Бакуго, едва не сорвав голос. – Полезно для роста волос, – невозмутимо ответил мужчина, подняв взгляд на блондина. – У тебя характер точь-в-точь как у моей жены… И ростом ты, похоже, не вымахал. Если так и продолжишь психовать, к двадцати начнёшь лысеть. Так что запасайся витаминами, пока еще… И именно в этот момент это произошло. Перед глазами промелькнула алая вспышка. В следующее мгновение уши оглушил грохот, похожий на раскат грома или звук, с которым нечто, невероятно быстрое пролетает мимо. А потом… Бум! Воздух разрезал резкий свист – что-то промелькнуло, грохотнуло, словно гром, и мощный порыв ветра заставил всех зажмуриться. Когда они открыли глаза, мужчина уже лежал лицом в землю, а рядом медленно катился помятый жестяной цилиндр. Асуи, оказавшись ближе всех, подняла его и недоумённо повернула в руках. – Керо?.. – Она повертела его в руках, моргнула и подняла повыше, чтобы все могли разглядеть. – Это… банка? – Мидория нахмурился, пытаясь понять, что происходит. Но это была не простая банка. Высокий алюминиевый цилиндр украшало изображение спелого красного томата, а внизу виднелась глубокая вмятина, словно кто-то впечатал её в стену с чудовищной силой. Все замерли, переводя взгляды то на банку, то на мужчину, который всё ещё лежал лицом в земле. – Что это сейчас было?.. – неуверенно спросила Яойорозу. Они растерянно переглянулись, но ответов ни у кого не было. Всё произошло слишком быстро: никто даже толком не успел открыть глаза. Единственным «уликой» была эта банка… но в этом не было ни малейшего смысла! Если бы она летела с такой скоростью, на ней не осталось бы просто вмятины – её бы сплющило в лепёшку! Пара учеников подняли головы, вглядываясь в ветви, но наверху не было ничего необычного. – А, вот куда она делась, – раздался ленивый голос. Крупная, но изящная рука потянулась к Асуи, забирая банку из её ладоней. – В-вы в порядке? – осторожно спросил Иида, наблюдая, как мужчина медленно поднимается, потирая затылок. – В полном, – ответил он так буднично, словно был ничуть не удивлён произошедшему. Длинные гибкие пальцы крутили банку. Мужчина поднял взгляд на детей, и на лице появилась ухмылка Чеширского кота. – Так что привело вас сюда, ребята? – Мы просто гуляли и… – начала Урарака, но он остановил её, подняв ладонь. – Нет, – лениво поправил он, взглядом будто пронзая каждого. – Я имею в виду, что привело вас в Йокогаму? Воздух сгустился, повисла мёртвая тишина. Ученики U.A. уставились на него с округлившимися глазами. Прошло три длинные секунды, прежде чем в их группе появилась паника. – К-как вы узнали?! – едва не всхлипнула Хагакуре. Три часа в чужом городе – и их уже раскрыли дважды! Она даже не смела представить, что будет, если об этом узнает Айзава. – Ну, во-первых, у этой юной леди шарф всё ещё спущен, – мужчина лениво указал пальцем на Ашидо. Та резко замерла: из-за того, что она вытирала клубничное варенье с губ, стерлось немного тонального крема, и розовая кожа под ним выдала её с головой. Ашидо судорожно натянула шарф обратно, но было уже поздно – бесполезно оправдываться. – И ещё, – продолжил он, не спеша, – сюда посторонних не пускают. Таблички нет, но любой местный знает, что заходить сюда нельзя. Слова мужчины заставили детей невольно выпрямиться, словно их застали за чем-то нехорошим. – П-простите… Мы не хотели нарушать правила, – Яойорозу сложила руки в мольбе. – Пожалуйста, не говорите никому! – Мы не подозрительные! Просто на экскурсии! – поспешно добавила Урарака. – Конечно, – легко согласился он, пожав плечами. – Но