Терпи

      Я обернулся и встретился с рубиновыми глазами. Воздуха вновь стало не хватать. Его буквально выбило из груди. Лицо напротив выражало как всегда недовольность. Эта морщинка меж бровей, которая уже плотно усадила свои очертания в лице парня, раздаражительно опустившиеся уголки губ и глаза.. глаза которые испепеляют напрочь моё бледное лицо, на котором виднеются разводы крови.       Взгляд опускался ниже и ниже пока не задел покрасневшие запястья. Прерывая минутную тишину я выдал: — Каччан? Что ты тут делаешь?— выдавил с нелепой улыбкой, голос же дрожал и ломался. "Ну почему? Ну почему он пошёл за мной? Вот зачем это ему?"       Проделав несколько считаных шагов он схватил меня за запястья и стал стал их рассматривать. Внимательный рубиновый взгляд продолжал по ним скользить. Вдруг, грубые пальцы так нежно прикоснулись к одному ростку от чего я зажмурился. — Какой же ты придурок. Как ты, блять, сумел себя довести до такого?!— привычный крик неприятно стал резать уши. Пора уже перестать на него так реагировать. — Ты о чём? — мои широко раскрыты глаза смотрели на него делая вид, что ничего не понимают. — Деку, знаешь как, блять, сильно раздражает лицемерие?! Даже сейчас не можешь прекратить показывать, что всё хорошо?! Да?! Так нравится страдать или слишком гордый чтобы показать вместо сияющих глаз противоположное?! — Но со мной же всё хорошо.. — Ничего с тобой, блять, не хорошо!— крепкие пальцы стали сжимать мои руки.— Не хорошо начиная с того дня как Двумордый нашёл себе девушку! Не хорошо себя чувствовал?!— интонация голоса повышалась, заставляя сжиматься сердце подобно антистрессу с водой.— Кто, блять, будет себя хорошо чувствовать когда у него ёбаное ханахаки и буквально разбили сердце вдребезги?! Кто?!        Улыбка сходила после каждого сказанного слова. Я уже смотрел вниз. На сменную обувь, на грязный пол в разводах, на то как мир размывается из-за наступающей влаги в глазах. —Слушай, с чего это ты так резко стал о ком то заботиться?— тихо почти шёпотом, не смотря в глаза напротив говорил я.— Наверное из нас двоих это с тобой не всё в порядке? — Не смей соскальзывать с темы. Прав я или нет? Отвечай!       Рвано вздохнув, хватая ноющими дыхательные путями воздух, я просто выдавил: —Почему из всех людей на свете это заметил именно ты? Почему же?— уже чувствовалось очередное жжение в глазах. Нет, только не сейчас давать волю эмоциям. Подавляй как всегда. Молчи как всегда.Терпи как всегда. — Потому что я не слепой ублюдок в отличии от твоего окружения.       Руки которые только что сжимали запястья легли на затылок и спину мягко прижимая к себе. Заставляя уткнуться носом в крепкую грудь. Заставляя расслабиться и выпустить накопившиеся. — Знаешь, я слышал, что вместе со слезами выходят и некоторые гормоны, которые и заставляют чувствовать себя паршиво, так что не советую их держать в себе даже такому нытику как ты.— опять такие мягкие поглаживания не свойственные этому человеку.— Да и не переживай по поводу того, что я могу кому-нибудь что-то сболтнуть. В конце концов у меня язык, а не помело.        Пальцы сжимались всё сильнее на чужом пиджаке оставляя ткань мятой. Горячие слёзы опаляющие щёки просто стекали на чужую рубашку. Я мог только тихо шептать: "Спасибо"— в то время как чужие руки продолжали гладить непослушные волосы и покачивать в своих объятиях.

