вместе (together)

      Тоору не был хорошим танцором, ни в коем случае.       Так же не был Хаджиме, если быть предельно честным.       Эти двое могли хорошо держаться на ногах благодаря волейболу, но это никак не отразилось на их танцевальных навыках.       Но было что-то волшебное в танцах на кухне при свете города, сияющего через окно их токийской квартиры в центре города, словно никто не смотрел. Потому что никого не было.       Рок-музыка звучала через колонку на их кухне очень громко, настолько, что почти ранила уши Хаджиме, но ему было всё равно. Носки скользили по кафелю, а руки трепетали, в то время как они танцевали, чёрт возьми, потому что было два часа ночи, они не спят, и они вместе. Это лучшая сторона всего этого.       Хаджиме и Тоору были вместе.       Слишком долго они были порознь, застрявшие в разных университетах, поскольку их области обучения держали их раздельно, но теперь эти двое снова были вместе, и Хаджиме не мог быть более благодарным за это.       Не было ничего лучше, чем быть со своим парнем, его лучшим другом в целом мире, его человеком, танцующим на кухне в два часа утра.       Пара была на кухне как для песни за песней, и когда плейлист Тоору остановился, он вновь его включил, и когда Хаджиме остановился, он был потным, измученным и истощённым.       Но Тоору не остановился.       Его волосы подпрыгивали вокруг его лица, отросшая чёлка летела в разные стороны, а его глаза были крепко закрыты, словно он пытался скрыться от мира.       И он был превосходен.       Хаджиме был едва не очарован этим.       Тоору выглядел таким…беззаботным и лёгким. Нетронутый всеми мировыми проблемами, он просто танцевал.       А затем, почти как если бы он чувствовал отсутствие движения у Хаджиме, Тоору также остановился.       Как только он замедлился, волосы Тоору упали ему на лицо, и глаза распахнулись: — Почему ты остановился? — Ты прекрасен. — Это не ответ, — промурлыкал Тоору, шагнув к Хаджиме и взяв его за руки, наклонил лоб вперед, чтобы отдохнуть на Хаджиме. — Конечно, — пробормотал Хаджиме, ощущая своё дыхание на лице Тоору, когда говорил, — Я отвлёкся. — Ничего не говори, — голос Тоору понизился, и он наклонился, чтобы прижаться к губам Хаджиме, тёплым и мягким.       Быть вместе, подобно этому, было прекрасно.