Help

Это произошло прямо после концерта, когда они приехали в общежитие. Все разбежались по своим комнатам, чтобы привести себя в порядок и переодеться. Сокджин устало потёр виски и направился в душ, прихватив с собой халат и чистое бельё. Он вошёл в ванную и щелкнул выключателем, тёмное помещение тут же осветилось. На бортике ванной, сгорбившись, сидел человек. Сидел он спиной, но его можно было узнать по куртке, валявшейся на полу. Намджун. Джин бросил халат с бельём на стул и неуверенно подошёл к лидеру. Сегодня на концерте ничего особенного не произошло, все прошло, как обычно, ребята выступили на пять с плюсом, и было непонятно, отчего Намджун сейчас находился здесь. — Намджун? — позвал старший Ким и сделал ещё пару шагов к ванной. — Всё нормально? Блондин никак не отреагировал, даже не шевельнулся. Сокджин повёл носом, улавливая странные горькие нотки, и посмотрел в сторону шампуней и гелей для душа. Наверное, так пахнет одна их этих баночек, купленных Чимином на той неделе. Тихий стон заставил Джина вздрогнуть и перевести взгляд на Намджуна. Тот зашевелился, пытаясь встать, и омега бросился к нему. — Намджун, давай помогу. Ты себя плохо чувствуешь? Ответа не последовало, Намджун только поднял голову, демонстрируя своё красное, мокрое от пота лицо, явно уставшее и немного напуганное. Узкие глаза лучились каким-то странным голодом, но Джин, не придав этому значения, обхватил лидера за плечо и помог выбраться из ванной. Как только нога Намджуна коснулась холодного пола, он резко дёрнулся вперёд, схватил Джина за плечи, протащил к стене и вжал в угол, загоняя в ловушку. Рядом раздался короткий хруст, затем жуткий грохот — задетая полка упала на пол, и все ванные принадлежности рассыпались по полу. Сокджин напрягся, пытаясь освободиться, но Намджун поймал его запястья и завёл над головой. — Эй, ты чего?— недоуменно спросил омега, вглядываясь в чужое лицо. Казалось, будто это был не Намджун. Его глаза смотрели не так, как обычно: они горели, словно фонари на улицах, и излучали какую-то опасность. Запах, который Джин списал на шампунь, совершенно точно принадлежал лидеру, потому что сейчас именно этот горький запах щекотал нос сильнее всего. Сокджин не понимал, что вообще происходит. В какой-то момент Намджун склонился над его шеей и медленно провёл своим языком вдоль сонной артерии, собирая солёный пот и чувствуя, как под кожей бежит горячая кровь. Он тронул губами мягкую мочку и тихо заурчал, словно большой сытый кот. Джин распахнул глаза от удивления и несильно дёрнулся, проверяя: нет, хватку тот не ослабил. Это было странно и одновременно пугающе, ведь Намджун вел себя так, будто его мозг не функционировал. Будто его отключили по щелчку пальца. — Эй, Намджун, ты слышишь мой голос?— спросил омега, но блондин вновь никак не отреагировал на его слова, и продолжал лизать шею, тихо порыкивая. Вот тут Джину стало по-настоящему страшно, и он задергался сильнее, пытаясь вырваться. — Да что ты творишь? Намджун оторвался от обнажённой шеи и взглянул на лицо старшего горящими глазами, без проблесков осмысленности. Нахмурившись, Джин вдруг вспомнил, как лидер пару дней назад повздорил с Чонгуком из-за какой-то мелочи. И он был готов поклясться, что тогда у Намджуна взгляд был такой же, как сейчас. Его губы впечатались в пухлые губы омеги, затягивая в страстный мокрый поцелуй. Сокджин замер, чувствуя во рту чужой язык, и попытался отстраниться. Было немного неприятно, отвечать не хотелось, но Намджун настойчиво обводил языком небо и ряды зубов, продолжая держать его запястья. Джин, не имея возможности материться вслух, мычал в рот лидеру, обзывая его самыми последними словами. — Да прекрати же