Офисные блудни

На утро Рома проснулся в совершенно разбитом и подавленном состоянии, голову его ужасно ломило, но тело на удивление показалось расслабленным и отдохнувшим. Ему приснилось, будто бы его нежно гладили по плечам и спине, и сон этот показался ему настолько реальным, что он даже первым делом попытался так же осторожно провести ладонью по своей спине, повторяя движения незнакомца. Следом привставая в необычайно мягкой постели, юноша потер сонные глаза и попытался сфокусировать зрение и, определив, что данная обстановка ему не знакома, с интересом осмотрелся. Где это он? Номер показался ему более просторным по размеру, нежели чем тот, в котором ранее жил он. На диване мирно посапывал Джонни, укрывшийся в клетчатый плед. Темноволосому парню пришлось немного свернуться, чтобы полностью уместиться на том месте, особо не предназначенным для сна. Запаниковав, Рома тут же резко скинул с себя одеяло и увидел, что он находится в одних трусах? «Что?» - он сначала даже не поверил в происходящее, в голову начали приходить различные мысли, которые винили его в неосторожности и пугали, но как иначе все это объяснить? Попытавшись вспомнить вчерашний вечер, голубоглазый осознал, что совершенно ничего не припоминает, разве что мост, панораму города и лицо Эдисона, но это ведь было до этого, не так ли? Или нет? Он напрягся еще раз, сжав голову с обеих сторон руками, будто это могло ему помочь. Судя по всему, дело было плохо, воспоминания не возвращались, и Рома решил валить отсюда как можно быстрее, пока другой парень не проснулся. Аккуратно слезая с кровати, юноша еще раз взглянул на мирно спящего тим-лидера, а затем прошагал на носочках к креслу, на котором находилась вся его одежда. Видимо, Джонни спал чутко, ибо, заслышав даже малейший шорох, который Фильченков произвел, когда только начал натягивать брюки на себя, он сразу же открыл глаза и приподнял голову. — Доброе утро, — еле слышно прошептал он, перемещаясь в сидячее положение и сбрасывая с себя плед. Парень сидел в шортах и футболке, и поэтому чувствовал себя спокойно и непринужденно, не то, что Рома. — Доброе? — юноша сразу же повысил голос и злобно уставился на Джонни. Затем голубоглазого смутило, что он опять же стоит практически в одних трусах перед ТимЛидом, а тот неприлично долго пялится на него. Разозлившись еще больше, новичок бессильно всплеснул руками, а затем продолжил натягивать на себя брюки и остальную одежду. — Я все сейчас объясню, — оправдался брюнет, привставая с дивана. Он свернул плед, взял его в руки и подошел поближе к другому парню. — Угу, ну валяй, — буркнул джуниор в ответ, когда застегивал пуговицы на рубашке. — Вчера вы с Эдисоном ужасно напились на мероприятии, вы стали сливать вино в вазу и кидать туда канапе. — Что, серьезно? Вот это да! — рассмеялся Рома. Представив эту картину у себя в голове, он даже начал собой гордиться, ведь ранее в своей жизни он никогда не творил подобное. Юнона не особо любил вечеринки и различного рода мероприятия, которые посещали много людей, но то, что он услышал про себя из уст Фляжки, действительно впечатляло. — Это не смешно! — воскликнул ТимЛид и продолжил, пока его опять не успели перебить. — Мне, Славе и Андрею пришлось как можно быстрее растащить вас и увести из ресторана, иначе что вообще о нас могли подумать? Ты был настолько пьян, что начал от меня убегать и не давать карточку от своего номера. Пришлось силой затащить тебя в свой номер и уложить спать. Не волнуйся, я просто раздел тебя и уложил в свою кровать, а сам уснул на диванчике. Вот и все! В общем и целом, Джонни сказал правду, просто немного скрыл некоторые дополнительные детали, которые он посчитал не столь важными, чтобы не объясняться потом лишний раз. По глазам Ромы было видно, что он не особо поверил в эту историю, но ему больше ничего и не оставалось делать. Он вспомнил о «сне», о котором подумал, как только проснулся, и паззл вдруг стал постепенно складываться. Все еще не веря в произошедшее, Фильченков с интересом взглянул на другого парня, пытаясь вычислить что-то по его лицу, но оно совершенно ничего не выдавало. Так может быть это вправду был сон? А если нет? — Если не веришь, то можешь спросить у остальных, — добавил Фляжка напоследок, чтобы вселить больше уверенности в новичка, который смотрел на него с подозрением. В итоге тот лишь ухватил свой пиджак и вышел из комнаты, смиряя тим-лидера пристальным взглядом. *** — Где ты был вчера ночью? Я тебя везде