при условии, что и вы сохраните в тайне, что видели меня здесь. – А почему? – удивился Киришима. – Как я сказал, вход сюда запрещён. Будет нехорошо, если узнают, что я тут ошиваюсь. – То есть ты тоже нарушаешь! – ткнул его взглядом Бакуго. – Я ведь и не отрицал, – беззаботно протянул мужчина. – Просто место хорошее: вид открывается замечательный, а работа у меня рядом. Жаль только, что такое романтичное место превратили в страшилку. – Романтичное? – Джиро с недоверием огляделась, отмечая багряные клёны и цветы. – А что это за место? – не выдержала Яойорозу. Какая девушка устоит перед словом «романтика»? – Да, расскажите нам, пожалуйста! – взмолилась Хагакуре. – Названия у него пока нет, – мужчина поднялся на ноги, отряхивая с костюма лепестки и листья. Его движения были неторопливы, будто он смаковал момент. – Построили его четыре года назад. Он прошёл сквозь строй учеников, они расступились, пропуская его к самому берегу, где закатное солнце превращало море и небо в кровавую полосу. – Хозяин места перестроил его ради предложения руки и сердца. Он высадил эти лилии и клёны… и сделал предложение ровно в этот час, когда море и небо окрашены кровью заката. Он сказал… – мужчина замолчал, обернулся к детям, и в его голосе прозвучали чужие слова: – «Пойдёшь ли ты со мной по этой кровавой тропе до самых врат ада?» От этих слов их накрыл странный, липкий холод. Он пробрался под кожу, сжал горло невидимой петлёй, и вдруг стало трудно дышать. – И что было дальше?.. – робко спросила Урарака, чувствуя, как романтика этой истории испаряется. Мужчина медленно повернулся. Свет заката за его спиной поглотил фигуру, и он полностью оказался в тени, и только глаза сверкнули красным, словно глаза демона. Сердца учеников забились сильнее, страх парализовал их, но никто не мог отвести взгляд. – Конечно… – он сделал шаг вперёд, и они разом задержали дыхание. – Его возлюбленная сказала «да», и они счастливо поженились! – неожиданно весело выпалил он, разрывая мрак широкой, почти карикатурной улыбкой. – Э… ЧТО?.. – хором выдохнули дети, ошарашенно глядя на него. Сзади Минета тихо завалился на спину, потеряв сознание, но никто этого даже не заметил – все были слишком ошеломлены. – Э-это шутка?.. – пролепетал Аойяма, прижимая ладонь к груди. Сердце едва не остановилось! – Ни капли, – мужчина поднял правую руку и показал наручник на запястье. – В доказательство любви они сковали друг друга, чтобы быть связанными навечно. Даже смерть не сможет разлучить их – грехи будут удерживать их вместе. Повисла тишина. Все взгляды устремились на холодный металл наручника. – Так вот как… – Яойорозу натужно попыталась улыбнуться, но вышло криво. – Вы не верите, – мужчина смотрел прямо, без тени сомнения в голосе. А потом вдруг вспыхнул, с комичной, но полной возмущения яростью ткнув в них пальцем, – этот способ связывает двоих на всю жизнь! Вы смеете оскорблять нашу традицию?! – Н-нет, вы не так поняли! – всполошился Иида, судорожно подбирая слова, чтобы не обидеть мужчину. – Д-да просто… в Японии… – неловко вмешался Оджиро, – ну, у нас не используют… наручники для предложений. – Он отчаянно пытался помочь старосте, хотя был уверен, что нигде в мире так не делают. – А мне кажется, это романтично! – неожиданно выкрикнула Хагакуре, чем вызвала удивлённые взгляды одноклассников. – Хоть у кого-то есть вкус! – довольно кивнул мужчина. – После этого в Йокогаме пошла молва: если сделать предложение, когда море и небо самые красные, вашу любовь благословит Портовая мафия. – Портовая… мафия?! – ахнул