К чему приводит подозрительность.

0. — Нет. — Нет? — удивлённо спрашивает Питер, глядя непонимающе на тётю, — Почему? — Ты не переедешь на Базу. Ты ведь ещё даже несовершеннолетний. Поэтому нет, — качает головой Мэй, складывая руки на груди и чуть хмурясь. — Ты серьёзно? — фырчит он и встаёт на ноги, начиная ходить из угла в угол, — Я и так большую часть времени провожу там, тренируясь и работая в лабораториях. Почему нет? Возраст не причина. Если посмотреть так, то фактически мне есть двадцать один, хоть я и был те пять лет в Камне Души. А так, хоть и семнадцать, но я уже не ребёнок. — Вот поэтому, понимаешь? Я не хочу, чтобы ты подвергал себя ещё большей опасности. Сначала эта пятилетка, потом щелчок перчаткой. Мы дважды чуть тебя не потеряли, милый. — Как раз из-за этого мне лучше быть там и тренироваться больше с Нат или Стивом, чтобы я мог постоять за себя профессионально, а не гимнастическими трюками. И тогда у меня будет больше времени для работы в мастерской с Мистером Старком. У нас там сейчас такой проект крутой, но я не могу находиться там столько, сколько нужно, потому что нужно идти домой, — жестикулируя, говорит Паркер, пытаясь её убедить. Мэй смотрит на него какое-то время, чуть щурясь. Всё это слишком подозрительно, учитывая последнее. Слишком часто эти двое стали проводить время вместе. Нет, это неплохо, ведь у Питера не было отца, а потом появился Тони Старк, кумир его детства и герой. Можно было бы подумать, что он увидел в нём того, кто мог стать опорой и поддержкой, если бы подросток не краснел слишком часто при упоминании того или после встреч с ним. Нужно что-то делать с этим. — Ладно. Ты можешь переехать туда, — кивает медленно она, видя, как он начинает светиться от радости, — Но две недели я проведу там с тобой, чтобы проверить, в каких условиях ты будешь жить. — Да-да, хорошо, — широко улыбается Паркер, обнимая её, и достаёт телефон, убегая в комнату, из которой после слышится радостное: «Мистер Старк, она согласилась!». 1. День переезда проходит спокойно и даже не так плохо, как боялся Питер. У него уже давно была здесь своя комната, поэтому ему просто помогли перевезти остатки своих вещей, а Мэй поселили в гостевой комнате. Разложив последние книги, Паркер устало смотрит на часы и вздыхает, падая на спину и растягиваясь на полу. Патруль сегодня отменяется, потому что сил нет даже на то, чтобы перелезть на кровать, не говоря уже о том, чтобы прыгать по крышам и ловить кого-то. Зато теперь он живёт под одной крышей с лучшими людьми. И дело далеко не в том, что это супергерои. Мысли прерывает тихий стук в дверь, за которым сразу же появляется Старк. Немного обеспокоенный, но такой домашний, от чего Питер улыбается. Если бы ему лет пять назад сказали, что у него будет возможность видеть этого человека таким, говорить с ним, обниматься, то он бы без зазрения совести отправил их к ближайшему психологу, потому что… слишком нереальным казалось всё это. А в итоге что? В итоге счастливое времяпровождение с теми, кто стал ему второй семьёй. — Карапуз, ау! — более обеспокоенно говорит Тони, махая рукой перед его глазами, — С тобой всё хорошо? Не заболел? — А? — отстранённо спрашивает Паркер и вздрагивает, понимая, что слишком погрузился в свои мысли, — Простите. Я что-то задумался. — Всё нормально, не извиняйся, — хмыкает Старк, присаживаясь на кровать, и осматривает комнату, довольно улыбаясь. На стенах висят постеры и плакаты с Мстителями, но больше всего с Железным Человеком, что не может не радовать. Заметив вопросительный взгляд парня, он вздыхает, — Пятница сказала, что ты здесь, поэтому я и пришёл. Обычно, в это время наш Паучок патрулирует город, а сегодня ты сидишь дома. Что-то случилось? — Нет, нет, — качает головой Питер, переворачиваясь на живот, и устало потягивается, — Я просто устал. Безумно. Странно даже. А что? Переживали? — Вот ещё, — закатывает глаза