Опасная близость

Света специально ушла с колледжа пораньше, чтобы не столкнуться с Катей. Девушка прекрасно помнила, что у Романовской скоро день рождение и решила купить подарок заранее. Сумма у нее накопилась достаточно приличная. Света бродила по улице, проходя множество разных магазинов. Сначала мелькнула мысль купить ей что-нибудь с одежды, но подумав, она решила, что это будет слишком банально и вряд ли подруга оценит. Можно было подарить мольберт, но, если Мироновой не изменяет память, Катя говорила, что эта штуковина у нее есть и валяется где-то на чердаке. Девушка грустно вздохнула и подняла глаза к небу, надеясь получить от него хоть какую-то подсказку. Собственно, так и случилось. Ее взгляд приковался к большой вывеске «Музыкальные инструменты от Ди». Лицо девушки окрасила счастливая улыбка и, проверив наличие денег в сумке, она рванулась к дверям. Идея подарить Кате гитару появилась не просто так. Романовская долго занималась музыкой, а именно овладевала гитарой. И до сих пор она горит этим увлечением. Но инструмент у нее был, мягко сказать, не очень. Купили по низкой цене у бывшего соседа. Поцарапанная, потертая, но хоть какая-то гитара. На тот момент у родителей Кати была трудная финансовая ситуация, но дочку поддержать в начинаниях хотелось. Пришел момент и гитара полностью расстроилась. Играть на ней уже было невозможно. Родители пообещали, что как только появятся деньги, так сразу купят новый инструмент. Но прошел год, прошел второй. Катя уже и позабыла о ней и о том, что когда-то вообще играла на гитаре. Света не единожды слышала, как виртуозно владеет гитарой ее подруга и ей очень нравилось. Прям до мурашек. Долго она осуждала Катю, что та забросила музыку, но Романовская все время отмахивалась от этого, как от назойливой мухи. Миронова зашла в магазин и обалдела. Ее взгляд растеряно бегал по помещению и разным инструментам, которые дорого сверкали при свете ламп. Она почувствовала себя неловко. Ну и какую из всех висящих гитар ей подарить? Какая лучше? Девушка совсем не разбиралась в этом и мысленно отругала себя за то, что пошла одна. Нужно было попросить Вовку с параллельной группы. Уж он-то в них разбирается. - Света? – окликнул ее кто-то. Она развернулась и стала искать глазами зовущего. Не заметив никого знакомого, она обернулась обратно и, закусив губу, стала рассматривать гитары. - Миронова! – уже более грубо позвали ее где-то рядом. Света опять развернулась и чуть не вписалась в чью-то твердую грудь носом. Подняв постепенно взгляд, она увидела Ника и отступила на шаг. - Привет! – неуверенно поздоровалась она. Со всей компании Никита казался ей самым адекватным. По крайней мере, он практически ее не задевал и не отпускал колкие шуточки. Кажется, вообще особо не замечал, в отличии от его друзей. - И тебе не хворать, - он смахнул надоедливую челку с глаз. - Какими судьбами? – спросил парень, чуть приподняв уголки губ. Она на какое-то время замялась, прокручивая в голове варианты ответа, но тут ее глаза заметили бейджик, прицеплен на груди у парня с левой стороны. «Никита. Продавец-консультант» Спасение пришло оттуда, откуда его совсем не ждали. - Никит…, - начала она. - Ник, - перебил ее он, нахмурившись. Ему никогда не нравилось его полное имя. - Поможешь мне выбрать гитару для подруги? – Света улыбнулась, параллельно удивляясь, насколько тесен мир. - Без проблем, - ответил парень, посылая ей улыбку в ответ. Ник махнул головой, зовя ее за собой. Они прошли почти через весь зал, усыпанный по разным бокам дорогущими инструментами, и в самом конце парень остановился. Он, не оборачиваясь к Свете, стал придирчиво осматривать гитары, задумчиво потирая подбородок и выбирая лучший среди них инструмент. Когда он определился, одобрительно закивав головой, встал на табурет и принялся снимать нужную гитару. - Вот, - Ник