ты! — с одышкой воскликнул омега, когда Намджун отстранился от его рта, растянув между ними ниточку слюны. Блондин снова тихо зарычал, прижимаясь лицом к шее Джина и принимаясь вылизывать её вновь. В коридоре послышались громкие быстрые шаги и дверь резко открылась. Какой-то парень из стаффа оттащил Намджуна в сторону, в то время как тот рычал сквозь зубы, хищно глядя на парня. Затем подтянулись другие мемберы, Тэхен встревоженно бросился к хёну, всё ещё стоящему в углу ванной и тяжело дышащему. Намджуна еле-еле вытащили в коридор и, кажется, заперли в комнате. Чёрт, Джин медленно осел на пол, губы жгло, лёгкие горели от горького терпкого запаха, а кожа неприятно стянулась от слюны. В голове металось множество мыслей, от которых болела голова. Непонимание происходящего заставляло психовать, но омега старательно держался. — Хён, что он с тобой делал? — спросил Чимин. Он искренне переживал — глаза действительно были зеркалом его детской наивной души. — Вы подрались? Где-то в коридоре тихо хмыкнул Юнги, который, кажется, был единственным, кто понимал, что случилось с Джуном. — Он... поцеловал меня, — ответил Джин, смотря на ребят снизу вверх. Тэхен нахмурился, Хосок странно улыбнулся, Чонгук с Тэ переглянулись между собой, а Чимин смутился. — Как... поцеловал? — спросил он недоверчиво. Сокджин шумно вздохнул, поднимаясь на ноги. Его нервы сдавали из-за того, что на него сейчас смотрят с таким непониманием все мемберы и несколько человек из стаффа. — Губами, — недовольно бросил омега и шмыгнул в коридор, провожаемый десятком растерянных взглядов. Через пару часов в общежитие пришёл доктор, который скрылся в комнате Намджуна на десять минут. Вышел он оттуда совершенно спокойным, словно Ким никакой агрессии к нему не проявил. Сокджин, который только вернулся из душа, прошёл на кухню, где собралась вся группа, не считая самого лидера. — Доктор, он в порядке? — робко спросил Тэхен. Господин Тан, невысокий темноволосый мужчина около сорока лет, поправил свои очки и осмотрел всех присутствующих. — Все нормально, — ответил он. — Просто у Намджуна была небольшая задержка в развитии организма. Частый стресс и отсутствие постоянного партнёра не дали ему раскрыться и презентоваться альфой вовремя. Как я знаю, до этого Намджуна считали бетой, верно? Мемберы переглянулись между собой, словно проверяя друг друга: кто знал, что Намджун — альфа? Но все были удивлены и выглядели потрясёнными. — Верно,— ответил за всех Юнги. — Так вот, — вновь заговорил Тан, — Намджун теперь альфа. Наверняка его организм среагировал на кого-то, кто ему приятен, и у него начался первый гон. Он будет сложный, учитывая, в каком возрасте Намджун презентовал себя, как альфу. Доктор закончил говорить, и в комнате воцарилась тишина. Кто-то задумался, а кто-то косился на Джина, будто знал все его секреты. — Думаю, несколько дней ему нужно пробыть в изоляции. А лучше, найдите ему партнёра на время гона,— добавил доктор, и Хосок проводил его до двери. Вся группа была удивлена, и каждый незаметно смотрел на хёна, думая о чём-то. Сокджин тяжело вздохнул, прикрывая глаза. Он очень устал сегодня. Наверное, не каждый поверит, но провести трёхчасовой концерт со сложными, пусть и знакомыми танцами, очень утомительно. — Жесть,— произнёс Чонгук, задумчиво смотря в пол. — Значит поэтому Намджун-хён тогда накричал на меня. — Да,— согласился Хосок. — Хён в последнее время странно вёл себя. Нам нужно отдохнуть, а утром стафф разберётся, что с этим всем делать. Согласившись, все мемберы разошлись к себе. Джин на секунду замер напротив запертой двери посреди коридора и задумался. Теперь компании предстоит найти для лидера омегу на период его гона, а