Тони, но уголки губ подрагивают в намёке на улыбку от такого подростка, — Просто пришёл взять костюм, чтобы добавить пару функций в «ходунки». И нет ничего удивительного в том, что ты сейчас валяешься на полу. Сколько ты спал за последнюю неделю? Восемь часов? Десять? — Ну, Мистер Старк! — недовольно стонет он, присаживаясь и глядя недовольно, тактично пропуская вопрос о сне, — Я и так согласился на эти «ходунки», так зачем ещё что-то добавлять? — Затем, что твоя тётушка меня убьёт, появись на тебе хоть какая-то травма, а потом я сам себе ещё добавлю, — пожимает плечами мужчина, протягивая ему руку, чтобы тот поднялся. Питер поджимает губы, берясь за ладонь, и встаёт. Прошёл почти год после войны, но ему так и не удалось убедить его в том, что уже всё нормально. Кошмары не в счёт, да и у кого их сейчас нет? Даже Стрэндж несколько раз приходил с утра помятым и с отпечатками страха на лице. — Вы ведь знаете, что в этом будет только моя вина? В любых моих ранах только моя вина, потому что я решал, что мне делать и как. И щелчок был только моей инициативой, понимаете? — спрашивает Паркер, ловя взгляд родных глаз. Когда только успел так привязаться к нему? Когда неделя, проведённая без него, стала пыткой? Наверное, когда понял, что и супергерои не бессмертны. Старк не отвечает, продолжая держать его ладонь в своей. Как объяснить подростку, что это чувство не поддаётся контролю? Нельзя вот так внезапно взять и перестать чувствовать вину за любые раны на этом теле, зная, что мог помочь или укрыть от них. Он бы и сам с радостью отказался от всего этого. Только вот возможности нет, потому что уже слишком поздно выныривать из этого омута. — Всё равно обновлю твой костюм, — бормочет Тони, вставая на ноги, и чуть мотает головой, — Ложись спать, карапуз. Тебе нужны силы завтра, чтобы доработать наш проект. Не поспишь положенные восемь часов, в мастерскую можешь даже не спускаться. — Вы… вы… — Питер задыхается от негодования, а Старк с довольной улыбкой взлохмачивает ему волосы и выходит из комнаты, не замечая Мэй в конце коридора. Когда она заходит в комнату, то Паркер уже лежит на кровати, уткнувшись красным лицом в подушку. Услышав звук открывающейся двери, он думает, что это мужчина вернулся, поэтому указывает на выход пальцем, говоря приглушённо: — Идите отсюда со своим шантажом! — Каким шантажом, милый? Что случилось? — спрашивает Мэй, быстро подходя к нему и присаживаясь рядом с ним на кровать, — Знала же, что ничего хорошего из этого не выйдет. Мы только приехали, а тебя уже шантажируют. И кто? Старк. — Что? О боже, нет. Ты не так поняла, — Питер подскакивает на постели, глядя на неё широко раскрытыми глазами, и нервно смеётся. — Не нужно его защищать. Я с ним разберусь. Чем он тебя шантажировал? Я знаю, таких, как он, поэтому нужно сразу разбираться с ними… — Стоп, стоп, стоп, Мэй. Хватит уже подозревать Мистера Старка во всех грехах мира. Он сказал мне, чтобы я не появлялся в мастерской, если не посплю восемь часов, — объясняет Паркер, чувствуя, как бледнеет от мыслей, что его могут забрать отсюда. — Но он с таким лицом выходил отсюда, — как-то потерянно говорит она, глядя на него внимательно. — Да потому что пошёл «ходунки» обновлять, агхр. 2. После переезда проходит пара спокойных дней, если не брать в расчёт то, как пристально следит за ними Мэй. Привыкший всегда лежать во время ночи кино рядом с Тони, Питер в эти разы отсаживается от него к Наташе, которая ничего против такого не имеет, только хитро сверкает глазами, всё понимая. В один из таких вечеров у них завязался разговор, от которого всё стало только хуже. — Старку не повезло с твоей тётей, — прошептала она тогда, приобнимая его за плечи, и переглядывалась с недовольным мужчиной, что обиженно смотрел на них. — Ей кажется, что он меня к чему-то принуждает или и того хуже, понимаешь? — пробормотал Паркер в ответ, теряя суть