искал! Поздним утром Эдисон ворвался в комнату Ромы, когда тот уже успел помыться, переодеться и привести себя в порядок. И теперь он спокойно валялся в кровати уже в костюме с телефоном в руках, ожидая тот момент, когда можно будет пойти на завтрак. Вообще было очень странно, что он проснулся в чужой комнате без будильника в такую рань, и поэтому сейчас, лежа на кровати, он все еще продолжал размышлять о произошедшем. — Я проснулся в комнате Джонни в его кровати, — через некоторое пояснил новичок совершенно спокойно, переводя свои голубые холодные глаза на сеньора. В ответ другой парень лишь вопросительно поднял брови и даже приблизился к Фильченкову, ибо ему было очень интересно услышать продолжение. И его даже не смутил тот факт, что джуниор так спокойно обо всем этом говорил. — Не знаю, если ты хочешь узнать насчет… — юноша многозначительно улыбнулся и продолжил пялиться в экран телефона, сделав вид, что ему все безразлично. — То я не видел, что он со мной делал, но он сказал, что ничего. — Ладно, ахаха, — рассмеялся сеньор, хотя по нему было видно, что он не склонен верить ТимЛиду. — Зато бог все видел, — усмехнулся он. — Бога нет, — сухо отозвался джуниор, наконец оторвавшись от своего устройства и серьезно посмотрев в глаза другого парня, но тот не придал этому особого значения. — Ты не веришь? — вновь усмехнулся Эдисон, ведь он воспринял все это как прикол или шутку. Парень и вовсе не думал, что голубоглазый вообще захочет поднять эту тему. — Нет, — все так же серьезно ответил Рома, после чего резко вскочил с кровати, засунул телефон в карман, прошел к двери и жестом позвал Эдисона. — Пойдем со мной. Все это немного забавляло и напоминало ситуацию с мостом, когда Эдисон вдруг стал задумчивым и позвал Фильченкова за собой, чтобы поговорить о дружбе. Теперь же роли поменялись, и Рома сам позвал его за собой так же серьезно, словно собираясь поделиться чем-то сокровенным, поведать какую-то тайну в ответ. Вместе они вышли из номера и прошли к общему балкону отеля, на который жители обычно выходили покурить. Никто из них этого не делал и не собирался, и поэтому сеньор сначала застопорился в коридоре, пропуская голубоглазого юношу вперед. Облокотившись на перила, Рома подождал, пока другой парень все же подойдет и сделает то же самое, и уже потом он начал разговор: — Посмотри на небо, ты видишь бога? Нет? — Нет, — кратко ответил Эдисон, посмотрев на небо, а затем глупо улыбнувшись и представляя себя в какой-то секте. Ему словно пытались сейчас запудрить мозг каким-то бредом, и если б это был не Рома, то он уже давно убежал бы отсюда. — А теперь посмотри на тех, кто рядом. Видишь меня? — следом проговорил джуниор так же торжественно, будто бы его избрали новым Папой Римским, который стоял сейчас не на балконе отеля, а в Ватикане перед огромной публикой, и толкал свою речь. — Да, — усмехнулся сеньор. Эта беседа начинала становиться какой-то неловкой и странной, но Эдисону было интересно, к чему клонит новичок, и поэтому он продолжал отвечать на его странные вопросы. — Вот и смотри на тех, кто есть рядом, думай о них, думай о себе. Ты сам ответственный за свою судьбу. Как я могу быть уверен, что там есть кто-то наверху? Почему он тогда не покажется, почему он не спасает людей от смертельных болезней, почему не останавливает войны, почему невинные страдают, почему справедливость не всегда соблюдается? Это все сказки, которые нам рассказывали в детстве, и поэтому мы думаем, что добро побеждает зло, что есть белое и есть черное, но на деле это не так. Просто с детства мы хотели красочную сказку, которую нам рассказывали родители и показывали книги, а жизнь вдруг оказалась не такой, какой нам ее описывали, понимаешь? Эдисон нерешительно кивнул, пытаясь переварить полученный поток информации у себя в голове, а Рома тем временем тоже ненадолго замолчал, ему требовалось несколько секунд, чтобы перевести дух. Утренний осенний ветер пробежался по его лицу и волосам, взлохматив прежде аккуратную прическу. Юноша поправил учиненный на голове беспорядок руками и вновь обернулся к Эдисону. — Я люблю себя больше, чем других. Да, возможно, это звучит эгоистично и неправильно, но кто сказал, что это неправильно? Кому это решать? Где этот человек, который сидит и записывает, что правильно, а что нет? Я уверен в себе, и поэтому я знаю, что сам могу сделать все для себя и вряд ли кто-то поможет мне в моем жизненном пути. Да, такое может случиться, периодически люди