демонстративно положил ее на стойку перед девушкой. - Одна из лучших. Света с сомнением осмотрела сначала на инструмент, а самого парня. И так несколько раз ее взгляд метался между ними, словно пытаясь каким-то образом убедиться в правдивости его слов. - Точно? – спросила она. Никита закатил глаза и тяжело выдохнул, а затем уверенно взял гитару в руки. - Смотри сюда, - он повернул ее боком и Миронова тут же выполнила приказ парня. - Верхняя дека между подставкой и резонаторным отверстием - ровная. Девушка мгновенно округлила глаза, ведь она совершенно не понимала о чем речь идет вообще. Она даже засомневалась туда ли она смотрит, куда сказал ей парень. - И что это значит? - Если же был бы провал - эта дека уже мертва. Такая гитара никогда не зазвучит на полную силу, - продолжал объяснять Ник, наслаждаясь реакцией Мироновой. Вот еще, будет сомневаться в его словах. В глазах парня уже вовсю плясали смешинки. Он видел, что девушка совсем не понимает о чем он, хотя старается не подавать виду. Со стороны она выглядела комично, но он не спешил прекращать свою издевку. - А, поняла, - Света попыталась сделать серьезный вид и для пущей убедительности сдвинул брови. - Ну, раз поняла, тогда осмотри заднюю поверхность грифа, - приказал рыжеволосый, протягивая ей инструмент. Света уже успела пожалеть, что не поверила ему. Она поняла, что он просто хочет показать ей кто здесь кто, но и демонстрировать свою уязвленность было нелегко. - Зачем? – девушка начала паниковать. Она боялась не то чтобы прикоснуться к ней, но и даже смотреть в ее сторону, чтобы не испортить. - Правильно сделанный гриф должен иметь проклейку или хотя бы клеевой шов, указывающий на то, что гриф переклеен из двух частей, - преподавательским тоном произнес Ник, но его голос чуть дрогнул от рвущегося наружу смеха. Света неуверенно потянулась к гитаре. Она толком и не знала, что это за гриф, куда смотреть и что делать. Да и что вообще наговорил ей парень? Аккуратно взяв инструмент, Миронова повертела его в руках, восхищаясь его красотой. Мысленно она отметила, что Кате точно понравится. - Осторожно! – крикнул Ник, когда она чуть не уронила гитару. - Давай сюда, пока не сломала, - он обошел стойку и подошел к Свете, забирая инструмент. - Извини, я ничего не понимаю в них, - Миронова пожала плечами, решив все-таки сдаться. - Это я уже понял, - усмехнулся парень. - Могла и не делать умный вид. Так что с гитарой будем делать? - Давай эту. Я уже поняла, что она хорошая, - Света натянуто улыбнулась, чувствуя себя дурой. Пока парень выбрал чехол для инструмента, уложил его и пробивал через кассу, Света разрешила себе осмотреть молодого человека. Ей казалось, что он еще совсем ребенок и плотно застрял в подростковом нелегком возрасте. Пирсинги, челка и зауженные джинсы - это все классно и стильно, но только тогда, когда в меру. Она же считала, что Никита был бы гораздо привлекательным парнем и без железа в губе и отстриженной челки на бок. Единственное, что ей безумно в нем нравилось -глаза. Они настолько глубокие и пронзительные, что с легкостью утопаешь каждый раз, когда невольно засмотришься. От своих мыслей Света отвлеклась только когда парень уже стоял перед ней и всматривался в лицо. - Держи, - он протянул ей упакованную гитару. - Сама донесешь? - Как-нибудь справлюсь. Она не слишком тяжелая, - благодарно улыбнулась девушка, принимая инструмент. Парень улыбнулся в ответ и спрятал руки в карманах джинсов. - Я бы помог, но у меня работа, - с искренним сожалением сказал Ник, оборачиваясь к стойке. - Все нормально, - заверила она. - Увидимся в колледже, - Света махнула ему рукой и направилась к выходу. Все-таки гитара приносила ей некие трудности, но чего не сделаешь ради подруги. - До завтра, - прошептал Никита уже ей в спину и проводил Миронову задумчивым взглядом.

