Пока долг не разлучит нас (Till Debt Do Us Part)

Действие этого эпилога происходит примерно через шесть лет, если вы не поняли читайте под песню: House of Memories — Panic! At The Disco

Эпилог: две ноги

Если не считать приглушенного шепота мужа и их старшего сына, в доме было относительно тихо. Возможно, слишком тихо. С тех пор как они усыновили детей, здесь почти никогда не было так спокойно. Может быть, это был просто контраст с его собственной тревогой, когда он отсчитывал минуты до появления на свет нового члена семьи. Ребенок, их ребенок. Сарават вытянул свои длинные ноги на холодном деревянном полу в их гостиной, на мгновение нарушив сон Тедди у себя на коленях. Она слегка приоткрыла глаза, чтобы посмотреть на него, а затем снова закрыла их, чтобы снова заснуть, прежде чем он пригладит вьющуюся шерсть на ее голове. Его ноги чесались выйти на улицу и поиграть в футбол, чтобы немного успокоить нервы, которые он чувствовал глубоко в животе, но он знал, что им нужно оставаться на месте, пока они не получат вызов в больницу. Выдохнув воздух через ноздри, он сдвинул очки на переносицу и нажал на боковую кнопку телефона, чтобы посмотреть на часы. Прошло уже несколько часов с тех пор, как они в последний раз получали какие-либо новости, и он просто надеялся, что с Эйр и ребенком все в порядке. Он знал, что если бы возникли какие-то осложнения с родами, Прэм, муж Эйр, связался бы с ними, чтобы они могли немедленно спуститься туда. За последние девять месяцев Тайн и Сарават очень сблизились с маленькой семьей Эйр, когда они вместе ходили на прием к врачу, и, конечно же, Тайн видел Эйр каждый день на работе. Он был приятно удивлен, когда она предложила стать суррогатной матерью их третьего ребенка. Тайн нервничал, что Сарават будет чувствовать себя неловко при мысли о том, что ребёнок будет от девушки, с которой связанны события, которые произошли много лет назад, но Сарават был в восторге от того, что их ребенка будет носить кто-то, кому они полностью доверяют. Сарават не доверял многим, но он определенно мог сказать, что Эйр и Прем были очень хорошими людьми. Ему и Тайну повезло, что их ребенок развивался в такой любящей семье. После того, как они нашли донора яйцеклетки, они решили использовать сперму Тайна. Хотя сначала Сарават был взволнован, что не увидит сходства с отцом, он начал беспокоиться, что ребенок не будет чувствовать себя связанным с ними, зная, что Тайн был биологическим отцом. Какая-то часть его знала, что он ведет себя неразумно и что ребенку, вероятно, будет все равно, когда он подрастёт, но внутри все еще было ноющее чувство, которое говорило ему, что этого будет недостаточно. Он не собирался быть настоящим «папой». Он пытался поделиться своими опасениями с Тайном, но, несмотря на годы консультаций, он все еще изо всех сил пытался выпустить наружу свои самые сокровенные страхи. В конце концов он доберется туда, но для этого ему всегда требовалось несколько попыток. Он взглянул на Тайна, который прижимал к себе их шестилетнего сына Дина, пока они вместе читали книгу на диване. Легкая улыбка тронула уголки его губ, когда Тайн читал одну страницу, а затем Дин читал следующую, его мизинец скользил под словами, когда он читал их. Типакорн с гордостью посмотрел на их сына, которому удалось не споткнуться ни на одном слове. Сарават тоже очень гордился Дином. Их старший сын учился в первом классе, но читал уже, как в третьем. Сарават снова с тревогой посмотрел на часы и нахмурился, ведь с тех пор, как он смотрел в последний раз, прошла всего одна минута. Пытаясь отвлечься, он решил принять участие в своем любимом прошлом занятии-поддразнивании мужа. Он повернул голову и откровенно уставился на Тайна. Через несколько мгновений тот оторвался от книги и быстро взглянул на Саравата. Понял его. Сарават скосил карие глаза на Тайна и склонил голову набок. Парень нахмурился. — Что? — спросил Тайн, обводя его взглядом. — Что случилось? Он еще сильней нахмурился в замешательстве. Сарават сморщил нос и прикоснулся к собственной щеке. — У тебя что-то на лице, — серьезно сказал он. Глаза