приходят и поддерживают тебя, помогают, но главным образом я все равно надеюсь только на себя. Мне нести тяжелую ношу моей судьбы, мне самому нужно выпутываться из проблем, а не смотреть куда-то в небо и ждать, пока кто-нибудь возьмет и поможет, пока кто-нибудь решит все за меня! — Если б я тебя не знал, то подумал бы, что ты опять напился или же еще не отошел от вчерашнего, — усмехнулся сеньор. — Но вообще я с тобой согласен, нужно надеяться только на себя и тогда в жизни будет меньше разочарований. *** Сегодня по программе сотрудников ожидала лекция, и поэтому после вкусного завтрака они направились в один из залов, расположенных в здании отеля. Сидя за столиком и слушая лектора, Рома никак не мог сосредоточиться на словах и информации на слайде, к тому же написанной на английском языке. Буквы разбегались у него перед глазами в разные стороны, а речь преподавателя влетала в одно ухо и тут же вылетала из другого. Не то чтобы он не смог сегодня выспаться, все же времени на это было более-менее достаточно. Голова тоже уже прошла, но юношу все не покидала одна мысль. Ему казалось, что он упускает важное, будто бы это что-то произошло вчера между ним и Джонни, но что именно – он вспомнить не мог. Погрузившись в свои мысли, джуниор неосознанно повернул голову на сидящего поодаль тим-лидера и стал буквально сверлить его взглядом. Возможно, где-то в глубине души Фильченков считал, что, сделав это, он разгадает тайну быстрее. А тот, словно почувствовав посторонний взгляд на себе, тоже с интересом оглянулся и встретился глазами с новичком. Рома не сразу это понял, и почему-то еще некоторое время продолжал пристально смотреть Джонни в глаза. — Эй, может хватит так явно палиться? — сидящий рядом Эдисон толкнул голубоглазого в бок, и тот сразу же пришел в себя и отвернулся. Все это время Рома будто бы находился в каком-то гипнозе, и поэтому не осознавал, что делает. А сеньор проследил за реакцией Фляжки, который тоже устало развернулся обратно и посмотрел на очередной слайд презентации. — Все же ты его чем-то привлекаешь, — шепнул сосед невзначай, пытаясь не переключать на себя чужое внимание, как он любил это делать всегда и везде, по желанию и против желания, а Рома в ответ лишь хитро улыбнулся. — Видимо, ты просто чертовски обаятельный, раз привлекаешь этого придурка. — Так оно и есть, — высказал в ответ голубоглазый, многозначительно поднимая бровь и позируя, делая вид, что находится на фотосессии. *** После трехчасовой лекции сотрудникам дали свободное время до вечера, чтобы они смогли еще немного отдохнуть и изучить страну. Все же основная задача лежала на исполнительных директорах. Практически все отправились гулять в небольших компаниях по другой стране, не теряя времени. Рома тоже прошелся с Эдисоном вдоль реки, ибо им обоим уж очень понравилось это делать. По дороге они несколько раз натыкались на Джонни и Андрея, которые в этот раз почему-то гуляли вдвоем. Лошка смотрел на них ревнивым и оценивающим взглядом, его почему-то ужасно раздражало, что зеленоглазый смеется из-за какой-то очередной шутки, сказанной Фляжкой. Джуниор ведь мог уже находиться на его месте и идти вместе с Джонни, но план его был испорчен. Скорее всего он не особо это осознавал, разве что где-то глубоко внутри своей головы, но ревность исходила больше не от желания побыстрее получить профессию, а просто от недостатка внимания. На самом деле ему очень понравилось, когда Джонни купил ему чешскую булочку и то, как он учил его столовому этикету. Все его замечания на самом деле являлись попытками помочь, научить чему-то, и делал он это не со зла. Рома уже давно не помнил, что такое забота о ближнем. Да, у него была мама, которая хотела для него все самое наилучшее, но это другое, это вызывало в нем тоже теплые, но иного рода чувства. — Ну что? План идет не очень успешно? — усмехнулся Эдисон, глядя на то, как новичок провожает недовольным взглядом другую парочку. — Не нужно делать поспешных выводов, это мы еще посмотрим, кто кого, — злобно огрызнулся Рома, не оборачиваясь в сторону собеседника. Ему хотелось подметить каждое движение, каждую деталь, прочитать человека, просмотреть его насквозь. Почему Андрей, а не он? Что в нем такого хорошего, чего нет у него самого? Легкий ветерок дул им в лицо, ребята специально шагали именно так, чтобы ощущать свежесть, исходящую от реки, чтобы слышать шум чаек. Они хотели насладиться золотой осенью в Праге, солнышком, которое все еще ярко светило