это множество бумажек, договор о неразглашении и ещё много чего. Серьёзно, учитывая, что этот парень может потребовать круглую сумму за молчание. В группе было двое альф, до сегодняшнего дня: Юнги и Чонгук. Хосок был обычным бетой, а остальные являлись омегами. И все они считали Намджуна бетой. Если честно, то Джин думал, что ничего страшного здесь нет. Задержки организма случаются довольно часто, пусть тебе даже двадцать шесть и ты лидер самой известной кей-поп группы. За дверью раздались тихие шаги, а затем стук, заставивший Сокджина отскочить в сторону. Внутри все затрепетало от густого, горьковатого запаха сильного альфы в расцвете сил. Это было настолько незнакомое чувство, что омега тут же задрожал, пятясь назад. Он с трудом добрался до комнаты и запер дверь. Тэхен недоуменно посмотрел на него, оторвавшись от телефона. — Что случилось? — спросил он. Джин повёл плечами и опустил глаза в пол. — Ничего. Ха, лгать не особо получается, потому что Тэхен, судя по взгляду, совсем не поверил ему. Конечно, случилось, мать твою! В пяти метрах от них находится агрессивный альфа, у которого гон, и самое пугающее, что Джин реагирует на него. Ага, ещё бы. Чимин в мутках с Юнги почти с самого дебюта, а Тэхен и Чонгук встречаются около месяца. Хосок— бета. Поэтому единственный, кто нездорово реагирует на Намджуна — это Джин. ❇❇❇ Юнги не умел готовить, но именно он сегодня готовил завтрак. Ребята не скрывали, что каша у рэпера получилась не особо съедобной, но всё же ели. Сокджин вышел на кухню последним, не выспавшийся из-за запаха, пробравшегося даже в закрытую комнату, и безумно уставший. Даже каша от Юнги показалась ему невероятно вкусной, хоть и съел он совсем немного. Сил не было вообще, но омега всё-таки дождался прихода стаффа. — Нужно найти омегу, — сказал кто-то из работников. — Это очень опасно. Вдруг он всё расскажет прессе! Это действительно опасно. Если журналисты узнают, что для гона Ким Намджуна искали омегу среди обычных людей, живущих в Сеуле, начнётся бурное обсуждение и вспыхнут скандалы. А с другой стороны: как альфе провести первый в жизни гон без партнёра? — У нас нет выбора. Стоит посмотреть среди моделей и актёров. После обеда в общежитие привели омегу. На вид ещё совсем мальчик, но уже совершеннолетний. Высокий, стройный, чёрные кудри вьются и блестят, личико милое, глазки тёмные, губы — пухлые и розовые. Точно модель. Паренёк пах, как и подобает омеге: сладко настолько, что кружится голова. Он подписал своей тонкой, маленькой рукой чёртов договор, в котором была указана огромная сумма за оказанные услуги. Сокджин подумал, что это очень напоминает элитный эскорт. Но мальчишка, имени которого он не запомнил, лишь улыбался, будто это не его тело сейчас покупали. Смотря, как он входит в комнату Намджуна, Джин почувствовал, как внутри что-то тянет от нервного беспокойства. — И что теперь? — спросил Хосок. Они все собрались на кухне, и каждый волновался за лидера. — Теперь ждём,— ответил Юнги, подпирая голову рукой, — пока Намджун натрахается. Чимин нежно покраснел до самых ушей, а Чонгук ухмыльнулся, видимо, понимая, что значит слово «натрахается». — Юнги!— фыркнул Джин недовольно. — Ты обещал не употреблять подобных слов. Мин тяжело вздохнул, но кивнул, соглашаясь. В коридоре раздался скрип двери и тихие шаги. Все синхронно обернулись в сторону шума и увидели того омегу. — Это что, шутка какая-то?— зло спросил он, хмуря тёмные бровки. — Этот альфа даже не притронулся ко мне! Я был полностью раздет, но он ничего не предпринял! Паренёк невероятно злился: его лицо раскраснелось, глаза блестели, а голос срывался на тихое рычание. — То есть, вообще не притронулся?