Night of sincerity / Ночь искренности

Был теплый, скорее даже жаркий, летний вечер. Середина августа. Сейчас были летние каникулы и ученики академии «UA» давно разъехались по домам. В доме Бакуго на удивление было тихо. Разве что готовка его матери - Мицуки и не сильно громко работающий телевизор, разбавляли тишину в доме. Сам Кацуки был в своей комнате. Он валялся на кровати перед вентилятором, который был сейчас практически единственным выходом охладить себя. Было ужасно душно, такая погода могла утихомирить кого угодно и блондин не был исключением. - Черт… как же жарко, - бурчал Кацуки и, сверля взглядом потолок, хмурился. Что ж, парень не был любителем такой духоты. И в рассуждениях о том, как бы остудиться, он пришел к выводу, что стоит принять душ. Лениво поднявшись с кровати, блондин вышел из комнаты, идя в ванную. Тем временем, раздался дверной звонок. Масару - отец Кацуки, поднялся встречать пришедших гостей. Это был Изуку и его мать Инко Мидория. Они давно запланировали эту встречу, ведь каждый год собирались семьями и ездили на горячие источники. В этот раз решили собраться заранее, чтобы на следующий день, рано утром, вместе выехать на машине. - Добрый вечер, Масару. – мать Изуку тепло улыбнулась, приветствуя мужчину. - Добрый вечер, прошу, проходите, – он тоже улыбнулся, пропуская их в дом. - Здравствуйте, - немного стеснительно произнес Деку. Он ужасно нервничал, ведь давно не был в доме Каччана, да и перед самым разъездом они довольно сильно поругались. – Извините за вторжение… Они прошли в дом, также приветствуя Мицуки. Их весьма тепло встретили. Взрослые быстро разговорились и предложили Мидории пойти в комнату Бакуго. Чувствуя, что только им помешает, Изуку не стал говорить ничего против и просто пошел наверх. Остановившись около двери, ведущей в комнату Каччана, Деку замер. В голове было много мыслей. Он ужасно нервничал, не имея представления, о чем же начать разговор или как в принципе на него отреагируют. Так он простоял минут десять, пока его не окликнули. - Хэй, тупоголовый, что ты тут делаешь?! – с весьма привычной агрессией прозвучал голос Кацуки. Мидория сильно дрогнул и, слегка отскакивая от двери, повернулся лицом к блондину. Парнишка явно испугался, не ожидая такого столкновения. - Эм..привет, Каччан… - их взгляды пересеклись и Деку положил руку себе на шею, неловко её потирая. - Я спросил, что ты тут делаешь, а не здоровался с тобой, - Бакуго цокнул языком. Он стоял в чистой одежде, волосы его были влажными, а на его плечах лежало белое махровое полотенце. Определенно, он вышел после душа. - Ах, это.. разве Мицуки-сан не говорила о поездке в этом году?? – осторожно спросил Деку, переступая с ноги на ногу. – И сегодня мы у вас с ночевкой, чтобы ехать завтра утром вместе... Вот. Кацуки лишь раздраженно выдохнул, что-то припоминая из того, что ему говорили, когда неделю назад он ругался с матерью. Ничего не ответив, Каччан прошел в комнату, оставив дверь открытой. Деку проследил за ним и, просто, продолжил стоять в коридоре. Так прошло пару минут. «Он что издевается??!» - Бакуго аж вскипел, ведь Деку так и не зашел. При том, что дверь осталась открытой именно для него. - Идиота кусок, заходи в комнату или я убью тебя! – Кацуки сидел на кровати, взглядом сверля проем двери. - А, ... да! – Мидория быстро сориентировался и зашел в комнату, осторожно прикрывая за собой дверь. Он, определенно, был каким-то нервным. Деку старался смотреть куда угодно, но не на Каччана. - Хмпф, - раздраженно хмыкнув, Бакуго слегка отпрянул назад, облокачиваясь на руки. Он внимательно осматривал Деку и следил за его поведением. – Хватит стоять так, будто я кусаюсь. «Но ведь ты кусаешься, Каччан..» - подумал Деку, но не стал это произносить и уселся на пол, скрещивая свои ноги. Повисло неловкое молчание. Чем больше времени проходило, тем больше напряжения становилось. Бакуго конкретно так от этого злился, чуть ли не скрипя зубами. Но неожиданно Мидория подал свой голос. Всё это время он рассматривал комнату. – У тебя появилось много новых плакатов с героями. Деку выглядел заинтересованным. Их любовь к героям и Всемогущему оставалась неизменной, несмотря на прошедшее время. - Кхм...да, – недовольно, но согласился блондин. – Ещё..есть последнее издание, о причудах героев, могу показать, если хочешь, конеч…- говорил довольно странно и немного неразборчиво Каччан. Не дав закончить предложение, Деку подскочил к нему весь такой воодушевленный и находился к блондину почти вплотную. - Конечно, хочу! – глаза Мидории загорелись. Он весь прямо сиял от того, как ему это было интересно. - Агрх, сдохни!! – Деку прилетела оплеуха по голове. – Ты слишком близко, придурок! Кацуки хмуро смотрел на Мидорию , который отстранился, потирая ушибленное место. Деку совсем не понимал, за что ему все же влетело. А вот Каччан покраснел... Блондин смутился от такого легкомысленного поведения Изуку. «Чертов Деку!» - Бакуго весь нахохлился. - Так что на счет издания? – подняв взгляд, Мидория посмотрел на Кацуки, ожидая ответа, но получил лишь гневный взгляд и смущенное выражение лица. – Ой…Я тебя смутил, Каччан?.. Мидория мягко улыбнулся, от чего Бакуго покраснел только сильнее. – Исчезни! – он кинул со всего маху в него подушкой и, подорвавшись с места, ушел из комнаты, сильно хлопнув дверью. А Деку из-за встречи с предметом пастельного обихода упал назад. Он тихо рассмеялся и обнял её. «...Значит, он не обижается?...» - подумал Изуку, зарываясь смущенно лицом в подушку и вдыхая исходящий от нее приятный запах. Мидория был рад, что они все ещё могут более-менее нормально общаться, несмотря на их недавнюю ссору. Деку это беспокоило и сейчас ему заметно полегчало. Кацуки же весь смущенный и нахохленный спустился вниз на кухню, где, игнорируя всех присутствующих, подошел к холодильнику. Он достал банку газировки и, открывая её, выпил залпом, после чего сжал в руке, раздраженно кидая в мусорное ведро. «Сдохни, сдохни, сдохни !!» - он пыхтел, но из этих мыслей его вывел мамин подзатыльник. - А ну, не игнорируй меня, молодой человек!! Быстро взял и поздоровался с Инко-сан! - Тц…здрасте, – еле выдавил он из себя. Это прозвучало явно так себе. Мать и сын разругались, Инко и отец семейства пытались их успокоить... это было тщетно. Пришлось дожидаться, когда они сами успокоятся. К этому моменту ужин уже был готов. На часах было без пяти семь часов вечера. Мидория как раз спустился к этому времени, и они все вместе сели за стол.