***

После ухода блондина Катя пошла на кухню и сделала себе чаю. Внешне она была спокойна, но внутри бушевал ураган разных эмоций. То, что увидел Игорь в ее комнате, еще не видел никто, и от этого ей становилось скверно. Это все равно, что кто-то насильно влез в ее личное пространство, в ее душу и вырвал оттуда немалый кусочек, хотя сама она делиться этим не желала. Было чувство того, будто у нее отобрали часть ее. Тем более девушка не знала, что он успел увидеть еще и как отреагировал на то, что его глаза все-таки успели ухватить. Катя поставила недопитый чай на стол и набрала номер подруги, так как волновалась, куда она так быстро ушла. После третьего гудка девушка услышала запыхавшийся голос Светы: - Привет, Романыч! Катя облегченно выдохнула, поскольку с Мироновой оказалось все в порядке, судя по ее веселому голосу. Девушка волновалась. Зная Свету вот уже какой год, Катя поняла, что без приключений она не может. Мало ли куда она могла влезть на этот раз. - Не соизволишь мне объяснить, куда ты сбежала после пар? – Катя была зла и еще не отошла от выходки Игоря, поэтому всеми силами сдерживала себя, чтобы не наорать на подругу. Хотя очень хотелось на ком-то согнать злость. - Не бухти. Мне надо было сгонять… за лекарствами, - солгала Света, даже не почувствовав угрызений совести. - Ты заболела? – встрепенулась Романовская. - Да не мне, а сестре. Что-то голова у нее разболелась, горло схватило. Грипп наступает. - Да какой грипп? На улице еще солнце такое палит! - фыркнула Катя. - И что? Вирус это не останавливает! – продолжала стоять на своем Света. - Смотри сама не заразись, - ответила Катя. - По правде сказать, я что-то тоже не хорошо себя чувствую. - Зайти к тебе? - Не нужно. Просто устала немного за день, - Романовская и правда почувствовала накатившую на нее усталость. - Как хочешь. Тогда до завтра, - Света бегло отключилась. Успокоившись после разговора с подругой и удостоверившись, что ни в какие неприятности она не вляпалась, Катя последовала в свою комнату. На полу все так же валялись разбросанные в разные стороны фотографии. Девушка принялась бережно собирать их. Они были очень дороги ей. Это ее воспоминания, это ее жизнь. Рассматривая по очереди каждый из снимков, ее глаза наполнялись нежностью, чем-то очень светлым и добрым, которое в следующий момент сменялось невыносимой болью, от чего глаза начинали невольно слезиться. Но Катя пообещала себе больше не плакать, поэтому несколькими резкими, но уверенными взмахами руки, смахнула слезы, которые уже успели скользнуть по ее щекам. Вложив снимки в блокнот, она запихнула его в самый последний ящик стола и обессиленная рухнула на кровать, моментально провалившись в глубокий сон.

