Мой Падший ангел

За пару часов до смерти Вики….

Люцифер склонился над стаканом, всматриваясь хмельным взглядом в скудные остатки ядерной настойки Ваал. Вокруг шептались другие демоны, кося взгляды в сторону сына Сатаны. Но никто не решался что-либо сказать, дабы не навлекать его гнев. Он все еще лучший — лучший после отца, Шепфы, Дино-Мальбонте, который прилюдно надрал ему зад, унизил, заручившись поддержкой тех отбросов, которые на самом деле могут быть опасными… Он проиграл бой… Мальбонте все спланировал… Но почему именно сейчас решил вскрыть правду о Дино? Демон мельком окинул взглядом «Адский цербер» словив яркое чувство дежавю: «— Я не нуждаюсь в чьей-либо помощи, Непризнанная. — Это мы уже поняли, — скривилась Вики. — Лучше объясни, что мы тут делаем? Если это очередное свидание, то оно — худшее в моей жизни.» Люций горько ухмыльнулся своим мыслям. Вики прогнала его, но это было ожидаемо. Дело в том, что Люцифер не понимал, что именно он чувствует сейчас. Все эти ощущения были чужды и до ужаса невыносимыми, тонкими иглами пронизывали темную душу… это имел в виду Мальбонте? «— Ты — трус, Люций. Ты привык к физической боли, но ни к душевной. Ты боишься, что эта хрупкая девушка может причинить боль, к которой тебя никогда не готовили. Но в то же время сложно побороть искушение…» Он рискнул и проиграл по всем фронтам. Столкнулся с такой болью, которую еще даже не осознал. Но внешне демон по-прежнему источал высокомерие, презрение и равнодушие, хоть в голове и звучали отчаянные крики Непризнанной: «Я верила тебе! Я доверяла тебе! Я не хочу тебя больше видеть. Никогда. Убирайся! Не смей даже смотреть в мою сторону, Люцифер! Уходи!»… — Тебе подлить, красавчик? — Люций едва заметно кивнул и хозяйка заведения щедро отлила порцию розоватой жидкости. — Все по Непризнанной убиваешься? — Недовольный взгляд глаз оттенка цветущего мака и долька самоуничижительной улыбки демона были красноречивее любых слов. — Можешь хохмить сколько влезет, Люций. Слыхала я о том, что произошло в Шеуле и… — Неужели? — брюнет вскинул темную бровь, откинувшись на спинку неудобного высокого стула. — Это странно… это ведь такая тайна. Краснокожая демонесса выпустила столб сигаретного дыма, пока Люций продолжал прикладывать губы к краям граненого стакана, награждая барменшу грудным сиплым смехом, с примесью алкоголя. — Я так поняла, ты скрывал от той бедняжки, что ее любимый жив, а сам пока, под шумок залез к ней в трусы, наблюдая как та убивается? — Ответа не последовало, но по равнодушному молчанию несговорчивого сына Сатаны и так стало ясно. — Бедняжка… ну ты и сукин сын, Люцифер. Ах, могла бы, прыснула бы тебе это в твою смазливую моську. — Спасибо, Ви, — демон хамовато отсалютовал бокалом. — Ты умеешь поддержать. — Всегда пожалуйста, дорогой. В случае чего, обращайся за очередным плевком в душу. С этими словами Ваал упорхнула на другой конец барной стойке, обслужить бесконечную вереницу пьянствующих демонов. Люцифер вновь остался наедине со своими мыслями. Тот ворох шума сливался в единый гул, пока вмиг не затих. Что-то привлекло внимание посетителей или кто-то… В мертвой тишине послышалась равномерная перкуссия каблуков, мощная энергия ударила в спину сына Сатаны, точно призрачная дымка окутавшая его. Она была ему знакома. Нет… он знает, кто это… — Прошу вас, господа, — прозвучал мелодичный женский голос. — Продолжайте будто меня здесь нет. — Срань Господня! — бесцеремонно воскликнула Ви, пока гостья скинула с себя белоснежный капюшон шелковой мантии. — Пардон за мой французский. Вам налить, дамочка? Люцифер и бровью не повел — ему плевать, он пришел чтобы забыться, а не вести напряженные диалоги. — Благодарю, но я тут не надолго. — А я думал, что вы слишком чисты для подобных утех, — хмыкнул Люций, все так же отстранено смотря сквозь призму граненного стекла. — Серафим. Серафим Микаэла, под аккомпанемент возродившегося роптания демонов, прошагала прямиком к барной стойке. — Тебя я и ищу, Люцифер. — М-м-м… чем обязан такой чести? — Демон развернулся корпусом, оглядев женщину с ног до головы, которая была точно белоснежным облачком в сгустке грозовых туч. — Что сама Серафим Микаэла спустилась в Ад, пришла в эту грязную забегаловку… — Весь в отца., — тяжело вздохнула та, закатив глаза. Серафим деликатно поправила белые перчатки, всматриваясь в черты молодого демона, словно лишний раз обдумывая что-то важное. — Твой отец рвет и мечет. Ты помог Вики Уокер бежать. Почему? Брюнет понимал, что это риторический вопрос. Его заинтриговал ее визит, но не настолько, чтобы оторваться от своей цели забыться. Он тяжело вздохнул: — Либо говорите зачем пожаловали, либо бегите по своим ангельским делам. У меня много дел… — Например, прикончить еще пару бутылок глифта? — хмыкнула женщина, все также держа осанку балерины. Она источала благородность и стойкость железной леди. Но эти слова заставили Люцифера усмехнуться иронии — он вспомнил слова Сатаны, которые тот сказал Вики: «Своей дерзостью вы напоминаете мне одного Серафима…» — Твой отец считает Мальбонте непобедимым, — продолжила та, после недолгой паузы, чтобы вовсе не потерять внимание Люцифера. — Но с годами он стал чересчур равнодушным… Все еще грезит провозгласить Ад независимым. А так же искренне считает, что возвращение Мальбонте не его проблемы. Он-то и победить его хочет лишь для собственной выгоды, хоть и понимает, что шанс невелик. Особенно когда Вики больше не под его контролем… — А если без прелюдий? — прохрипел демон, слизывая капли жидкости в губ. — Тranslatio potestatis, — произнесла женщина, сладко протягивая гласные. Люций вскинул брови от удивления и на этот раз, уже с большим интересом оглядел гостью. — Я знаю, что тебе об этом известно. — Тогда вы так же знаете, что мне не хватит сил, — ухмыльнулся Люций, поглядывая на стекающие по граням стакана алые капли. — В одиночку — нет. — Серафим хитро улыбнулась, сверкнув голубыми глазами в тусклом освещении бара. Люцифер ответил лукавой усмешкой, окончательно обратившись лицом к ангелу. Ее слова зажгли в нем огонек — поквитаться с обидчиками и, возможно, направить вектор везения в свою сторону. — Я вас внимательно слушаю, Серафим Микаэла. — В твоем распоряжение будет помощь двух Серафимов, а также поддержка в нашем лице на Совете, если они начнут оспаривать твое право на трон. Вот только нам понадобится помощь одного нашего общего знакомого… — На нашу удачу, я как раз заключил с ним сделку. — Выдержав паузу, Люций хмыкнул своим мыслям, чем вызвал недоумение на благородном лике прекрасной Микаэлы. Женщина выжидающе на него глядела. И даже возродившейся гул толпы не помешал им создать иллюзия разговора тэт-а-тэт. — Опасная вы женщина, Микаэла. Мой отец все еще любит вас, и вы это знаете, а в ответ… Женщина деликатно отбросила вьющийся локон с лица и окинула пространство мимолетным взглядом. Даже на столь деликатную тему она решила не юлить, чтобы у сына Сатаны не возникло подозрений насчет непрозрачности ее намерений. — Я искренне его любила. И даже после великой войны между Раем и Адом не отреклась от него. Много воды утекло… Он стал другим, как и я… Обсудим этот разговор в более… приличном месте. — А как же Мальбонте? — не унимался демон. — Неужели так легко убьете своего сына? — Серафим едва открыла рот, чтобы ответить на вопрос, как в двери бара ворвалась перепуганная дьяволица и стала кликать по имени Люцифера. — Да что опять, Мими! У вас что, умирает кто-то?! — раздраженно возмутился он. Брюнетка бросила лишь мимолетный взгляд на Серафима и тут же переключила внимание на сына Сатаны, вцепившись длинными ноготками в его мускулистое плечо. — Да! Вики! Яд… Цербер… Кажется противоядие не сработало, — пролепетала Мими, дрожа всем телом. Люцифер в миг переменился в лице, утратив вальяжность и стерев хамоватую улыбку. Словно и настойка Ваал улетучилась, когда рваные фразы Мими заставив его протрезветь. Легкий разряд пробежал по позвоночнику, ударив в самое сердце. Демон встретился с встревоженными глазами Микаэлы, в миг слез с высоко барного стула. Все внутри него кричало и рвалось, вот только тревога смешивалась с тягучим дегтем злобы — на себя, на того, кто так подшутил с противоядием… Мими всю колотило, девушка еле держала себя в руках, пока они покидали пределы «Адского цербера». Девушка поглядывала на старого друга, замечая, как он напряг желваки, нервно зачесывал волосы и шагал, точно солдат. — Люцифер! — прогремел голос ангела. — Он придет за ней и убьет любого, кто встанет на его пути! — А я ему в этом помогу, если потребуется, — процедил тот. — Ты не знаешь на что он способен ради женщины, — горько прошептала Микаэла. Алые сумерки уже давно опустились на земли Ада, точно взошла кровавая луна, лишь нагнетая обстановку и суету. Люций знал лишь одно — нужно действовать. Он прекрасно слышал слова высшего ангела, но тут же выкидывал из головы все ее предупреждения. — Тогда проверим, на что способен я, — низкий баритон демона пронзил плотный пыльный воздух, который уже закружил вихрем вокруг, складываясь в воронку. — Сотрите руны! — настояние Микаэлы отпрыгнула от стен