Give it to me

***

Всегда в кафе много посетителей, но сегодня, видимо, исключение, несмотря на то, что это воскресенье. Чимин надеется всегда именно на этот день недели, потому что людей отдохнуть приходит много, соответственно, вероятность получить в конце месяца хорошую зарплату возрастает. Сегодня даже Тэхён отдыхает больше обычного. В принципе, он каждый день находит время пофилонить и отлынуть от своей работы, придумывает постоянно оправдания вроде разболевшейся спины, отколотого кусочка зуба (да-да, и подобное этот черт выкидывает). Каждый раз разные причины уйти пораньше или на крайний случай, если не сработает, хотя бы не брать лишние столики для обслуживания. И что удивительно – этой невинной лживой моське верят все вокруг. Даже Чимин, знающий Тэхёна наизусть, всегда покупается на его якобы болезненный вид и беспокоится зря. Воскресенье – золотой день. Так называют этот день недели официанты в их кафе. Традиция и богатый опыт наблюдения. Но, как уже говорилось, не сегодня. – Пять, – вздыхает Тэхён, – всего лишь пять человек на двадцать шесть столиков. Ты мог бы себе когда-нибудь такое представить, Чимин-а? Тэхён, развалившись на стуле около мини-бара, гладит свои яркие синие волосы, то и дело ныряя пальцами в них, и смотрит в одну точку перед собой. Лицо его изображает великие думы. – По-моему, тебя это совсем не расстраивает, – усмехается Чимин. В отличие от бездельника Тэхёна, он занят делом и пересчитывает товар в баре, заполняя учетный лист. Иногда Чимин пребывает в замешательстве и даже в некотором шоке от того факта, что в их недорогом кафе водится такой дорогой алкоголь. – Ну, отчасти ты, может, и прав, но денежки хочется получить, – парень дует губы и произносит это так по-детски мило, что на минуту Пак снова ведется на его провокации. – А-ай! Чимин-а! Прибавь звук скорее! Чимин сначала опешил, не понял, о чем идет речь, потому что Тэхён закричал слишком громко и неожиданно, да к тому же так, будто случилось что-то грандиозное и невероятно срочное, требующее немедленного отвлечения от других посторонних дел. Но потом Пак поворачивается к другу, который уже весь на взводе и не может спокойно прижать свою задницу к стулу, он будто подпрыгивает на нем от нетерпения, как маленькая обезьянка при виде блестящей игрушки. Тэхён указывает на небольшой плазменный телевизор, висящий правее бара. – Господи, Чимин, быстрее, сейчас все прослушаю из-за тебя! Пак вздыхает, кладет ручку на исписанный лист и делает звук громче. Новый трек от Шуги обогнал набирающую сейчас популярность женскую группу «I-dux» и занял лидирующее первое место в чарте хитов по Южной Корее. Также новая песня обогнала некоторых исполнителей и в американских чартах, заняв шестое место. Фанатов волнует единственный вопрос: когда Шуга даст концерт, но ни сам рэпер, ни его менеджер не делали никаких заявлений. Будем ждать вместе со всеми, а пока слушаем его новую песню, поехали! – Я сейчас сдо-о-хну-у-у, – протяжно скулит Тэхён, впиваясь в столешницу пальцами и царапая ее ногтями. К счастью, они у него короткие. Он шатается на стуле, его тело качается взад-вперед, как у сумасшедшего в истерическом состоянии, глаза горят, при этом парень издает непонятные звуки, больше похожие на сдавленный визг. – Снова? – усмехается Чимин. – Ты говоришь это каждый раз, когда смотришь его клипы. – Ты, правда, самый тупой человек в этом мире, Пак Чимин! Только послу-у-у-шай этот шедевр, твою мать, это прекрасно, как и все его треки! Воистину! Пока у Тэхёна голос срывается во время просмотра клипа Шуги, Чимин снова принимается за дела, потому что клип никуда не убежит, а работа требует внимания. Если это внимание не уделить вовремя и как следует, то потом будут большие проблемы, а Чимину они совсем не нужны. Апрель близится к концу, значит, скоро он должен будет получить зарплату, а с премией или нет – зависит только от его упорного труда сейчас. – Когда я накоплю денег, то мы обязательно сходим с тобой на его концерт, – уверенно произносит Тэхён. – А потом еще сходим на концерт RMа, блин, точно, да! Я даже надену кепку с его именем! На