Тайна расширились. — Что-то на моем лице? Что это? Это нутелла? Кусочек фрукта? — он лихорадочно потер гладкую кожу щек и лба. — О боже, это жук?! — воскликнул он. Их сын Дин продолжал читать свою страницу, не обращая внимания на обычную театральность родителей. Сарават сильно прикусил нижнюю губу, изо всех сил стараясь не рассмеяться над человеком, сидевшим перед ним. Над Тайном было так легко подтрунивать, даже после всех лет, что они провели вместе. — Ват! Давай, помоги мне его снять! Он исчез? Сарават наклонился вперед со своего места на полу, делая вид, что рассматривает его поближе. — Убери руку, — попросил он. Тайн тут же убрал её и посмотрел на него широко раскрытыми глазами. — Подожди, не обращай внимания… Сарават склонил голову набок и продолжал щуриться. — Это просто твоя красота. Уголки его губ приподнялись в ухмылке, когда он увидел, как осознание того, что только что произошло, появилось на лице Тайна. Щеки Типакорна медленно порозовели, и он закатил глаза в притворном раздражении. — С тобой что-то не так. Ты это знаешь? Сарават кивнул. — Да, я знаю. Я болен, — он сделал эффектную паузу. — Тоской по любви. Он прошептал последнее слово. Тайн расхохотался и покачал головой, когда его смех перешел в хихиканье. Ничто не делало Саравата счастливее, чем заставить своего мужа так смеяться, это всегда было одной из его любимых вещей. Дин нахмурился и посмотрел в лицо Тайна. — Папа, теперь твоя очередь, — раздался его тихий голос. Типакорн хмыкнул и кивнул, прежде чем он продолжил чтение. — Ты прав, прости. Дин снова уставился в книгу с серьезным выражением лица. Тайн и Сарават много говорили о его личности. Для такого маленького мальчика он был очень серьезен для своего возраста. Он не очень много смеялся, но когда они заставляли его смеяться, они чувствовали себя так, словно были вознаграждены величайшим из даров. Сарават и он очень сблизились из-за футбола. Они оба любили смотреть его, и оба играли в него при каждом удобном случае. Несмотря на то, что он был таким серьезным, маленький мальчик был на самом деле хорошо сложен, очень общителен, и он также очень защищал своего младшего приемного брата Бенца. Люди шутили, что если бы они не знали, что Дин был усыновлен ими, когда ему было два года, они бы поклялись, что он биологический сын Саравата, основанный только на личности. Бенц был полной противоположностью своему брату. В свои четыре года он был сорвиголовой, вечно на что-то взбирался или прыгал с места на место. Тайн и Сарават были уверены, что если они и облысеют в тридцать с небольшим, то только из-за него. Их младший сын, несмотря на свою безрассудную натуру, был очень застенчивым и замкнутым, пока не познакомился с кем-нибудь по-настоящему. Пока его мысли крутились вокруг младшего мальчика, Сарават нахмурился, поняв, почему тишина так беспокоила его. — А где Бенц? — он уставился на своего мужа, который был погружен в чтение. Тайн замолчал и оторвал взгляд от книги. — Я уложил его вздремнуть после обеда. Минут двадцать назад, — объяснил Тайн. Сарават кивнул и поднял Тедди с колен, прежде чем встать. — Ладно, пойду проверю, как он там, — он подошел к Тайну и поцеловал его в лоб, прежде чем взъерошить волосы Дина. — Спасибо, — сказал Тайн через плечо. Сарават торопливо взбежал по лестнице их дома, перепрыгивая через две ступеньки, и ухватился ладонью за деревянные перила. На верхней площадке он небрежно оглянулся на желтую детскую, которую они устроили к приезду малыша. Его желудок снова скрутило. Он так нервничал. Сарават ничего не знал о детях. Малыши, да, он их понимал. Когда они получили мальчиков, они уже были приучены к горшку, могли говорить, и Сарават мог играть с ними. Одна из ранних игр, в которую они играли и все еще играли, была там, где Сарават говорил им, что они собираются в путешествие, а затем осторожно бросал их на кровать, полную подушек, прежде чем взмахнуть простынями вокруг них. Они хихикали и смеялись над этим целый час. Но Сарават не мог сделать этого с новорожденным. Они были такими хрупкими, с маленькими конечностями, слабыми шеями и большими