водоворота. Секунды в облачном портале казались вечностью. Сейчас было не важно — прогнала она его или нет, однажды демон поклялся, что найдет противоядие и она будет здорова. Четкого плана в голове не было, сплошная импровизация… Безусловно, он попробует дать ей свою кровь, что хотя бы замедлить действия смертельного яда. Но сработает ли? — Руны… — задумчиво буркнул Люций, всматриваясь в никуда. Демоны мягко приземлились у парадной лестнице школы. От накала эмоций было сложно мыслить твердо. Мими так и вовсе стреляла по сторонам испуганным взглядом, пока они практически бежали в нужном направлении. — Эрелим, он как-то говорил, что существуют специальные руны, способные ослабить Мальбонте. — С кем Вики? — прорычал брюнет, марширую по пустым коридорам школы. — С Ади, — дрожащим голосом ответила девушка, отбивая быструю дробь каблучками по мраморному полу, пытаясь не отставать. — Школу сейчас плотно охраняют. Несколько дней назад я видела, как солдаты и некоторые студенты что-то наносили на стены… ты думаешь о том же, о чем и я? Но демон не ответил, лишь кратко кивнул и ворвался в нужную дверь, ощущая слабую энергию Непризнанной. Лишь на секунду его парализовал страх, сменившись на решимость. Вики лежала на кровати. На бледной коже блестело множество бусинок пота; на синих губах, ямочке купидона и подбородке виднелась застывшая багровая кровь. Опухшие веки девушки дрожали, из плотно сжатых губ доносились приглушенные стоны. Она беспомощно мотала головой, находясь в бреду между тьмой и реальностью. Даже под одеялом было видно, как судорогой хватает все мышцы тела, вынуждая выкручиваться и терпеть агонию. — Как она? — обеспокоено пролепетала демонесса, садясь на колени подле кровати. — Плохо, — покачал головой Ади, держа за руку умирающую подругу. — Энергия угасает в ней. — Больно… — тихо провыла Вики, и слезы покатились по горящим щекам. — Пожалуйста… мне так больно… — Вики. — Имя девушки, точно молитва сорвалось с грешных губ демона. Он обхватил ее лицо ладонями, автоматически водя большими пальцами, смахивая слезы. — Посмотри на меня. Все будет хорошо, слышишь?! Под подушечками пальцев он ощущал, как жизнь стремительно покидает ослабленное тело девушки. Энергия, присущая бессмертным, мелькала в ней точно огонек светлячка в сгустке тьмы. Мими, при виде умирающей подруги, больше не могла сдерживать поток слез. Хрупкие плечики брюнетки подрагивали, пока она пыталась неуклюже стирать капли тыльной стороной ладони. Люцифер без раздумий полоснул запястье кинжалом, что протянул ему Ади. Демонская кровь в миг хлынула из запястья, стекая далее к локтю. Парень смахнул прилипшие влажные пряди со лба Вики, всматриваясь в бледный окровавленный лик Непризнанной. Уже давно начался обратный отсчет… эти секунды стали осязаемые, играли на нервах… Брюнет аккуратно коснулся тоненькой шеи, приподнимая голову, что обессиленно болталась как у марионетки. Кажется девушка вновь провалилась в дремоту, но бледные губы слегка приоткрылись. Теплые капли беспорядочно упали на краешек синих уст… — Вики, — отчаянно процедил Люцифер, поднося руку ближе. — Выпей, ну же! Но последняя надежда сперва треснула и тут же рассыпалась на мелкие колющие осколки, когда организм девушки отторгнул кровь сына Сатаны. Ее вывернуло чем-то, что было больше похоже на расплавленные внутренние органы. Демонесса мигом подскочила к подруге, придерживая голову трясущимися руками, чтобы та не захлебнулась. — Не помогает! — на грани истерики прокричала та, всматриваясь в помрачневшее лицо старого друга. В то самое мгновение Люцифер понял — он бессилен в этой ситуации. Он подвел ее, не сдержал обещание, хотя поклялся… Обманул, воспользовался ее потерянностью и соблазнил, но проиграл сам… Неужели это конец? Зачем он ушел, когда она прогнала? Нужно было остаться, подобрать другие слова! Может быть тогда он успел бы помочь?! А теперь вынужден наблюдать, как она мучительно угасает и ничего не может сделать… Он решительно, нежно и в тоже время требовательно обхватил ладонями лицо возлюбленной, ощущая эту смертельную холодность. Он тысячу раз видел гибель как людей, так и бессмертных, но в этот раз сложно было держать эмоции в узде, что терзали прогнившую душу и черное сердце, точно яд отравляющий изнутри. — Вики, посмотри на меня. — Девушка едва смогла разомкнуть свинцовые веки. Белки затянуло красными полосами. Кажется, не осталось и намека на те прекрасные голубые глаза, что источали то сияние. Вместо слез хлынула кровь. — Прости… Я умоляю тебя, прости меня. — Демон говорил надрывно, не потому что ему было сложно произносить эти слова, а потому, что грудь сдавило в тиски, ком застрял в горле. — Ты же через столько прошла. Не оставляй меня. Сын Сатаны присел на колени у кровати, сжимая тоненькую женскую ладонь, словно цепляясь за спасательный круг, желая распутать те нити лжи, что сам так старательно соткал. — Люцифер… Я не хочу умирать, — пролепетала та тоненьким голоском, едва различая его черты в свете луны и свечей, что подрагивали по стенам комнаты. Услышав слова подруги, Мими прильнула к Ади, наблюдая за картиной сквозь призму заплаканных серых глаз. Рыжий демон заботливо потирал плечико демонессы, чтобы поддержать, хоть и у самого все внутри сжалось в ожидании неизбежного… Люций поднес ледяную ладонь к пересохшим губам и едва коснулся нежной кожи, которую так любил ласкать. Мысли путались в голове, но так хотелось услышать ее голос вновь, запомнить… запечатлеть в памяти навсегда… Он почувствовал, как горячая слеза безмятежно и так одиноко стекает по его щеке, обнажая душу… Демон поспешил ее смахнуть и надрывным низким шепотом произнес: — Помнишь, однажды ты спросила у меня, Вики, как пережить потерю любимого? — Девушка не отрывала от него взгляда, пока тот быстро зачесал каштановые пряди волос, поблескивающие золотом в ночи. — И я ответил, что не знаю. Так ответить ты мне — как? — Я не знаю, — из последних сил выдавила девушка. — Не знаю… В какой-то момент время просто для них остановилось. Можно было услышать тяжелые дыхания, всхлипы… Биение ее сердца стало пропускать удары, тремор всего тела усилился. Она не успела его простить, не успела помочь Дино и извиниться… Она боролась до последнего, но судьба сыграла злую шутку. Второй раз умирать больнее. Послышался грохот и резкие голоса Архангелов, перебудившие всю школу. Шум отвлек внимание друзей, нарушив мертвую тишину. Топот сотни шагов, звяканье доспехов и оружий, и вновь тишина. — Вы чувствуете это? — произнесла Мими. — Из меня как будто все силы выкачали, — ответил Ади, инстинктивно поглядывая по сторонам. — Может руны действуют не только на Мальбонте? — предположила Мими, в попытках оценить ситуацию, заложниками которой они все оказались. — Если они активизировались значит… — Он здесь, — рыкнул Люций, все так же касаясь ладони губами. — Руны на долго не сдержат меня, Кроули! — злобно прокричал Мальбонте грозным басом, что был так не присущ вечно сдержанному и спокойному полукровке. Брюнетка подбежала к открытому окну, вцепившись ноготками в подоконнику, ощущая как в груди трепетало сердечко в легком испуге. Где-то вдали, где виднелся каменный мост, ведущий к центральному входу школу, шагал разъяренный Мальбонте, в сопровождении дюжины церберов, что отныне были трехголовые. Его силуэт скользил по каменистой дороге, отбрасываемый огромными факелами. Девушка вспомнила слова Серафима накануне… — Они думают, что он за мечом! — пискнула та. — А разве нет? — насупился рыжий Ади, пытаясь разглядеть в ночи клин Архангелов. — Нет, — сквозь плотно сжатые зубы лаконично пояснил Люцифер и выпрямился во весь рост. — Но почему он один? — не унимался рыжий демон. Брюнет бросил печальный взгляд на Вики, которая дрожала от боли и холода, жара и беспомощности. Он не хотел оставлять ее, но выбора не было. Секунду назад демон решил, что все потеряно, совсем позабыв о такой важной фигуре, как Дино-Мальбонте. Люций решительно зашагал к выходу, поставив себе четкую цель и отбросив вражду, ведь отныне их объединяло одно общее дело. Вероятнее всего Мальбонте справится с армией архангелов в одиночку и даже без сил, но у Непризнанной не было столько времени. Он прекрасно понял, почему его брат явился, лишь подозревая о цене, которую может заплатить… — Ты куда?! — Мими поймала друга у самого порога. — Нужно стереть чертовы руны, — не останавливаясь, буркнул тот. — Но тогда Мальбонте вновь обретет силу! — Девушка неуклюже попыталась догнать парня уже в пустующем коридоре. — И заберет меч, кстати! — Плевать, он все равно пришел и за Вики. Демонесса замерла, слегка шокированная его словами. Он решил помочь Мальбонте, даже если Огненный меч окажется в руках врага?! Стены школы наполнились суетой, были слышны голоса и шумы студентов, что заперлись в своих комнатах, вот только здание уже успело впитать себя угрозу и привкус приближающейся битвы. — Люций! Подожди! — Но демон и не думал прислушиваться, а уж тем более останавливаться хоть на секунду. — Ты ведь не знаешь где они! Стой! Девушке все-таки удалось оставить сына Сатаны, лишь преградив ему путь собой и выставив руки вперед. Тот недовольно фыркнул, чуть ли не воя от сдерживаемой злобы и досады. — Я помогу, — решительно произнесла Мими, расправив плечи. Услышав эти слова, Люцифер сложил напряженные руки на груди, довольно закивав головой. — Что ж… как в старые добрые, Мими? Напакостим этим пернатым? — ухмыльнулся он, что блеск алеющих глаз, точно тлеющий уголек, мелькнул в сумрачном свете. — Как в детстве, Люцифер? — сквозь слезы пролепетала демонесса, не сдерживая улыбки. Девушка не могла не проникнуться этим моментом, который был полон ностальгии. Ведь в детстве, будучи маленькими чертятами, они часто играли вместе, дружили, но в какой-то момент их пути разошлись. И вот, через столько лет, объединенные общим горем, сумели возродить свою дружбу — без завести, злобы, какой-то безответной любви… — Как в детстве, Мими, — бархатным шепотом ответил тот, одарив подругу горькой улыбкой. — Как в детстве…