Токоями. – При чём тут мафия? – озадачился Сато. – А я не говорил? – мужчина невинно моргнул. – Этот сад построил, а потом в нем же сделал предложение свое возлюбленной нынешний босс Портовой мафии. – ЭЭЭЭЭЭЭЭ?! – раздался хоровой вопль. Последние солнечные лучи растворились в море. Небо постепенно темнело, багряный свет, недавно заливавший всё вокруг, уступал место надвигающимся сумеркам. – Что ж… думаю, пора детям по домам! – лениво протянул брюнет, махнув рукой. – Если задержитесь, ваш опекун начнёт волноваться. Будто в подтверждение его слов воздух прорезал звон телефона. Сначала никто из ребят не отреагировал: мелодия была незнакомой. Но потом они вспомнили о временных мобильниках, которые им выдали, и в панике начали рыться по карманам. В конце концов источник звука нашёлся – телефон звонил у Мидории. – Ало? – он включил громкую связь, и дети мгновенно столпились вокруг него. Мужчина тем временем стоял неподвижно, засунув руки в карманы, и молча наблюдал за ними с едва заметной улыбкой. – КУДА ВЫ ПРОПАЛИ?! – взволнованный голос, которого никто из них раньше не слышал, прорезал динамик. – Назовите координаты! Я немедленно выезжаю! – Э-ээ?! Я… – Мидория заметался взглядом, не видя вокруг ни одного указателя, который мог бы подсказать их местоположение. И тут его взгляд невольно остановился на высоком незнакомце. Тот улыбался и беззвучно шевелил губами, и хотя Мидория ничего не знал о чтении по губам, мужчина складывал слова так чётко и просто, что Мидория понял их, словно слышал их прямо у себя в голове. От странного ощущения по спине пробежал холодок, но он быстро повторил адрес, который прочитал с чужих губ. Резкий щелчок – и на том конце повесили трубку. – И… что это было? – спросил Киришима, переводя взгляд на остальных. – Они же не могли… узнать про сегодняшнее? – Минета, очнувшийся от звонка, задрожал при мысли, что учителя уже всё выяснили. – В любом случае, пора уходить, – предложил Шоджи. Остальные кивнули, но тут вспомнили про странного мужчину, всё ещё спокойно стоявшего неподалёку. – Хотя я и не собирался, но, похоже, доставил вам хлопот, – сказал он, лёгкая усмешка тронула его губы. – Прошу прощения. Надеюсь, вам понравится наш город, пока вы здесь. Затем он приложил длинный указательный палец к губам: – Но помните, если расскажете кому-то, что видели меня тут… у меня будут большие неприятности. – Р-разумеется! – Яойорозу низко поклонилась. – И спасибо, что сохранили нашу тайну тоже! – В следующий раз закутывайтесь получше, – мужчина усмехнулся. – Никогда не знаешь, кто наблюдает. – Да! Спасибо вам огромное! – хором откликнулись Ашидо и остальные. Не желая испытывать судьбу и ждать повторного звонка с криками, они почти бегом покинули сад, растворяясь в наступающем вечернем воздухе. Карие глаза мужчины проводили детей взглядом, пока их силуэты не растворились в тенях леса. Ночь постепенно окутывала сад, и один за другим вспыхивали скрытые среди кленов алые фонари, вновь заливая поляну кровавым светом. Листья японских кленов становились почти прозрачными в их сиянии, и сквозь красную завесу проступал силуэт человека, сидящего высоко на ветке. – Да-за-а-ай! – низкий хрипловатый голос раздался из-за красного занавеса листвы, растягивая имя брюнета. – Да, Чуу-у-я-а~? – пропел Дазай в ответ, точно так же растягивая имя собеседника, подняв взгляд к дереву с хитрой улыбкой. – Что за хрень с этой тупой историей?! – рявкнула фигура, силуэт дернулся, но ветка даже не дрогнула. – Как ты можешь так говорить о нашем любовном предложении?! – Дазай