***

Проснулась Катя только утром от того, что к ней кто-то очень настойчиво пытался дозвониться. Но трубки она так и не подняла, мысленно послав всех к черту. Ее тело ломило так, словно она целую ночь физически работала, и требовало отдыха. - Катя! - в комнату вошла ее тетя. - Вставай, если не хочешь опоздать на пары, - Галина Николаевна подошла ближе к кровати и потрясла легенько девушку за плечо. Романовская вымученно простонала в подушку что-то нечленораздельное и напрочь отказывалась открывать глаза. Может, стоит позволить себе один выходной? - Катерина! – тетя повысила тон, когда та упрямо продолжала игнорировать ее и разрывающийся от звонков телефон. Девушка поморщилась от полного звучания своего имени. Тетка начинала раздражаться и ей все-таки пришлось разлепить глаза, с большим усилием отрываясь от такой теплой утренней кровати. Вот уже третий год она живет под опекой тети – сестры ее мамы. Потеря родителей в таком раннем возрасте подействовала на девушку слишком ошеломляюще. До поры до времени она была жизнерадостным подростком, чему все очень удивлялись. Ведь, обычно, в период переходного возраста у детей начинаются вымышленные проблемы: мир кажется в серых красках, полное непонимание, желание выделиться и дальше по списку. У Кати же этого всего не было и родители были за нее спокойны. Но длилось это счастье недолго. Ни о чем не подозревая, Катя сидела в школе на занятиях и активно отвечала на вопросы учителя. Мама с папой, как обычно, должны были заехать за ней после уроков. Но в этот день она их не дождалась. Девочка простояла под дверью школы пару часов, выглядывая из-за угла папину машину, но ее все не было. Так бы она и стояла, мучаясь в догадках, если бы не вахтерша, которая вышла на улицу и заметила Катю. Она завела девочку обратно в школу и пыталась дозвониться ее родителям, но трубку никто не взял. Через полчаса девочку уже забрала ее тетя со слезами на глазах, а вечером Катерина узнала, что ее мама и папа разбились, попав в аварию по дороге в школу. С тех пор в ее голове произошел полный переворот. Она до сих пор винит себя в их смерти. Время заглушило невыносимую боль, оставив лишь огромный шрам на сердце и чувство вины, которое таилось глубоко в подсознании. С тетей у них были хорошие дружеские отношения, но никто не заменит ей родителей. В аудиторию Катя влетела вся запыхавшаяся с красными щеками. Ее волосы спутались и неаккуратно свисали с плеч, несколько прядей упало на лицо, но девушка убрала их и затянула за ухо. Занятие уже началось, но ей казалось, что опоздание на десять минут не слишком существенно. - Извините, можно войти? – провинившимся голосом спросила Катя, робко заглядывая в кабинет. - Романовская, если не ошибаюсь? Учебный год только начался и уже опаздываем? – недовольно бурчал молодой учитель физики, заглядывая в журнал. - Я проспала, - она решила честно признаться и виновато опустила голову. - Тогда можете пойти еще вздремнуть, «Н-ку» я вам уже поставил, - молвил непоколебимо физик. - Покиньте аудиторию, - он кивнул на дверь и вернулся к лекции. Катя смиренно подчинилась и вышла, излишне громко хлопнув дверью, сама того не ожидая. День не задался с самого утра. Решив, что нет смысла проситься обратно на пару и идти за разрешением к директору, она поплелась на улицу. Благо, хоть погода была хорошая. Открыв массивную дверь, Романовская втянула в легкие побольше свежего воздуха, боковым зрением отметив что-то темное справа от себя. Повернув голову, она встретилась взглядом с Владом, который раз за разом подносил ко рту сигарету и пристально наблюдал за ней. Она собралась просто пройти мимо, когда его хриплый голос остановил девушку: - Опоздала на пару? – спросил он, растянув губы в полуулыбке. Катя вздохнула и подошла ближе к нему. - Проспала, - разочаровано ответила она. Влад пододвинулся, освобождая место для Романовской, таким образом призывая ее сесть рядом. Внутренняя борьба длилась недолго, вопреки всем указаниям Светы. Когда ее подсознание вынесло вердикт чтобы сесть, она осторожно расположилась возле него на крыльце и принялась рассматривать профиль парня. Особенно ее привлекли