***

Тусклый лунный свет сочился из высоких витражных окон, отбрасывая на пол десятки разноцветных пятен. Огромный кабинет освещала лишь пара восковых свечей. В воздухе витал запах старого пергамента, чернил, легкий дымок затушенных фитилей. Мальбонте всегда легче думалось в подобной мрачной обстановке, хоть и ночь сегодня была достаточно светлая. Он стоял за столом, вперив взгляд в раскрытые чернильные тома и свитки, но мысли гуляли вовсе не между этих строк. Все шло по плану, его плану. Было необходимо раскрыть Вики правду сейчас, ведь ситуация становилась критической — ему показалось, что Непризнанная начала влюбляться в младшего братца. Тем более, на этот раз он не стал жалеть Люцифера и унизил его прилюдно, опустив в глазах того зверья. Его речь была прекрасной, когда демон стоял на коленях, униженный и весь в крови в самом центре арены. Превратил его в ничто, пустое место. Аккуратным выверенным жестом он перевернул хрупкую страницу книги, бегло пробежавшись по строкам. Он ощутил приближающуюся энергию верного слуги, когда тот, лишь нервно постучав, мигом распахнул двери. Отсутствие манер вызвало секундное раздражение, поэтому он поднял на Азазеля тяжелый взгляд, буквально испепеляя. — Господин! — Зеленоглазый демон явно был шокирован, испуган, на нем не было лица. Он мигом сократил дистанцию, оказавшись в метре от хозяина. — Непризнанная… мисс Уокер… она… Мальбонте насупил пшеничные брови, все еще одаривая того презренные взглядом. В большей степени из-за того, что демон не мог сформулировать свои мысли в единое предложение. — Что? — спокойным, но при этом зловещим тоном поторопил полукровка. — Противоядие. Кто-то подменил противоядие. Яд цербера вновь активировался. — Как? — процедил Дино-Мальбонте, сжав челюсти. — Я…я… я не знаю, повелитель. — Азазель перекладывал ладони с рукоятки своей трости, сжав плечи. — Вы ведь сами проверяли — противоядие работает. Я отдал его Фенцио и… Резким движением, полукровка расстегнул пуговицу пиджака и обошел стол, минуя своего слугу. В нем закипал гнев и даже давно позабытый страх. Эта ситуация всколыхнула волны больных воспоминаний, но в этот раз, он не потеряет возлюбленную. Повинуясь ментальной команде своего хозяина, церберы потянулись со всех уголков замка прямиков в кабинет, стуча длинными ногтями по полу, создавая гнетущую атмосферу. — Тебе лучше пораскинуть мозгами, Азазель, пока меня не будет, — процедил мужчина, ожидая своих псов. Он стоял посреди комнаты, сосредоточив все мысли на Вики. Дино внутри принялся точно зверь биться о прутья своей клетки, служа неким катализатором гнева и раздражения. Но сейчас, гнев ангела лишь сделает его сильнее, ведь теперь у них одна цель и Дино не станет сопротивляться, усиливая его силу в геометрической прогрессии. — Но… я… — Мне очень интересно, Азазель, — хамовато начал полукровка, поедая того хищным взглядом. — Во-первых, кто еще является таким мастером ядов, способный изготовить напиток, при котором яд ослабевает лишь на несколько дней? А во-вторых, кто посмел подменить их?! — Азазель было открыл рот и начал оправдываться, понимая, в каком положение он оказался, но тот лишь вскинул ладонь вверх. — Все указывает на тебя, друг мой. — Выдержав короткую паузу и погрузив пространство в напряжение он процедил: — Тот кто это сделал, отныне не жилец ни в одном из миров. Это я тебе гарантирую. Движения Мальбонте были резкими и точными, что не могло не устрашать и тем более ослушаться его приказов. Пульсирующая энергия вышла за пределы тела. Разведя руки в стороны, он принялся видоизменять своих гончих под стать их древних предков: каждые три собаки сливались в одно тело, становясь больше, уродливее, опаснее. Воздух пронзил противным шум ломающихся костей, потрескивающей кожи — звук дробленной плоти. Азазель тяжело сглотнул, взяв над собой некое подобие контроля, хоть и продолжал растеряно стрелять глазами по сторонам, а по вискам и вовсе стекли пара капель пота. — Но… Повелитель, меч в школе, вас наверняка будут поджидать. Нужно быстро собрать армию и… Полукровка одним движением стянул с себя черный пиджак и откинул в сторону. Вещь звонко хлестнула по мраморному полу, точно хлыст. Он погрозил слуге пальцем: — Я и есть армия, Азазель! — Его голос отразился от стен звериным рыком, преисполненный гневом. Азазель смиренно склонил голову, краем глаза наблюдая за метаморфозами адских гончих. Прекрасные черты ангела были искажены гримасой злобы и ненависти. Ему казалось, что он научился искусно прятать эмоции и все это не более, чем пережитки далекого прошлого, но столкнувшись с чувством дежавю потерял над собой контроль. Мужчина вызвал собственный портал, погрузив в него своих домашних питомцев. — Этого ты не просчитал, Мальбонте? — отчеканил Дино. — Не ожидал, что посмеют совершить подобное? Думал, они слишком боятся тебя? — Да, — прохрипел полукровка в ответ. — Но дело поправимо. Пока что. Находясь в плену собственного же тела, Дино весь изнемогал от тревоги и в то же время злобы на своего врага и себя. Ему придется убивать своих собратьев по оружию, а иначе Вики не спасти. Он просто не успеет. — Признаться, не так я хотел получить от Люцифера желаемое. Значит, будем импровизировать. И ты мне в этом поможешь, Дино. — Ангел сжал губы в тонкую линию, лишь молча, почти смиренно кивнув. — Видишь, как я и говорил — мы с тобой одинаковые. Особенно когда дело касается женщины. Едва пепельная дымка портала рассеялась, как каждой клеточкой тела он ощутил точечную слабость. В обычное время его бы это даже позабавило, но никогда отсчет пошел на минуты. У парадных величественных дверей по ту сторону каменного моста виднелась белоснежная фигура старого Серафима и предводителей Отряда Шепфы. По обе стороны от них, вышагивая в такт, потянулись ряды Архангелов. Не выказывая эмоций, подобно бесчувственным големам, они звенели доспехами и подошвами обуви. Скривив точеные губы в раздраженной усмешке, Мальбонте решительно направился вперед. Быстрым движением он расстегнул пару пуговиц кипенно-белой рубашки у горла и приступил к засучиванию рукавов. — Руны на долго не сдержат меня, Кроули! Воздух уже внимал в себя вольтаж испытываемых эмоций. В жилах закипала кровь, бурлила от страха и гнева. Архангелы выставили вперед наконечники алмазных копий, ожидая лишь сигнала от своих предводителей. Серафим Кроули надменно наблюдал за вышагивающим полукровкой, чувствуя на себе тяжелые взгляды Эрелима и Абаддон. Демонесса разглядела суровый профиль высокого Архангела, ведь он его должник. Что если тот потребует уплату долга сейчас? Девушка тут же метнула зеленые радужки в сторону вышагивающего, источающего раздражения Мальбонте, что и привело ее в замешательство. Он всегда был сдержан и не выказывал бы подобной эмоции в бою. Что-то не так… Тем более, он прибыл лишь в сопровождении своих верных псов. Один против целой армии… От колыхания жаркого ветра, что тянулся от пламени факелов пара золотистых прядей упали на лицо грозного противника. Гетерохромные глаза медленно заволокло дегтем, подобно густой чернильной капли. Сомнений не оставалось — он готов к бою и стоило ему оказаться на середине мощеного моста, как директор отдал команду предводителям. — Вы сами вынесли себе приговор! — низкий тон бархатного голоса Мальбонте разлетелся среди этой глухой ночной тиши, но обращался он лишь к солдатам. — Что ж, вы умрете достойной смертью воинов. — Треглавые огромные церберы приняли боевую стойку, оскалив уродливые длинные зубы. — Прошу в очередь, господа. Гонимые чувством долга, они ринулись на встречу собственной погибели. Но была допущена грубейшая ошибка и Дино-Мальбонте об этом знал. Они думали, что руны уравняют шансы, сделав их по факту смертными — ни возможности летать, ни применить силы энергий. Вот только Мальбонте был нечто большим, чем просто опытным бойцом… Громадные церберы тут же ринулись вперед, расчищая поле для своего хозяина. Послышались первые крики, пролилась первая кровь. Дрожащее животное рычание и вот острые клыки вонзаются в кожу, перегрызая хребет. Мальбонте со свистом втянул в себя воздух. Широкая грудь наполнилась приторным запахом, впитывая через каждую пору сияж смерти, ощущая привкус борьбы. Мужчина с легкостью увернулся