Во имя всего, что нам дорого

Рэтчет стоял у рем-платформ, следя за показаниями. Он уже понимал, что надолго деталей ему не хватит, и что довольно скоро ему придётся возвращаться в Иаконские больницы за необходимыми частями. Заканчивались даже самые элементарные вещи, такие как насадки для паяльников, чтобы регулировать их мощность, как стазисные ампулы, как просто обычные пластины, которыми надо было закрывать нанесённые раны или операционные швы. Но пройти даже в Иакон, коренной автоботский город, было почти невозможно. Десептиконские войска были мудро расставлены по всем верхним путям, и единственной дорогой в негласно осаждённый город были подземные тоннели. Рэтчет тоннели не любил, если не сказать — ненавидел; в тоннелях было холодно, мокро и грязно, постоянно бегали кибер-крысы и различные насекомые. Вдобавок ко всему, тоннели были прорыты так давно, что не имели доступа к электричеству, из-за чего там царила непроглядная темень, и приходилось активировать фары или датчики ночного видения. Данные вдруг сделали скачок, и медик автоботов резко повернул голову в их сторону. Компьютеры уведомили его, что у одного из пациентов наблюдается пульсирующая странная энергия, коей раньше не было. Храповик окинул взглядом всех неподвижно лежащих мехлингов, не заметил ничего странного и легонько постучал согнутым пальцем по экрану. — Совсем уже винты раздолбались... — подумал он вслух. — Бесполезная махина, только и знает, что поднимать тревогу! "Уничтожь её!" — посоветовал Артауэр. — "Никто не должен стоять у тебя на пути, смети любого, кто тебе мешает! Только скажи — и я, возможно, даже помогу тебе, смертник..." — Во-первых, она мне ещё нужна! — возразил Рэтчет. — А во-вторых, у меня есть имя! "Прости, не обратил внимания" — притворно раскаялся артефакт. — "Так как тебя? Гирс, верно?" — На что вам сдался этот шлаков Гирс, я его даже не знаю... — провентилировал медик. — Меня зовут Рэт-чет! Несложное имя, не так ли? "О, ну я попытаюсь запомнить, хотя ничего не обещаю..." — пробурчал Артауэр. Тем временем Проул, лежащий на одной из дальних коек пришёл в онлайн и почувствовал, как в стенки кабины ласково тычутся потоки какой-то энергии. Незаметно, чтобы не привлечь внимания что-то бормочущего себе Рэтчета, тактик раскрыл кабину и вынул оттуда мраморную статуэтку Солус. Он покрутил её перед окулярами, немного прищурившись, а затем начало происходить что-то странное. Статуэтка засветилась ярким светом, ослепив и стратега, и оторвавшегося от экранов Рэтчета. Мрамор будто плавился, просачивался сквозь белую ладонь, обволакивал провода чем-то холодным и густым.. Проул почувствовал, что больше не может управлять своим правым манипулятором, подверженным плавящемуся мрамору и похолодел. Новая форма космической ржавчины?! Шлак, неужели она таилась на этой статуэтке? Холод пробирался дальше. Вот уже вся нейропроводка почти до самой Искры была отключена, и стратег мог только хрипло пропускать ничтожные крупицы воздуха через системы, чтобы их охладить. К койке подбежал Рэтчет. — Шарк, да что с тобой такое? Медик придавил мёртвой хваткой слабо трепыхающегося стратега к платформе и принялся его сканировать. "Хм-хм-хм" — захмыкал Артауэр. — "А у твоего пациента тоже есть дружок в заднице" — О чём ты? — шикнул раздражённый Рэтчет. "Да так, всего лишь болтун Джастис... Да успокойся ты, он не деактивируется!" — рявкнул талисман, когда медик схватился за воздухопроводную трубку. — "Подожди пару джоор и всё уляжется" — Ждать? — фыркнул автобот. — Пока я жду, у него вся проводка перегорит! Ты не видишь разве, у него вентиляция не работает, а у него ещё активные восстановительные процессы не завершились! "Заткнись!" — прикрикнул на носителя Артауэр. — "Всё нормально, понял?! Это в порядке вещей" — Сам ты в порядке вещей! — не остался в долгу медик. Игнорируя последующие выкрики талисмана, Рэтчет налепил на фейсплейст Проулу маску, от которой отходила трубка к специальному баллону с очищенным воздухом. Принцип работы был прост: насос немного с силой закачивал воздух пациенту в случае одышки. "Нет! Ты сделаешь только