чуть приоткрытые губы, которыми он захватывал сигарету и длинные пальцы, держащие ее. В глаза тут же бросился шрам на шее и девушка подавила в себе желание дотронуться до него. - Откуда это? – нарушила тишину она. Он повернул голову к ней и недоуменно посмотрел в глаза. Недолго вглядываясь в них, он все же ответил, будто нашел в ее зеленых глазах ответ на свой вопрос, так как сразу не понял, о чем говорит Романовская. - Это тебя не должно волновать, - излишне грубо отрезал Влад, поворачивая голову и устремляя взгляд куда-то в облака. Катя замолчала, не зная что сказать. Она сложила руки в замок на коленях и потупила на них взор. Теперь уходить ей не хотелось. Сидя вот так рядышком с ним, она чувствовала исходящее от него тепло, и ей казалось, будто этот человек - тот, кто может ее понять, тот, кто знает, как же порой бывает трудно. Конечно, у нее есть Света, которой всегда можно выговориться, но это не то. Совсем не то. Она не пережила то, что пережила Катя, чтобы понять ее. В глазах парня Катя увидела ту боль, которая мучила ее пару лет назад и которая продолжает таиться на закоулках ее души. Но он отказывался подпускать ее к себе, как и кого-нибудь другого. Романовская вцепилась глазами в татуировку Влада. Она как завороженная смотрела на нее, не отрывая взгляд. И опять же ее рука потянулась чтобы потрогать рисунок, но она вовремя одумалась. Это не укрылось от парня. - Нравится? – вкрадчивым голосом спросил, он выбросив окурок. - Красивая, - призналась Катя. - Можно потрогать? – спросила она, не понимая что делает. Влад на минуту растерялся, не ожидая услышать подобную просьбу, а потом все же протянул ей правую руку с татуировкой. - Если хочешь, - в итоге сказал Латушин, пожав плечами. Потянувшись пальчиками к рисунку, она дотронулась сначала до языка змеи, который агрессивно вытянулся на запястье. Затем медленно повела дорожку вверх, ощущая легкую шероховатость рисунка. Катя даже готова была поспорить, что почувствовала как Влад вздрогнул, когда она дотронулась до его руки. Проведя несколько дорожек туда и обратно, девушка краем глаза отмечала, как парень нервно покусывает нижнюю губу и переводит взгляд то на нее, то на татуировку. - Ну все, хватит, - не выдержал он и отдернул руку. Парень потянулся в карман, доставая пачку сигарет, и вновь закурил. Романовская же отметила, что он много курит для своего возраста, но прикусила язык, чтобы не ляпнуть лишнего. - А ты почему не на паре? – разрядила обстановку она, только сообразив, что он тоже не на занятиях. Выдохнув струю белого дыма, он мельком взглянул на нее. - Ты задаешь слишком много вопросов, тебе так не кажется? – Влад начал медленно раздражаться. Эта девчонка действовала на него непонятным образом: в одно время поднимала раздражение, в другое - вытягивала на некую непозволительную близость, вот как сейчас. От переменчивого настроения парня Катя нахмурила брови и решила помолчать. Намного лучше сидеть с ним рядом в тишине, нежели о чем-то разговаривать. Наверное, достучаться до такого человека - миссия из ряда невыполнимых. - Я опоздал на занятие, - сквозь зубы выдавил он, сам не понимая, зачем ответил на ее вопрос. - Тоже проспал? – оживилась девушка. Брюнет еле слышно выругался про себя и опустил голову вниз, слегка покачав ею в разные стороны. - Твое любопытство тебя же погубит, - на удивление спокойно сказал он, не позволив грубости проскочить в его голосе. - С тобой просто невозможно разговаривать, - выдохнула она и беспомощно взмахнула руками. Влад поднял голову, заглядывая ей прямо в глаза. Он поджал губы, долго не прерывая зрительного контакта, чувствуя, что на данный момент она уже вызывает в нем гнев. Когда лезут в душу, особенно когда не просят, очень трудно сдерживаться, чтобы не нагрубить и не послать к черту. - Ну что смотришь? – Романовская скрестила руки на груди. - Вообще не понимаю, как с тобой люди общаются, - буркнула она, имея в виду двух его друзей. У Латушина, как бы он не старался, но все же лопнуло терпение. Подобно урагану яркая вспышка раздражения заполонила его разум и тело, позволив совершать глупые действия. В таком состоянии он