— спросил Джин. Ему не верилось в это. Мальчишка был невероятно красив, не красивее самого Сокджина, но тоже очень симпатичный. И фигурка у него ладная, попка на месте, ноги длинные да талия узкая. Что Намджуна не впечатлило в нём? — Вообще!— рявкнул мальчишка и взмахнул руками. — Я требую всю сумму, даже если он и не прикоснулся ко мне! Ясно?! В договоре не было указано, что он может меня не захотеть! Кто-то из ребят, — кажется, Чимин — тихо усмехнулся. Вот уж смешно: Намджун, который был любителем посмотреть порно с такими вот омежками, не захотел этого милашку. Смешно. Сокджин едва сдерживает смех. — Конечно, — кивает он. — С Вами расплатятся в полном объёме. Омега смерил ребят недовольным взглядом, схватил свою синюю куртку и скрылся из виду, позволяя мемберам рассмеяться в голос. Джин широко улыбнулся, разделяя всеобщее веселье, которое воцарилось сейчас. В тоже время, глубоко внутри закралось переживание, потому что, если Намджун не захотел такого красивого парня, то ему придется провести гон в одиночестве. Наверное, завтра начнут искать ещё одного омегу. Вечером Сокджин готовил ужин сам. Почти весь рис был съеден. Удивительно, ведь они миллионеры, а питаются обычным рисом, который продают везде, даже на улицах. Пусть многим и казалось, что BTS живут на широкую ногу, но это было далеко не так. Они всегда брали лишь то, что необходимо, обходясь простой едой. Обычный рамён после концерта казался деликатесом. Намджун же просто обожал рис, но готовить его не умел. Он был невероятно неуклюжим, для альфы. Альфа. Джин вздохнул. До сих пор не верилось, что Ким Намджун, их лидер и просто приятный человек, оказался альфой. Нет, в этом нет ничего плохого. Но будучи бетой, Намджун интересовал людей только, как хороший рэпер. Сейчас же, узнав, что он альфа, каждая омежка будет желать запрыгнуть на его шею и свесить ножки. Возможно, это ревность. Сокджин не понимает, почему он вообще так реагирует на подобные мысли. Прошли сутки, и Намджун наверняка голодный. Он заперт у себя и, по словам того парня, не реагирует на омег. Гон отбирает слишком много сил, поэтому следует хорошо есть в такой сложный период. Сокджин положил в тарелку немного риса с куском ещё тёплого стейка и направился к Намджуну. Осторожно открыв дверь, он вошёл в комнату и остановился напротив кровати. Услышав, что кто-то вошёл, альфа заинтересованно дёрнул носом и открыл глаза. В комнате сильно пахло альфой, и, судя по виду, Намджун не чувствовал себя лучше. Его глаза по-прежнему горели адским огнём, а ноздри раздувались, улавливая запах свободной омеги. У Джина возникло чувство, будто он находится в клетке с хищником, но он осторожно поставил тарелку с едой на тумбочку и подошёл к лидеру. Из груди альфы вырвалось тихое рычание, и омега замер. — Намджун, как ты себя чувствуешь? Альфа не ответил, только продолжил сверлить хёна тёмным от возбуждения взглядом. Пижамные штаны были натянуты в области паха, показывая, насколько сильно Намджун сейчас возбуждён. Ну, конечно, ведь он прогнал того омегу, и Джин не мог понять, почему. Судя по этому внушительному стояку, Намджун должен был наброситься на него и нагнуть прямо на полу. — Хочешь пить? Резко дернувшись вперёд, альфа ухватил Джина за запястье и потянул на себя, роняя сверху и заключая в ловушку из рук. Он тихо заскулил, потираясь своим стояком о бедро старшего и целуя его в шею дрожащими губами. Сокджин зарделся, пытаясь подняться, но широкие ладони удержали его, а стояк неожиданно ткнулся в пах, обтянутый брюками, где член омеги тоже немного приподнялся. Ну вот как можно не возбудиться, когда красивый умный альфа трется об тебя огромным стояком? Джин медленно выдохнул, наклоняя голову в сторону, чтобы