Как тебя зовут?

— Поттер, не пугай, — Малфой не знал, что думать, смотря на растерянного гриффиндорца. — Мы знакомы уже 5 лет. Поттер заметно погрустнел и уставился куда-то вбок, отводя взгляд. Ему было неудобно от того, что за него так волновались, а он не помнил даже имени, хотя дружат уже 5 лет… Большой срок, чтобы запомнить человека, а он смог забыть. Невольно начали катиться слезы. Гарри было обидно за Малфоя, что у него такой неблагодарный друг, как он, но он не мог ничего поделать, как бы гриффиндорец ни напрягал мозг, пытаясь вспомнить хоть какие-то моменты, он не мог. — Прости, — отвернув голову, чтобы его было видно как можно меньше, Поттер вытер слезы. — Я не помню, как тебя зовут… — как-то тихо признался он в этом. Малфою в глубине души, конечно, было обидно, но он сам понимал, что никем для парня не являлся. Нет ничего такого в его амнезии, но кого еще он мог забыть? — Я Драко, — как можно более безэмоционально сказал слизеринец. — Что последнее ты помнишь? Что с тобой? У Малфоя было очень много вопросов, некоторые из которых не касались даже сегодняшней ситуации, но он посчитал нужным не задавать их, заметив состояние Гарри. Гриффиндорец почти неподвижно лежал головой на его коленях, иногда порывался поднять голову, но как только двигался, морщился от боли. Драко видел это, но что он мог сделать. — Извини, Драко, — с грустью в глазах гриффиндорец смотрел на Малфоя. — Я помню, что был матч по квиддичу, что я летел за снитчем, а потом что-то меня чуть не сбило… Наверное, это был бладжер. Он ударил прямо по спине, — от воспоминания об этом, Поттер сжал зубы и закрыл глаза. — Очень больно. — Надо отнести тебя в больничное крыло, — заявил слизеринец и аккуратно подняв голову Поттера, чтобы вылезти, Малфой встал и произнес левитационные чары, поднявшие гриффиндорца. — Кого ты помнишь из людей? — этот вопрос мучил Драко и вот, наконец, он его задал. — Людей… Я помню родителей, — начал перечисление Гарри, — еще помню Дамблдора, вообще всех профессоров помню. Еще помню… — на некоторое время задумался парень, но потом Малфой увидел ужас в глазах гриффиндорца, — я никого больше не помню. В памяти мелькают силуэты, но ни лиц, ни имен я не помню, ни даже роли в моей жизни… Это было ужасно со стороны Малфоя, но некоторое время он был рад, что Поттер забыл своих друзей. Он понимал, что они много для него сделали, наверное, но слизеринец ненавидел их. Именно они отняли у него Поттера еще на 1 курсе. Именно из-за них Гарри считал его врагом. Они внушали ему, что слизеринцы все плохие. Грейнджер еще ладно, но Уизли… Малфоя даже передернуло об одном упоминании этого… Вся их семейка отличилась. Забрали себе Поттера: один его друг, вторая подружка. Малфой был уверен, что Молли Уизли не упустит возможности женить свою дочь на Гарри Поттере, а тот будет только и рад. — Драко, ты же останешься со мной в больничном крыле? Пожалуйста, — умоляюще попросил Гарри, выдергивая слизеринца из своих мыслей. — Не хочу быть там одному. Останешься? Расскажешь о себе и других, кого я забыл? Малфой не знал, как на это реагировать. Если об этой ситуации прознают его друзья, то нет и надежды, что потом Гарри не отвернется от него. Но что, если рассказать ему все самому… Если рассказать о себе, о том, что он не такой плохой, как его описывал Уизли, а он, конечно, описывал всю «семейку Малфоев» не с лучшей стороны. — Хорошо, Поттер. Я подниму тебя заклинанием, прости, если будет больно. Гриффиндорец кивнул, сжав кулаки и готовясь к худшему. Драко произнес заклинание левитации и медленно поднял парня в воздух. По взволнованному выражению лица слизеринца было заметно, что тот волнуется, поэтому Гарри решил его успокоить. — Я хорошо, ничего не болит. Давай только побыстрее, пожалуйста, уже холодно становится. Не медля, Малфой направился к замку, беспрепятственно заходя в него, и через десять минут уже стоял возле мадам Помфри, ожидая того, что она скажет. — Мистер Малфой? — окликнула