Псих +1. О проблемах доверия и не только.

У Чимина земля из-под ног испарилась, в животе бабочек ураган бушует, а голова не в силах мыслить никоим образом. Мин нежно проводит по талии, слегка сжимая, а сердце мальчишки заходится стуком, пульсируя в висках и грозясь сломать к чертям рёбра. Альфа гладит по скуле, и Чим плавится в его руках, маслом стекая на пол, но удерживается лишь благодаря мужчине. Тонет в жадности, обиде и желании другого человека, которому изначально верить не хотел. Не хочет. Но помогите ему кто-нибудь прийти в себя! Оторвать с корнем проблему, язык прикусить проворный, жар остудить, что по венам от донора переносится. Остановите это! Пак кричит в своей голове, а воздух в лёгких у обоих заканчивается, и Юнги наконец отстраняется. Они загнанно дышат, смотря на свои ноги, а дрожь в теле омеги слегка убавляется, и тот отступает первым, вытирая губы тыльной стороной ладони. — Друзья не целуются.- тихо проговаривает блондин, потирая шею,- И я хотел бы остановиться. — Издеваешься?- с придыханием шипит старший, поднимая лицо на юношу и выгибая бровь,- Совсем дурак?- наступает шагами, отодвигая к тонкому карнизу, кладя руки по обе стороны от ошарашенного лица,- Я заебался уже терпеть твои игры. Думаешь, что не заметно, как ты стараешься со мной больше контактировать? Или твоя тактильность, которая выходит с каждым днём на новый уровень, думаешь прозрачна и невинна? Ты блядь всеми силами меня пытаешься оттолкнуть, но делаешь это только из-за каких-то там шестерёнок, которые сломались в твоей миленькой головушке. Я не слепой, Чимин, ты стараешься себя не выдать, пыхтишь, но сам же и палишься лишний раз за просмотром. Друзья так себя не ведут, так ведут себя те, кто нравится друг другу и они вот-вот вступят в отношения.- спокойно разносит фактами, не взирая на испуганный взгляд. — Конечно ты это видишь, потому что ты умный. А вот я не умный, Юнги-я.- отвечает Пак,- Я постоянно в себе сомневаюсь, постоянно боюсь, и даже открыть свои чувства не могу никому, потому как не знаю.. Я могу вести себя неадекватно, наговорить всякого и обвинить в чём-то, что сам себе надумываю. У меня не было нормальных отношений, я привык к драме, и просто не умею быть счастливым, понимаешь?- наклоняя голову и мягко окутывая острые скулы мужчины ладошками, интересуется блондин,- Моя жизнь полна дерьма, ненужных вещей и слёз. И я не могу это контролировать, не знаю какие перепады и когда вновь проявятся. Не могу обещать, что буду любить до гроба, тосковать и что не свалю куда-нибудь посреди ночи, чтобы больше никогда тебя не встретить. Ничего обещать в принципе не могу. И мне отвратительна сама мысль о том, что я могу испортить жизнь дорогому человеку. — Мы уже проходили это, и я ещё в тот раз понял, что ты ненормальный идиот с низкой самооценкой.- говорит Юн, притягивая парня к себе ближе, на расстояние 20 см лиц и почти касаясь телами,- Но я не менял своего решения с самого начала. Ты морозишься, что я не вывезу? Так на кой хер оставил меня рядом? В действительности, ты сначала сомневался, что чувствуешь.- переходит на мягкий шёпот, прислоняясь лбом к чужому,- Мой запах, моё тело, моё лицо - всё это манит тебя с первой секунды нашей встречи. Чимин начинает хихикать. — Ты сейчас Эдварда из "Сумерек" процитировал? — Главное чтобы нас за это не байтили. Фанаты явно не в восторге будут.- улыбается в ответ Юнги, оставляя мягкий поцелуй на маленьком носике. Они стоят так недолго, не в силах произнести и слова. Младший всё ещё слабо верит в происходящее, и то, что это не является его сном. — Так ты будешь со мной встречаться, Белла?- вызывает новый приступ смеха у омеги Мин, словно знает, что так у них больше шансов. — Мы.. можем попробовать.- всё же отвечает блондин, отпуская все свои страхи на короткий промежуток времени и позволяя втянуть себя в крепкие объятия.