хуже!" — воскликнул Артауэр. — "Убери эту трубку сам, или мне придётся принять меры! Нам нужен этот носитель! Так же, как нужен каждый из уже существующих! Я, Эртеккер, Джастис, Аталомон, Лайтрикс и Сакрифайс — шесть талисманов, шесть спасителей мира! И ты не должен уничтожать соединение носителя и артефакта! Порой, да, оно бывает болезненным, но в редких случаях и с особенными индивидуумами..." Ладони Проула сжались в кулаки, заскрипел металл. Рэтчет почти рассеянно на него смотрел. В тот раз, когда Артауэр рассказал ему о произошедшем, происходившем и о том, что будет происходить, он рассказал ему такие мелкие и расплывчатые крупинки информации, что он толком ничего не понял. — Но... — попробовал возразить уже сдавшийся медик, но передумал. Ладно, допустим. Допустим, он ему верит. Что тогда? Тогда он должен просто наблюдать за корчащимся от боли тактическим советником?.. Тем не менее, воздухопровод белый мех убрал. Проул не кричал, только хрипло пытался вентилировать и сипел, как будто ему пережали вентиляционные провода. Его окуляры медленно наливались пугающим серо-белым цветом, а затем стратег отключился. Рэтчет посмотрел на показания: все они показывали нормальное состояние. "Поз-драв-ляю!" — весело проговорил артефакт. — "Ты стал свидетелем редкого события!" Медик ничего не сказал. В процессоре у тактика всё шло кувырком. Он постоянно переворачивался в каком-то странном мире, состоявшем только из зеркальных осколков. Слышалась таинственная и даже немного пугающая музыка. Но буквально через пару кликов и зеркала, и музыка исчезли, тактик полетел вниз, приземлился на облачко и начал наблюдать шествующий впереди оркестр, который играл привычный всем ритм на огромных барабанах и трубах. — Что за шлак... — прошипел Проул, держась за тяжёлый, как свинец, лоб. Сбоку покатывался со смеху небольшой.. небольшое привидение. Оно было маленькое, с лёгкостью бы уместилось у тактика на плече. Привидение было зеленоватого цвета, с яркими голубыми окулярами и не сходившей с фейсплейста широкой улыбкой. — Нет, нет, ты только посмотри! — хохотало оно. — А что тебе больше нравится? Оно повернулось к стратегу и щёлкнуло несуществующими пальцами. Барабанщики и оркестр исчезли. Впереди был тёмный отсек, почти полностью покрытый паутиной и пылью. В середине стоял проржавевший стол, а на нём — стопка каких-то датападов. Привидение только фыркнуло. — И это твои мечты? Вперёд, Праулер, придумай что-нибудь поинтереснее! П-праулер?.. Всё вокруг снова закружилось, и теперь перед тактиком стоял Джаз. Слабо, но насмешливо ухмыляющийся, привычный Джаз. Сейчас он залихвастски забросит голову назад, облокотится о несуществующую стену и начнёт развязным тоном что-нибудь говорить... Привидение захихикало и снова щёлкнуло пальцами. Джаз оказался ближе к стратегу. Намного ближе. Так близко, что Проул почти ощущал его грудные пластины своими. Диверсант начал с неменяющейся ухмылкой наклоняться над лицевой тактика, но Проул, не выдержав такого напряжения, оттолкнул монохромного меха назад. Джаз рассеялся бело-чёрной пылью. — Во имя Всех Искр! — крикнул он. — Что это за место? И кто ты такой? Привидение засмеялось. — Я всего лишь твой джин из лампы! Только желания по-своему исполняю. Здесь, в твоём разуме — мне легко. У тебя всё так мило по полочкам расставлено, все мысли отсортированы, как поезда в нужное время прибывают! Ну нельзя же так! Надо устроить немного дебоша! Всё снова завертелось, и в этом водовороте событий то и дело мелькали различные места, фейсплейсты, даже времена... Но вот колесо Фортуны снова остановилось, и перед тактиком появились руины какого-то города. Проул медленно пошёл вперёд, привидение летело следом. — Я.. знаю это место! — воскликнул стратег. — Это же Тайрест! А вон там — бар, который разбомбило пару декациклов назад... Но сейчас разрухи как ни бывало. Знакомая покосившаяся вывеска, окна с жёлтыми стёклами, за которыми была слышна громкая музыка и силуэты разных мехов. — Помнишь неделю до бомбёжки? — заговорило приведение. — Это твоё воспоминание, которое я немного подкорректировал, основываясь на