Гном и гора

— Я так больше не могу. — Было странно видеть почти человеческое отчаяние на лице эльфа. Тень нависавшего над ними Двиморберга казалась сейчас удивительно уместной. — Я так долго не выдержу. Арагорн успокаивающе похлопал его по плечу. Не помогло. — После Лориэна его как подменили. Он теперь любит эльфов! Он теперь жить без них не может! А эльф у нас один. Понимаешь? — Понимаю, — согласился Арагорн, раскуривая трубку. — Ничего ты не понимаешь! Я отдыхаю — он охраняет мой покой. Я заступаю на дежурство — он тащится следом: вдруг меня орки подстрелят? Я пою — он просит перевести. Я размышляю — он хочет послушать о Первой эпохе. Я стреляю — он восхищается. — Это плохо? — Арагорн старался не рассмеяться. — Как сказать. — Леголас наконец выговорился, отобрал у него трубку, сгреб в горсть спутанные волосы, потянул. Их дыхание смешалось, глаза блестели, губы разделяло не более волоса. Арагорн подался навстречу… — Леголас! — послышалось совсем рядом, за телегой. — Никто не видел моего друга? Это эльф! Вы же знаете, кто такие эльфы? — Вот, — Леголас отшатнулся как раз вовремя — Гимли уже заметил его и устремился вперед. — Вот об этом я говорю. Если ты хотел побыть со мной перед тем, как отправиться Стезей мертвецов, — забудь. Это Махалово создание от меня не отстанет. — Я… — Арагорн закусил губу. Теперь и его лицо выражало досаду. — Я что-нибудь придумаю. Обещаю.

* * *

Днем он долго о чем-то беседовал с Гимли под пристальным и недоверчивым взглядом Леголаса, а вечером объявил, что дозор у Темной Двери будет в эту ночь нести эльф. — Но, — возразил Гимли, — почему именно он? Пусть люди… — Людям нужно отдохнуть, — прервал его Арагорн. — Но ты можешь разделить с Леголасом время дежурства. Леголас тоже попытался вставить слово, но был остановлен взмахом руки Арагорна. Гимли почему-то выглядел смущенным. — Пожалуй, мне тоже стоит отдохнуть, — буркнул он. — Леголас, ты же не обидишься, если… — Совсем нет, — торопливо заверил тот. — Спокойных снов! Завтра нас ждет нелегкий путь.

* * *

Сам Леголас ни спокойных снов, ни спокойного дежурства не ждал. Вблизи Двиморберга, под тяжелым взглядом скрывающей жуткую тайну горы быть с Арагорном оказалось еще слаще, чем обычно, так что угомонились они лишь под утро. — И все-таки, что ты наговорил Гимли? — спросил Леголас, поспешно переплетая косицы, выглядевшие так, словно их варги драли. — Да так. — Арагорн искал в утреннем сумраке свой пояс. — Немного про мертвецов, немного про нарушенные клятвы… ну, и что гора утаскивает к себе тех, кто к ней недостаточно почтителен, кто на камни смотрит с одной только мыслью: чего-нибудь из них добыть да высечь. Мол, отряды мертвых не меньше чем наполовину из таких умельцев состоят. Леголас звонко рассмеялся. — То-то он вчера даже тень Двиморберга стороной обходил! Ты же скажешь ему, что все не так? Ему еще лезть под эту гору за нами следом. — Расскажу, конечно. — Арагорн застегнул плащ. — Только, боюсь, не поверит. В худое всегда верится охотнее. — Не поверит, — согласился Леголас. — Но пойдет за тобой. Как и я.

* * *

Гора смотрела так, будто намеревалась съесть его вместе с оружием, косицами и бородой. Гимли насупился. Леголас уже скрылся в черном зеве пещеры, а Гимли все топтался на пороге. — Эльф идет под землю, а гном боится? — воскликнул он наконец, собравшись с духом. — Не бывать этому! И, вскинув секиру, устремился вглубь горы.