этом у него галочка в дневнике стоит. В том списке дел, которые он обязательно должен осуществить, будучи молодым. Ким Тэхёну скоро двадцать лет стукнет, а он все еще ведет личный дневник, где описывает все свои самые счастливые дни и ругается на тех, кто его раздражает. Чимин как-то читал пару страниц от нечего делать: они вообще-то лучшие друзья, и Тэхён говорит, что никаких секретов между ними быть не должно, потому свой дневник вполне спокойно дает читать, только под присмотром, естественно. Так вот, там было написано о Джунки, парне, который задирал их еще со вступительных экзаменов. Целых три страницы было посвящено ему; Тэхён писал о том, какой он плохой, несмотря на то, что умный, – цитата! – «эгоистичный, бездушный кусок дерьма из-под свиньи, хотя даже какашки свиньи не заслуживают сравнения с таким уродом, как он». На самом деле, это неплохо – вести дневник и выплескивать все свои чувства на бумагу. Тэхён очень добрый, веселый и совершенно не конфликтный человек, наверное, благодаря этому. Правда, его доброта не уживается с желанием отрываться на полную катушку. – Давай завтра сходим после универа в магазин? Я хочу купить новый чехол для телефона с Шугой. Чимин вздрагивает, потому что Тэхён говорит ему это прямо в ухо. Каким-то чудом он оказался так близко в мгновение ока, словно кошка подкрался незаметно и испугал досмерти. – Ты мог бы и не спрашивать, у меня нет выбора, – вздыхает Пак. – Ты прав! Ты лучший, Чимин-и, – Тэхён обнимает его коротко, но крепко и уходит в зал, потому что столик, который он взял, просит расчета. Чимин, наконец-то, спустя немного свободного времени без бубнежки Тэхёна под ухом заканчивает с учетом, потягивается сладко, зевая, и выдавливает немного антисептика себе на руки. Пахнет сначала спиртом, но если немного подождать, пока он выветрится немного, то начинает приятно пахнуть печеньем. Как только стрелка часов переваливает за десять, в кафе вваливается компания из взрослых мужчин. Все они в костюмах, галстуках, начищенных ботинках и с уложенными волосами, выглядят прилично, но Тэхён говорит, что их костюмы дешевые, это сразу видно. Как можно, только взглянув на вещь, сказать, дешевая она или безумно дорогая? На это, видимо, должен быть глаз наметан хорошо. Чимин совсем не разбирается в вещах. Для него, если ткань хорошая, выглядит прилично – уже отлично, ну, и цена, конечно же, тоже важна, потому что разбрасываться деньгами на дорогие вещи известных брендов он не может. – Если бы ты носил хорошие брендовые шмотки, дорогой, ты бы на такое дешевое тряпье и не взглянул бы, – говорит Тэхён. – Ты же знаешь, у меня и так не хватает денег на учебу, общежитие и еду, – вздыхает Чимин, поправляя фартук и кладя в него блокнот с ручкой. – На дорогие вещи тем более. Да и зачем? Обычные вещи разве плохие? Я свои джинсы ношу уже три года, а они как новые. – Никто и не говорит, что обычные вещи плохие, просто… Они так и называются – обычные, это значит нормальные, среднего качества. – И что? Мне и это нравится. Для меня разницы нет никакой. Были бы деньги… Чимин хочет сказать, что если бы у него были деньги, он, может, и стал бы покупать дорогие шмотки из брендовых магазинов, но это все также не имеет смысла, потому что так много денег у него никогда не будет. Он крупные суммы только во снах видит. Но Тэхён его прерывает. Как обычно. – А я говорил тебе! Найди себе папика, а ты что сказал? «Нет, я не такой», – Тэхён передразнил его писклявым голосом и состроил гримасу гордости и отвращения. – Чимин-а, ты знаешь, как сейчас мало таких красивых, милых мальчиков, как ты, тем более геев? Богатые папочки перед тобой стелиться начнут, если ты этого захочешь. – Я не собираюсь ни с кем спать, Тэхён, я уже говорил тебе. Чимин собирается идти уже в зал принимать заказ у большой компании, которая явно давно решила, что будет заказывать и уже ждет официанта. Однако Тэхён перед ним стелется, не пуская его, пока не договорит. Точнее, пока не уговорит. – Тебе необязательно с кем-то спать, дурачок! Можно за простые фотки получать столько денег, что тебе и не снилось, глупому дурашке. – Я