от разящего клинка, лишь повернув корпус на пару дюймов и скользнув ладонью по руке солдата, изменив вектор направления оружия. Ему хватило доли секунды, чтобы вонзить пальцы в горло противника и вырвать трахею. Молодой воин инстинктивно схватился за горло, хапая воздух губами, подобно рыбе выброшенной на сушу. Бурая жидкость брызнула мелкими каплями на некогда белоснежную рубашку, пропитывая ткань ярко-красным оттенком. Полукровка предупреждающе хлопнул крыльями перед лицами других «пешек», чтобы успеть поднять упавший меч. Наточенный рог его огромного крыла резким движением снес пары голов, точно лезвие острого маятника. Ощущение тяжести меча в руке не могло не придать ему уверенности. Прокрутив в руке, он совершил выпад, кромсая противников, что сыпались на него со всех сторон. Это не был честный бой, но скорее для самого же Отряда Шепфы. Его явно недооценивали, выставив против него лишь вооруженных солдат. Пнув в живот одного и отбросив на метр, он уже переключился на другого, двигаясь точно хищная птица, пуская в ход крылья, кулаки, отобранные мелкие кинжалы. Только мелкие порезы на напряженном теле Дино-Мальбонте уже и вовсе пропитали рубашку, капли пота блестели на коже от оранжевого пламени уличных факелов. Противные звуки заполоняли пространство, которые привлекли любопытных студентов, что с опаской выглядывали из окон своих спален. Кровь пульсировала в висках, сердце стучало о ребра от нахлынувшего адреналина и некого кайфа, что и питал его мощь. Серафим смиренно стоял, наблюдая за зрелищем, в окружении своей личной охраны — двух сильнейших воинов. Абаддон поймала на себе укоризненный взгляд Эрелима. Архангел не мог не заметить ее восхищенного взгляда, на что она просто прошептала, так, чтобы только он и Серафим могли услышать: — Ему не нужна армия. Это лишь для мишуры. Он и есть армия. — Рано делаешь выводы, дорогая, — ответил седовласый Серафим, не отрываясь от зрелища, развернувшееся в ста метров от них. Эрелим тяжело сглотнул и адамово яблоко предательски выдало его страх. Как предводитель он не вступал в бой, ибо такова стратегия — сперва идут пешки, что утомят противника. Но если бы только они знали всей правды. Насупив светлые брови, Мальбонте был полностью сосредоточен на борьбе, но периодически поглядывал на надменного директора и предводителей. В его распоряжение уже было два длинных клинка, которые он уверенно сжимал в окровавленных руках. Верные церберы продолжали расчищать ему путь, складывая груды тел. Трещины в кладке моста уже залились до краев кровью, орошая камень красными прожилками. Наконец Мальбонте и Дино добились идеального симбиоза. Обычно ангел всячески ему мешал, затрудняя применения всей силы, но не сейчас. Они были единым целым — идеальной машиной для убийств. Одному из воинов удалось накинуть золотое лассо на горло полукровки. За ним поспели еще пара других. Мальбонте злобно схватился за цепи, дернул на себя, освобождаясь лишь одного удушья из пяти. Окровавленная рубашка и вовсе была расстегнута, обнажая каменный торс, вздымающиеся вены под плотной кожей. Несколько золотых нитей впились в тугую шею, надрезая кожу и едва не доходя до важных артерий. Они не ослабляли его, но и не давали сделать вдох и насытить легкие необходимым количеством кислорода. Мальбонте упал на колени, удерживаемый кандалами из позолоченных нитей на шее. Он склонил голову и пшеничные локоны разрозненно закрыли лицо. На минуту все погрузилось в вязкую, не сулящую ничего хорошего тишину. Даже церберы прекратили свою резню и отошли назад. На лицах солдат застыла маска изумления и испуга. Серафим Кроули недоверчиво насупился белесые брови. Мысли принялись кружить стаей воронов, ибо мотивы Мальбонте были не ясны. Он недооценивал первенца Сатаны, но был наслышан. Блестящая от пота и крови грудь полукровки задрожала. Но лишь от грудного, того зловещего и чарующего смеха, обволакивая слух присутствующих и посылая холод по позвоночникам. — Что ж, братик не подвел. Наш черед, Дино. — Он обращался лишь к себе и своей светлой стороне — ангелу, что позволил ему сегодня владеть телом и помогал. Взглянув исподлобья на Кроули и растянув губы в усмешке, он поднял голову. Потухшие глаза вновь заволокло тьмой и лишь на секунду сверкнули красным и голубым огнем. Стиснув челюсти и приложив чуть больше усилий, мощные мышцы шеи напряглись так, что разорвали мелкие цепи нитей. Звенья разлетелись во все стороны, пронзив пространство шумом мелкого жемчуга, что рассыпали по полу. — Невозможно, — оскалился Серафим, бросив вопросительный взгляд на Эрелима. — Руны, — выдохнул тот и обнажил меч. — Кто-то стер их. Мальбонте вновь вступил в схватку с растерянной стражей, ощущая как энергия возвращается к нему лишь по мелкой песчинке. Но даже этого было достаточно, чтобы одолеть небольшой отряд. Мелкие порезы в миг затянулись, движения стали еще точнее и быстрее. Выполнив сальто углом, он с легкостью разил пару противником лезвием меча и острием крыльев. Оказавшись спиной к Серафиму, Мальбонте медленно развернулся и, среди этого хаоса и моря крови, самодовольно ухмыльнулся. Острие его меча указывало на высшего ангела. Это могло значить лишь одно — он следующий. Пусть их все еще окружала пара десятков Архангелов с копьями, было ясно — это не помеха, даже если сила вернулась к нему всего на пять процентов. — Вам нужно в укрытие, Серафим Кроули, — прогремел бас Эрелима. — Пройдемте. Громадные створы дверей захлопнулись с гулким скрипом и в миг запечатались, даря лишь призрачное ощущение безопасности, пока по ту сторону гремели звуки битвы. — Руны лишь затормозят подмогу. Мы сами себя замуровали, — прыснула Абаддон, громко стуча каблуками. — Довольно! Лучше найдите предателя. — Серафим взметнул ладонь. — Я и другие преподаватели будем охранять меч. Стоило директору скрыться за очередным поворотом, как демонесса тут же обратилась к Эрелиму: — Безумный старик! Он действительно считает, что сотня Архангелов и надломившееся защита остановят полукровку? — Не остановят, но задержат, — лаконично бросил тот и обернулся к сопровождающему отряду. — Трое — в западное крыло. Остальные — за мной в восточное. Абаддон, — ангел слегка коснулся предплечья напыжившейся демоницы, улавливая ее взгляд. — Ты… — Буду охранять старого безумца и меч, — сосредоточено промолвила та и кивнула другой группе Архангелов. — Найди Люцифера. Странно что он еще не присоединился к вечеринке. Буквально на секунду все внутри девушки сжалось в тугой узел — она испугалась. Не за себя, а за… Но он его не тронет, а иначе бы не заключал сделок! Кивнув друг другу, они разошлись по разным сторонам, даже не подозревая чем окончится этот бой. Оказавшись в совещательном кабинете, где и покоился временно Огненный меч, Кроули едва не замер на пороге завидев Серафима Микаэлу, что печально стояла у огромного окна. Женщина наблюдала за сыном, как он беспощадно рубил головы, проливая реки крови. — Отзови солдат, Кроули, — промолвила та, обернувшись к директору. — Не в коем случае, Микаэла. Еще немного и нам удастся его пленить. — Пленить?! — Резким движением, женщина откинула полог белоснежной мантии и пересекла комнату. — Он уничтожит все на своем пути! — Ты сама знаешь, что мы не можем допустить, чтобы меч достался ему и… — Он — ВОЙНА, Кроули! — обессилено выпалила та. Седой мужчина резко поменялся в лице. — Он машина для убийств. Сам Шепфа тренировал его, а ты лишь разбил для него песочницу, что подпитывает его. — Всадник… — выдохнул Кроули и закрыл глаза. Он понимающе закивал головой, пока остальные присутствующие преподаватели задумчиво переглядывались, все еще не веря услышанному. Предводитель Отряда целенаправленно шел в нужное крыло и рассредоточил солдат по остальным лабиринтным коридорам. В подобные моменты Архангел как никогда был сосредоточен, перебирая в голове всевозможные варианты как отступления, так и нападения. Но не нужно было быть хорошим стратегом, чтобы понять — явление Мальбонте явно незапланированно даже им самим. Что-то не так… — Мими! — Девушка старательно карябала стены с рунами. Эрелим схватил испуганную студентку за запястье и хорошенько встряхнул, словно тряпичную куклу. — Ты хоть понимаешь, что творишь! Мужчина ожидал увидеть кого угодно, но только не ее. Его стальная хватка ослабла и Мими не упустила возможности высвободить руку. — Еще как понимаю, но вот ты… — У тебя есть три секунды, чтобы просветить меня, Мими дочь Маммона. Ледяные радужки ангела метали молнии, вынуждая бедную девушку сжаться и врасти в пол. — Ты не понимаешь! Дино… Мальбонте, он… Черт! — брюнетка топнула ножкой, злясь на саму себя за невнятную речь. Запустив пятерню в шевелюру, она подняла глаза на серьезного воина. — Вики. Он пришел за Вики. Противоядие не подействовало. Пожалуйста, Эрелим, отзови солдат! Воин насупился. В словах демоницы была логика. Мужчина отвел задумчивый взгляд и отдал немую команду показавшемуся из-за угла солдату. Спорить и уточнять было некогда. Он прекрасно помнил приступ Непризнанной и знал чем чреваты последствия укуса цербера. — Бессмысленно. Отзову и Серафим Кроули вновь отдаст приказ. Где Люцифер?