театрально приложил руку к груди, а другой – с болтающимся на запястье наручником – потянулся к сидевшему наверху. Дерево дрогнуло. В вихре алых листьев вниз спрыгнул мужчина в черном, приземлившись в паутинные лилии с тихой грацией. Ветер взъерошил волнистые рыжие волосы, отливавшие тыквенным оттенком. – «Любовное предложение»? – Чуя фыркнул. – С каких пор приволочь меня в это чёртово место, надеть на меня наручники, запретить снимать их и приказать переплыть Стикс с твоей тупой задницей – стало любовным предложением?! – О, а по моей памяти, Чуя согласился, – с озорным блеском в глазах произнёс Дазай, шагнув ближе. – Ты же сказал, что проведёшь со мной всю жизнь~! – Да чтоб я!.. Я сказал, что… – Чуя осёкся, почувствовав, как к щекам приливает жар, поняв, что Дазай ловко подталкивает его. – Да? – Дазай наклонился опасно близко, глаза светились лукавством. – Что ты сказал тогда, Чуу-у-я? Лицо рыжего вспыхнуло, но не от смущения, а от бешенства, жилка на лбу опасно задёргалась. Дазай рассмеялся и отпрянул ровно в тот момент, когда мимо просвистела нога Чуи в мощном ударе. Следом он поднял руку и поймал банку томатного сока, летевшую в него, но теперь она неслась куда медленнее, без прежней силы. И тут же его сбили с ног. Дазай рухнул в цветы, больно ударившись спиной о землю, и оказался прижат сверху чужим весом. Он ухмыльнулся, ничуть не удивившись, встретившись взглядом с маленьким, но опасным человеком, сидевшим сверху. – Ты обещал, что больше не будешь, – процедил Чуя. – Хм? – Дазай склонил голову набок. Их взгляды встретились: обожжённые умброй глаза врезались в сверкающие синие, полные бури – в основном злости. – Вот это! – Чуя сплюнул слова, сжав кулаки. – Твои идиотские попытки самоубийства! – Но, Чуя! – невинно возразил Дазай. – Это же ты меня с дерева сбросил! – А я бы тебя и не пинал, если бы ты хоть раз повёл себя как взрослый! – взревел Чуя, схватил его за воротник и рывком поднял так, что их лица оказались впритык. – Ты сам заставил меня это сделать, после того как привязал бинт к ветке прямо у меня за спиной! – То есть самоубийства не было! – весело подытожил Дазай. У Чуи на виске отчетливо «лопнула» вена. Мысли молнией пронеслись в голове Дазая, и он понял, что пора спасаться от грядущей боли. Он просто наклонился вперёд, дав последнему сантиметру между ними исчезнуть, и прижался губами к мягким губам Чуи. Пока тот застыл от неожиданности, Дазай обвил его тонкую, крепкую талию и резким движением перевернул их, укладывая рыжего под себя, не прерывая поцелуй. Он длился целую минуту, прежде чем Дазай нехотя отстранился, облизывая губы и любуясь, как в тёплом свете мерцают чужие. – К тому же… – прошептал он. – Я знал, что Чуя меня спасёт. Разве ты не сломал ветку ради меня? – Просто не хотел, чтобы меня потом обвинили в твоём убийстве, вдобавок ко всему дерьму, что ты устроил, – буркнул Чуя, отворачиваясь, чтобы не видеть самодовольной ухмылки. – Так что это вообще было, а? – саркастично спросил он. – Урок для тех детей, – вздохнул Дазай. – Я месяцами вынашивал план романтического предложения, а они превратили его в историю ужасов! Обидно, знаешь ли. – Никто в здравом уме не назовёт это место романтичным, – закатил глаза Чуя. – О? Может, мне стоит переубедить тебя… – Дазай уже тянулся к его губам, когда… – Кхм~ – раздался мелодичный, но грозный голос. – Угх! – Дазай сложился пополам от удара в живот, скорчившись на земле, как варёная креветка, сжимая руками больное место. Чуя вскочил на ноги, с него слетели лепестки, и он поспешно поклонился высокой