фильма, да и неинтересно ему стало ещё с самого начала, — Мэй думает, что мы с ним… вместе? Боже, какие глупости. — А разве это не так? — Что?! — удивлённо вскрикивает он, привлекая к ним внимание всех, кто сейчас был в комнате, — Простите. — Что-то случилось, карапуз? — спросил Старк, глядя с лёгкой насмешкой, будто зная суть разговора. А вдруг и правда, знал? — Нет, ничего. Я просто… удивился. Да. Простите, — неловко проговорил Питер, краснея, и повернулся к посмеивающейся Романофф, — Ничего подобного. Откуда такие мысли? — Вы почти всегда вместе. Тони никогда не любил слишком много телесного контакта, а с тобой обнимается или просто касается, как и ты тянешься к нему, — пожала плечами она, говоря всё тихо, — Тем более сколько раз вы вместе здесь засыпали в обнимку. Да у тебя на него есть большое влияние, как бы он этого не скрывал. И из-за кого всё-таки была построена машина времени, м? — Это ничего не доказывает. Мы просто хорошо подружились. Ну и фантазия у вас, — фыркнул Паркер, вставая с дивана и уходя в свою комнату. Сегодня они с самого утра сидят в мастерской, доделывая новую разработку. Пожалуй, так волнительно парень давно уже себя не чувствовал, не говоря уже обо всём остальном. Когда наступает время ужина, Мэй и Пеппер, с которой они быстро нашли общий язык, спускаются к ним, чтобы вытащить поесть хотя бы раз за день, но останавливаются в паре метров от дверей, слыша то, чего точно не ожидали: — Ну, куда вы суете это, Мистер Старк? В первый раз, что ли? Ауч. — С тобой, чёрт возьми, всё впервые, карапуз. — Не выражаться. И нежнее, агхр. Это больно было, между прочим. — Прости, малыш. Просто это и правда волнительно. Даже для меня, делающего это уже много раз. — Всё хорошо. Я понимаю. В конце концов, мы долго этого ждали. И если бы не ваш шантаж, сделали бы это только через несколько недель. — Ты так говоришь, будто чем-то недоволен. Ох… Прекрасно. — Я всем доволен, особенно сейчас, ведь у нас получилось. Вы лучший. Мэй с Пеппер, не сговариваясь, влетают в мастерскую, ожидая увидеть всё, но точно не радостного Питера, прыгающего почти до потолка, и стоящего около стола Старка, держащего микросхему, а теперь ещё и смотрящего на них чуть удивлённо. — Вы чего? — спрашивает Паркер, поворачиваясь к ним, — Плохая идея была, перезапускать сегодня Пятницу. — Очень плохая, — кивает Старк и перекладывает всё из рук на столешницу, вытирая после ладони, — Так что вас сюда привело, дамы? — Вы… Мы… Чем вы здесь занимаетесь? Там такие звуки, а мы за дверью. Боже, — бессвязно бормочет Пеппер, раскрывая и закрывая рот, а после нервно смеётся, прислоняясь к стене. — Что за стоны были отсюда? А ещё все эти слова… — Мэй обводит их взглядом, проводя ладонью по лицу. — Да вы издеваетесь? Может, хватит, а? — возмущённо спрашивает Питер, складывая руки на груди, и фырчит, — Я паял микросхему, но кое-кто решил помочь и забрал в итоге её у меня, поэтому и было всё это, — поясняет он, глядя прищуренно на мужчину, который делает самый невинный вид из всех. — Я не виноват, что ты чуть не испортил её, Паучок, — поднимая руки в жесте «сдаюсь», говорит Тони и улыбается, — А вы чего вообще сюда пришли? Здесь не проходной двор. — Я чуть не испортил? Знаете что? — Что? — как-то урчаще произносит Старк, стараясь не улыбаться слишком самодовольно. — Я ухожу! — уверенно шипит Питер и направляется к двери, вскидывая подбородок. — Далеко и надолго? — Да. На кухню и до завтра. — Тогда и меня забери, а то я готов уже и Дубину съесть, — смеётся Тони, подбегая к нему, и заходит с ним в лифт, закидывая руку ему на плечо, пока Паркер кладёт голову на его руку. — Что только что произошло? — спрашивают в один голос Пеппер с Мэй, когда те поднимаются наверх. — Да чёрт их знает. 