***

Мальбонте вынул меч из мягкого тела последнего солдата. Сжимая золотые цепи в другой руке он прошагал внутрь школы через разрушенные ворота. Тяжело дыша, полукровка с легкостью набросил на две несущие колонны нити и вышел в центр белоснежного холла. На другом конце моста заискрился свет водоворота. Он ожидал, что Кроули вызовет подмогу, вот только ангелы и демоны все еще будут подобны смертным, в то время как полукровка уже успел вернуть силу на пятнадцать процентов. Намотав на кулаки позолоченные лассо, Мальбонте силой натянул. Четкий рельеф в миг очертил скульптурные руки, змеящиеся вены вздулись под плотной кожей. Пространство пронзил глухой звук надломленного камня. Тысяча трещин поползли по расписным колоннам и те в миг лопнули, разлетаясь на дробленные булыжники и пыль. Стена, подобная карточному домику, задрожали и обрушилась по мелкому кирпичику, заваливая проход. — Долго же ты возился с рунами, — прохрипел Мальбонте, сбрасывая с кистей рук нити. — Сложно, когда не можешь воспользоваться крыльями, — ответил Люцифер, как только его старший брат соизволил повернуться лицом. — Долго же ты возился со стражей. — Где она? — В своей комнате. У полукровки уже было достаточно сил, чтобы перенестись в нужный коридор у покоев Непризнанной. Оставшаяся горсть солдат была рассредоточена у башни с мечом, ведь никто не подозревал, что захватчик последует в совершенно другом направлении. Но их уже поджидал Эрелим, молча стоя у самых дверей, словно что-то охраняя. Завидев Люцифера и Мальбонте, он не сдвинулся с места, лишь сжал кулаки в знак неодобрения. — Почему цербер укусил ее в ту ночь? — ровным тоном спросил Люций, покрывая равнодушием свою нервозность. Демону самому пришлось вырубить нескольких Архангелов, которым было поручено охранять руны. Лишь за это ему могут присудить клеймо изменника и отправить прямиком на казнь. — Чистая случайность, друг мой. — Я тебе не верю. — Демон покачал головой, сверкнув глазами алой вспышкой. — Твое право, — равнодушно бросил тот и замер. Из открытых дверей медленно вышла заплаканная Мими. Прижимая тоненькую ладонь в губам, девушка отрицательно покачала головой. Демоница еле стояла ногах, колени дрожали. Эмоции извергались в тихие всхлипы, когда внутри все сжигало и ныло. Архангел не стал медлить и придержал студентку, крепко, но ласково взяв за предплечья. Тень мысли кружила на грани осознания. Отрицание завладело разумом демона. Он не хотел верить тому, чего сам не видел. Этого не может быть, нет… Прошло не так много времени. Люцифер ринулся в глубь темной комнаты, но при виде мертвенно-бледного лица Непризнанной опешил. Ее рука безжизненно свисала с края кровати, глаза были закрыты, как будто она спит. Она лишь спит… Еще не загустевшая капля крови скатилась по бледной щеке, затронула край губы. Вики не шевелилась, грудь не вздымалась, энергия покинула тело. Ади отошел в сторону, печально понурив головой и неуклюже стирая слезы. Сын Сатаны упал на колени у кровати, аккуратно обхватив теплыми ладонями ледяное лицо. Он боялся сжать ее лик сильнее, словно та могла рассыпаться как самая хрупкая вещь во вселенной и развеяться по ветру пылью. Люцифер закрыл глаза, борясь с чуждым страхом, осознанием и ненавистью к самому себе. — Как это невыносимо больно, не так ли? — прошелестел шепот Мальбонте. — Терять любимую, не подоспев всего лишь на пару минут… — Говоришь так, будто сам к ней равнодушен, — сцедил Люцифер и резко выпрямился. — Не все потеряно, верно? Иначе бы ты уже сравнял это место с землей, Дино. Горькая ухмылка коснулась губ полукровки. Оказавшись лицом к лицу, поджав губы, демон сверлили старшего брата взглядом, словно пытался достучаться до ангела, что был пленником внутри. Мальбонте был великолепен — все так же источал мертвенное спокойствие, контроль над ситуаций и надменность, хоть внутри него и бесновались эмоции, готовые вот-вот вырваться наружу. — Верно, братец. — Так помоги ей! Чего ты ждешь?! — алые искры в глазах вспыхнули огнем преисподней. Мужчина сдвинулся с места, вальяжно прогуливаясь по комнате и деловито поправив края рваной рубашки. — Вы — демоны, никогда не делаете что-то просто так, верно? — Эти слова заставили Люцифера враждебно сузить глаза — он догадывался, к чему тот клонит. — Сделки, сделки, сделки… — Ах ты сукин сын! — прошипела Мими и дернулась с места, но высокий Эрелим успел ее придержать. — Как грубо, — сделал замечание Мальбонте, точно отчитывая маленькую девочку и перевел взгляд на напряженного брата. — Ты подвел ее, Люций. Врал в глаза о смерти любимого, наблюдая как милая Вики мучается. Питался ее болью… Ты-то и кровь свою предложил, лишь бы почувствовать себя героем, но и тут оплошал. Пообещал раздобыть противоядие и что в итоге? — Чего ты хочешь?! — по слогам прорычал Люцифер, сквозь плотно сжатые зубы. — Как насчет слепой сделки? — Нет, Люций! — пискнула демонесса, но тут же закрыла рот, стоило гетерохромному взгляду пригвоздить ее. В этом калейдоскопе суматохи сыну Сатаны было сложно мыслить здраво, но в одном Дино-Мальбонте был прав — он уже подвел ее, но есть возможность искупить огрехи. Не нужно было ожидать честной игры. Где-то за пределами школы разразился хаос — прибывшая подмога прорывалась сквозь завалы к школе. Других солдат не было, по той причине, что Эрелим отправил их в другом направлении, чтобы не препятствовать спасению Непризнанной. — Может мне прилечь вздремнуть, пока ты наконец надумаешь, Люций? — Мальбонте уже было сложно сдерживать гнев Дино, тем более при виде мертвого тела Вики, это было практически невозможно. — У тебя есть еще пару секунд, прежде чем руны прекратят действие и я не поубиваю всех Архангелов, а у дорогой мисс Уокер и вовсе выйдет время. Люцифер хотел потянуть время, веря в своего старого школьного соперника. Дино не посмеет так поступить с Вики. Но насколько он имеет власть над телом и разумом? — Как ты вернешь ее? — Это уже моя проблема, братец. Не стоит забывать, почему меня сравнивают по силе лишь с Шепфой. Люцифер еще раз взглянул на поцелованное смертью лик Непризнанной. — Идет, — кивнул брюнет и протянул руку для скрепления сделки. Где-то на фоне протестовала Мими, гремели голоса, хлопали крылья. Но после, все произошло в доли секунды — Мальбонте, оставаясь невозмутимым лишь на грани, тут же оказался рядом с братом, но вместо того, чтобы пожать руку в ответ, хлопнул ладонью по левой стороне груди. Острое жгучее ощущение опалило это место, даже через ткань хлопковой рубашки, точно ему было поставлено клеймо раскаленным железом.

