Моя...

— Что это значит, Люцифер? — Нам нельзя дальше сближаться, пока ты окончательно не станешь ангелом или демоном. Тяжелый взгляд Люцифера исследовал черты лица Вики, запоминая каждый миллиметр, чтобы сохранить в своей памяти: этот чистый взгляд голубых глаз, густые чёрные ресницы, что так невинно подрагивали; курносый нос, которым она вечно лезла не в своё дело; слегка пухлые губы, которые хотелось целовать; родинка слева, под уголком нижней губы, до которой хотелось дотронуться большим пальцем, скользить к длинной шее, и чувствовать, как замирало ее сердце от этих касаний. — Демонам запрещено быть с ангелами, но с Непризнанными запрет ещё строже. Каждый близкий контакт, будь то поцелуй даже в щеку, может привести к этому. — Но почему? И кто за этим следит? И как же те Непризнанные, на которых вы спорили? — Вики сузила небесные глаза, прожигая Люцифера, чем вызвала на его губах легкую улыбку. — Во-первых, Непризнанные должны выбирать свою сторону сами, а ходят слухи, что демоны их подначивают принять темную сторону. Во-вторых, меня забавляет, как ты злишься. В-третьих, этот запрет ввели после того случая. Не знаю, кто за этим следит, возможно, на вас заклятие накладывают, но это так. — Я услышала тебя, — Вики опустила взгляд на открытый ворот рубашки, рассматривая замысловатые татуировки. — Люцифер… Когда она так смотрела на него, он сгорал изнутри, все тело пронизывало тысячью разрядов тока, скапливаясь в один огромный где-то между ребер и останавливая сердце. — Мм? — наконец выдавил он. — Поцелуешь меня? Уокер приподнялась на носочки, чтобы хотя бы немного сравняться с ним ростом. Руки скользнули по идеально выглаженной ткани рубашки, остановившись на плечах. Люцифер склонил голову. В его взгляде мелькнула какая-то загадочность и нежность, и демон мягко, даже невесомо коснулся губ девушки. Казалось бы, всего лишь ласка, но настолько пронизывающая тело, что никто не остаётся равнодушным. От ненависти до затуманенного рассудка; от брезгливости до сексуального возбуждения; от Непризнанной, на которую спорил, до девушки, что хочется беречь; от нестерпимого идиота до возлюбленного за одно касание губ. Энергия Люцифера в этом поцелуе начала раскрывать новые вкусы: горький шоколад с перцем, который Вики буквально чувствовала на кончике языка. Его руки властно, с каждой секундой сильнее прижимали к себе, пока демон углублял такой желанный для обоих поцелуй. И то, как цвела джакаранда в этом сквере — мелочи по сравнению с тем, как расцветали чувства внутри этой пары. Корни впивались в стенки сердца, запуская по венам тягучее чувство влюбленности.

***

Им больше нельзя сближаться. Тот поцелуй, что остался вкусом острого перца на губах, означал прощание. Пока Вики не выберет сторону, не сдаст экзамен, определяющий ее сущность, они не могут быть вместе. Сохранять дистанцию было крайне тяжело, все тело будто бы переживало сильнейшую наркотическую ломку, а дышать, когда он рядом, получалось с трудом. Люцифер избегал заданий с ней, прося Ади или Лео побыть вместо него. И если с рыжиком все задания пролетали незаметно, и по большей части со смехом, то с блондином Лео было куда сложнее. Он был заносчив, придирчив, местами грубоват и никогда не поддавался, заставлял Вики трудиться усерднее на благо белокрылых. Тем не менее, они стали сближаться, и уже на четвёртом задании Лео предложил съесть самое вкусное мороженое: — Побывать в Милане и не ощутить вкусовой оргазм — грех, моя дорогая Непризнанная. — Лео, ты ко всем Непризнанным так относишься или только мне так повезло? — Я отношусь ко всем Непризнанным как к насекомым, но ты мне нравишься, есть в тебе что-то особенное. Не понимаю, почему Люцифер отказывается от заданий с тобой. Из-за того спора? — Сложно простить, — Вики пожала плечами, мысленно ругая себя за враньё. — Я бы и не прощал, ты достойна другого отношения к себе, — он протянул свою коробочку с мороженым. — Зря отказалась от апельсинового — попробуй.