головами. Он боялся случайно уронить ребенка или не поддерживать голову правильно. Слишком многое могло пойти не так. А еще он читал ужасные истории о том, что дети плачут часами напролет, и никогда нельзя понять, что с ними не так, потому что они не умеют говорить. Как он может быть хорошим родителем, если даже не может понять, что нужно их ребенку? Он крепко зажмурился и покачал головой. Может быть, Тайн просто будет главным родителем в первые два года, а потом вмешается Сарават, когда сможет бросить малыша в постель к их братьям. Он плотно сжал губы и пошел заглянуть в комнату мальчика. Его глаза расширились, когда он увидел две пустые кровати. — Тайн! — крикнул он с верхней площадки лестницы, спускаясь по ней, прежде чем поспешить в гостиную. Тайн и Дин растерянно уставились на него. — Его нет в постели. Тайн нахмурился. — Только не это, — он вздохнул и закрыл книгу. Дин вскочил с дивана и вложил свою маленькую руку в руку Саравата. — Я думаю, что знаю, где он, папа. Он потащил Саравата к раздвижной двери, ведущей на задний двор, и подождал, пока старик откроет ее. — Он сказал мне, что хочет поиграть на улице, но потом папа заставил его вздремнуть, — объяснил старший мальчик, когда Сарават отпер дверь. Дин выбежал на задний двор и резко остановился, прежде чем положить руки на бедра. — У вас большие неприятности, мистер. Он закричал на младшего ребенка. Сарават вышел наружу вместе с Тайном и уставился на их младшего сына, который крутился на цыпочках, одновременно занимаясь балетом и упражняясь в карате. Бенц посмотрел на брата и высунул язык. — Вовсе нет! — он бросился на Дина. Дин снова посмотрел на отца, а Сарават и Тайн раздраженно переглянулись, прежде чем их взгляды остановились на четырехлетнем мальчике. — Бенц, — начал Тайн и скрестил руки на груди. — Как ты сюда попал? Бенц прекратил свое балетное карате и радостно улыбнулся отцу, прежде чем указать на дерево на заднем дворе. Тайн и Сарават в ужасе уставились на него. — Что?! — Сарават повысил голос. — Ты залез на дерево?! — Да! — взволнованно воскликнул Бенц. — Я вскарабкался на него, а потом спрыгнул на траву! Сарават наблюдал, как Тайн сжал переносицу. — Бенц, ты вылез из окна и спустился по дереву? — повторил он. — Ага, совсем один. Мальчик гордо улыбнулся родителям, демонстрируя два отсутствующих передних зуба. Сарават должен был признать, что он был впечатлен, но в основном это был ужас, который запечатлелся в его сознании. Им действительно нужно было починить оконную ширму в спальне мальчика раньше, чем они думали. Он подошел к маленькому мальчику и опустился на колени. — Послушай меня, — Сарават пристально посмотрел мальчику в лицо. — Это было смело, но ты мог пораниться по-настоящему. Бенц отвел взгляд. — Но я не причинил себе вреда, папа. Я это сделал. Я вылез из дома и очень осторожно забрался на дерево. Нижняя губа и подбородок мальчика задрожали. — Я знаю. Ты действительно сильный, чтобы спускаться по этим веткам, но, — он сделал паузу. — Это небезопасно, и мы не хотим, чтобы ты когда-нибудь делал это снова. Он услышал хруст травы рядом с собой, когда подошел Тайн. Его муж наклонился, чтобы посмотреть на их младшего сына. — Если с тобой что-то случится, мы не знаем, что будем делать с собой. Так что пообещай нам, что ты больше никогда этого не сделаешь, хорошо? Даже если ты станешь самым сильным ребенком в мире, мы не хотим, чтобы ты это делал, — он протянул руку и погладил мальчика по голове. Бенц посмотрел на своего папу и разрыдался, прежде чем броситься в объятия Тайна. — Мне очень жаль, — он плакал, когда тот поднял его, и маленький мальчик плакал сопливыми слезами в плечо Тайна, прежде чем обхватить его короткими руками за шею. Дин подошел и вложил свою руку в руку Саравата. — Я обещаю. Он зарыдал в лицо Тайна, прежде чем снова уткнуться головой в шею отца. — Я же говорил, что у тебя неприятности, — громко заявил Дин и покачал головой. — Но это было довольно круто, что ты залез на дерево! Как Человек-Паук! Дин ухмыльнулся, глядя, как его младший брат икнул, а его слезы утихли. Бенц потер глаза маленьким