TOFU

      Музыка играет громко. Хенджин трется у барной стойки и корчит лицо после второго шота. Сегодня ночью ему придется ездить из клуба в клуб, из дома в дом. Не очень хорошо. Он обещал Сынмину, что вернется к десяти. Смешная ситуация, уже без десяти двенадцать. -Вам повторить? — сухо спрашивает бармен. -Не надо.       Хенджин бросает купюры на стойку и скрывается среди людей. Толпа представляется ему горячими щупальцами, что облегают его тело со всех сторон. Практически наощупь он пробирается к дверям «гримерки.» Здесь слишком светло и нету голых стен, только зеркала. Парень пытается найти свободное место, серди раздетых тел. Он марает свой свитшот маслом с чьего-то плеча. Отвратительно, Хенни не пользуется маслом, во-первых, жалко одежду, во-вторых, жалко таксиста, который будет оттирать это от сиденья. Идеальный образ принца и пай мальчика разрушается в тот момент, когда он надевает на себя кожаные штаны и покрывает свое тело блестками. Сегодня у них фиолетовые рубашки и шелк. Хван ненавидел шелк, после этих рубашек ему приходится неделю лечить раздражения на своем теле, страшнее возвращаться с засосами, сложно объяснить своему парню, почему ты постоянно ходишь в уродливом свитере. — У вас две минуты, — кто-то кричит из толпы.       Хенджин не помнит, как добрался до сцены, магия жарких шотов дает о себе знать. Но громкая музыка и заинтересованные взгляды публики, заставляют вздрогнуть и привести себя в чувство. Все как один, двигаются плавно. Кажется, что танцоры напоминают один большой организм, который просто обязан повысить градус в этом клубе. И в следующем клубе будет также. Не считая приватных танцев на дому у богатеньких дам. Хенни каждый раз с опаской принимал эти заказы. Страшно просто не вернуться. В этот раз все обошлось, Хвану было достаточно покрутить задницей перед пожилыми дамами, как они начинали смеяться и прятаться за своими морщинистыми руками. Он смело хватает одну из них и начинает танцевать с ней танго, здесь жарче, чем в клубе. Остаток ночи прошел спокойно, мадмуазель накормили его и даже предложили остаться на ночь, Хенджин лишь улыбнулся и наспех натягивал на себя кроссовки.       Конечно у Хвана был выбор в подработке, он мог стать бариста, стоять у кассы в общепите, может даже быть хорошим официантом. Ему повезло с внешностью, в школьные годы ему пророчили карьеру модели, но что-то пошло не так. Родители отправили его в Сеул, чтобы у их успешной семьи, был такой же успешный ребенок, который закончил престижный вуз и в будущем работал бы в компании отца. Но в Сеуле появились новые проблемы. Парень обзавелся новыми знакомствами, среди которых был Бан Чан. Этот человек умел встревать в самые дикие ситуации и периодически звать его в тур по барам. У Хенджина быстро исчезали деньги из-за нового друга. Но на все эти минусы были и плюсы, Чан был самым талантливым человеком их всех, которых встречал Хван. Он слышал треки Чана, видел огонь в глазах, и как друг стоит за пультом Ди-джея. Бан Чан даже пару раз водил его на выставки, просто ради шутки, там Хенджин познакомился со своей будущей половиной, которой тоже нужно соответствовать. А как соответствовать богатенькому пареньку, если ты уже пропил все свои деньги? Хван не хотел показывать эту сторону жизни ни родителям, ни Сынмину, потому говорил только о своей учебе, и о том, как его хвалят. Ему тяжело, Хенни не стал рассказывать о своей нужде в деньгах. Так же и не рассказал, что на одной из вылазок с Чаном нашел себе подработку. Случайная визитка в туалете паба и пьяная голова Хенджина решили его денежный вопрос.       Успешно завязав кроссовки, Хван пулей вылетел из апартаментов. Пока он пересчитывал купюры в лифте, на экране смартфона высветилось дежурное: Доброе утро, Джин-ни ~ Как спалось? Я скучаю по тебе, надеюсь скоро увидимся. <3 — Слишком бодрое сообщение для утра. — пробурчал Хван и бросил телефон в рюкзак.       Он уже давно не чувствует вины за свои танцы и похождения. Их отношения с Сынмином, напоминают ему тофу. Самый пресный, самый скучный, но питательный тофу. Парень уже привык к присутствию Сынмина в его жизни, к его постоянным подаркам, вниманию и теплу. Но если есть каждый день тофу, даже самый дорогой, тебя просто будет рвать. А смотреть на него еще долго не захочется.       Через пару часов начнутся пары. Хенджин побежал к ближайшей станции метро. Парень надеется, что успеет хотя бы душ принять. Иначе, из-за обилия блесток, он будет светиться ярче ламп в кабинете философии. Лишнее внимание ему сегодня точно не нужно.