3. Неделя после того случая в мастерской пролетает незаметно. Питер всё также пропадает на тренировках и в лабораториях. Мстители привыкли видеть его каждый день с утра до ночи или не видеть, если тот проводит какие-то эксперименты с Брюсом и Тони. К Мэй тоже все привыкли, правда, иногда этот пристальный взгляд на Старка рядом с Паркером пугал. Тому, кажется было абсолютно плевать, пока в его сторону не сыпался сарказм, а он отвечал тем же. Питер на это закатывал глаза и уходил к Пеппер, которая понимающе улыбалась и обнимала или давала работу. Обычно парень тренировался с Наташей и Стивом. Реже с Баки и Клинтом. Сегодня что-то идёт не так, потому что вместе с ним в зал заходит Тони, что предлагает позаниматься вдвоём, так как остальные на задании. Подумав, он кивает и радостно улыбается, надеясь, что ничего, из ряда вон выходящего, не случится, а то ещё одних подозрений от женской части их коллектива не вынесет. — Вы знаете, какие слухи ходят про нас с вами? Точнее, что думают о нас ребята? — осторожно спрашивает Паркер, скидывая сумку на пол, и начинает разминку с шеи. — Это ты о том, что твоя тётушка подозревает меня в совращении тебя? Тогда да. А есть ещё что-то? — хмыкает он, ещё с самого первого дня переезда подростка зная, обо всём, но, кажется, что-то всё-таки пропустил. — Я говорил об этом с Наташей, и… — Питер делает паузу, думая: продолжать или нет, и всё же говорит, — Она думала, что мы с вами того. — Того? — вскидывает брови Тони, делая наклоны в стороны. — Того. — Того — этого что? У меня фантазия хорошая, и я могу не так тебя понять, Паучок, — смеётся мужчина, и смех лишь усиливается, когда он видит кислое выражение лица парня, который падает на маты. — Она думала, что мы с вами встречаемся, — бурчит Паркер недовольно, — Похоже, что многие так думали, но мы ведь с вами… не знаю. Это ведь совсем не так. Тем более, кто вы, а кто я. Как им только в голову пришло? — Не удивительно, что они так подумали, — пожимает плечами Старк, чуть хмурясь от его последних слов, — Кто я, а кто ты? Серьёзно? Карапуз, ты сейчас популярнее и известнее меня. Вот кто ты. Или ты как раз в другом смысле говоришь? — Что? Нет. Вы всегда были для меня кумиром, и я хотел быть похожим на вас, да и сейчас хочу, — смущённо говорит он, утыкаясь носом в ноги, пока пальцами тянется дальше, — Почему мы вообще об этом говорим? — Потому что в твоей дурной голове продолжают появляться глупые мысли, — закатывает глаза Тони, садясь рядом с ним, — Ты, может, и не стал таким, как я, но ты уже далеко впереди меня. А теперь важный вопрос. Помочь с растяжкой? — Для меня вы всегда будете лучше. Так что помолчите. И да. Я согласен, — кивает Питер, улыбаясь ему.

***

Пеппер заходит на кухню, надеясь, что Тони будет там, но нет. За столом сидит только Мэй с книгой, увлечённо её читая. Вздохнув, она садится рядом и спрашивает: — Не видела Старка? — Не-а. Он вроде собирался в мастерскую или лабораторию. — Его нет ни там, ни там, — вздыхает Поттс, а после бьёт себя по лбу и поднимает голову, — Кажется, недосып меня убивает. Пятница, где Тони? — Он с Питером в тренировочном зале. Передать ему, что вы его ищете? — спрашивает немного недовольно, как им послышалось, Искин. — Нет, не нужно. Я сама спущусь к ним, — фырчит Пеппер и переглядывается с Мэй. С чего такие кардинальные перемены в планах? Раньше такого не случалось. Хотя, это ведь Паркер. С ним всё изменилось у всех. — Я с тобой схожу. Мне нужно с Питером кое-что обсудить, — говорит Мэй, вставая и закрывая книгу. Через пять минут они уже подходят к дверям зала, и обеих одолевает дежавю. Ровно неделю назад было почти то же самое, но сейчас всё было… пошлее? Да нет. Быть того не может. Или может? Определённо может, потому что из неплотно закрытых дверей слышится: — Мне больно, Мистер Старк. Точнее, неприятно. — Потерпи, карапуз. Если не растянем тебя, то ты можешь получить травму. — Я сейчас уже получаю её. Моральную. — Да что ты говоришь? Вот так, да? Я забочусь о тебе, а ты не ценишь. — Эй! Я ценю. — Правда? Тогда