женщине, неторопливо вышедшей из алого леса под кружевным дождём листьев. Над её головой был раскрыт алый зонт, розовый рукав кимоно изящно прикрывал улыбку. – Анэ-сан! – почтительно поздоровался Чуя. – Надеюсь, я не помешала, – тихо сказала Коюё, её рубиновые глаза скользнули к лежащему на земле боссу. – Как Исполнитель, я обязана следить, чтобы образ нашего главы не был запятнан в глазах подчинённых. Пришла убедиться, что он… – её взгляд скользнул по фигуре Дазая. – Представителен. – Как всегда, Анэ-сан, вы так заботливы, – процедил Дазай сквозь зубы, не теряя натянутой улыбки. – Чуя. Рыжий достал свежий бинт и стал снимать старые, заменяя их. Коё наблюдала за ними, на её губах впервые за вечер мелькнула настоящая улыбка, а взгляд скользнул к цветам, множеству раздавленных лилий. – Жаль эти цветы. Из них получился бы чудесный букет, – заметила она. – Берите, сколько хотите, Анэ-сан, – отмахнулся Дазай. – Ну, если босс сам предлагает, как я могу отказаться? – Коё подняла сломанную лилию. – Надеюсь, босс не будет против, если я сделаю небольшой крюк перед завтрашним заданием? – Разумеется. – Дазай встал, когда Чуя затянул последний узел. Тот протянул руку в сторону кленового дерева, за которым ранее прятался, когда рядом были дети, и из алой листвы слетел чёрный плащ и длинный бордовый шарф, точно подчиняясь невидимому приказу. Чуя помог надеть их на плечи Дазая, и только собрался убрать бинты, как тонкая рука остановила его движение. – Анэ-сан, что думаете о тех детях? – лениво спросил Дазай, принимая бинты. – Не стоят упоминания, – ответила она легко, как будто обсуждала погоду, но слова её были холодны. Со всех сторон раздались шаги. Один за другим из теней начали выходить мужчины и женщины. Большинство из них были одеты в черные костюмы, лица скрывались за солнцезащитными очками. Все они опустились на одного колено и низко склонили головы, почтительно поклонившись кареглазому мужчине, стоявшему в центре. В глазах Коё блеснуло опасное пламя. – Даже в самом конце они не поняли, что их жизни висели на волоске, – сказала она. И правда, едва юные герои подошли слишком близко, невидимые петли затянулись на их шеях. Одного сигнала хватило бы – и их жизни оборвались бы в мгновение. – Чуя? – Дазай перевел взгляд на Чую, который принял свой деловой вид и послушно стоял рядом с ним, сложив руки за спиной. – Я согласен с Анэ-сан, – хмуро отозвался тот. – Будь они моими подчиненными, получили бы каждый по три пули. Дети обладали высокой осведомленностью, но этим все и ограничивалось. Никто из них не мог докопаться до истины. Несмотря на слова Дазая, Чуя знал, почему брюнет повесился. Пока дети стояли среди цветов, их органы чувств предупреждали их об опасности. Они чувствовали опасность, но им было слишком непривычно ощущение смерти, нависшей над их головами, поэтому они не могли точно определить, о чем именно сигнализирует их тело. Все это объяснялось отсутствием опыта и спокойной жизнью, которую они, несомненно, вели. Драматический выход Дазая разрушил это напряжение. Он привлек все их внимание к себе, заставив их забыть тревогу, которую они испытывали с момента прибытия. Даже если бы после этого они почувствовали что-то неладное, все подозрения были бы направлены на Дазая, а не на его окружение. А те, кто заметил неладное, не решились сказать вслух. Он дал им шанс уйти живыми. Когда блондин подверг сомнению ложь Дазая, он использовал самый очевидный способ - смена темы. В группе нашлось несколько человек, которые заметили это, но никто из них не обратил