кулачком. — Да? — спросил он старшего брата, ища его одобрения. Дин быстро кивнул ему. Лицо Бенца просветлело, и он улыбнулся. — Я как Человек-Паук. Я буду защищать всю семью и новорожденного ребенка! — он хихикнул и прижался своим носом прямо к щеке Тайна. Сарават сдержал смех, когда его муж поморщился, увидев сопли на своём лице. Он приподнял одно плечо и потерся о него щекой, когда Бенц отвлекся. Тайн посмотрел на Саравата и усмехнулся. Им действительно повезло с их маленькой семьей. Тайн опустил Бенца на землю, и мальчики с визгом бросились вдогонку друг за другом. Сарават наблюдал, как его муж достал из кармана телефон и проверил его. Он нахмурился. Сарават видел, что они еще не получили никаких известий о ребенке. — Эй! — Тайн сложил ладони рупором (в форме громкоговорителя или так, когда люди кричат на концертах и закрывают рот, чтобы было громче), — Давайте сыграем в футбол? — Крикнул он ребятам, а потом посмотрел на Саравата. — Ты готов? Сарават рассмеялся. — Я всегда готов, — он улыбнулся мужу, когда мальчики возбужденно подбежали к ним. Дин подобрал с дерева пенопластовый футбольный мяч и держал его в руках. — Ладно, мы сейчас без обуви, — Тайн указал на их ноги в носках. — Так что не бейте сильно по мячу, мы просто играем для удовольствия, хорошо? Мальчики кивнули, и Сарават протянул руку, чтобы забрать мяч у Дина. — Итак, команды. Дин, — сказал Сарават, — Не мог бы ты разделить нас на пары? — Мы с папой, — кивнул Дин. — И ты с Бенцем. Он указал на Саравата, который подошел и встал рядом с младшим мальчиком. — Таким образом, у нас есть один хороший игрок на каждого, так что это справедливо, — закончил Дин, подходя к Тайну и становясь рядом с ним. Типакорн посмотрел на мальчика рядом с собой. — Я хороший игрок в этой команде? — многозначительно спросил он сына. Дин посмотрел на него и отрицательно покачал головой. Тайн надул губы. — Ух ты, вот это удар по моему самолюбию, — пошутил он. — Ты неплохой папа! — Дин нежно похлопал отца по руке. — Я просто лучше. — Хватит тявкать! — закричал Бенц. — Давай сделаем это! Он размял свои маленькие руки, прежде чем Сарават положил мяч в середину. — Три, два, один, вперед! — закричал Сарават, когда все они попытались поймать мяч. Дин помчался с ним в противоположном направлении. Бенц погнался за ним на полной скорости, а их родители медленно бежали за ними. Дин пнул мяч в сторону Тайна. Тот взвизгнул от возбуждения и рванулся к воротам. Сарават погнался за ним и, обхватив его руками за талию, успешно повалил на траву. — Эй! — закричал Тайн под своим мужем, когда тот перевернулся, чтобы посмотреть на человека, который теперь нависал над ним. — Судья, мне нужна помо!.. — Тайн снова попытался закричать, прежде чем его слова были поглощены губами Саравата. Старший отстранился, чтобы посмотреть на него. Тайн вздохнул и улыбнулся мужу. Сарават осыпал поцелуями щеки парня, когда позади них раздался хор «фу», издаваемый их сыновьями. — Ты выглядел немного напряженным, — заметил Сарават, коснувшись кончиком своего носа мужа. Тайн наклонился и запечатлел целомудренный поцелуй на губах Саравата, прежде чем положить голову на траву. — Ты заметил, да? Сарават кивнул. — С ребенком все будет в порядке, — он надеялся, что его голос прозвучал гораздо увереннее, чем он чувствовал на самом деле. Не было никаких признаков, что что-то будет не так, но иногда с этими вещами вы просто никогда не знали. Тайн кивнул. — Ты прав. Сарават наклонился и поцеловал Тайна в лоб. — Фол! — крикнул Дин рядом с ними, напугав обоих парней. — Желтая карточка за драку и ненужные поцелуи, — заявил он, поднимая мяч. — Ладно, ладно, — Сарават оттолкнулся от земли и протянул руку Тайну, чтобы тот встал. — Я сам сяду, — Тайн встал и отряхнул руки о шорты. — Папа! Теперь мы проиграем! — Бенц раздраженно заскулил. — Извини, приятель. Ничего не мог с собой поделать. Сарават пожал плечами. — Ты делаешь это каждую игру! — воскликнул Бенц. — Я хочу поменяться товарищами по команде. Он надул губы, прежде чем забрать мяч у Дина и убежать. — Я хочу, чтобы Бэтмен стал моим новым товарищем