прогнись чуть больше. Да, вот так. И ноги шире раздвинь. Вот. Хороший мальчик. — Фу. Звучит слишком пошло. Сам вы хороший мальчик. — Каждый думает в меру своей испорченности, Паркер. Наклонись ещё немного вперёд. — Не могу, мне больно. Зачем мы вообще это делаем? В прошлые разы было без этого. — Именно поэтому ты вышел отсюда тогда с синяками. А я не хочу этого. Нужно хотя бы несколько раз сделать это с хорошей растяжкой, чтобы потом было привычнее, ведь мы можем не успеть в будущем. И не стони так от боли, а то могу подумать, что тебе нравится. — О да. Мне так нравится. Ммм. — Паучок, ты доиграешься сейчас. Когда раздаётся приглушённый стон боли и шлепок, Мэй не выдерживает и залетает в зал, резко тормозя. Точно дежавю. Ужасное такое, заставляющее краснеть. Сзади в неё почти врезается Пеппер, сразу заходясь в истерическом смехе и падая на лавочку. Боже. Кажется, пора брать отпуск и валить подальше от этих людей, а то скоро её здравомыслие помашет ей ручкой. — Снова, что ли? — сидя на шпагате и почти соприкасаясь грудью с матом, пока его за руки на себя тянет Старк, чьи ноги упираются в колени парня, спрашивает Питер, глядя на них. — Н-нет, что ты. Я просто хотела сказать, что меня завтра вызывают на работу в ночную, поэтому днём уже уеду отсюда, — бормочет Мэй, глядя на Пеппер, что закрывает лицо ладонями. — Уже? Ты же говорила две недели, а прошла всего одна, — удивлённо произносит парень, пытаясь сесть, но ему не дают это сделать, тихо посмеиваясь. — Какая жалость. Меня больше не будут подозревать в совращении Паучков-карапузов, — наигранно жалостливо шепчет Тони, издавая печальный вздох, — Но можешь приезжать в любое время, помимо ночи, если, конечно, не что-то срочное. — Мистер Старк! — возмущённо шипит Питер, но мужчина видит в его глазах немного облегчения и радости. Интересно, от чего именно? — Тони, тебе нужно подписать документы до ужина. Они в твоём кабинете. Теперь всё. Меня не ищите до завтра. Я буду сходить с ума. Точно в отпуск пора, — качает головой Мисс Поттс и уходит, забирая с собой тётю Паркера. — Кажется, мы их сломали, — хмыкает парень, всё-таки падая грудью на мат, — Я больше не могу. Оставьте меня умирать, Мистер Старк. Тони вздрагивает от его слов и передёргивает плечами. Боже, это никогда не исчезнет из его головы, сколько бы лет не прошло с того дня, потому что кошмары не дремлют. Как-то Питер его спрашивал, что ему снится такого, от чего он вскакивает в холодном поту и диким страхом в глазах, но мужчина не мог ему ответить. Боялся ли или просто не мог, никто не знает. Не скажешь же в лицо человеку, мол, твоя смерть преследует меня в кошмарах? — Вставай… кхм. Не буду тебя больше мучить растяжкой, — прокашлявшись, говорит Старк, и встаёт сам, подавая ему руку. +1. Этим же вечером в гостиной собираются почти все жители Базы. Наташа сидит на широком кресле, отдыхая после миссии, Стив в другом, около его ног сидит Барнс, положив ему голову на колени, Мэй, Пеппер и Роуди с Тони сидят на широком диване. Клинт с Сэмом разваливаются на пуфиках. Все выбирают кино, споря друг с другом, и ожидают последнего члена их неординарной семейки. И вот, фильм выбран, а в коридоре слышатся шаги. Идеально, но… — Смотрите сегодня без меня. Я пойду отдыхать, — говорит Питер, натягивая улыбку и бросая невольно взгляд на диван, где Старк сидит с краю, что не ускользает от Романофф, которая усмехается от этого. — Всё нормально, малыш? — спрашивает Пеппер, обеспокоенно оглядывая его. — Ты не заболел? — взволнованно спрашивает Мэй, уже вставая, чтобы потрогать лоб подростка, но тот качает головой. — Всё хорошо, не волнуйтесь. Смотрите без меня, тем более я смотрел уже этот фильм. Я пойду, — машет им Паркер и уходит к лифту. Только поднимается он на крышу, а не в комнату. Ему не так часто удаётся бывать здесь, но вид с этого здания открывается прекрасный, из-за чего именно она и стала