***

Ныряние в Небытие было не самым приятным процессом. Лишь однажды он совершал подобное, чтобы отыскать ее, но так и не нашел. Лишь умершим бессмертным и самому Шепфе было известно, что Небытие — это бескрайний океан и вечный шторм, единственными жителями которого были сущности ангелов и демонов. Мальбонте стоял на единственной каменной скале, о которую били громадные холодные волны. Небеса заволокло вечными свинцовыми тучами, ледяной ветер трепал пару пшеничных прядей волос. — Ты делал это прежде? — прогремел нетерпеливый голос ангела. — Да. Однажды. Хотел отыскать ее. — Но не нашел. — Нет. — Полукровка сжал кулак, безмятежно глядя вниз с пятисот метровой скалы. — Мне понадобится частичка твоей сущности. — Я знаю, — тут же ответил Дино, вызвав одобрительную ухмылку Мальбонте. Мужчина пикировал вниз подобно хищной птице, прижав громадные крылья к спине. Ветер свистел в ушах, в лицо летели мелкие капли. Он знал — стоит коснуться воды и она обожжет плоть, ведь он непрошенный здесь гость. Но Дино-Мальбонте должен найти ее, спасти… Еще не поздно. Он нырнул в холодную воду, по открытым участкам кожи прокатились мелкие пузырьки воздуха, стремящиеся на поверхность. Гнетущая, почти зловещая тишина пропитывала это место. По сторонам то тут то там безмятежно плавали тела. Легкие ткани их одеяний дымкой струились в толще воды. Мальбонте разглядел ее — там, почти на самом дне, умиротворенно блуждала сущность Вики. Но Небытие начало брать свое. С каждым движением вода, точно кислота обжигала, повреждая оболочку полукровки. Но он давно привык к физической боли, тем более что все хорошее, что еще осталось в нем стремилось к Вики. Оказавшись достаточно близко, он взял девушку на руки, всматриваясь в черты, что так грели сердце. Сквозь серую призму воды Вики казалась бледнее обычного, длинные каштановые волосы как водоросли медленно колыхались от течений. Полукровка опустил взгляд на яркие манящие губы девушки, которых касался когда-то, чувствовал их тепло, жар и нежность. Он протянул обожженную ладонь к ее лицу, медленно провел пальцем по виску и ниже к подбородку. Вики распахнула глаза, но тот взгляд был пустым и отстраненным. Она наблюдала за ним словно завороженная. Эти светлые волосы, мужественный подбородок, глаза… В ответ на его ласку, брюнетка медленно провела ладонью по колючей щеке. Даже скудный свет, что пробивался с поверхности не мог обмануть ее — это он. Здесь. Рядом. Дино-Мальбонте аккуратно притянул Вики к себе, точно желая подарить ей поцелуй. Ее бесчувственное тело не могло отзываться на ласки или пробуждать эмоции, страсть. Но стоило их губам едва соприкоснуться, как полукровка вдохнул в нее жизнь. Энергетическая волна наполнила грудь Непризнанной и пробежалась далее по конечностям. Боль точечно пронзила хрупкое тело девушки, легкие горели. Но это было лишь необходимой издержкой. Плата за жизнь — лишь испытав муки, возможно было возвращение. Вздох. Удар. Удар. Вздох. Мальбонте тут же перенесся в свои владения. Отныне он никому не позволит навредить ей и больше никогда не оставит, даже если таковым будет ее желание. И если Непризнанной и суждено умереть, то лишь от его руки. В эту самую ночь ему довелось вновь испытать те чувства, ощутить тот липкий страх. Все эмоции Дино он испытывал как свои, да и осталась ли та грань между их сущностями? Или это делал Дино, а он был зрителем? А может наоборот? Полукровка бережно нес Вики на руках, прижимая к сердцу. С величественных крыльев стекала на пол кровь, падали мокрые перья, тянувшись алой дорожкой вслед за ним. Тяжело дыша, весь в ранах и ожогах, он стремительно вышагивал вдоль темного пустого коридора замка, прямиком к покоям. — Повелитель! — обеспокоено произнес Азазель, буквально подлетая к хозяину. — Вам нужна помощь… — Я сам! — злобно прорычал Мальбонте, крепче прижимая еще слабое тельце девушки к груди. Верный слуга шокировано сканировал обезображенное тело господина. — Позови прислугу. Мисс Уокер понадобится уход первые дни, пока она будет восстанавливаться. — Будет сделано, повелитель, — раскланялся рогатый демон и поспешил удалиться. Пусть девушка еще не была в сознание, но то глубокое сердцебиение доносящее из груди не могло не дарить покой и умиротворение. Мужчина не сводил с нее глаз, то ли любуясь, то ли боясь потерять. Следил как подрагивают темные ресницы, как медленно вздымается грудь, томленная все в том же душном корсете. Ощущал тепло живого тела, запах волос. Легкий румянец заиграл на щеках и курносом носике. Аккуратно положив Вики на бордовые простыни, Мальбонте сжал ладони у края корсета и порвал тугую шнуровку, чтобы больше ничего не препятствовало насыщению легких воздухом. Он помнил каждый изгиб ее тела, тонкую талию, округлую грудь. Но любоваться ею сейчас, беззащитной и сонной — подсчитал нечестным, поэтому тут же накрыл легким одеялом. Все его тело горело и жгло от кислотных вод Небытия. Бросало то в жар, то в холод, мелкие испарины щекотали грудь и виски. Но невзирая на физическую боль, он был спокоен внутри, наконец придя к консенсусу с внутренним ангелом. Мальбонте склонился над ее устами, желая вновь ощутить единение и близость, украсть поцелуй спящей девушки. Но в последнюю секунду передумал и покровительственно коснулся лба. Стоило прислуге появиться на пороге, как полукровка покинул покои. Ему нужно было восстановить силы и тело.

***

Сатане уже доложили о вторжение первенца в школу. Как и том, что он не взял Огненный меч, а предпочел забрать Непризнанную. Повелителя Ада не мог не позабавить тот факт, что история повторяется вновь. Вот только все ли так просто? — Почему он не взял меч? — обратился Сатана к Серафиму Микаэле. Женщина восседала на каменном кресле с высокой спинкой, вперив взгляд в вечный огонь преисподней. — Мне почем знать? Сатана хмыкнул и обошел длинный стол, заваленный кипой старых свитков. Мужчина сложил руки на спине, тихо шурша перепончатыми крыльями. — От того, моя дорогая Микаэла, что ты была там. И кому, как не тебе, так хорошо знать своего сына? Женщина вскинула уставший взгляд и одарила того самоуничижительной улыбкой. Дьявол не собирался отпускать ее без ответов — если он уже вцепился в свою жертву, то никогда не отпустит. Эта черта передалась и их сыну, как бы сильно Мальбонте бы ненавидел отца и любил мать — он взял от них многое. — Меч, что хранится в школе — подделка. Но ты, конечно же, не удивлен. Сатана мимолетно вскинул брови, отчего элегантные мимические морщины на лбу стали более заметными. Серафима не подпускали к мечу и была временно отстранена от своих обязанностей. Но будучи в школе, она прикоснулась к рукояти клинка и сразу поняла, что он ненастоящий. Серафим бы узнала свой Огненный меч из тысячи. — Не удивлен, но и не ожидал подобного от него. Ты уже рассказала это своим? — Нет пока. Я даже не знаю, гордиться, что родила такое дитя и восхищаться его хитроумию или же печалиться, что он в очередной раз все просчитал, а мы так и не знаем зачем ему это? — Сатана ничего не сказал на эти слова, лишь задумчиво потер подбородок. — И где настоящий меч? Не думаю, что у него… — Ты слишком много думаешь, — перебил тот и переключил внимание на парадные двери. В тронный зал, стремительной походкой, вошел Люцифер. Бросив украдкой взгляд на Серафима, он остановился посреди, кивнул отцу в знак приветствия отцу и гордо вздернул подбородок. — Вы вызывали меня, отец, — холодно произнес брюнет, словно его и не за что было отчитывать. Сатана тут же недовольно скривился, надев на себя маску раздраженного правителя Ада. Он не просто так его вызвал, да и диалог этот был неизбежен. — Ты помог Непризнанной бежать. Ослушался моего приказа. — Повелитель Ада делал вид, словно в комнате и не было высшего ангела. Его гнев сочился из пор, распространяясь в пространстве, становясь осязаемым. Каждое последующее слово он словно выплевывал непослушному сыну в лицо. — Мальбонте всеобще унизил тебя в Шеуле. Но и этого тебе было мало. Когда тот примчался спасать Непризнанную, что сделал ты?! — Люцифер продолжал стоять и молча выслушивать тираду озлобленного отца. — Решил ему помочь, стерев защитные руны! Ты такое же ничтожество и глупец, как и он! Сатана быстро сократил дистанцию и по-обыкновению ударил сына по лицу. Хлесткий звук отскочил от величественных стен и колонн, далее погрузив всех в тишину. — Серафим Микаэла, оставьте меня наедине с сыном, — подправив края пиджака, спокойно проговорил Сатана. — Нам есть о чем побеседовать. — В этом нет нужды, Самаэль. Высший ангел поднялась с места и резко метнула энергетическую волну в Повелителя Ада. Мужчина успел среагировать и отбросить волну от себя. Действовать нужно было быстро и строго действовать по инструкции. Люцифер совершил замах кулаком, но тот тут же поймал его руку у самого лица и с силой сжал, придавливая к самому полу под напором тела и могущественной энергии. — Задумал убить меня! ЩЕНОК! Меня — Повелителя Ада! — сквозь зубы прорычал Сатана, наблюдая как его сын корчится от боли. Повелитель схватил парня за грудки и со злостью отбросил в стену. По