***

      После того инцидента прошло ещё 2 недели. Сейчас должен быть классный час. Все ждали Аизаву-сенсея. Одноклассники сидели на местах и общались между собой, я же чёркал что-то в тетради, думая о своём.       "Тодороки-кун, хватит сверлить меня взлядом, по любому ты будешь причиной моей смерти, не убивай же меня раньше времени..." Наконец, почувствовав, что гетерохромные глаза от меня отвели взгляд я расслабился выдохнув, но когда я посмотрел на тетрадь, то напряжение возросло стократно. Там был изображён цветок сакуры. Я быстро смял листок, чувствуя как уголки бумаги неприятно упираются в незажившие мазоли на руках и при этом шуршит, создавая новый звук в классе.       И вот, дверь распахнулась, но в класс зашёл тот человек которого мы ожидали увидеть меньше всего. Исцеляюзая девочка. Пока она проходила к учительской столу, я быстро спрятал в карман вырваный комок бумаги из-за чего в пиджаке возникло неприятное чувство тесноты. — Я знаю, вы удивленны увидев меня, но этот классный час Аизава решил отдать мне.— начала героиня проговаривать своим хриплым голосом, который часто успокаивал и осоцировался у меня с запахом антисептиков и вообще с больницей в целом, такой скрипучий как койка в медпункте и одновременно такой же мягкий и обволакивающий как больничный матрас.— Я же хочу поговорить с вами об очень редкой болезни. Ханахаки.— от названия этого заболевания я нервно всглотнул, выдавать спокойное выражение лица было всё сложнее, когда я начинал вспоминать приступы. —Кто-нибудь знает легенду о ней?— в классе мигом поднялась рука.— Да, Уравити.— кивнула на неё исцеляющая девочка, тем самым разрешая ответить. — Давно ещё до появления причуд,— начала подруга вставая и оттряхивая юбку, что бы она смотрелась аккуратнее. — жил один юноша. Он был красив собой, добр и умён. Его улыбка была способна растопить даже самое холодное и отчуждённое сердце.— проговоривая эти слова, её шоколадные щенячьи глаза мигом посмотрели на меня, не поворачивая головы.— Все его любили. Однако он скрывал что был проклят с самого рождения своей собственной тётей. Тётя отрока была влюблена в его отца. Вместо того чтобы полюбить эту сестру, отец полюбил другую, старшую. Когда она увидела "плод их любви", то есть ребёнка, то не сдержав обиды, боли и злости предала его апофеме.— эта легенда немного отличается от той которую мне рассказывала мама. Хотя, на то это и легенда, везде она трактуется по-разному.— Суть проклятья была в том, что он никогда не постигнет взаимную любовь. Если же он влюбится, то он должен был страдать откашливая цветы. Он влюбился. В своего лучшего друга.— на этом моменте я ошарашено замер, боясь моргнуть и пропустить хотя бы одно словечко.— Но увы он не мог любить человека своего пола. Позже, друг вступил брак с прекрасной девушкой. После этого и началось исполнение проклятья.— исцеляющая девочка посмотрела на часы. Очако уже долго рассказывала легенду, но её перебивать она не хотела.— В день их свадьбы он начал откашливать по одному лепестку несколько раз за день. Через неделю из его рук начали рости маленькие стебельки. Ещё через 2 недели его уже стало тошнить цветами. Через 3 недели он пропал без вести. В его саду нашли только прекрасное дерево сакуры, которого там никогда не было.— наконец Урарака закончила рассказ и села на место. — Спасибо за рассказ. Так вот, вернёмся к теме. Ханахаки не развивается, обычно, так же быстро как в легенде.—прокашлялась Чиё ощущая, что начинала осипать.— Как минимум эта болезнь протекает не в течении шести недель, а в течении шести месяцев. Так же есть ещё одно заблуждение. Что эта болезнь не излечима. Это не так. Первый способ вы знаете все. Взаимная любовь. Второй же операция. Сейчас я обьясню каким способом она происходит. Эта болезнь идёт от сердца. Если лепестки начали откашливаться, то это значит, что болезнь распростронилась на лёгкие. "Главный" цветок надо будет вырезать из вашего сердца. Но есть одно "но" вы потеряете чувства. Никогда больше почувствуете счатье, гнев, грусть, страх, а главное любовь. Да и никак не сможете отразить на лице хоть что-то, потому что повреждаются нейроны отвечающие за мимику. Если же бездействовать, то либо цветы застрянут у вас в дыхательных путях, либо растения завянут и перекроют артерии. Коротко говоря смерть. А теперь поговорим о симптомах. На первой стадии ничего не происходит, только тяжесть в груди и мёрзнущие руки. На второй стадии кровавый кашль с лепестками. На третей стадии кашль усиливается и через кожу, обычно на руках, прорезаются стебельки. На этой же стадии начинает мерещиться лицо любимого везде, иногда даже его голос. Этой болезни не надо бояться, она только быват из-за невзаимных чувств соулмейтов. Например, у одной девушки появилась метка или осознала, что возлюбленый ею человек и есть её соулмейт, но он давно в паре с другой девушкой, у неё может развиться ханахаки.       "Неужели, я с Тодороки-куном соулмейты?— возникло у меня в голове на несколько мнгновений— Да, нет... не может быть, это бред... я не верю в это..." —Летальный исход, если честно, очень редок, рано или поздно, но соулмейты сойдутся. Ещё есть в легенде один недочёт, соулмейты очень редко могут быть одного пола, это случай один на миллион.— прозвенел звонок.— В принципе, я рассказала вам всё что хотела, ну что же, не буду отнимать у вас время, до встречи.