сейчас его выбором. Настроение после обеда ухудшилось настолько, от чего ничего не хотелось делать, что довольно странно для него. Из головы так и не хотели вылетать слова Наташи в прошлую ночь кино, которые что-то перевернули в нём, заставляя переосмысливать себя и свои чувства. Безусловно, он любит всех Мстителей, с которыми близко общается, и ему их не хватает, когда они долго не видятся, но по Старку внутри всегда появляется тоска, даже если они просто находятся в разных корпусах Базы. Нормально ли это? Так ведь у всех близких людей, да? И то, что ему хочется быть дольше в крепких и мягких объятиях? И то, что иногда взгляд слишком долго задерживается на губах мужчины, да и на всём нём, нормально ведь? — Да, чёрт возьми, — себе под нос шипит Питер, лохматя волосы на затылке и закатывая глаза. — Как некрасиво, карапуз. Капитан воспитанность тебе бы за такие слова лекцию прочитал, — раздаётся сзади, от чего он слегка вздрагивает. Когда только успел подняться и так бесшумно подойти? — Но вы ведь такое говорите, а я беру пример с вас, Мистер Старк, — улыбается Паркер, чувствуя, как внутри становится теплее от его присутствия. — Я не лучший пример для подражания и уж тем более не тот, на кого следует равняться, — хмыкает Тони, проходя к лавке, около которой стоит парень, и садится на неё. — А я не лучший подражатель, поэтому мы квиты. — Иногда я скучаю по тому, каким ты был паинькой в первые месяцы нашего общения. — Да бросьте. Я вас таким раздражал, — фырчит Питер, глядя на него и замечая усталый вид, — Зачем вы поднялись? Вам бы поспать. — Фильм скучный… — Старк вовремя останавливается, чтобы не добавить, что именно без Паркера он был скучным, — А спать не хочу. — Не хотите или боитесь? — тихо спрашивает парень, поворачиваясь к нему лицом, из-за чего теперь смотрит сверху вниз, — Только честно. — Второе, — одними губами отвечает Тони спустя несколько длительных мгновений тишины. Ему не хочется снова начинать эту тему, но уже поздно. — Расскажете? — Нет. — Тогда я вам расскажу, — говорит Питер, на что мужчина закатывает глаза и кивает, потому что интересно. Некоторое время они молчат, не нарушая тишину, но потом он начинает тихо говорить, глядя куда-то вдаль, — Там, во сне, всё пылает огненно-рыжим. Таким я запомнил Титан. Хотелось бы, чтобы однажды всё это исчезло из моей головы, только я понимаю, что тогда мне же будет хуже. Повсюду клубится пыль и пепел, камни и осколки, мы с вами. Потом все начинают исчезать друг за другом, но на это внутри просто пустота. Вся боль начинается после, когда… дальше два разных события, что чередуются в этих кошмарах. Либо я умираю, а вы вините себя в этом, хотя это глупо, потому что я бы в любом случае рассыпался, будь даже в том самом автобусе. И знаете, мне было страшно умирать в свои шестнадцать, да, но только по одной причине. Теперь я понимаю по какой. Либо вы умираете у меня на руках, рассыпаясь, и, не поверите, это намного ужаснее, чем первый вариант. Никогда бы не хотел, чтобы это воплотилось. Есть ещё третий вариант… не будем о нём. — Что в нём? — спрашивает хрипло Старк, поднимая голову и видя, что губы парня искривлены в горькой улыбке. Не придумав ничего лучше, он двигает Паркера к себе ближе, ставя между своих ног, и утыкается носом в живот, обнимая за поясницу, — Расскажи, малыш. После станет легче. — Не станет, но… вы знаете, почему я щёлкнул перчаткой? — спрашивает Питер, сглатывая, когда оказывается так близко к мужчине, однако ничего против не имеет. — Потому что ты безрассудный, а в остальном нет. — Хорошо. А вам доктор Стрэндж сказал, что было в том варианте, на который вы настроились? — Тоже нет. Мы не говорили с ним об этом. — А мы говорили. Правда, это было уже после всего, но на поле меня не подвела чуйка. И, чёрт возьми, будь у меня выбор, я бы ещё двести раз щёлкнул, только бы не дать сделать это вам, — серьёзно говорит