Намджуну было удобнее лизать его шею. Если Юнги узнает, чем они тут занимаются, то самолично надаёт Джину подзатыльников, не страшась того, что тот хён. Горячий язык в очередной раз прошелся вдоль сонной артерии, и Джин закатил глаза от удовольствия. Он уже не помнил, когда у него был полноценный секс с альфой. Кажется, в университете. Из-за карьеры певца пришлось пожертвовать личной жизнью, но то, что происходило сейчас, было чем-то безумным. Опьяненный густым запахом альфы и его ласками, Джин осторожно приспустил свои штаны и коснулся мокрой дырки. Смазка текла между ягодицами, пачкая ткань, и та начала липнуть к коже. Намджун застонал, оставляя в покое шею хёна, и откинулся на кровать всем телом. Выглядел он, мягко говоря, жалко, строил щенячьи глазки и потирал рукой своё возбуждение. Сокджин тяжело вздохнул, стащил с нерадивого альфы штаны и замер, увидев толстый член, с крупной розовой головкой, который мягко качнулся в сторону. Ладони вспотели от волнения, омега осторожно обхватил чужой член рукой, коснулся большим пальцем головки и поймал на себе тёмный, хищный взгляд Намджуна, бёдра которого подались вверх. Их члены соприкоснулись, Джин потёр их друг о друга, чувствуя, как в животе тяжелеет. Намджун кончил бурно, залив спермой руку и бедро хёна, и почти сразу отрубился. В голову ударило возбуждение, и Сокджин, кончив следом, упал на альфу и устало закрыл глаза. По телу растеклась приятная усталость, захотелось спать, но Джин пересилил себя и поднялся. Нашёл в тумбочке влажные салфетки, обтер свои руки и бёдра, вытер живот Намджуна и выбросил использованные салфетки в мусорку. Следовало вернуться к себе в комнату, чтобы не заставлять Тэхена беспокоиться. Но усталость взяла верх, и Джин осторожно лёг рядом с альфой, соприкоснувшись с ним руками. Впервые в жизни, на душе было спокойно, умиротворение ютилось в груди, и сон медленно накатил, затягивая в царство Морфея. ❇❇❇ Сквозь сон Сокджин чувствовал, как его задница горит от грубых прикосновений, но глаза открыть не получалось. Спать хотелось зверски, поэтому он не сразу среагировал, когда в него вошло что-то большое и мокрое. Он резко вскинулся, обнаруживая, что лежит на животе, бёдра вздернуты, а в дырке орудуют три пальца. Извернувшись, Джин посмотрел назад через плечо и столкнулся с горящими глазами. Намджун бессовестно раздел его, пока он спал, и растянул дырку настолько сильно, что, наверное, туда могла поместиться ладонь. — Что ты делаешь?! — возмущённо воскликнул омега, переворачиваясь на спину и натягивая одеяло на обнажённое тело. Намджун тяжело выдохнул, показывая, что ничего плохого не сделал. Его член стоял, прижавшись головкой к животу, и демонстрировал болезненное возбуждение. Джин устало посмотрел на него, чувствуя, как собственный член поднимается, и медленно вернулся в прежнее положение. В конце концов, Намджун неплох как человек, и излучает мощную энергетику как альфа, и Джин доверяет ему. Альфа, видя перед собой сочную розовую дырку, из которой течёт смазка, тихо рявкнул и навалился на хёна сверху, проезжаясь членом между ягодиц. Крупная головка медленно вошла вовнутрь, задевая тёплые стеночки, и Джин сжал зубы. Стон предательски вырвался из его горла, когда Намджун вжался носом ему в затылок. Было так хорошо, что омега забыл о том, где он, и зачем. Член так правильно находился в нём, двигался медленно и осторожно, выходя и задевая края, и входя вновь с тихим шлепком кожи о кожу. Намджун обхватил омегу поперёк груди и сжал зубами волосы на затылке. Его толчки стали быстрее и жестче. Джин чувствовал, как в животе медленно разгорается яркое пламя возбуждения, толкающее к грани. В последний момент в голове