желаниях. Проходи. Будто ветром открылась дверь, и тактик неуверенно зашёл внутрь. Тотчас же на него свалился пьяный в стельку старик, который бессвязно начал что-то бормотать: — А вот в моё-то время!.. Но стратег не горел желанием узнать, что же было "в его-то время" и деликатно усадил шатающегося пьяницу на сидение рядом. — Мне здесь не нравится... — тихонько проговорил он, чувствуя себя крайне зажато и обращаясь к привидению, но того уж и след простыл. Проул посмотрел по сторонам и вдруг заметил знакомый чёрно-белый корпус. Видя в диверсанте своего единственного знакомого, тактик начал осторожно к нему протискиваться. Когда он был уже совсем рядом с Джазом, кто-то случайно толкнул его так, что не устоявший на серво стратег повалился прямо на знакомого. Он почувствовал уверенную хватку у себя под капотом, которая помогла ему не упасть и выпрямиться. — Праул! — обрадованно заговорил Джаз. — Вот уж не ожидал тебя здесь увидеть! — Да.. я тоже.. — промямлил окончательно сбитый с толку и потерявшийся в реальном и нереальном тактик. Диверсант сел у стойки, жестом головы приглашая Проула присоединиться и делая знак бармену. "Ну, в конце концов, что может пойти не так..." — подумал монохромный советник и присел рядом. Доброжелательный улыбающийся бармен принёс им по маленькому кубу заряженного. Диверсант поднял свой куб. — За тебя! — предложил он. — За меня? — не понял Проул, тем не менее, поднимая свой и легонько касаясь тонкой стенкой краешка куба Джаза. Диверсант хмыкнул и отпил своей зарядки. Тактик тоже приложился к кубу, не спуская с мехлинга внимательного, но непонимающего взгляда. За спиной Джаза появилось привидение и что-то зашептало, но в шумихе громкой музыки Проул не мог его услышать. Он стал регулировать настройку аудиодатчиков, чтобы настроить их на определённые звуки и потому в этот момент ну никак не мог ожидать того, что диверсант зацепится серво за его стульчик, подкатит к своему и по-хозяйски притянет тактика к себе. Привидение зажало себе рот и покатилось по воздуху от бесшумного смеха. Тактик тем временем принялся отбиваться от Джаза и вскоре добился того, что подправленное воспоминание рассеялось пылью. — Что за... Ничего красноречивее сказать стратег не смог. Он был слишком потрясён всем случившемся, чтобы мочь логично воспринимать происходящее. — Немного чудес! — ответило появившееся привидение. — Ой, да я же не представился, где мои манеры, право слово... Меня зовут Джастис! "Джастис создал "МакКрастис"", слышал? А тебя зовут Праул. Можно же звать тебя Праулер? — Нельзя. — попробовал возразить стратег, но остался неуслышан. — Отлично, Праулер, — игнорируя реплику тактика, продолжил Джастис. — Я — талисман. Их всего шесть: я, Зануда, Зануда №2, Зануда №3, Предатель с тремя восклицательными знаками и Лайтрикс. Ты привыкнешь! Я олицетворяю справедливость и наделяю тебя даром справедливости. — А как по мне, ты олицетворяешь болтливость, — позволил себе хмыкнуть стратег. — Столько слов, и почти ничего по делу. — Ошибаешься, дорогой мой Праулер, — возразило привидение. — Я просто пытаюсь не вывалить на тебя всю информацию сразу, а то даже твои аналитические программы могут не выдержать. Но если ты настаиваешь — слушай. Следующую фразу артефакт выпалил буквально на одной вентиляции: — Мегатронус восстал и хочет уничтожить Мегатрона, но чтобы сделать это, ему нужно пройти сквозь вас, автоботов, а значит, он захочет уничтожить и вас, а этого допустить нельзя, поэтому мы победим Мегатронуса раньше, чем он подберётся слишком близко к Кибертрону, для этого нам понадобятся все талисманы с их носителями, талисманов шесть, значит носителей тоже шесть, я знаю, что некоторые уже были активированы, но не знаю кем и когда, но так как я знаю тебя, мы с тобой пара талисман-носитель, значит, мы должны всё время быть вместе, я тебя защищаю, ты меня кормишь, всё ясно? Проул задумался. Он автоматически раскладывал информацию разных сортов в разные "ячейки" памяти. А пока он этим занимался, мир вокруг пошёл рябью, а затем настала темнота, в которой не было слышно даже шума собственной вентиляции.