***

      Со вчерашнего дня у меня стало неприятно колоть в боку, на спине, всего скорее не заметил, как-то ударился и набил синяк, старался не обращать на это внимание, да и на пользу, он как раз недавно перестал ныть.       Сейчас была большая перемена и мы сидели в столовой, как обычно со мной сидели Урарака и Иида, но в этот к нам подсели Момо-сан и Тодороки-кун. Девушка как обычно вся сияла от счастья. "Будь и у меня такой же парень как Шото, то я бы поже ходил ярче солнца.." Я тут же мысленно одёрнул себя "Нет, Изуку, они твои друзья, ты не должен им завидовать, ты не должен становиться из-за этого токсичным. Просто держи себя в руках, просто улыбайся, просто перетерпи это." —Тодороки-сан, у меня хорошая новость. — радостно улыбнулась Момо, после чего у неё появился лёгкий румянец на щеках, она отвела взгляд смущённо произнеся—У меня появилась метка соулмейта, всего скорее у тебя тоже. — Да, как раз вчера вечером.— спокойно как и всегда промолвил Шото поедая холодную собу. —Хмм... а у меня утром, у тебя же тоже цветок? — Да.—кивнул гетерохром, от его ответа у Яойорозу глаза засветились ярче, как к птенчика полетевший в первый раз и смогший увидеть всю красоту земли с высока. —Это же роза?— ещё более счастливым голосом, хотя уже не знаю куда счасливей, воскликнула она. Я конечно всё понимаю, но не стоит разводить эти розовые сопли на глазах у всех, от них хочется извергнуться радугой и блёстками, а потом ещё оправдываться придётся, что это не от переизбытка увиденой ванили, а просто феи перепутали меня с деревом и решили устроить оргию, а убраться забыли. —Нет, другой цветок. — тяжело сглотнул Шото не решаюсь посмотреть в глаза своей девушки.        В этот момент хотелось рассмеяться, теперь я понимаю Моному... У Момо-сан было лицо бледнее снега, даже губы посинели. У неё выпали палочки, которых не было слышно из-за гула в столовой. На коже вокруг глаз начали появляться красные пятнышки, а глаза блестеть вовсе не от счастья и воодушевления. Ой нет... одной из худших вещей на свете являются плачущие девушки... Сейчас мне будет искренне жаль Тодороки-куна, очень тяжело успокоить водопад из двух солёных озёр, особенно когда эти озёра принадлежат твоей подружке. — Получается мы расстанемся? Между нами всё кончено?— запинаясь дрожащим срывающимся голосом спросила заместительница старосты. Спокойно отпивая чай я думал: "Естественно бросит, а ты реви, сиди и жди своего соулмейта."— Но я люблю тебя Тодороки-сан, мне не нужен никто другой. — "Что за Санта Барбара? Это что сопливый сериал для маленьких девочек? Как же раздражает." — Нет, я тебя не брошу, ни за что.— я чуть не подавился чаем, я конечно уважаю Шото, но он совсем головой тронулся, он либо убьёт человека, либо нарушит обещание. Я потянулся в карман за за платком, чтобы вытереть разлитый чай, но вдруг наткнулся на тот самый смятый листок. — Тодороки-кун, может, у тебя цветок сакуры? — тут взгляды всех направились в мою сторону. — Ну, знаешь, я на форумах читал, что иногда метки могут сходиться с предпочтениями их носителей, а как я помню ты предан японсколькой культуре, так что вероятнее всего.. — Да, у меня цветок сакуры. — перебил меня сиплый подростковый голос. — У вас более менее тихо,— за спиной раздался другой более хриплый и раздражённо голос.— так что двигайте жопы и дайте подсесть, а то те придурки опять стали обсуждать свои сериальчики.        Теперь я точно подавился чаем, но уже от появления Каччана. Красные глаза многозначительно посмотрели на Ииду, который недовольно пододвинулся от меня давая взывному парню приземлиться вместе со своим подносом.        Все сидели и тихо ели пока Урарака не решила сделать тест на бессмертность. — Кацуки, а у тебя есть соулмейт?— если бы я сейчас не подавил свой вой, то его можно было бы спутать с волчим и тогда бы меня с уверенностью записали в списки "настолько почитатель луны, что даже день ему не помеха". — Была. — через несколько секунд молчанья ответил он. — В смысле была? — с непонимание в лице переспросила девушка. — Ну умерла она от сраной цветочной болезни. — тут я резко перевёл взгляд от еды на Каччана. — Чего пялишься? Ешь, блять. Я тебе не музейный экспонат.

