Дин и Бобби

      Меня вообще трудно застать врасплох, а незваного визитёра я услышал за милю. Просто не ожидал, что это будет именно он.       Чейни старательно лаял, отрабатывая свой кусок мяса. Топот и шарканье на крыльце тоже прозвучали довольно отчётливо. Так что, когда раздался негромкий стук в дверь, я был уже вооружён до зубов, вдоль входа насыпана соль и обереги висели на своих местах. Ничто не могло проникнуть в дом без моего разрешения. Даже…       — Дин?!       Я стоял за приоткрытой дверью, он – на пороге, упираясь руками в косяки, и выглядел так, что вот-вот свалится. Лицо перепачкано засохшей кровью.       Он с трудом поднял голову. По плывущему взгляду я понял – сотрясение мозга.       Ему удалось выговорить:       — Не Сэм…       Сделав это ценное заявление, Дин рухнул на пол.       Взяв парня под мышки, я затащил его в дом. Я ненавидел сюрпризы и понятия не имел, что происходит. Чейни замолчал. Дверь была открыта, но Сэм не появлялся.       Я посмотрел на Дина, который даже в обмороке умудрялся сохранять нахмуренный вид. «Не Сэм»? Что бы это значило? Я не должен звонить Сэму?       Да, конечно. Я не собирался становиться между братьями в любом случае.       Сэм ответил после первого же гудка.       — Бобби, ты…       — Он здесь, – сказал я.       Сэм запнулся всего на секунду и не потому, что не знал, в чём дело.       — Он в порядке?       Под моими пальцами быстро, но ровно бился пульс.       — Ему изрядно досталось, но, думаю, обойдётся без больницы.       — Я буду через час, – пообещал Сэм и отключился.       Надо было поднять Дина на диван. Я не считал себя слабаком, но передвинуть крупного мускулистого парня оказалось трудновато. Если я и обращался с ним грубо, Дин никак не дал мне знать – ни движением, ни стоном, что встревожило по-настоящему.       Я только закончил осмотр и обработку ран, как на крыльце послышались торопливые шаги. Я оказался возле входа на миг раньше раздавшегося стука, зная, что расстроенный Сэм способен вышибить дверь, если сразу же не откроют.       — Где он? – это прозвучало вместо приветствия.       Я мотнул головой в комнату.       — На диване.       Сэм пронёсся мимо меня, но, завидев брата, утратил весь свой пыл. Н-да, лучше бы Дина не отмывать… Половина лица в асфальтовой болезни – ободранная, вспухшая, в фиолетовых синяках и зелёных пятнах бактерицидного геля.       Сэм нащупал спинку стула, подволок его ближе к дивану и опустился, не глядя, чуть не мимо.       — Дин пришёл за минуту до того, как я тебе позвонил. У него сотрясение мозга, полтела и руки в кровоподтёках и ссадинах, как будто его ударило о кирпичную стену. Или бросило на бетон.       — Он ничего не сказал?       Я поколебался, передавать ли странные слова, но, в конце концов, они касались Сэма тоже.       — «Не Сэм».       Тревожное выражение на лице младшего сменилось на растерянное.       — О чём это?       — Может, он имел в виду, что был один? – предположил я не совсем искренне. Не хотелось, чтобы Сэм знал о моих опасениях.       Но тот, видно, почувствовал неладное и схватил брата за руку – совершенно детским умилительным жестом, который я впервые увидел лет двадцать назад.       Я подошёл ближе.       — Что случилось?       Ему потребовались две минуты, чтобы собраться с мыслями. Я не торопил.       — Не знаю, – наконец выдавил он. – Мы проверяли случаи непонятных смертей в Пайн-Ридже. Я был в библиотеке, а Дин пошёл взглянуть на одно из мест происшествий. Когда я вернулся в мотель, машина была там и все его вещи тоже. А сам он… исчез. Никаких следов борьбы.       — У него было оружие?       Сэм вздохнул глубоко и прерывисто, словно из моей лачуги улетучивался воздух.       — То, что он обычно носит с собой, ну, маленький такой арсенал.       Я кивнул.       — Пойду осмотрюсь. Дин явно не пешком сюда добирался. Надо замести следы… Сэм, ты знаешь, где что лежит. Если сможешь поднять его наверх, ваши кровати на прежнем месте.       Он словно впервые за вечер меня увидел и даже слабо улыбнулся.       — Спасибо, Бобби.       — Не за что, малыш.       