***

      Дома у Чана было душно и темно, но в то же время атмосферно. Разбросанные диски, гирлянда, которая висит здесь еще с прошлого года. Парни периодически собираются, чтобы писать музыку, но бывают такие дни, как этот. Ящик пива и три уставших туши. Вместо того, чтобы писать, они врубили чарт с западными треками. Хан, самый пьяный из всех, и уже по второму кругу рассказывает историю с практики. Прошло несколько месяцев, как Джисон преподаёт студентам тонкости маркетинга в местном университете, принося с собой странные истории об учащихся, а также интрижки между преподавателями. — Казалось бы, взрослые люди, а они идут и обсуждают Фортнайт. Я думал, в него играют только дети, ну серьезно. Может это я такой старый? Раньше игры были лучше и денег много на них не надо было. — Джисон, почти срываясь на визг, пытается донести до друзей свое возмущение.       Он размахивает полупустой бутылкой над головой Чанбина, еще бы немного экспрессии в его речь и пиво разольется на голову друга. Наверное, он даже не заметит этого, парень завис в смартфоне. — Старый? Да ты их на пару лет старше. — вмешался в разговор Бан Чан. — А я не прав? Или ты тоже любитель игр для детей? — кричит Хан. — Мне все равно. — сейчас Чана волновали не студенты, а плата за аренду квартиры и где достать деньги. На прошлой неделе его сменщик свалил стеллаж с ликерами. Всё бы ничего, но штраф распространился и на других барменов. — Бинни, какого дьявола ты молчишь? — Хан обхватил шею приятеля. — Ты совсем не обращаешь внимания на своих любимых, лучших, прекрасных друзей. Бинни, а если я укушу тебя за задницу?       Их брутальный плейлист сменился на какую-то попсу. Взгляд Хана пал на экран телефона. Сначала он подумал, что ему показалось, но прищурясь, он увидел, как Чанбин сидит в приложении для знакомств. Джисон не знал, смеяться ему или всё же сильно смеяться. Это его друг, который плевался кислотой, когда рядом проходили парочки. Это тот самый Чанбин, который становится похожим на злую лягушку каждый раз, когда заходит разговор о романтике и любви. — Твою мать, Биння! — Джисон пыхтит и пытается сдержать свои смешки. — Ты решил найти себе девушку? Или ты это… — Тебе показалось. — Перебил его Чанбин. — Нее, чувак, мне точно не показалось. Либо ты показываешь, что там у тебя, либо я покажу твоей матери то видео с пьянки.       Чанбину не нравились подобные ультиматумы. Хан постоянно брал его на слабо, это глупое видео появилось на одной из попоек. Чанбин тогда сильно перебрал с соджу. Ему было жарко и очень хотелось танцевать. Он бы снял с себя всю одежду, если бы Хан не начал визжать. Это был самый грязный танец в его жизни. — Ну, Бинни, от друзей не должно быть секретов. — скатился на пол Джисон и встал на колени перед другом. -Хорошо! Забирай телефон! — почти переходит на крик Чанбин и отворачивает голову. Джисон продолжил сидеть на коленях и с интересом просматривая анкеты незнакомцев. Со стороны он выглядел как окосевшая белочка. Он начал беспорядочно ставить лайки людям, что не понравилось Со. — И это. я просто ради интереса скачал, ничего такого, окей? Что ты там нажимаешь? — Чанбин был взволнован, он не хотел получать лишнее внимание от людей, которые бы ему не понравились. — Твою мать, отдай сюда! — Не оправдывайся перед нами. — вмешался Чан и присоединился к друзьям. — Стой, смотри! — Джисон вцепился в смартфон друга. — Он копия тебя! Только красивее и стройнее. — Еще одно слово по поводу моей внешности, и я тебе точно вмажу. — пробурчал Со.       Чанбин иногда сомневался в своей привлекательности. Он часто сравнивал себя с друзьями и другими людьми из окружения. Его окружали, в основном, хорошие люди. Хан, который может зацепить любого своей харизмой. И во всем талантливый Банчан, телосложение которого впечатляло и заставляло немного завидовать. Но потом Чанбин смотрел на себя в зеркало и все сомнения сразу исчезали. — Феликс Ли? Бин, а вы бы смотрелись вместе. — с усмешкой говорит Бан Чан. -Я что, голубика или что? — давится пивом Чанбин. — Хоба… — Джисон ставит лайк и откидывает телефон.       Чанбин подрывается и пытается схватить Хана за шиворот, но тот увернулся и упал с дивана, прихватив подушку. Хан начинает истерично смеяться то ли от страха, то ли от выражения лица Чанбина. Ему некуда скрыться, и он пытается уползти как можно дальше от разгневанного друга. Со вырывает подушку и начинает ею бить эту пронырливую белку. Вот-вот и крик Джисона разбудит весь дом. — Эй, Бин! Тот пацан пишет тебе. — ехидно говорит Чан. — Знаешь, не обязательно же с ним встречаться. Тебе не помешают новые знакомства, а то кроме спортзала и моего дома ты больше ничего не видел. — Что? — Чанбин хватает телефон. В диалоге было только глупое «Heyiaaa!» — Какого хрена? Это приветствие или что? Что я должен отвечать? — Может тебе еще и с пикапом помочь, а? — кряхтит где-то на фоне Хан. Чанбин идет добивать своего друга попутно набирая сообщение — «Доброй ночи. Не спится?»