ней побежали мелкие трещинки, посыпалась пыль. Но Люций лишь приподнялся на руках и рассмеялся, грудным грустным смехом. И выплюнув кровь, задорно произнес: — Я — нет. Они — да. Не успел Сатана обернуться, как его атаковали волной два Серафима. Микаэле и Ребекке нужно было лишь придерживаться плана: немного истощить его и дать напитаться другому. Некогда любимый ангел Шепфы сумел парировать их атаки, точно это была дуэль на шпагах — удар, защита, удар. В зал вбежала уродливая стража. Гремя своими доспехами и оружиями, бросилась на помощь хозяину. — Я ими займусь, — отчеканила Ребекка и перенаправила свою мощь на тупоголовых солдат. — Решила тряхнуть стариной, Микаэла?! — съязвил Сатана, хлопнув крыльями чтобы отразить очередной импульс небесной энергии. — И чего ты пытаешься этим добиться?! — Извини, Самаэль, но чтобы одолеть Мальбонте, нужен некто посильнее. — Ты это о нем говоришь? — Мужчина взмахнул кистью и поднял сына в воздух, другую же вытянул вперед для защиты. — К моему сожалению, я вырастил ничтожество, что распускает нюни и теряет голову от обычной шлюхи! Растить столько лет и узнать, что это был всего лишь мусор. Сатана вот-вот уже хотел щелкнуть пальцами и просто разорваться тело демона на мелкие части, но нечто разило его в спину и добралось до сердца. Моментальная боль парализовала тело, но то была магия Серафима Микаэлы, дабы тот не смог защититься. Стража мгновенно прекратило драку с Серафимом Ребеккой, растерянно наблюдая за происходящим. Сжатое сердце было грубо выдрано из грудной клетке и лишь тогда Правитель Ада сумел обернуться и разглядеть своего убийцу. — Et accipere virtutem tuam. Vos Translatio potestatis, — по слогам произнес Люцифер, сжимая в кулаке тлеющий уголек, что все еще медленно сокращался. Сатана рухнул на колени, издавая гортанные сиплые звуки. Из груди текла лишь густая черная смоль, а глаза были полны удивления. Ни один мускул на лице Люцифера не дрогнул. Сын продолжил равнодушно наблюдать над тем, как корчится его отец. И лишь перед самой его кончиной он наконец разглядел тот взгляд, который всегда мечтал увидеть — восхищение. Только на смертном одре, убив Сатану собственноручно, он получил его одобрение. Сердце медленно принялось оборачиваться в пепел, впитываясь в каждую клеточку, наполняя Люцифера энергией отца, тем самым делая его могущественней в разы. Перевертыш, которого чуть не убил сам Сатана, наконец смог вернуть свой облик, вновь став тем затравленным рыжим подростком. — Браво. — В все еще не остывшей от бойне комнате, прогремели издевательские хлопки. Из тени вышел Мальбонте, нацепив фирменную улыбку. — Браво. Признаться честно, это было очень эпично. Сын убивает отца, чтобы отобрать у того силу… — Полукровка оглядел замершую аудиторию и, сверкнув гетерохромным взглядом, обратился к Люциферу: — Translatio potestatis, верно? — Демон насупил темные брови, стараясь уловить подвох и предугадать его действия. — Передача силы от старшего к младшему поколению… Использовать Перевертыша для отвлекающего маневра. А и еще… Мама! Ты была великолепна! Безжалостна и бессердечна. Так хладнокровно убить бывшего возлюбленного… Это объясняет мои дурные гены… — Чего ты хочешь, Мальбонте? — прогремел голос Серафима Ребекки. — Что за игру затеял? Ты ведь мог это остановить и сам воспользоваться. — Серафим Ребекка, как я мог о вас забыть, приношу свои извинения. — Точно актер на сцене, он приложил ладонь к животу и совершил легкий поклон. — С собственного позволения, я не стану раскрывать все свои карты, как и вы свои. Ребекка скривила пухлые губы, но почему-то его реплика заставила ее замолчать. Словно одно лишнее слово и мог состояться диалог, который не был выгоден никому из присутствующих. — Ты думаешь, ты взрастила мне достойного соперника, матушка? — бросил через плечо Мальбонте, стараясь разглядеть лицо Микаэлы в том скудном свете восковых свечей. Гетерохромные радужки метнулись в сторону подросшего цербера, что был на привязи одного из солдат. — Прикажи ему напасть. Люцифер не желал подчиняться наглому полукровке, тем более что он еще не освоил силу, что отныне пульсировала в его жилах, доставляя небольшой дискомфорт непривыкшему телу. Но все же решился на авантюру, понимая к чему тот клонит. Глаза адской гончей вспыхнули огнем. Псина оскалила длинные уродливые зубы и уже ринулась выполнять команду хозяина, но полукровка в миг перехватил контроль и та, жалобно заскулив, попятилась назад. Люцифер сжал кулаки и челюсти, сцепившись в немой диалог со старшим братом. — Серафим Ребекка, Серафим Микаэла, — не оборачиваясь, почти ласково сказал полукровка. — Прошу оставить нас наедине. — Мы никуда не… — Это была не просьба, матушка! — рыкнул мужчина, скривив пухлые губы. Серафимам не нужно было повторять дважды. Кивнув на прощание, Ребекка предпочла перенестись в Рай, а Микаэла же, гордо вздернув подбородок, удалилась из зала в сопровождение уцелевшей стражи и бедного Перевертыша. — Как она? — задал вопрос Люций и резким движением зачесал пару непослушных прядей. — Она в порядке. Восстанавливается, — сказал Мальбонте, едва стоило огромным створкам захлопнуться. — И да, ты ведь не думал, что я позволю тебе с ней быть, Люций? Она никогда не была твоей и ты это сам знаешь. — Ты знал о potestatis, — тут же перевел тему демон, поглядывая на тело отца. — Почему не воспользовался? — Во-первых, я действительно не знал о potestatis до недавнего времени. Во-вторых, зачем мне быть Королем, когда я могу стать Богом? — Это не ответ. — Верно. А зачем по-твоему я заключил с тобой сделку? — Люций инстинктивно потянулся к месту у груди, что еще периодически жгло. — Хочешь знать, что это? По закону жанра, я, как истинный антагонист, должен сейчас провести монолог, где рассказываю, как и почему мы пришли к этому. Каковы мои мотивы, с чего все началось… Верно? — Полукровка выжидающе вперил взгляд на младшего брата. Но тот, усвоив урок в тысячный раз не собирался лезть на рожон. Мужчина сделал пару шагов вперед, оказавшись лицом к собеседнику. — Этого не будет. Скажу лишь то, что Ты. Моя. Сучка. Отныне ты — Всадник. В последний раз одарив Люцифера насмешливым взглядом, полукровка потянулся к выходу и напоследок произнес: — Ах да, хотел предупредить: кто-то пытается вывести тебя из игры. И это не я. Они же подменили противоядие. Ад твой, Смерть. Пока Я так хочу. Приберись тут. Резные двери распахнулись и Мальбонте оказался в пустом коридоре, где его поджидала мать. Он одарил ее равнодушным взглядом, но не произнес ни слова, все так же вальяжно вышагивая далее. — Мне жаль Алегру, Мальбонте, — с сожалением в голосе, воскликнула та. — Не заставляй даже потомков расплачиваться за грехи своих родителей. Имя, которое он не слышал так давно, заставило его обернуться. Серафим действительно глядела на сына с глубокой печалью и, сократив между ними дистанцию, протянула руку. В ее ладони покоилась та самая сломанная соломенная кукла. — Ты — не чудовище, Мальбонте, — прошептала Микаэла и слегка коснулась ладонью его щеки. — Еще не поздно остановить это безумие. Лишь на секунду он закрыл глаза и позволил себе ощутить тепло материнской руки. Он со свистом втянул себя воздух и резко схватив женщину за запястье, произнес: — Кто-то посмел причинить вред моей женщине. Снова. Не ждите отныне от меня честной борьбы. Я лишь развенчаю ложь, которую вы — Серафимы и ваш господин — Шепфа, скармливаете остальным. Готовьтесь к войне. С этими словами, соломенная кукла вспыхнула в ладони высшего ангела, обернувшись в пепел. Она пыталась воззвать к нему, к своему сыну, который так сильно умел любить всем сердцем, но так же сильно умел и ненавидеть. Но было поздно. Слишком поздно… — Кем она была? Непризнанной? — тут же задал вопрос Люцифер, стоило ангелу вернуться в тронный зал. Женщина печально огляделась, словно все события, что она застала в этой самой комнате, нахлынули на нее волной воспоминаний. Люций же хотел знать ответы на все свои вопросы. Его тело еще только привыкало к той мощи, которой отныне он владел. С подобным беспорядком в голове было крайне сложно сосредоточиться. — В те времена еще не было Непризнанных. Люди не становились бессмертными. — Микаэла замолчала, точно собираясь с мыслями. — Человеком. Возлюбленная Мальбонте была человеком… — Повелитель, я… — Вошедший Рондент опешил, завидев труп Сатаны. — Ты как раз вовремя, Рондент, — ровным тоном произнес Люцифер. — Оповести всех, что мой отец скоропостижно скончался. — Я не… Вы… — Я не ясно выразился? — Люций предал своему голосу властности, а глаза вспыхнули совершенно другим пламенем, медового оттенка. Советник поспешил принять невозмутимый вид. Демон выпрямился, перекинул свою трость в другую руку и четко произнес: — Яснее не бывает, повелитель. Люцифер прошагал к трону и медленно присел, сжав обе ладони на глади подлокотников. Это место признало в нем своего хозяина. Отныне он мог ощущать это нутром. Отныне он — высший демон и повелитель Ада. — Может теперь расскажете о Всадниках Апокалипсиса и что все-таки произошло несколько тысяч лет назад?