На машину я наткнулся быстро. Гораздо больше времени потребовалось, чтобы оттереть кровь с водительского сиденья. Потом я отбуксировал старый «пинто» подальше и спихнул в овраг. Внимание полиции нам ни к чему.       Не спеша возвращаясь домой, я обдумывал слова Дина. Сэм наверняка был настоящим. Одержимость я определил бы с первого взгляда и двойника раскусил бы за минуты. Значит, Дин имел в виду, что Сэма с ним нет, либо просил не звонить ему. Скорее, второе. Что-то произошло между братьями, и мне это не нравилось. Я перестал контролировать ситуацию. Мои защитные приспособления не могут сдержать всю нечисть… Мальчики опять вляпались в историю. Винчестеры притягивают неприятности куда лучше, чем магнит притягивает гвозди.       Не могу сказать, что я любил Джона. Но отдавал должное его мастерству охотника. К его отцовству отношение было двойственным: с одной стороны, он был готов отдать душу за сыновей и, несмотря на все трудности, не оставил их на дальних родственников; с другой – иногда я был готов пришибить Джона за обращение со своими детьми. Мальчики выросли достойными мужчинами и отличными охотниками – особенно Дин, с кучей комплексов и психологических проблем – особенно Дин, но по большому счёту они были в порядке. А присмотр и домашний очаг я им обеспечу.       Когда я вернулся, гостиная была пуста. Я поднялся по лестнице и застал там прежнюю картину: Дин лежал в постели, по-прежнему без сознания, Сэм притулился рядом на низком для него стуле.       — Всё нормально? – спросил я.       И Сэм кивнул.       Я принёс тарелку с бутербродами и две бутылки пива. За очень ранним завтраком мы тихо поболтали о том, о сём: чем они занимались последнее время, какие исследования провёл я, что за машину «одолжил» Дин и какого чёрта сейчас творится.       Разговор оборвался, когда Дин застонал и зашевелился. Я подошёл ближе и сразу понял, что он не просыпается, а приходит в себя. Судя по виду, ему было бы лучше пока оставаться в беспамятстве.       Сэм встал в поле зрения брата, чтобы тот сразу увидел его и не волновался.       Но получилось наоборот: открыв глаза, Дин резко отпрянул, стукнулся затылком о спинку кровати.       Сэм ошеломлённо упал на стул, едва не промахнувшись.       Я заметил, Дин уловил эту реакцию и уже спокойно опустился на подушку.       Ага. «Не Сэм». Теперь понятно.       — Уходи, – пробормотал Дин.       — Нет! – заорал Сэм, не разобравшись. – Ты с ума сошёл?       — Вали отсюда, чувак. Охотятся за мной.       Сэм молча втянул в себя воздух, открывая рот, как рыбка. Потом его прорвало:       — Придурок! Я никуда не уйду!       Я не дал ссоре разгореться, спросив Дина:       — Шейпшифтер?       Если бы Сэм был не так погружён в свои обиды, он тоже догадался бы. Он обвёл нас уничтожающим взглядом и уставился в пол.       — Морошник, – выдохнул Дин. – Серебряные пули не взяли его.       — Никогда не встречался с этой пакостью, думал, они давно вывелись.       — Значит, мне повезло.       — Кто-нибудь объяснит, что происходит?! – возмутился Сэм.       Дин был слишком измучен для чтения лекций, поэтому за дело взялся я.       — Древнее, крайне редкое существо – такой сам себе шейпшифтер, только меняет облик не изменением своего тела, а излучением особого поля, проще говоря, наводит чары, морок.       — Это был не Сэм… – устало проговорил Дин.       — Ты что, увидел кого-то с моим лицом и погнался за ним в одиночку? Не находишь, что это было идиотски глупо?       — Мне кажется, малыш, не совсем так, – мягко сказал я.       Дина явно утомило короткое общение, он закрыл глаза и повернулся на здоровый бок.       — Эй, чувак, – уже спокойнее сказал Сэм, – прости. Я доверяю тебе.       Пора удаляться. Я пожал плечо Сэма, ещё раз взглянул на Дина, надеясь, что на этот раз он спал, а не отключился.       