все сказал. Отстань уже, мне нужно принять заказ. Все эти разговоры про «сахарных папочек» начались еще тогда, когда за два года до поступления в университет Чимин начал искать работу, чтобы накопить на свое будущее обучение. Тэхён уже тогда заинтересовался этой темой, начитавшись в интернете фанфиков с Шугой – естественно. Поначалу он просто читал, потом начал мечтать о том, чтобы найти себе такого же «папочку», в которого он потом влюбится. В конце концов, Тэхён скачал какое-то приложение для знакомств и нашел себе непонятного китайца, который говорил на корейском и яростно желал стать его «сахарным папочкой». Спустя полгода Тэхёну надоело, в основном потому, что он уже накопил приличную сумму. Чимин, если честно, задумывался об этом. Большие деньги взамен на интимные фотографии – это, можно сказать, деньги из воздуха. Если ты, конечно, не Пак Чимин, приличный и воспитанный первокурсник музыкального факультета, узнавший о порно только в шестом классе и не прикасавшийся к своему члену – родному! – до… Тут надо подумать… До восьмого класса? И то, Тэхён рассказал ему о том, что мастурбация – это нормально. Зато потом все пошло в этом плане по наклонной, так что Чимин поднакопил приличное количество фетишей. Но он все еще остается стеснительным и воспитанным мальчиком. – А к основной закуске не прилагаются милые мальчики, м-м? – спрашивает один из клиентов – высокий и вполне симпатичный мужчина, лет тридцати, и пялится на Чимина дикими глазами, будто уже только взглядом одним раздевает. – Извините, нет. У Вас все на этом? – вежливо отвечает парень, подчеркивая в блокноте длинный список блюд. Его руки немного дрожат. – Нет, постой, – хихикает гадко мужчина под смех остальных. Их слишком много, человек десять или больше. И они совершенно точно уже где-то выпили до того, как пришли сюда. – Я гость, неужели желание гостя здесь не закон? – Простите, но у нас приличное заведение. Извините, мне нужно идти. У Чимина дрожат уже не только руки, но и ноги еле держат его. Чувство страха окатывает его так, что ладони начинают потеть, а по телу проносится холод. Не то чтобы он не сталкивался с таким до этого, просто сейчас он не новичок и его не так сильно охраняют как раньше. Решают, что он уже вполне опытный и взрослый, чтобы справиться самому. – Эй, Чимин-и, – читает мужчина у парня на бейджике и хватает его за руку, удерживая на месте, – почему ты так торопишься? – Отпустите меня, пожалуйста, иначе я позову охрану. Вот уж чего Паку не хватает, так это умения твердо дать отпор. Он даже в такой поганой ситуации сохраняет вежливость и не грубит, хотя, наверное, в таком случае стоило бы. Тэхён постоянно ругает его за это и говорит, что пора бы уже перестать быть таким мягким и научиться отвечать грубостью на грубость. Но Пак Чимин не из таких. А Ким Тэхён из таких. – Ты глухой или тупой? Что из того, что тебе сказали, непонятно? – он отталкивает Чимина назад, сам становится перед ним, оставаясь лицом к лицу с этим мужчиной. – Что за обращение? Я вообще-то старше тебя, сопляк! – возмущается он в ответ. Чимин пытается успокоить друга, держит его за руки позади и оттаскивает назад, чтобы тот не влезал в скандал, точнее, не делал его еще больше. Вскоре подходит охрана и отводит Тэхёна, который грозится «этого извращенца» за решетку засадить, и Чимина подальше от компании пьяных мужчин. – Вот зачем ты опять влез? – Чимин отводит друга подальше, держа под локоть, чтобы Тэхён не вернулся и не накосячил еще больше. – А если он в жалобную книгу напишет о тебе? – Да какая жалобная книга? Он сам виноват! – возмущается Тэхён. – И вообще, я за тебя заступился, а это твоя благодарность? А если бы он тебя в туалет потом потащил насиловать, ты бы продолжал так мямлить и просить словами? С такими мудаками надо только грубо решать проблемы. – Я понимаю, но он гость, а мы – работники. Мы, по сути, никто. Я не могу ему грубить, потому что я не хочу лишиться работы. – Какой же ты придурок, – Тэхён уже взвывает от того, что все его нравоучения никак не действуют, потому он поднимает голову вверх и говорит: – Боже, дай ему мозгов, мои