мелькнула странная детская мысль: что, если Намджун — тот альфа, который ему нужен? Он красивый, умный, по-своему сексуальный и очень ответственный. За шесть лет, что они знакомы, в голове пару раз мелькали подобные мысли, но это было, скорее всего, восхищение и желание подражать. Иногда Сокджин смотрел на стадионы поклонников и хотел сказать, что видел каждого мембера группы голым. Намджуна в частности. Это был третий год их совместного существования, и лидер тогда был невероятно горяч. Хотя, сейчас тоже. Последний год он упорно тренировался, формируя своё красивое правильное тело. Намджун длинно и мокро лизнул омегу вдоль позвоночника, вызывая море мурашек, и вновь зарычал. На этот раз иначе: громко, зло и по-альфьи, вынуждая подчиниться. Сокджин, как маленькая течная сука, тут же прогнулся в пояснице, позволяя делать все, чего желает альфа. Это был животный инстинкт, поэтому Джин ничего не мог поделать с собой. Кончив, омега упал грудью на смятую кровать, но Намджун одним лёгким движением вздернул его на четвереньки и продолжил трахать, сжимая рукой чужое предплечье. Сокджин тихо заскулил в надежде, что его отпустят, рука болела от грубой хватки, но в тоже время, глубоко в своём сознании омега понимал, что ему очень нравится эта животная грубость. Не будь у Намджуна сейчас гона, он бы такого не вытворял. В дырке пошло чвакало от смазки. Задрожав от подступающего оргазма, альфа зарычал сквозь зубы и обвил руками талию хёна. Испугавшись, что они могут сцепиться, Сокджин дернулся вперёд и вынул из себя чужой член в последний момент. Белая густая сперма полилась на кровать, пачкая постельное, а Намджун снова вырубился, как только его голова коснулась подушки. Джин недовольно вздохнул, намереваясь встать, чтобы обтереться, но альфа удержал его, хотя совершенно точно уснул. — Не уходи,— прошептал Намджун одними губами, заставив старшего вздрогнуть — за два дня он впервые услышал его голос. Уйти не получалось, потому что хватка у блондина была стальная, и Джин лёг назад. Лицо у Намджуна было непривычно бледным, под глазами залегли синие тени, а губы потрескались от недостатка воды. Гон выматывал безумно сильно, и усталость упала на плечи сильного лидера. В груди вспыхнуло странное чувство заботы, и омега медленно коснулся рукой светлых, чуть мокрых от пота прядей. Он не мог отвести глаз от красивой формы розовых губ, и упустил момент, когда потянулся за поцелуем. Сухие, потресканные губы на вкус были как яблоко — кажется, такой бальзам использует Намджун. Вкусно. Не любоваться таким красивым лицом было просто невозможно. Сокджин вновь коснулся чужих губ и получил в ответ осторожное мягкое движение навстречу. Намджун по-прежнему крепко спал, но его губы дрогнули, когда омега во второй раз коснулся их. Напуганный взгляд Намджуна не давал покоя уже несколько минут. Джин проснулся, потянулся, чувствуя в теле приятную усталость, и взглянул на блондина. Тот сидел на стуле недалеко от кровати, одетый в халат, — видимо, ходил в душ — и явно растерянный. Судя по взгляду, гон ненадолго отпустил его, и разум вернулся. Увидев всё это, Намджун явно растерялся. Джин бы тоже растерялся. — Хён,— произнёс альфа хриплым от волнения голосом и отвёл взгляд, когда Сокджин встал с кровати, не стесняясь своей наготы. — Всё нормально. Не переживай, — ответил омега, скрываясь в ванной. Стоя под тёплыми струями душа, Джин подумал о том, что вышло немного глупо. Выглядело так, будто он воспользовался слабостью альфы и просто потрахался с ним. А Намджун явно был потрясён, увидев в своей постели голого спящего хёна, залитого его семенем. Следовало серьёзно поговорить, но когда Джин вернулся из ванной, Намджун посмотрел на него печальными глазами. — Я заставил тебя?