- Только учти, что если привяжусь, а ты решишь уйти, то я не смогу жить. Альфа гладит младшего по волосам, перебирая пряди между пальцами, и улыбаясь в макушку, вдыхает аромат, не имея возможности оторваться. — Мой ты любитель понакручивать себя, обещаю, что вместе мы справимся со всем, что тебя тревожит. Я буду изо дня в день доказывать, что лучше всех, кто был и кто мог быть в твоей жизни. — Это место занято Тэхёном.- мурлычет в шею старшего Минни. — Тогда Тэхёну придётся подвинуться.- хмыкает мужчина,- И лучше бы побыстрее, потому что мы даже спать лечь не можем из-за их с Гуком марафона. Но если хочешь, то я быстро этот блядушник разгоню. — Не надо,- мотает головой омежка,- сделаем кино погромче и наверняка заснём. Мин молча отстраняется, перехватывая тонкое запястье рукой, и тянет юношу за собой в гостиную, где они усаживаются на футоны, двигая подушки и создавая гнёздышко, выбирают дораму, и альфа залазит под плед на Чимине, обхватывая в кольцо из рук со спины, тем самым согревая и затапливая нежностью. Вонхо часто зависал в разных компаниях, находя подобное времяпровождение более чем интересным, а также слыл тем ещё заводилой на тусовках. Однако он сам прекрасно знал, что прожигает время. Когда ты видный альфа, то очень легко заблудиться в мире податливых попок, которые сами идут к тебе просто потому что умеешь красиво ссать в уши. Даже делать особо ничего не нужно, а жить за счёт друзей и очередной омеги только всласть. В конце концов, ему это дозволено, никто на наглость со стороны мужчины и намёка не дал. Так он начал считать себя чуть ли не богом. Так его эго раздулось до запредельных размеров. И именно так он начал прожигать жизнь абсолютно на все развлечения за чужой счёт. Знакомство с Чимином произошло в один из тех вечеров, когда и сам слабо соображаешь что творишь: реки алкоголя, куча пьяных друзей и знакомых, музыка, ударяющая по вискам. Омега пришёл туда с небезызвестным Тэхёном, которого Вон очень хотел натянуть, да вот только Ким был той ещё сучкой, которая и без члена оставить может за прикосновение интимнее дозволенного. Пак на его фоне был совсем лишён гордости, достаточно тих и менее складен. В нём не было никакой изюминки, как подумал альфа в первый раз. Но потом блондин напился и.. И оторвался от компании, отходя на пару шагов, чтобы начать двигать бёдрами в такт музыке. Движения были лёгкими и плавными, идеально отточенными, хоть парнишка еле стоял на ногах, а его детское личико... Вонхо пробрало до дрожи, стоило омеге высунуть длинный язык с металлическим шариком и провести по губам. Черты обострились, а взгляд стал до того манящим своими огромными чёрными зрачками, что отвести глаза было невозможно. Пак смотрел только на альфу, водя пальцами и ладошками по собственному телу и совершенно не смущаясь. Это. Была. Изюминка. Входить в мягкое, хоть и не совсем во вкусе альфы, тело было до искр из глаз хорошо и приятно. То, как омега выгибался навстречу, стонал в голос и бесстыдно льнул — всё было слишком ярко. Вонхо клянётся, что более жадного до секса и более робкого в то же время омегу ему не доводилось встречать и трахать. Оттого всего казалось слишком мало, и он даже не заметил, что они провели вместе почти 12 часов. Только голод и слабость во всём теле заставили сделать передышку. Чимин лишь сходил в туалет, после чего вырубился без задних ног. Вонхо же, водя по изгибам руками и вспоминая ночь, успел ещё раз подрочить и кончить на милое личико, после чего ушёл по-английски. И думалось, что на этом конец. Жирная точка. Но с другими уже было не так: не та отдача, не тот размер дырки, не те стоны и не те греховные просьбы о грубости. Остальным хотелось нежности, ласки и поцелуев до головокружения, но зависимость от доминирования и подчинения уже после их с Чимином первого раза надёжно засела в голове. Он нашёл паренька в той же компании, спустя несколько недель, более заинтересованный в обладании подобным экземпляром. Пак же, совсем скромно, но принимал знаки внимания и вновь напился, решив отдаться. Пара начала отношения в конце октября, и Вонхо был горд, урвав