и согревало землю. Вернувшись в Москву, они скорее всего могли бы обнаружить, что погода резко переменилась, и вместо теплого летнего солнца на небе образовались серые тучи, которые стали поливать город, навевая грусть и печаль, а порой одиночество. Сейчас же можно было наслаждаться этим прекрасным местом, домиками, речкой, мостами и даже людьми, которые так беспечно спешили куда-то по своим делам. Мимо них порой проходили наземные электрические железные пути, по которым время от времени проезжали трамваи. Рома любил этот звук стука колес, он не мог объяснить, но юноше нравился сам транспорт и его вид. Было достаточно просто смотреть на то, как транспорт катается туда-сюда, и уже от этого видения создавалась атмосфера некого уюта путешествия, романтики. Красно-белые трамваи казались ему милыми домиками на колесах, которые так дружелюбно вмещают в себя пассажиров с утра и развозят их по всему городу. А потом, уже вечером, они снова собирают в себе все тех же людей, чтобы помочь им добраться обратно. Не понятно, чем в это время была забита голова Эдисона. Он взглянул на новичка, который шагал рядом с ним, глядя куда-то перед собой, ведь к тому времени он уже успел потерять бесящую его парочку из виду. Сейчас голубоглазый выглядел совсем иначе, он был грустным и расстроенным, а сеньору ведь нравились многие качества в его характере, например такие, как настойчивость и желание иди до конца. Никому бы не помешало обладать этими чертами, и тогда возможно люди бы меньше ныли, работали более эффективно и зарабатывали больше денег. Видя, как Рома все еще пытается выследить ту парочку издалека и никак не может расслабиться, парень решил, что нужно как-то поддержать Лошку и вернуть его расположение. Все же они сейчас гуляли вдвоем и по идее должны были общаться между собой, а не пытаться следить за Джонни и Андреем. — Я удивляюсь тому, насколько ты упрямый. Любой другой на твоем месте уже давно бы забил на эту опасную затею, — задумчиво произнес сеньор, надеясь, что эти слова хоть как-то взбодрят юношу. «Но я не любой другой» - подумал про себя Рома и промолчал. Он начинал уже думать о том, что ему плевать на должность, в нем уже просыпался азарт и соперничество, больше похожие на личный интерес. ТимЛид сам не раз проявлял к нему знаки внимания, а значит он точно что-то чувствовал, теперь же он будто специально решил вернуться к общению с Андреем, чтобы заставить голубоглазого злиться и ревновать. Но нет, так не получится. Во что бы то ни стало, Рома решил добиться желаемого уже сегодня ночью, и подходящая идея как раз зародилась у него в голове. Паззл, возникший сегодня с утра, начал постепенно складываться, и, если то, что он начинал смутно припоминать, являлось не сном, а реальностью, то все должно будет получиться. Если же нет, то он хотя бы больше не станет постоянно думать об этом и волноваться. В любой ситуации были свои плюсы. *** Этим вечером многие сотрудники обеих компаний стояли все в том же ресторане на втором этаже с фуршетом и высокими столиками. За одним из них как раз находились Эдисон и Рома. Второй постоянно оглядывался по сторонам, разведывая обстановку и пытаясь найти взглядом нужного ему человека. Им конечно же являлся Джонни, который, к счастью, наконец-таки отлип от Андрея. — Сейчас будет мясо, смотри и учись, пока я жив, — прошептал новичок, наклоняясь к уху Эдисона. Затем он выпил еще один бокал вина, хоть ему уже и было противно от вкуса алкоголя, который он в последнее время стал так часто употреблять. Сеньор в ответ лишь хитро улыбнулся и проследил взглядом за джуниором, который, закончив все дела, поправил свой галстук и прическу, а затем направился диванчику, на котором сидел Джонни. — Ммм, а что ты пьешь? — немного подвыпивший новичок плюхнулся рядом с тим-лидером буквально в нескольких сантиметрах от него и затем закинул одну ногу на другу. — Красное полусладкое вино, — спокойно ответил Джонни, с интересом и некоторой долей удивления разглядывая другого парня. — Я тоже хочу. Брюнет без каких-либо вопросов протянул ему свой бокал, а тот принял его, ни минуты не сомневаясь, и сделал несколько глотков, после чего вернул емкость на столик неподалеку. — Идем со мной, — Рома хитро улыбнулся, привставая с диванчика и протягивая одну руку Фляжке, а тот в свою очередь сначала недоуменно посмотрел в глаза джуниору, потом на его протянутую руку, словно оценивая риски ситуации, но следом послушно ухватился за нее и поднялся с сидения.