ему не нужны. Чимин только языком щелкает и глаза закатывает. Он берет свои слова о том, что Тэхён не конфликтный, обратно. Под наблюдением охраны Чимин спокойно продолжает работать до окончания рабочего дня, хотя он все еще чувствует на себе теперь уже не только голодные взгляды, а раздраженные. Когда он приносит в компанию счет, на него уставлены буквально все. И даже несмотря на то, что ближе к вечеру в кафе прибавилось народу, Тэхёну все равно страшно, что его разорвут в клочья. Но все обходится вполне благополучно. Кафе закрывается, и Чимин вместе с Тэхёном спокойно выходит на свежий воздух. На улице прохладно, хотя, возможно, так кажется после душного кафе и пережитого стресса из-за неприятной ситуации. Гости уходили вместе с ними, они уходили действительно самыми последними, охранник даже сообщил им об этом, чтобы они наконец ушли. – Ну и вечер, вздыхает Тэхён. После следует небольшая пауза, потому что Чимин все еще напряжен и нервничает. – А если они вернутся снова? – вдруг со стоном выдает он, готовый вот-вот расплакаться от волнения. – Они так все смотрели на меня, когда я дал им счет. – Если они и придут, что с того? Ты официант, ты человек в первую очередь, по закону, тебя никто трогать не смеет, – у Тэхёна всегда получается говорить так уверенно, его слова такие внушающие доверие, что невольно начинаешь думать именно так. – Хорошо, что они не позвали администратора или директора, – выдыхает спокойно Чимин. – Почему нет жалобной книги для работников? Я бы написал о них пару ласковых. – Вот поэтому нет, – говорит Чимин, слегка улыбаясь; кажется, он расслабился в компании лучшего друга. – Один только ты исписал бы всю книгу со всеми подробностями. Это был бы твой второй личный дневник. – А что такого? – возмущенно Тэхён всплескивает руками, и в нем разгорается огонь. – Вот ты сейчас смеешься надо мной, а я, может, через пару лет писателем стану, и, когда мне будут вручать награду за мою книгу, я скажу. Я скажу о том, что мой лучший друг смеялся надо мной! И тогда ты раскаешься, засранец Пак Чимин. Чимин смеется звонко. Иногда он думает, что не случайно в его жизни есть Ким Тэхён, который еще в детстве подошел и сказал, что они будут друзьями, потому что у Чимина есть ведерко, а у Тэхёна совочек. Они дополняют друг друга. Боже, и зачем только вспомнил это? Они идут по тротуару, фонари освещают темную улицу, вдали виднеются многоэтажные дома, один из которых – их общежитие. До него всего полчаса, если идти быстро. Но сейчас только одиннадцать вечера, и можно пройтись пешком и подышать свежим воздухом перед завтрашним сложным днем под названием понедельник. В какой-то момент они останавливаются – белый седан резко тормозит на дороге и из машины выбегают несколько мужчин. Одного парни узнают сразу. – Ну что, попались? – скалится он. Тэхён дергает за руку, не успев сказать «бежим», потому что на это времени нет. Они срываются с места, но двое мужиков – и откуда только в этих стариках столько сил? – догоняют их. Тэхён кусает за руку одного, когда его схватывают сзади руками и начинают тащить к подъехавшей тут же машине. Чимин брыкается, точнее он пытается, но страх блокирует все его тело и сковывает самостоятельно все руки и ноги. – Чимин-а! – кричит Тэхён, вырвавшись из лап одного урода, и бежит к Паку. Однако его снова хватают и на этот раз так, что у него нет возможности ни ударить, ни укусить. Чимин вот-вот сознание потеряет. Его еще никто не пытался похитить. Он попросту не знает, как действовать в таких ситуациях! Пак Чимин вообще-то парень, и он не задумывался, что его, парня, могут похитить. – Э-э-э-й! Помогите!!! – вопит Тэхён во всю глотку. Ему что-то говорят в ответ, Чимин даже слышит какой-то хлопок, пока его подтаскивают к дверям машины. Он брыкается, мычит в чужую потную ладонь, прижатую к его рту. Слышит, как хлопают дверцы машины, как Тэхён снова что-то кричит. Появляются новые голоса, когда его заталкивают в салон автомобиля, так, что он ударяется лбом о крышу. Чимин пихает мужика сзади ногами, поднимается на руки и поворачивается на спину, продолжая пинать по ногам. Но