Выйдя за дверь, я услышал тихий настойчивый голос Сэма – как обычно ему надо было выяснить всё сейчас и сразу. Дин не отвечал. Я не стал вмешиваться – мальчики всегда жили в собственном мире с уставами и правилами, одном на двоих. Я просто прикрою их спины. * * *       Я кое-как продремал несколько часов и, умывшись, заглянул к ребятам. Они спали лицом друг к другу. Сэм свернулся калачиком. Когда я заглянул в комнату, он приоткрыл глаз и внимательно на меня посмотрел. Как правило, настороже был Дин, сейчас, видно, наступил черёд Сэма стоять на часах.       Иногда меня пугало то, что Джон вылепил из своих детей.       Сэм спустился к обеду, поспешно заглотил немудрёные блюда и полез к полкам с книгами.       — Как Дин сказал? Морошник? В папином дневнике о нём лишь два предложения.       — Вряд ли ты найдёшь больше. Таинственная, давно сгинувшая, как все думали, тварь.       — Мне кажется, он сможет найти Дина, даже если не следил за ним. Только зачем морошнику гибель моего брата? Месть? За что? И как убить тварь?       — Дин сказал, серебряные пули бесполезны. Может, попробовать из чистого железа?       — Сработают?       — Кто знает.       — Может… может, ты поговоришь с Дином? Он сторонится меня… Не хочет втягивать в историю.       — Сэм, он просто пытается защитить тебя.       — Да, он боится застрелить меня вместо того оборотня. Он не понимает, что я давно могу постоять за себя.       — Он всё понимает, просто до смерти страшится потерять упрямого мелкого братишку… Давай посмотрим книги на этом стеллаже.       Естественно, наши поиски закончились ничем. Поставив последний фолиант, Сэм молча ушёл на второй этаж.       Я порылся в запасах своих амулетов, подобрал четыре штуки, которые могли быть полезны, и вывесил их у въезда на автосвалку.       Вернувшись, я застал Сэма сидящим на диване всё с той же книжкой в руках, но, судя по отсутствующему взгляду, его мысли гуляли где-то в отдалении.       — Когда Дин проснётся, отнеси ему завтрак, – я старался, чтобы это прозвучало как можно обыденнее.       — Он проснулся, – натянуто сказал Сэм, не выказывая ни малейшего желания выполнить мою просьбу. Даже не захотел взглянуть на меня.       Я положил на тарелку бутерброды, налил кофе в большую кружку и понёс снедь наверх.       Дин лежал на кровати, закинув руки за голову. Он был уже не таким бледным, а раны и ссадины – не такими яркими, как вчера. И глаза смотрели более уверенно – видимо, голова уже не так кружилась.       Сел он замедленно и осторожно.       — Ты выглядишь, как грелка, которую порвал Чейни, – сказал я, придвигая стул и ставя на него завтрак.       — Я и чувствую себя так же…       — Ладно, парень, ты не хочешь разговаривать с братом, но мне ты должен объяснить происходящее.       — Он преследует меня.       — Зачем? Обычных тварей не интересует ничего, кроме пропитания, будь то человеческое мясо, кровь или энергия. Он хочет сожрать именно тебя?       — Пропитание или месть, Бобби. Мы сейчас, как бы это выразиться, крайне популярны в сверхъестественной компашке. Каждый гоблин и вурдалак мечтают откусить от братьев Винчестеров свой кусочек.       — Почему ты сторонишься Сэма?       — Ему и так досталось в последнее время. Я хочу, чтобы он держался подальше от этого безумия.       — А если Сэм не хочет?       — Это моя битва, – даже раненый Дин мог быть непреклонным.       Вот в тот момент мы и услышали грохот внизу, а затем выстрел.       Я рванул из комнаты, проклиная себя за самонадеянность и нерасторопность. Зная, что на пороге неприятности, я упустил из виду стремительность их появления. Поступил, как сопляк.       Если Сэм расплатится за мою оплошность, Дин вправе разобрать меня на части.       И за то, что не помог ему встать.       Я спустился по лестнице, стараясь двигаться как можно тише. И буквально обмер от открывшейся картины.       Братьев разделял обеденный стол. Сэм выглядел нормально и даже держал пистолет, правда, направленный в пол. Видимо, выстрел обычной пулей был бесполезным. Дин, а вернее, его копия… Она была бы совершенной, если бы не дикое злобное выражение на лице.       «Дин» бросил взгляд на меня.       — Пришёл на вечеринку, милый старичок?       Чёрт! И тембр, и интонации были Диновы.       — Бобби, убирайся отсюда! – приказал Сэм, не отводя глаз от существа.       Сейчас, побежал. Моё оружие и припасы в нескольких шагах.       