его женщина, заставляя слизеринца выйти из своих мыслей. — Да, — еле заметно вздрогнул парень и внимательно посмотрел на целительницу. — С мистером Поттером все будет хорошо. Ему сейчас нужен покой. Вы можете идти в свою гостинную, время позднее. — Могу ли я побыть с ним еще некоторое время? Я не надолго. И что с ним? — Сильное сотрясение и в нескольких местах смещен позвоночник. Мистер Поттер мне объяснил, что в него влетело что-то, из-за чего, как я предполагаю, и произошла вся эта ситуация. Я дам ему зелье памяти и укрепляющий настой. Уже завтра к нему могут прийти друзья, — Помфри легко улыбнулась, как бы приободряя слизеринца и пошла в свой кабинет, — можете побыть здесь, но не больше часа. Больному нужен отдых. — Хорошо, спасибо, — сдержано кивнул блондин и подошел к Гарри, оценивающая осматривая того с ног до головы. — Ты как? — Жить буду. Пара зелий, постельный режим и буду в норме, — немного грустно улыбнулся Поттер, а после и вовсе задумался, уйдя в себя. Такую смену настроения сложно было не заметить, потому слизеринец решил поинтересоваться. — Что-то не так? Еще некоторое время Поттер никак не реагировал на окружающий мир, но после, покачав головой, уставился на Малфоя, как будто впервые видел, а потом и вовсе замотал головой, осматривая помещение. — Где я? Что случилось? Ты кто? — с тревогой в голосе начал задавать вопросы гриффиндорец, бегая глазами то по стенам, то по Малфою. — Ты чего? Ты в больничном крыле. У тебя травмы после матча по квиддичу, я тебя сюда принес. — Какой матч? По чем…? Глаза Драко округлились, и он с нескрываемым страхом посмотрел на больного. В голове у него кружились мысли, за которые слизеринец никак не мог ухватиться. Что же делать? Пойти к Помфри? Остаться и объяснить ситуацию Гарри? Просто уйти и больше не связываться со всем этим? В ту же секунду он рванул с места и побежал к выходу из палаты. — Драко, стой, — раздался сзади нервный смешок. — Все хорошо, никуда идти не надо. Шутка-а-а, — Поттер с нескрываемой радостью лыбился на Драко, призывая его обратно рукой. — Ну и дурак ты, Поттер. Я, конечно, знал, что у вас проблемы с юмором, особенно у тебя, но не знал, что все насто-о-олько запущено, — раздраженно прокомментировал слизеринец, в то же время облегченно вздыхая. — Может ты тогда и своих друзей помнишь? Уизли? Грейнджер? — Кто? Нет, — замотал головой Гарри, поджимая губы. — Ничего, вспомнишь. Мадам Помфри говорила, что будет давать тебе зелье памяти. Мне кажется, мне пора идти, отдыхай, — кивнул Малфой, грустно посмотрев на гриффиндорца, после чего развернулся, кинув напоследок, — выздоравливай. — Ты же придешь ко мне завтра? — для Поттера это был риторический вопрос. Как друг мог не прийти навестить его, разве это тогда дружба? Потому он даже не ждал ответа, что и было напрасно. — Вряд ли, Поттер. Уже сегодня тебе дадут зелья, уверен, завтра ты не захочешь меня видеть. Я передам твоим реальным друзьям о том, что ты тут, — договорив, Малфой немедленно вышел за дверь, направившись к гостиной Гриффиндора. — Вот именно их я и не хотел бы завтра видеть, — почти шепотом проговорил гриффиндорец, и хмурясь от подступившей боли, позвал целительницу. — Мадам Помфри? Спустя минут пять она появилась в палате уже с зельями. — Вот держите, — она протянула первый флакончик, — это укрепляющий раствор.А это, — она протянула небольшой пузырек, — это для памяти. — Спасибо, мадам Помфри, мне не нужен второй, я все вспомнил. Скоре всего эта потеря памяти была кратковременной и вызвана шоком. Прошу, если кто-то спросит про мою память… Скажите, что она еще не вернулась, — умоляющие посмотрел он на женщину. Она нахмурила брови и посмотрела на мальчика с непониманием, но все же согласилась при условии, что говорить она будет это только ученикам. Если спросит кто-то из профессоров или директор, она обязана будет сказать правду. Даже этого было достаточно Поттеру. Парень допил первое зелье и улыбнулся. — Большое спасибо.