***

— Убогая, ты пёрышки теряешь, — со смешком произнесла Ости. — Быстрая ты, уже в кроватке у Люци побывала или в твоём вкусе ангелочки? — Заткнись, Ости! — шикнул Люцифер отбирая перо из рук демоницы. — Не сильно и хотелось, — она недовольно цокнула языком и, пронзив непризнанную недовольным взглядом, покинула внутренний дворик. — Почему они продолжают выпадать? Мы не приближались к друг другу почти месяц. — Хороший вопрос, Непризнанная… До экзамена осталось немного, — он взял ее руку в свою и медленно переплел пальцы. — Как ты? Такой будничный вопрос, но такой приятный для слуха Уокер. Заботливый Люцифер — невероятная смесь, что окутывала в невидимый плед. — Хорошо, — она чуть сильнее сжала пальцы, играя. — А ты как? — Сейчас лучше, — лукавый прищур его алых глаз скользнул по Вики. — Знаешь, а мне так нравится то, что ты недоступна. Разжигает ещё больше желание, даже при таком касании. Но если не я причина этого, — перо скользнуло по щеке Непризнанной, и взгляд демона вмиг похолодел, стал хмурым, а руки он разнял. — Ты спишь с кем-то? — Ты что, ударился головой, Люцифер? — возмутилась Вики. — Кто. Причина. Этого? — Ты мне сказал, что причина — ты! Что за вопросы?! Я вообще не знала, почему они выпадают… Демон буквально прожигал Непризнанную взглядом, пытаясь понять, что стало причиной выпадения перьев. Хотелось верить, что она правда верна ему, что больше никого не впускает в своё сердце, но чаша весов сомнений переклонилась не в сторону Уокер. — Я всего лишь просил тебя быть честной со мной, — он отвернул лицо в сторону плавающих островов, пытаясь сохранить спокойствие, хотя хотелось взорваться и разнести внутренний двор, вместе со всеми зеваками, что стали засматриваться на парочку. — Люцифер, — Уокер коснулась его руки, но он отдернул ее, как будто девушка касанием обожгла сильнее, чем огнём. — Знаешь, Уокер, я такой идиот, — когда Люцифер повернул лицо, оно исказилось гримасой боли вперемешку с нервной улыбкой. — Я думал, что твои слова о чувствах, о том, что ты будешь беречь это внутри, пока мы не сможем сполна насладиться друг другом — искренние. — Так и есть… Лю… — И я храню это чёртову верность, — сквозь зубы прорычал он, перебивая Непризнанную. — Хотя мог спокойно целый месяц трахать половину Ада. — Так иди и трахай, Люци! Никто не держит, — Вики подняла глаза вверх и прикусила кончик языка во рту, сдерживая слезы и ту обиду от его слов. Она ведь правда была верна ему. — Этим и займусь! — бросил он напоследок и, взмахнув крыльями, улетел прочь, оставив за собой на густой зелёной траве одинокое перо.

***

— Что такое? Ты мрачнее тучи, подружка, — Дино подтолкнул Вики клубничный йогурт. С его появлением даже солнце начинало светить ярче, но не Вики и не сегодня. — Мои крылья, — тихо произнесла она, не отрывая глаз от колечка на пальце, постоянно его прокручивая. — Что с ними? — Осыпаются… — Я думал, что Люциферу важнее твоё состояние, чем близость. — Нет у меня с ним близости! — Вики повысила голос и ядовито взглянула на ангела, что опешил от ее реакции. — Дино, прости. Ты не виноват, просто, все что происходит бесит меня. — Бесит — однокоренное от беса, не употребляй, ангелочек, — с легкой улыбкой произнёс Дино. — Гневит, злит, нервирует, тревожит, напрягает… — Растраивает? — Ну если углубляться, то твоё целое делится на три, отделяя Отца, Сына и Святого духа. — Я поняла… Мне просто больно. Потому что я живу, как монашка, а крылья осыпаются. — Надо выяснить причину… — Вики, — окликнул Лео где-то из-за спины, а следом и сам демон оказался у столика в кафетерии. — Выпьем по глифту вечером? Дино как-то странно хмыкнул, но Вики не обратила внимания на жест ангела, бросив короткое: — С радостью…