на это внимания - даже тот мальчик, который изначально задал вопрос. – Вот до чего докатились герои и злодеи нынешнего поколения, – хмыкнул Дазай. Чуя только тихо фыркнул, скрывая раздражение. Он так много хотел сказать о своем боссе, но не мог сделать этого в присутствии всех этих людей. Коё была права. Как руководители, они должны были, по крайней мере, поддерживать имидж своего босса, хотя сам Чуя был уверен – репутация Дазая была безнадёжно испорчена ещё много лет назад. – Чуя, – позвал его Дазай, – Помоги мне. Трудновато делать это без зеркала. Рыжий поднял взгляд и на мгновение застыл, видя перед собой лицо из детских воспоминаний. Медленно протянул руки, помогая поправить повязку. – ...Я думал, ты уже привык к этому. – Чуя пробормотал, не в силах оторвать взгляд от лица мужчины. Он медленно протянул руки вверх, ситуация все еще казалась ему сюрреалистичной, и помог закрепить бинты. Даже Коё была удивлена. – Если бы бывший босс увидел тебя сейчас… он был бы доволен, – мягко сказала она с оттенком ностальгии. В самом центре стоял шатен, одетый во все черное, с повязкой на левом глазу, скрывавшей половину лица. Это был уже не тот Дазай, с которым они познакомились за последние пару лет. Это был прежний Дазай - Дазай до битвы с Мимиком. Демон Вундеркинд Портовой мафии, вторая половина легендарного Двойного Чёрного. Чуя сделал шаг назад, завязав последний узел. Тёплая улыбка мелькнула на лице Дазая, но тут же исчезла, сменившись холодом, от которого мороз пробежал по коже. – Что ж, – голос его стал тёмным. Оба заместителя опустились на колени. Чуя снял шляпу и прижал её к груди, Коё аккуратно сложила зонт. Время игр закончилось. – Тачихара, что с нашими гостями? – обратился Дазай к юноше с каштановыми волосами и повязкой на носу, одетому не в костюм, а в зелёную куртку с меховым воротником. – Они закрепились в третьем секторе, как вы и предсказывали, босс. Чёрная Ящерица ждёт приказов. – Отправь по трое за каждым. Если заметят слежку – пусть думают, что оторвались. Через два дня они выйдут на нас сами… как раз к возвращению Хироцу-сан, верно? – Да, босс. Дазай больше не смотрел на него. Он поднял глаза к яркой луне. Лёгкий ветер шевелил багряные листья и фонари. Этот короткий момент умиротворения был разрушен следующими словами, вырвавшимися из уст Дазая. – Анэ-сан, выпустите Кью, – тихо приказал он. Все мафиози, проработавшие в Портовой мафии достаточно долго или хотя бы слышавшие слухи, напряглись в тревоге. Даже Коё - учитывая ее многолетний опыт - слегка вздрогнула, услышав это имя. Единственным, кого это совершенно не затронуло, был Чуя. Он продолжал стоять на коленях рядом со своим боссом, низко опустив голову, а челка спадала на лицо, скрывая его выражение от посторонних глаз. – Это разумно? – мягко спросила Коюё, взглянув на босса. – Ребёнок всё ещё наказан за побег во время атаки Гильдии. – Не проблема, – ухмыльнулся Дазай. – Я уже нашёл ему подходящего смотрителя. – Как прикажете, босс, – склонила голову Коё. Дазай резко развернулся, полы плаща взметнулись, и словно сама ночь обнимала его. Чуя и Коё последовали за ним. – Пошли. Ночь будет длинной. – Есть, босс!