— спросил он тихо. От него веяло возбуждением, а член, который очерчивался сквозь ткань халата, подтверждал это. Стало смешно. — Я сам пришёл, — ответил омега. — Пойми, ты бы не справился. Намджун повёл плечами и опустил голову. — Ты... Тебе не было противно? Омега улыбнулся. — Всё в норме,— сказал он и лёг на кровать. — Иди сюда. У тебя все ещё гон. Глаза у лидера расширились, когда Джин стянул с себя халат, он восхищенно раскрыл рот и замер, будто статуя. — Я... — Иди. Сюда. Намджун покорно приблизился к хёну, и тот потянул его за руку на себя, укладывая сверху. Джин ласково коснулся чужой щеки и снова улыбнулся. — Ты такой милый. Заниматься сексом с таким Намджуном было невероятно смешно. Тот был неуклюжим от природы и смущался происходящего, но омега уверенно тянул его вглубь с головой. Обнажённые тела медленно переплетались между собой, руки доставляли ласки друг другу, а дрожь пробивала до самых костей. Намджун двигался неловко, словно боясь чего-то, и заставляя омегу глупо улыбаться. — Тебе хорошо?— спросил он, когда оргазм был уже близко. Сокджин выдохнул, прогибаясь в пояснице, и потянулся навстречу к альфе. — Очень хорошо, — ответил он и прикусил губу. — Поцелуй меня. Их губы соприкоснулись в мокром поцелуе, и в этот момент в голове ярко вспыхнуло. Оргазм заставил вскрикнуть от удовольствия и мелко задрожать. Намджун кончил следом, уткнулся лицом в мокрую от пота шею и тихо зарычал. Вновь потянуло в сон, и Джин, устроившись удобнее в кольце чужих рук, прикрыл глаза. Позади прижался горячий, словно печка, альфа, который уткнулся лицом ему в затылок и ровно задышал. Всё было так правильно, так хорошо, что внутри теплело от нежности. Будто он нашёл то, что искал долгое время. — Джин-хён,— позвал Намджун, когда омега был уже на грани, переходящей в крепкий сон. — М? Альфа наклонился к уху хёна и с явной улыбкой произнёс: — Я тебя люблю. Джин слышал, но ответить не мог, чувствуя, как сознание мутнеет. Сердце приятно кольнуло в груди, а густой, уже родной запах, окутал с ног до головы. «Я тоже люблю тебя». ❇❇❇ Юнги тяжело смотрел на них двоих и молчал, хотя в голове уже обматерил обоих настолько сильно, что у любого уши могут завять от таких слов. Все чувствовали, что от Сокджина пахнет Намджуном и наоборот, но молчали, как партизаны. После трёх дней голодания и интенсивной физкультуры, лидер ел много, даже то, что приготовил Мин. Намджун довольно улыбался, сидя рядом с хёном, и изредка прикасаясь к его руке. Было очевидно, что между ними какие-то чувства, все это видели. Джин пытался избегать влюбленного искреннего взгляда и вспоминал те слова. Намджун его любит. Это взаимно. Они провели несколько дней в изоляции, и между ними возникла связь, как у пары. Джин признавал это и верил, что всё сложится. — Ребята смотрят на нас, как на дураков, — произнёс Намджун, когда они остались вдвоём в гостиной. Джин улыбнулся, вспоминая странный взгляд Чимина и Хосока. — Думаю, они догадались. Очевидно, что да. Намджун хмыкнул. — Знаешь, Юнги-хён знал о том, что я влюблён в тебя, — проговорил альфа неуверенно и потёр висок. — Поэтому он переживал, что мы наделаем глупостей. Он оставил презервативы в тумбочке, а я... Сокджин вспыхнул и отвернулся. От мысли, что Юнги знал о том, что они рано или поздно переспят, его начинало мутить. — Значит теперь всё нормально? Намджун улыбнулся, подсаживаясь ближе. — А когда было иначе? Смотря на чужие губы, Джин поймал себя на мысли, что хочет их поцеловать. По сути, он имел полное право поцеловать их, но лезть первым не мог, боялся. — Люблю тебя. И, прежде чем губы слились в поцелуе, омега шепнул: — Я тоже тебя люблю.