такой лакомый кусочек. Но каково же было на самом деле? Их роман можно было назвать "только ради секса": альфа встречался со всеми, с кем хотел, не рассказывая Чимину, просто потому что моногамности в его крови было минус бесконечность, а желание потискать более вкусных и сочных, всё-таки даже с фаворитом в сексе не шло ноздря в ноздрю, а пересиливало многократно. У мужчины были деньги, которые Пак с удовольствием давал на расходы, место, где его ждали даже самыми тёмными ночами и отдавали всё время, что имелось, чтобы удовлетворить потребности. Вонхо обнаружил себя в крови, а на полу был сжавшийся в комочек юноша, который даже не смотрел в его сторону. — Я тебе, блядь, напоминал о деньгах, а ты их не принёс.- рычал альфа, смотря сверху вниз на жалкого омегу, что пытался закрыться от ударов ногами,- Или ты человеческих слов не понимаешь? Мне и моим парням нужны бабки, чтобы пойти в казино, и как ты мне, сука, предлагаешь теперь перед ними оправдываться? Пак молчит, чем ещё больше злит разъярённого "быка", и тот оставляет самый сильный удар прямо на рёбрах. — Может я мало тебя ебал, что ты забылся, где ты и с кем? Или на стороне кого-то нашёл? Ссоры и побои продолжаются, кажется, вечность. Чимин порядком устал от того, что его унижают, называя шлюхой, трахают жёстко, до крови, до ссадин и ран, а потом извиняются. Он решает, что как только выпадет шанс — сбежит. Вонхо же воет волком, находясь в своей камере. Ему не хватает запаха железа от алой жидкости омеги, не хватает пальцев, что пытались разорвать плоть, когда альфа вдалбливал маленькое тельце во все поверхности, не хватает тоненькой шейки, которую было приятно сжимать ладонями, давая чувство асфиксии его обладателю. Он скулит и мечется. У него гон. Его выпускают на общий завтрак и мужчина бросает взгляды по сторонам, пытаясь найти того, кто может заменить. И натыкается на него: чуть выше омежки, видно мускулистый и крепкий, а ещё в компании других альф-шкафов. Точно сука, дающая каждому. И он жаждет урвать кусочек, плевать, что альфа, вообще не парит внешность, только доступность имеет значение. Но когда ему с разворота прописывают в челюсть ногой, то пелена возбуждения не только спадает, но и зубы, которые валяются на полу больно бьют по самолюбию. — Если ты ещё раз приблизишься ко мне неверно понимая здешнюю иерархию, то я засуну твой член так глубоко в твою же глотку, чтобы он встретился с толстой кишкой, ты меня понял? Переломный момент произошёл именно тогда, потому что, объятый гневом и под полным влиянием гона, Вонхо решил поставить на место "малыша". Два месяца воспитания тянулись веками для альфы, у которого вместо органов была каша, вместо рёбер щепки, а конечности, точно ветви, торчали в неестественных изгибах из тела. Однако, чем больше получал по роже, тем чётче осознавал: нужна власть. Такая, чтобы все остальные не могли ничего ему сделать даже здесь. Нужно быть сильнее и злее. Тот, кто показал ему, что такое обладание безнаказанностью был Юнги: именно он вселил в альфу небывалое стремление заставить других страдать и стоять на коленях. И первым, кого захотел Вонхо, был Чимин. Утро встречает Тэхёна надоедливым будильником и солнечными лучиками, что предательски озаряют лицо. Морщась и уже проклиная всё, омега переворачивается в постели, а после слышит задушенный стон боли и тут же подрывается, смотря на Чонгука, которому отвесил по лицу с локтя и по яйцам коленом. — Блядь, Гуки, прости, я не хотел.- начинает оправдываться он, не зная куда дуть, что делать и просто обеспокоенным взглядом обводя скривившегося от боли альфу. — Если ты каждое утро будешь будить меня так, то уже через месяц я стану импотентом и дегенератом.- усмехается тот, а потом, уловив момент, набрасывается на будущего мужа, припечатывая его к кровати,- Мне кажется, что минет лучше подойдёт. Или же оседлай меня, пока я сплю. Тогда каждое утро будет добрым и я уверенно смогу сказать, что проживу с тобой до смерти.