***

Потребовалось немало времени, чтобы класс 1-А выбрался из леса. Вначале густая темнота мешала ориентироваться, и никто не знал дороги обратно. Но примерно на полпути между деревьями внезапно зажглись огни, разгоняя мрак и открывая путь. Заглянув сквозь листву, они увидели красные фонари, развешанные на ветках. Днём их никто не заметил – цвет фонарей был точно таким же, как и багряные листья кленов. Фонари загорались один за другим, прокладывая им дорожку. Заворожённые красноватым светом, они невольно замедлили шаг, любуясь этим странно красивым видом. Когда они наконец вышли на улицу, небо уже полностью потемнело. Они остановились у дороги, наблюдая за проезжающими машинами, пока вдруг не услышали крик. – Эй, вы! Все разом обернулись и увидели, как к ним бежит парень на пару лет старше их. Светло-карамельные волосы, V-образный вырез футболки, красный свитер повязан вокруг талии. – Я весь город обыскал! – почти прокричал он, переводя взгляд на вход в лес, будто тот мог в любую секунду ожить и проглотить их. – Только не говорите, что вы туда заходили?! – М-мы… эээ… – замялась Урарака, не зная, что ответить. – Кто ты? – спросил Иида, но парень его даже не услышал, уже доставая телефон и сверяясь со временем. – Уже семь часов! Быстро, идём в Агентство, иначе будут припоминать это до конца вашей поездки! Услышав слово «Агентство», класс 1-А наконец понял, что этот парень – тот самый, кто звонил им, значит, он тоже из Вооружённого детективного агентства. Не имея ни малейшего представления, что происходит, они молча пошли за ним по городу и спустя полчаса добрались до здания Агентства. – ИДИОТЫ! – рявкнул на них Куникида, едва они вошли в офис. Рядом стоял Айзава, глядя на них горящими красными глазами, волосы его слегка поднимались от едва сдерживаемой ярости. – Я сказал не использовать причуды, – голос его был мрачным, – а вы не только их применили, но ещё и напали на Одаренного! – Ииик! О-откуда он знает?! – взвизгнул Минета, прыгая в объятия Каминари, оба дрожали от страха. – Даже оправдываться не будете, да? – холодно бросил Айдзава. – Смелые вы ребята. – П-погодите, сенсей, выслушайте нас! – попытался вмешаться Киришима, но Куникида уже раскрыл свой блокнот. – Минору Минета. В 14:43 пытался заглянуть под юбку девушки по имени Люси Мод Монтгомери, за что та заперла его в своей Способности. Вместо того чтобы поговорить и решить ситуацию или вызвать кого-то из нас, Бакуго Кацуки ещё и спровоцировал её, не имея ни малейшего представления о её силах. А внутри измерения, решив, что вас никто не видит, вы все использовали свои причуды против одной девушки. – К-как вы…?! – заикаясь, пробормотала Ашидо. – Позвольте представить, – захлопнул блокнот Куникида, кивая на знакомого парня, что привёл их. – Дзюнъитиро Танидзаки. Его назначили следить за вами во время пребывания на улице. – Привет, – неуверенно поздоровался Дзюнъитиро. – Следить за нами?.. – Мидория лихорадочно пытался вспомнить хоть что-то, но ничего в голову не приходило. – С самого начала?! – ахнул Иида. – Именно, – кивнул Куникида. – Не говорите… ты и в измерении Люси был с нами? – спросил Киришима, ошеломлённый. – Был, – спокойно ответил Танидзаки. – Невозможно! Мы тебя не видели! – закричал Бакуго. – Танидзаки, – позвал Куникида. Тот кивнул. Прямо у них на глазах парень растворился в рое зелёных пикселей и на его месте оказался крепкий мужчина лет сорока в форме водителя автобуса. Тошинори и Айзава узнали его мгновенно. Ученикам понадобилось чуть больше времени, но один за другим они вспомнили. – Т-ты же… водитель автобуса?! – воскликнула Ашидо. – Вот именно! Ты… подожди, что вообще происходит?! – Киришима схватился за голову. – Иллюзия? – Мидория моргнул, когда перед глазами пролетела зелёная искра. Он поднял взгляд и увидел вокруг крупные частички пыли, но, присмотревшись, понял, что внезапно пошел снег. Нет, это был не снег. Они окружены чем-то похожим на северное