он, зарываясь пальцами в его волосы, и прикрывает глаза, кусая губу до крови, — Третий вариант кошмара полностью состоит из того варианта будущего, которое я сломал. Там перчатка оказывается между вами и этим… плохим существом. Вы говорите, что у меня геройское шило в одном месте, а сами-то? Я уверен, что так и было бы. Там вы забираете Камни и щёлкаете, развеивая армию монстров, а сами… становитесь Героем Земли… посмертно. Для многих, я уверен, такой вариант бы подошёл, но точно не для меня и Мстителей. Боже. Зачем я всё это рассказываю? Нужно спать пойти. Питер делает шаг назад, собираясь уйти отсюда, потому что слишком неловко от всего. Только ему не дают больше сделать ни шага, роняя на свои колени и заглядывая в глаза. Опасно, завораживающе и так пленительно, что дыхание вмиг задерживается, а взгляд отвести невозможно. — Далеко собрался? — спрашивает тихо Старк, понимая, что рискует сейчас, ведь, если он неправильно всё понял, то можно смело будет менять гражданство и улетать из страны. Чёрт, думает, как какой-то влюблённый подросток. — Да нет. На один этаж ниже, — неуверенно улыбается Паркер, кладя руки ему на плечи, за неимением другого места для них, — А вы? — Я? Я продолжаю сидеть, — чуть насмешливо произносит Тони, продолжая разглядывать его глаза, которые немного покраснели от сдерживаемых слёз во время рассказа. — А, ну да. Я что-то не соображаю уже. — Ничего страшного. Ответь только честно на два вопроса. Какая причина того, что тебе страшно было умирать, и почему ты не хотел моей смерти? — серьёзно спрашивает он, чувствуя, как слегка трясётся парень от холода, поэтому стягивает с себя кардиган, накидывая после на его плечи. — А можно пропустить вопрос или заменить? — нервно шепчет Питер, теребя край своей футболки. — Карапуз. — Или хотя бы можно соврать? — Питер. — Нет, тогда вообще не будет смысла отвечать. — Пит. — Может, не стоит вообще? — Малыш, хватит, — вздыхает Старк, накрывая его рот ладонью, и качает головой, — Просто ответь. Каким бы ни был ответ. Это важно сейчас, понимаешь? — увидев кивок, он убирает руку, откинув сначала пряди со лба парня назад, — Не бойся. Самое худшее мы прошли уже. — Я так не думаю, но, раз уж вы хотите, скажу. Только не смотрите потом на меня с жалостью или презрением. Вы сами попросили, — усмехается Питер, прикрывая глаза, — Почему было страшно умирать? Потому что боялся, что вы себе этого не простите. Боялся, что не увижу больше любимых и родных глаз, которые стали таковыми внезапно, а понял я это только сейчас. Боялся, что не смогу больше обнять человека, что стал для меня ближе всех. Почему не хотел, чтобы вы умирали? Возьмите всё вышеперечисленное на свой счёт и тогда поймёте. Это всё. А теперь пустите меня прежде, чем услышу, какой же я глупый ребёнок, и всё это глупости. — Какой же ты глупый, карапуз, — смеётся Тони и наклоняется вперёд, накрывая его губы своими, не собираясь углублять поцелуй пока, — Решил сбежать от меня, так и не услышав, что в моих кошмарах умираешь ты? И все разы на моих руках. Даже не дождёшься ответного признания? — Вы… что? Вы ведь сейчас не шутите? Да быть того не может, — шепчет он, обнимая мужчину за шею и глядя в глаза с надеждой. — Может, малыш, может. У меня было пять чёртовых лет, чтобы понять, какой я придурок, что не понял раньше, — усмехается Старк, прижимая его к себе за талию, — Но спрошу всего раз. И ты должен понимать, что дороги назад потом не будет. Ты уверен, что тебе нужен такой человек, как я? — Да, уверен. Был уверен ещё тогда, когда не понимал своих чувств, но хотел быть ближе к вам, — серьёзно кивает Питер, неуверенно касаясь лица старшего пальцами, и ведёт пальцами от виска до подбородка, — А вам нужен такой простой парень, как я? — Больше, чем воздух нужен, — шепчет Тони, подставляясь под прикосновения, а после снова утягивает парня в нежный поцелуй, ладонью водя по спине под футболкой.