мало себя контролировал. Тихо зарычав, он схватил девушку за шею и притянул ближе к себе. Катя, не ожидавшая такого маневра, взвизгнула и съежилась, сотрясаясь от испуга. - Откуда ты взялась такая смелая и любопытная? – спросил он где-то возле ее уха. Опомнившись, девушка принялась отталкивать парня, стуча ладошками по груди и крепко державшим ее рукам. Увидев, что все ее старания бесполезны, она еще больше рассердилась, но перестала заниматься бездейственными вещами. Теперь студентка смирно стояла, заполонена его крепкими руками, невольно вдыхала аромат его терпкого одеколона и громко дышала. Только сейчас до нее дошло то, насколько близко к нему она стоит и что ее руки лежат на его часто вздымающейся груди. - Отпусти, - тихо попросила Романовская, смущаясь от того, что губы Влада находятся всего в нескольких сантиметрах от ее лица. Он послушался и убрал руки, опуская их параллельно бедрам, после чего девушка начала потирать локти. Все-таки парень не рассчитал силы или же специально так сильно надавил. О последнем не хотелось думать. Хотелось верить, что он не настолько садист, каким кажется на первый взгляд. - Псих ненормальный, - проворчала Катя, отступая на шаг в целях безопасности. Влад, теперь уже не стесняясь и не сдерживая себя, выругался в голос. Катя его настолько вывела, что он готов был рвать на себе волосы. Она сделает его психом. Или он уже им и является? - Тебе лучше заткнуться, - посоветовал он, рыча от злости. - Не смей затыкать мне рот! – огрызнулась она. - Заебала, – выплюнул он, грубо и резко притянул ее лицо к себе и прислонился губами к ее. Катя в один момент замерла, поражена происходящим. В голове - каша и полное неверие тому, что творится. Она была не в состоянии пошевелиться, смиренно продолжая стоять на месте. На Влада легкий поцелуй оказал отрезвляющее действие. Он сам был шокирован своим поступком и не понимал, какие силы им управляли. Он просто хотел, чтобы она замолчала и ему показалось, что это был единственный выход. Он действовал на автомате. Все так же прижимаясь своими губами к ее, он и не думал углублять поцелуй. Так же, как и она замер, наслаждаясь желанной тишиной, теплом девушки и приятным ароматом ее духов. Кто знает, сколько бы они так стояли, если бы не звонок с пары и чье-то громкое покашливание у них за спиной. Они одновременно оторвались друг от друга, учащенно дыша. Блондин подошел ближе к ним. Его терзали смешанные чувства при виде этой милой картины: с одной стороны, ему было похуй, с другой - он хотел набить Владу морду. За что? Интересный вопрос, на который ответ он не знал. Либо знал, но признавать до последнего не хотел. Он спрятал руки в карманы брюк и заиграл жевалками, стараясь сохранять невозмутимый вид. - Что вы, мать твою, здесь делаете? – взгляд Игоря метался между лицами лучшего друга и девушки. Его девушки, как твердило ему подсознание. Неофициально, конечно, и как временное удовольствие, но все же. - Успокойся, Игорь, – бросил Влад, хватая с крыльца свой рюкзак. - Я ни на что не претендую. Троицкий громко фыркнул. - Да ты что? Я похож на слепого? – теперь он смотрел только на Катю обвиняемым и укоризненным взглядом. Романовская прекрасно чувствовала его глаза, прикованные к ней, и мечтала поскорее убраться отсюда. - Может, ты что-то скажешь? – обратился неожиданно к ней Игорь. У девушки внутри поднялась волна протеста. А кто он, собственно, ей такой, что наезжает на нее и упрекает? Они не встречаются. Да, он проявляет к ней знаки внимания, да он был у нее дома, при чем копался в ее вещах. Но это не дает ему права так себя вести. - Что ты хочешь, чтобы я сказала? – выдохнула она. - Я не должна перед тобой оправдываться. Ты мне никто, - последнюю фразу она сказала, глядя ему в глаза. Повисла напряженная тишина. Взгляды всех троих хаотично метались и больше никто не знал, что сказать. После последней фразы Кати Влад почувствовал непонятное к ней восхищение. Стоит признаться, мало девушек отказывает Игорю, да еще так открыто. - Разбирайтесь сами, - первым не выдержал брюнет и протиснулся между ними двумя, слегка задев плечом Игоря. Совсем не специально. Наверное.