сияние, из которого медленно сыпались светящиеся снежинки. – Что это?.. – Урарака протянула руку, пытаясь поймать светящиеся частицы. Ни тепла, ни холода – будто они нереальны. – Это моя Способность, «Мелкий снег», – пояснил Танидзаки, вновь растворяясь в пикселях и возвращая себе прежний облик. – Я использовал её, чтобы находиться рядом с вами, ещё до того, как вас перенесли в чужое измерение. – Танидзаки создаёт иллюзии, – объяснил Куникида, и на его лбу снова задёргалась жилка. – Так он следил за вами незаметно. Если бы Люси имела больше опыта, она могла бы заметить лишнего человека, но не заметила. Если Танидзаки смог проскользнуть так, что никто не понял, не удивлюсь, если кто-то из Портовой мафии способен на то же. – Т-то есть… – Аойяма побледнел как мел. – Нас раскрыли? – спокойно спросил Тодороки, в отличие от дрожащих одноклассников. Видимо, это был неправильный вопрос, поскольку Куникида стал выглядеть еще более раздраженным, если такое вообще возможно. Светловолосый мужчина достал из кармана письмо. Письмо было сильно помято - как будто кто-то несколько раз сжимал его в своей ладони. Они смотрели, как Куникида достает письмо из белого конверта. У него задергалась бровь, когда он начал зачитывать содержание. «Уважаемое Вооружённое детективное агентство! Мне стало известно, что ученики школы Ю.А. нарушили нашу договорённость об использовании причуд. Из уважения к директору их школы, и поскольку их действия не повлияли на Йокогаму напрямую, я закрою на это глаза. Видимо, я зря полагал, что элита Агентства способна нормально присматривать за ними. Надеюсь, впредь вы будете более компетентны. Искренне ваша, Портовая мафия.» Послышался хруст костяшек пальцев – и это было единственным предупреждением перед тем, как Куникида сорвался с цепи. Он разорвал письмо пополам, затем на клочки, смял их в комок и швырнул в корзину с такой силой, что бумага вылетела обратно. – Все в конференц-зал, ЖИВО! – рявкнул он, и кусочки бумаги осыпались ему на волосы. Никто не осмелился возразить. Ученики молча потянулись следом за Танидзаки, который любезно открыл дверь и пропустил их внутрь. Закрыв её за ними, он вернулся к Айзаве, Тошинори и Куникиде. – Танидзаки. Потерять детей из виду совсем не похоже на тебя, – тихо, но опасно произнёс Куникида, продолжая рвать конверт. – Что произошло? Учителя тоже с интересом ждали ответа. Они уже поняли, насколько сильна иллюзия Танидзаки, и им было трудно поверить, что кто-то мог обмануть его. На лице Дзюнъитиро промелькнула тень растерянности, но он собрался и серьёзно сказал: – Я шёл за ними после встречи с бывшей участницей Гильдии. А когда переходил дорогу, на красный проскочила машина и вылетела прямо на меня. Я увернулся, но оглянулся и их уже не было. Куникида раздражённо щёлкнул языком. – Портовая мафия? – спросил Тошинори, и в его тоне слышалась полная уверенность в ответе. Слишком уж спланированно выглядел этот отвлекающий манёвр, да ещё и совпал с письмом. Другого объяснения быть не могло. – Где ты их нашёл? – спросил Куникида. – Перед воротами того леса, – тихо ответил Танидзаки, закрыв уши до того, как раздался оглушительный крик. – ЧТО?! – Что не так с лесом? – нахмурился Айзава, уже предчувствуя ответ. – Это участок, принадлежащий нынешнему боссу Портовой мафии, – серьёзно сказал Куникида, поправляя очки. – Туда не заходит никто, кроме них. Сердца Тошинори и Айзавы пропустили удар. – Похоже, нам придётся серьёзно поговорить с детьми, – вздохнул Тошинори, проводя рукой по волосам. Портовая мафия… что же они затевают?