***

— Мисс Романофф, вы победили в пари с кодовым названием «Ловушка для Паучка», — звучит весёлый голос Пятницы под конец фильма, от чего Наташа победно улыбается. — Есть. Я так и знала. — Вот же ч… честный выигрыш, — исправляется под строгим взглядом Стива Клинт, протягивая ей двадцатку, — Он не мог потупить ещё два часа? — А что за пари? И почему такое название? Питер же не в опасности из-за этого? — спрашивает Пеппер, глядя на них удивлённо. — Ну, в какой-то мере это явно опасность, — усмехается Баки, протягивая Наташе десятку. — Со Старком любой будет в опасности. Хотя Паучка он явно в беду после всего не даст, — задумчиво тянет Бартон, за что получает в бок ногой от Романофф. — В смысле со Старком? Вы о чём сейчас? Что он делает с Питером? — вклинивается в разговор Мэй и хмурится, когда все переглядываются, не отвечая, — Пятница, где сейчас Пит? — На крыше, — явно нехотя отвечает Искин, и этого хватает для того, чтобы она сразу же пошла к лифту. Паркер успевает только соскочить с колен мужчины, когда на крышу вылетает его тётя, внимательно оглядывая обоих. И что-то меняется в её взгляде, когда тот натыкается на потрёпанный вид подростка и припухшие губы с расширенными зрачками. — Ну, привет, арестанты. — Очень смешно, Миссис Паркер, — фырчит Тони, садясь ровно, и закидывает ногу на ногу, — Из нас никто не сидел. — Это пока, — серьёзно говорит она, складывая руки на груди, — Я всегда подозревала что-то неладное, а теперь точно удостоверилась в этом. На молодых потянуло, да? — Мэй, — начинает Питер, но сказать ему больше ничего не дают. —Молчи, Пит. Я знаю, что ты будешь его покрывать, но всё. Я больше не дам ему совращать тебя и шантажировать. Мне всегда казалось это странным, что только за тобой Старк так внимательно следит и почти не отрывает взгляд, когда ты рядом с ним. Теперь понятно почему. — Вы серьёзно всегда смотрели на меня? А я и не замечал, — смущённо говорит Паркер, краснея и стараясь широко не улыбаться, но после одёргивает себя, вспоминая, что здесь они не одни. — Милый, что ты несёшь? — спрашивает Мэй, подходя к нему и осматривая пристально лицо, — Ты точно в своём уме? — Нет, — говорит он первое, что пришло в голову, от чего Тони издаёт сдавленный смешок, маскируя его под кашель, — В чьём ещё уме я могу быть? Конечно, в своём. — Может, тебе что-то подмешали? — Ага, — соглашается Питер, на что глаза тёти округляются, а Старк сдерживает рвущийся наружу смех, — Чай с привкусом любви. А что? Звучит. Мне нравится. А вам? — Идеально, малыш, — посмеиваясь, говорит Тони, показывая большой палец ему. — Какой любви? Питер, тебе семнадцать только, понимаешь? Семнадцать. Он же тебя почти в три раза старше, — как маленькому ребёнку объясняет она, надеясь, что до него дойдёт, — Ты ещё даже несовершеннолетний. — Хватит, Мэй. Серьёзно, хватит, — вскидывает руку он, отходя от неё, и говорит серьёзно, — Хватит тыкать всё время меня в мой же возраст. Мне плевать на эти цифры. Они ничего не показывают. Да, чёрт возьми, мне семнадцать, а я видел, как умирают люди. Мне семнадцать, а я сам умирал. Дважды почти. Мне всего семнадцать, а я воевал с армией монстров, которые желали убить всех. Мне семнадцать, а я с четырнадцати спасаю город, рискуя собой. Мне каких-то семнадцать по паспорту, а я терял родных и близких. Все ли люди в глубокой старости могут назвать хоть половину из этого, говоря, что они прошли через всё это? Так почему я не могу в какие-то семнадцать быть с мужчиной, которого люблю? Для этого нужен какой-то возраст? Разрешение? Почему пройдя через весь этот ад, я должен слышать, что не дорос ещё до того, чтобы быть любимым? Да плевал я на возраст, — чуть повышает в конце голос Питер, сжимая рукава кардигана, и смотрит сквозь всех, зло поджимая губы, — Я люблю тебя, Мэй, и за всё благодарен, но если встанет выбор, я никого не выберу, потому не собираюсь оставаться с кем-то одним. Какое-то время на крыше стоит звенящая тишина, нарушаемая только звуками города. Каждый обдумывает что-то для себя, пока, наконец-то, не встаёт Старк, подходя к нему, и взлохмачивает кудряшки. — Ты забыл добавить, что в шестнадцать ты спас Вселенную, — улыбается он, обнимая его и целуя в макушку, — Каким бы взрослым ты не был, всё равно останешься моим карапузом-паучком. — Оставьте свои нежности на уединение, а при мне не нужно этого делать, — фырчит Мэй, подходя к Питеру и вытягивая его из рук мужчины, чтобы заключить в свои объятия, — Прости, милый. Я не подумала обо всём этом. Мне просто страшно, что тебе могут причинить боль всякие личности. И я так не хотела тебя потерять. Прости, пожалуйста. — Всё хорошо, правда. Ты не потеряешь меня, а боль мне причинить всякие личности не смогут, потому что пара других личностей его убьют за это, — мило шепчет Паркер, слыша, как Старк давится воздухом от последних слов, а тётя смеётся, — Спасибо, что приняла это. — Конечно, но секс только после свадьбы. — Что?! — Малыш, мы женимся. Завтра же.