потом кто-то оттаскивает мужика перед ним и протягивает ему руку, только вот он снова бьет по ногам. Совершенно не соображает, кто перед ним, думая, что это кто-то из той компании. – Эй-эй! Я тебе помогаю! Перед ним светлая макушка. Чимин видит Тэхёна позади, но снова что-то кричит ему. Почему Тэхён вечно что-то кричит? Он когда-нибудь успокоится? – Вылезай давай, – говорит недовольный низкий голос приказным тоном. Чимин смотрит в лицо напротив. Маленькие глаза, тонкие губы и немного пухлые щеки. – Ты его пугаешь, Юнги, – другой голос, непонятно откуда. – Он и так напуган, а ты своей маньяческой аурой его еще больше пугаешь. Парень перед Чимином все еще стоит, наклонившись вперед к нему, и все еще держит руку протянутой. Он вздыхает. – Я не маньяк. Тебе ясно? Чимин быстро кивает. – Тогда вылезай. Пак делает так, как ему сказали: вылезает из салона машины, держась за шершавую и сухую большую ладонь. На улице стоит Тэхён, рядом с ним еще какой-то парень с пепельными волосами и пухлыми губами. Вокруг виновные мужчины. Чимин как только видит их, шарахается в сторону, но чужие руки его удерживают на месте. – Эй, все хорошо. Чимин подходит к Тэхёну и держится за его руку, вцепившись. – Я звоню в полицию, – говорит сероволосый парень. К нему тут же бросаются виновники, уговаривая не делать этого. Тэхён грозно, стоя за спинами спасителей, выкрикивает, что так им и надо, извращенцам, маньякам и так далее. Это продолжается недолго: мужчины залезают в машину и уезжают, ничего не сказав больше. – Я запомнил номер машины, – говорит сероволосый. – Так что не переживайте, окей? Сходите в полицию завтра. Мы, наверное, как свидетели тоже нужны. – Еще чего, – ворчит блондин, – не хватало еще скандала в СМИ. – Это только нам на руку, хён. Мы как спасители, герои. – Я не хочу в это вмешиваться. – Как хочешь, хён, – парень фыркает и обращается уже к Чимину и Тэхёну, стоящим позади. – Вас подвезти? Тэхён сразу же отвечает «да». Но… – Нет, спасибо, мы сами дойдем, – Чимин вечно рушит все его планы. И парни просто разворачиваются и уходят, говоря напоследок «ну, как хотите». Тэхён начинает трясти руку Чимина и пищать, как обычно он пищит, когда случается что-то крупномасштабного характера, вроде выпуска нового клипа. – Я убью тебя, придурок Пак Чимин! – говорит он шепотом, а потом кричит вслед: – Подождите! Он пошутил. Один из парней кивает в сторону черного джипа, показывая жестом, чтобы они побыстрее садились. Тэхён тащит за собой, как пес, вышедший на след кошки, своего хозяина. Это та причина, по которой они сели в чужую машину буквально после того, как их хотели запихнуть насильно в другую машину какие-то извращенцы. И это нормально, что ли? – Ты хоть знаешь кто это, твою мать?! – шепотом орет Тэхён Чимину в ухо, пока с силой сжимает его ладонь так, что кости хрустят. – Это, твою матушку, Шуга, чертов ты придурок, Пак Чимин! А рядом с ним АрЭм! Мы, прости господи, у них в машине! Я сейчас начну материться, клянусь! Где мой телефон… – Вы не боитесь, что мы тоже извращенцы и повезем вас сейчас в лес, например? – говорит блондин, он сидит за рулем. – О нет, ты серьезно? – говорит тот, что рядом, по всей видимости, если Чимин правильно понял, АрЭм. – Парни, мы нормальные. Повторяю: нор-маль-ны-е! Показывайте, где живете. Тэхён начал показывать дорогу, задавая еще кучу вопросов не по теме: а куда вы ехали, а когда совместный трек выйдет. Он, черт возьми, нашел наглость и попросил автограф, но у него не было с собой даже ручки и банального листка, поэтому благодетель с серыми волосами достал из бардачка блокнот, расписался, заставил расписаться блондина, вырвал листок и вручил Тэхёну его. И Ким Тэхён засиял ярче Полярной звезды. Будто ему дали миллион долларов. – Мы вам так благодарны! Даже не верится, что мы едем с вами в машине, о боже. – Только не болтайте лишнего, – грубо бросает блондин в ответ на тэхёновы всхлипывания. – Нет, конечно нет. Спасибо еще раз! Они выходят на улицу перед забором общежития, и как только машина уезжает, Тэхён набирает в легкие воздух и кричит: – Господи, еб твою ма-а-а-а-а-а-а-а-ть!