Семь лет ожидания.

Дадли почти не помнит лица Гарри. Смешно сказать, когда-то давно они облазили каждый угол Литтл Уингинга, в поисках приключений, а потом получали нагоняй от матери за испорченные шмотки и царапины. Они кидались едой в школьной столовой, каждую субботу проводили в библиотеке, дрались за кусок маминого пирога, а потом и за велосипед из-за того, что у одного из них спустило шину и у отца все никак не находилось времени починить его. Дадли и Гарри никогда не ссорились. Благодаря стараниям сестры, Дадли вырос любопытным и смелым, так что никто бы и в жизнь не подумал, что кузина Дурсля когда-то отметелила соседских мальчишек, за то, что обозвали младшего Дурсля толстым. Они были не разлей вода всю свою жизнь, даже когда в жизни Гарри появился Хогвартс. Ну, а сейчас её нет уже семь лет. Семь лет назад, в июне сестра пришла домой, словно подранная кошка и буквально приказала собирать вещи, выложив на стол огромную сумму денег. Она ничего не объяснила, обняла на прощание отца с матерью и крепко сжала Большого Дэ, вжимаясь в рослого парня как в спасательный круг. Последний раз когда он видел, как она растворяется в воздухе, оставляя после себя пару капель слез. Они не спрашивали потому что доверяли Гарри и вскоре узнали все сами. По всем каналам, во всех газетах и странах. » Особо опасная преступница: Гарриет Поттер. Приметы:…» Они сменили около десяти стран за эти годы и бесчисленное количество городов. И все ради того, чтобы однажды услышать новость, после которой мать заплачет, а отец встанет и пойдет за виски в свой кабинет — её поймали. Дадли не слышит, поглощенный мыслями и чувством потери, как звенит дверной звонок. Отец разворачивается и идет открывать. Он кричит и спустя минуту мать так же подрывается с места. Спустя секунду он оборачивается и видит как его сестра, живая и невредимая, обнимает родителей. Как она бросает глаза на него и бежит, буквально валя его на пол. — Я вернулась, Большой Дэ. — шепчет она, сжимая своими маленькими ручками его футболку и заливая её слезами. — Вижу. — на выдохе хрипит он и обнимает, больше не желая отпускать. По его щекам, впервые за эти семь лет текут слезы счастья.