***

       После уроков я пулей побежал в общежитие. Слова Каччана о его соулмейте никак не выходили у меня из головы как и слова Тодороки-куна. Становилось понятно почему блондин так остро отреагировал увидев мою цветочную болезнь. Но одновременно в голову лезут ещё и мысли о том, что если у неё возникла такая болезнь, то тогда ему уже кто-то тогда нравился.. "О чём я вообще думаю? Нафиг мне разбирать всякие любовные интриги друга детства? Это явно не то чем стоит сейчас заниматься."       Как только я зашёл в свою комнату я принялся быстро стягивать одежду. Пиджак, ослабленный галстук и рубашка сразу же полетели на кровать. Разворачиваясь спиной к зеркалу я обомлел.       Там был рисунок цветка сакуры. "За что? За что? Просто за что? Меня что так сильно всевышний любит?" В горле запекло и я отошёл в ванную зная что опять начнётся кровавый кашель. Теперь не только трахеи и горло скребли кошки, но и душу.        Было противно. Меня выворачивало на изнанку во всех смыслах. Хотелось прекратить жить так перебирая в голове все неудобные и скудные моменты. Голову покрывало горячей тяжёлой шапкой осознания своей никчёмности от того что уже даже был выбран нужный для меня человек, а я и этот шанс пропустил. Очень сильно не хотелось продолжать существовать, хотя это желание и так скоро станет явью.        "Нет, нельзя так думать. Нет, есть люди которым я нужен. В меня было вложено слишком много сил и упорства других людей. Это было слишком эгоистично и жалко с моей стороны. Нельзя так думать. Нельзя. Просто продолжай быть для всех хорошим мальчиком. Просто продолжай улыбаться. Продолжай уверять себя, что всё в порядке. Продолжай делать вид что ты тот самый человек у которого никогда нет проблем, которому всегда хорошо. Продолжай терпеть."       Я начал разматывать забинтованные руки из под которых сразу выпрямились лепестки которые мигом приятно заныли от ощущения свободы. Приподняв один лепесток я увидел красную паутину жилок. Судя по всему, по ним текла кровь. Моя кровь.       "А что будет если их срезать?"       Из шкавчика я мигом выудил уже вскрытую аптечку и там как раз было то что мне нужно. Ножницы. Я обработал лезвия спиртом и сразу же поднёс к зелёному стеблю. Холодный метал соскользнул по коже и прямо у основания соеденился отделяя от меня росток. Печущая острая больно прошлась по руке. От неё невольно зажмурились глаза и содрогнулись пальцы.        Ножницы сразу перенестись к другой к зелёной нити срезая её. К другой. К другой. К другой. Моё тело уже не так остро реагировало на боль. Когда же глаза наконец смогли сфокусироваться на руке, то я заметил что по руке стекают алые струи. "Так по ним действительно текла кровь."        Где-то на фоне приглушённо звучал стук в дверь, но я как зачарованный продолжал смотреть на то как капля за каплей продолжали капать на белоснежную раковину. Как оставляли красные следы. Как делали различные узоры и выходили непонятные рисунки. — Деку, твою мать, открой, или я, блять, выбью эту дверь к чёртовой матери. — знакомый раздражённый крик вывел меня из транса. Я шустро стал вытерать с руки то что натворил и быстро замотрал её обратно как можно не плотнее, чтобы верхний слой ткани не пропитался кровью.       Наконец я открыл дверь злобному вихрю, который влетел в комнату и мигом уместился на моей кровати, перед этом скинув с неё мою школьную форму. — Чего мешкался и не открывал? — рявкнул блондин на что я почесал затылок. — Ну, немного занят был и не сразу смог открыть. — смущённо улыбнулся я. — Завязывай эту хрень с нацепленой фальшивой улыбки, аж раздражает. — парень окинул моё тело взглядом. —Как понял, у тебя тоже цветок сакуры как и Двухмордого? — Так ты слышал? — поднял я равнодушный взгляд на него который явно отображал истинное моё состояние. — Я что похож на великого глухого? — фыркнул блондин. — Опять уходишь от темы. Отвечай.        Я лишь вздохнул и повернулся к нему спиной демонстрируя узор на спине. За спиной кровать скрипнула и уже на плече ощущалось горячее дыхание. Шероховатые пальцы прошлись по рисунку. Тихо. В комнате слишком тихо. Эта тишина нагнетает и заставляет невольно сглотнуть. Прямо над ухом слышится раздражённо циканье. — Это, конечно не моё дело, но не думаешь, что стоит сделать операцию?— с некой ноткой грусти и тяжести молвит друг детства.