Я спустился ещё на три ступени.       — Притормози, Сингер! – рявкнул морошник.       — Не трогай его! – прохрипел Сэм.       — Дедушка мне не нужен, но…       Существо внезапно оказалось прямо передо мной. Оно перемещалось слишком быстро, чтобы можно было заметить движение.       Сэм бросился за морошником, и тот сразу обернулся к нему, нисколько меня не опасаясь.       — Вы так заманчиво пахнете, Винчестеры – жизнью, чувствами, огнём, – тварь облизнулась, и я содрогнулся. Не так уж много вещей на свете заставляет меня передёргиваться от ужаса и отвращения. – А предательство добавит остроты во вкус. Сначала Дин убьёт тебя, а потом ты прикончишь брата. Последним, что он увидит, будет твоё улыбающееся лицо.       Кровь в моих жилах превратилась в лёд.       — Эй! – раздался тот же голос, но позади меня.       Мы трое вскинули головы.       Дин выстрелил трижды. От грохота над самым ухом я почти оглох. И под звон тишины смотрел, как пули вонзаются в тварь – в солнечное сплетение, в сердце, в лоб.       Потом все застыли на секунду.       А потом морошник рухнул навзничь.       Я спустился к нему и наклонился, проверяя, нет ли признаков жизни. Оболочка уже подёргивалась и мерцала, реальное тело существа проступало сквозь созданный им облик. Это был мужчина лет сорока – оливковая кожа, бритый удлинённый череп, заострённые уши…       — Освящённые пули? – спросил я через плечо.       — Нет. Чистое железо, – тяжело дыша, ответил Дин.       Сэм протиснулся мимо меня, торопясь к брату, вовремя подхватил его и повёл вниз.       — Дин!       — Сэмми, прости… – бормотал тот. – Ты не должен был видеть такое снова… Я не хотел, чтобы тебе пришлось меня пристрелить… Чтобы тебе пришлось пережить…       — Заткнись, – ласково проворчал Сэм. И я не смог сдержать улыбку.       Как же счастливо я ошибся насчёт того, кого Дин старался защитить и от чего. Сэм всегда был для него на первом месте, и тот знал об этом лучше, чем кто-либо другой.       Неуместная радостная улыбка не сходила с моего лица, пока я вытаскивал во двор тяжеленное, похожее на студень тело морошника и, посолив, сжигал его в первой попавшейся яме.       После процедуры я хотел вернуться в дом, но на крыльце услышал голоса мальчиков, доносящиеся из открытой двери, и не стал их беспокоить. Да и подышать свежим воздухом не мешало.       Я вернулся через час и застал Дина мирно спящим на диване; он согнул ноги, чтобы Сэм уместился рядом с книжкой в руках.       Сэм поднял глаза на меня и тоже улыбнулся:       — С ним всё будет в порядке.       С вами обоими, балбесы, подумал я. * * *       — Ты совершил двойное самоубийство, чувак.       — Младшие братья кого хочешь доведут.       — Это в твоём виде твари на меня кидались.       — Они знают, в чьём виде кидаться – самого сильного, самого красивого…       — И самого скромного.       — Ну вот, и до тебя дошло наконец.       Их постоянные препирательства грели мне сердце.       Я проводил мальчиков до машины. Мы двигались медленно, приноравливаясь к шагу ещё слабого Дина.       Сэм положил сумки в багажник и подскочил к брату, забиравшемуся на пассажирское сиденье. Ему явно хотелось помочь, но Дин, пыхтя, одарил свирепым взглядом, и Сэму ничего не оставалось, как придержать дверцу.       — Бобби, тебе не нужен напарник? В придачу классная машина и убогая коллекция кассет.       — Вы заслуживаете друг друга, малыш. Вы оба чокнутые.       Дин наконец уместился на сиденье и нашёл время для отповеди, но Сэм захлопнул дверцу перед его носом, повернулся ко мне.       — Спасибо за всё, Бобби.       — Постарайтесь затаиться, хотя бы на несколько дней. А то опять окажетесь мишенью.       Дин приложил ладонь к стеклу изнутри и, глядя мне в глаза, кивнул.       Сэм сел в машину, завёл мотор. Дин тут же потянулся к радио. Сэм шлёпнул его по руке. Дин пихнул брата кулаком в бок.       Я привычно закатил глаза и двинулся к дому, прислушиваясь к рокоту отъезжающей «импалы».       Скорее всего, я был плохой заменой их отцу. Но моя дверь и моё сердце всегда оставались открытыми для мальчиков.