- улыбается, оставляя поцелуй на пухлых губах. — Давай не будем сейчас. Мы итак Чимина и Юнги заставили слушать всё.. это,- выбираясь из объятий, бурчит Ким,- К тому же и из комнаты выставили. И вообще, какие мы друзья после этого? — Расслабься, тигрёнок, - оставляя поцелуи на щеке, виске и плечике парня, отвечает Чон,- Мы ему с Юнги одолжение сделали. Чимину приятно и тепло пробуждаться. Он выспался всласть, даже не ожидая от своего сопротивляющегося мозга и тела подобной реакции на близость. Эти большие ладони, что крепко прижимали к себе со спины, мирное сопение над ухом, горячее дыхание на шее, и ощущение полного приторного счастья. — Юнги-хён, пора вставать.- поворачивая голову к плечу, улыбается Пак, но он и ожидать не мог, что человек, с которым они заснули сидя, уже открыл глаза и наблюдает за ним. — А я и не сплю.- коротко отвечает Мин, и, чтобы младший не успел ничего сообразить, поспешно чмокает чужие губы, также быстро отстраняясь,- Доброе утро. Лицо Пака полыхает и возмущаться хочется, ведь он не разрешал подобного поведения, но, смотря как старший потягивается, на манер кошки, как после возвращает руки на прежнее место, не желая отпустить, как целует сзади позвонки шеи, сил никаких нет. — Щекотно. — Доброе утро!- разрывает идиллию его высочество Ким Тэхён, что врывается в комнату с грохотом двери, что итак еле держится на петлях,- Как спалось? Мин вовремя усаживает Чимина, прижимая к себе крепче и не давая разрушить их только-только налаженный доверительный контакт. — Если я услышу хоть один гудок с твоей платформы, то, клянусь, твой зубной состав тронется.- меланхолично цедит брюнет. — Понял-принял.- нараспев соглашается Тэхён, сразу идя на кухню и напевая что-то себе под нос. Чонгук тихонечко следует за ним, чтобы не тревожить хёнов. — Почему ты не отпустил меня?- спрашивает блондин, когда они с Мином вновь остаются наедине. — А может не хочу. Хочу, чтобы каждый видел, что ты теперь со мной.- шепчет альфа.

***

Жизнь возвращается в привычное русло, где Чимин каждый день проходит новый этап принятия себя и их зародившихся отношений с Юнги. Парню сложно привыкнуть к тому, что его постоянно хотят поцеловать или обнимают на людях. Да, это каждый раз вызывает улыбку, но внутри остаётся осадок из сожалений, из своей неуверенности, ведь он не заслуживает этого. Выкинуть из головы не получается совершенно ни одной плохой мысли. Может кто-то скажет, что он изводит себя или накручивает попусту, но тот просто никогда не был в теле, которое ему ненавистно, и в жизни, которая с самого начала решила отыграться болью и множеством проблем. Всё плохое всегда затмевает хорошее. И Пак уверенно отыгрывает роль, что в порядке. Он ходит, ест, спит, работает, отвечает Юнги на взаимность, но делает это скорее автоматически, как робот. Мягкость альфы пугает, заставляет насторожиться, не даёт вновь отпустить свою натуру. А Мин.. он слишком увлечён тем, что может касаться, дуреет от аромата и поцелуев, сходит с ума от объятий и долгих разговоров перед сном. Совершенно не замечая, как к его ногам сыпется осколками душа человека. Паку тошно от себя и своих мыслей. Что им двигало тогда? Как он мог поддаться на эмоции и зачем это сделал? Втянул не только себя, но и альфу, который был так близок к доверию. В один из дней, блондин решает остаться дома и игнорирует звонки, стук в дверь, абстрагируясь в ванной с бутылкой мерзко пахнущей водки и сигаретами, дым которых уже наполнил помещение, окутав в туман. Омега почти неподвижен, словно статуя, даже не моргает и не морщится от очередных глотков. Сколько времени прошло? Кто же его знает, когда мысли роем беспощадных пчёл жалят так больно, словно каждая частичка тела сплошной оголённый нерв. Как блондин мог подумать, что откроется, стоит кому-то им заинтересоваться, кто захочет быть близок и выслушивать? Это заставило пропасть между истинными стать ещё глубже и больше, темнее и оттого страшнее. Мост разрушен, переправа невозможна. Хочется плакать.