***

Из омута безликого сна меня вытянула ноющая боль в груди. Она распространялась по всему телу, но главный очаг был у самого сердце. Лениво разомкнув свинцовые веки, я оглядела комнату. Через тяжелые портьерные шторы, сочился солнечный свет. Но они были нарочито задернуты, словно для того, чтобы ничего не тревожило моего сна. И чем дольше я разглядывала огромную комнату с расписными потолками, тем быстрее мною овладевала паника — это место мне не знакомо. Голову в миг пронзила тысяча игл, стоило лишь резко приподняться на локтях. Я судорожно пыталась восстановить события последнего дня, но это были лишь неровные обрывки, кусочки пазла, что никак друг к другу не подходили. Я подозрительно приподняла покрывало. На мне была белоснежная длинная сорочка, волосы вымыты и вычесаны. Не удивлюсь, если и макияж на мне тоже есть… Так, Вики, соберись! Что ты помнишь последним? Шеул… драка Люцифера и Дино… Мой Дино жив… Да! Яд. Противоядие не сработало… «Вики, посмотри на меня. Прости… Я умоляю тебя, прости меня. Ты же через столько прошла. Не оставляй меня…» — прозвучали в голове последние слова демона. Я потерла лицо ладонями, в надежде смахнуть остаточную пыль сна и лишь тогда в мыслях прозвучал голос Мими. Как она просила не закрывать глаза… Как сказала, что он пришел не за мечом… МАЛЬБОНТЕ! У тяжелых дверей, безмятежно спал огромный цербер в обличие черного добермана. Пес тихо посапывал и ничем себя не выдавал. Страх кольнул острой иглой, но тут же отпустил. Я медленно встала с кровати. Босые ножки обожгло холодом, но энергия тут же восполнила этот баланс. Даже от тихого шороха, доберман навострил свои уши и поднял голову. Адский пес с любопытством оглядел меня, наклонив морду на бок. — Что? — раздраженно обратилась я, инстинктивно напрягаясь всем телом. — Опять укусишь? Я потянулась к дверной ручки, но гончая лишь поднялась на все четыре лапы и завиляла купированным хвостиком. Еще минуту мы сверлили друг друга взглядами, словно читая свои намерения. — Ладно, хорошо. Веди меня к своему хозяину. Пес словно понял мою команду и первым просунулся через щель двери. Стуча когтистыми лапами, он вел меня по тускло освещенным коридорам. Я постоянно озиралась по сторонам, реагируя на каждый шорох, но так никого и не встретила. Это место напоминало мне замок, но не такой, как школа ангелов демонов. Картины, статуи, ковры и факелы… Цербер привел меня к двери, откуда сочился легкий пар. Но отворив ее, я оказалась лишь в небольшом помещении, куда лестница вела далее вниз. В нос ударил приятный мятный запах с примесью сандалового дерева. Это оказалась купальня: огромный бассейн с парящей водой и мягким освещением, чтобы не тревожить глаз. Сквозь туман, я разглядела фигуру мужчины. Он лежал по грудь в воде, облокотившись на каменный перила. Кое где слонялись полуголые демоницы, что подливали воду и, по всей видимости, радовали его своими телами. — Проходите, мисс Уокер, — прозвучал бархатный голос. Я робко шагнула вглубь комнаты, все так же сопровождая псом, что поспешил к своему хозяину. Мальбонте одарил меня ленивым взглядом из-под полуопущенных век. — Как вы себя чувствуете? — Хорошо, — прочистив горло, ответила я. — Я — пленница? Дино-Мальбонте растянул губы в улыбке и протянул руку, чтобы погладить гончую. На обнаженном торсе в миг заиграли мускулы, поблескивая от мелких испарин. — Не любите вы прелюдии, мисс Уокер. Нет, вы не пленница. Задумчиво кивнув, я присела на влажный край бассейна, чтобы быть с ним на одном уровне. Теперь, когда мне точно известно, что Дино и Мальбонте все еще делят это тело, на душе стало куда теплее, а полукровка уже не внушал того первобытного страха. — Значит, я могу в любое время уйти от сюда? — К сожалению нет, — выдохнул он. — Вы же сказали, что я не пленница. — Это для вашей же безопасности, мисс Уокер. Видимо мой эмоциональный фон еще не успел восстановиться, так что его противоречивые высказывания в миг пробудили злость и раздражительность. — И что теперь? Будешь держать меня здесь, пока у меня не появится Стокгольмский синдром?! Полукровка тяжело вздохнул, выжидающе глядя на меня исподлобья. Золотые пряди упали на его лоб, делая черты суровее и мертвенно спокойными. — Как вариант, но нет. Видите ли, вы лакомый кусочек для моих врагов. В одной из наших встреч я сказал, что у вас есть выбор: примкнуть ко мне или умереть. — Я выбрала второе, но вы все решили за меня, — пробурчала я, удерживая его гетерохромный взгляд. — Я даже умереть не могу по собственной воле. — Не драматизируйте, дорогая. Уверен, что теперь, зная что Дино и я — одно целое, вы передумали. Я обняла себя за плечи и взглянула в сторону. Вспомнила Люцифера, его слова, его поступки… спокойствие, которое он мне подарил, но и предательство… — Вы ничем не лучше Люцифера. Меня обманывал не только он, но и ты. — Да, грешен… — Мальбонте встал в полный рост так, что вода едва прикрывала все что ниже косых мышц пресса. Капли стремительно стекали вниз по ребристой коже, что покрылась мелкими ссадинами и корочкой от ожогов. Я насупилась при виде обезображенного тела своего ангела, но и едва могла удержать взгляд на его безмятежном лице. Мужчина подошел в плотную и лишь тогда произнес: — Но уверяю вас, мисс Уокер, когда я вас завоюю, а я это сделаю, то не обманом, не ложью, а в честной борьбе. Я не мой братец. Я сладко улыбнулась своему оппоненту и поддалась вперед, оказавшись лишь в паре дюймов. А после, тихо прошептала: — Я никогда не буду твоей. И я обязательно найду способ вернуть Дино. — Ваше «никогда» лишь заводит меня, дорогая. Его бархатный голос обволакивал каждую клеточку, вынуждая отзываться. И теперь я понимала почему — ведь мой ангел жив и это он так действует на меня. — А теперь прошу простить меня. Мне нужно восстанавливать силы. — Полукровка вернулся на свое место, вновь погрузившись в воду. — Но вы можете присоединиться. Я недовольно фыркнула и покосилась на полуголых демониц, что так и вились вокруг него, ожидая моего ухода. Молча поднявшись на ноги, я вышла из купальни, а за мной, хвостиком тянулся все тот же цербер. Как мило, он приставил мне охрану… Потеряна ли я? Не то слово… Что теперь? При воспоминаниях о Люцифере я ощущаю лишь боль и предательство. Но его последние сказанные слова… Не хочется даже верить, что этот демон действительно мог такое произнести… А может мне все приснилось? Каковы дальнейшие планы Мальбонте? Почему Дино все еще жив и почему жива я? Неужели он имеет влияние на него? Знаю лишь одно — мне нужно как-то помочь Дино, даже если он не желает меня больше знать и видеть. Мой ангел в курсе, что все это время я проводила с Люцифером. Изменщица и предательница! Меня тошнит от самой себя! Но что я имею? Я пленница в замке чудовища, которого мне нужно расколдовать. Но как? Ведь я не в сказке, а в жизни добро не всегда одерживает победу.