по команде. Маленький мальчик закричал, когда Дин погнался за ним за мячом. Разговор прервало какое-то жужжание. Тайн быстро вытащил из кармана телефон и ответил: — Алло? — он прикусил нижнюю губу. — Что?! Его глаза расширились, когда он уставился на Саравата. — Мы едем прямо сейчас, — он повесил трубку и сунул его обратно в карман. — Час назад у Эйр начались схватки! Мы должны идти! — закричал Тайн в явной панике. Вот дерьмо. Так оно и было. Ребенок должен был родиться. Сарават с трудом сглотнул, когда Тайн побежал за мальчиками. — Мальчики, пошли! Ребенок скоро родится! — он окликнул их. Они тут же перестали бегать друг за другом и вместо этого бросились на Тайна и Саравата. Папы быстро схватили их и поспешили в дом. Типакорн усадил мальчиков на маленькую скамейку у двери и вручил им ботинки, прежде чем надеть свои. Сарават схватил ключи от машины и побежал к Бенцу, чтобы помочь ему надеть ботинки, так как он был медленнее всех. — У меня странные ощущения в ногах! — Тайн застонал, и остальные трое уставились на его ноги. Дин разразился своим редким, сотрясающим тело смехом, а Сарават ухмыльнулся. — Бедняжка, на тебе две разные туфли. И они не на той ноге, — он нахмурился, а Тайн покраснел от смущения. Он сбросил обе туфли и схватил нужную пару. — Я должен сесть за руль, — сказал Сарават, глядя в взволнованное лицо мужа. Тайн робко улыбнулся ему и кивнул. — Угу, — выдохнул Тайн, схватив Дина за руку, подхватил их ночную детскую сумку и открыл входную дверь. Сарават поднял Бенца, который как раз гладил подошедшую Тедди. Он наклонился и схватил рюкзак, набитый вещами, чтобы занять детей в больнице. — Пока, Тедди! Маленький мальчик помахал собаке, когда Сарават прижал сына к своему плечу. Тедди рявкнула в ответ, прежде чем Сарават последовал за Тайном к их машине.

***

Они поспешили вниз по больничному коридору, следуя инструкциям, которые дал им муж Эйр. На полу родильного отделения, куда их направили, сидела медсестра. Она велела им немного подождать, чтобы она могла проверить, что происходит. Сарават смотрел, как она идет по коридору. — Я не могу в это поверить, — пробормотал Тайн. Сарават взглянул на него и увидел, что тот нервно сжимает губу. — Надеюсь, все в порядке. Он прикончил меня. — Я хочу есть! — Бенц заскулил, когда Тайн поправил его на руках. Он подобрал его, как только они попали в больницу, чтобы они могли бежать быстрее. Сарават схватил рюкзак, висевший у него на плече, и открыл его. Он вытащил батончик мюсли и коробку сока. Бенц взвизгнул от возбуждения, когда ему передали закуски. — Спасибо, папа! — Дин? — спросил Сарават старшего мальчика. Дин посмотрел на отца и покачал головой. Сарават снова полез в сумку и вытащил оттуда комикс. Лицо Дина просияло, когда он потянулся за ним. — Спасибо, папа, — сказал он более спокойно, чем другой мальчик. Сарават улыбнулся и погладил сына по голове. Медсестра вернулась и тепло улыбнулась им. — Теперь можете идти туда. Пожалуйста, следуйте за мной, — она сообщила им. Улыбка, появившаяся на лице Саравата, исчезла и сменилась приоткрытыми губами и встревоженными глазами. Что же ему теперь делать? Должен ли он держать ребенка на руках? — О, и здесь, — медсестра протянула им маленький белый конверт. Сарават растерянно потянулся к нему. — Счет? — спросил он. Медсестра рассмеялась и покачала головой. — Нет, это пол вашего ребенка. Ваша суррогатная мать попросила доктора написать, чтобы сделать вам сюрприз. Было все равно, каким будет ребенок, лишь бы он был здоров, но Сарават втайне надеялся, что это будет девочка. — О, благодарю вас. Сарават взял конверт в руки и поклонился женщине. Он мог видеть, как Тайн делает модифицированную версию этого, а также он держал Бенца. Бенц и Дин в знак уважения пожали друг другу руки. Сарават очень гордился ими. Медсестра покачала головой. — Не надо меня благодарить. А теперь пойдем познакомимся с вашим малышом! — взволнованно сказала она и повернулась, чтобы идти по коридору. — Ладно, пошли отсюда, — счастливо прощебетал Тайн, когда они последовали за медсестрой в частную больничную палату. Обычно Сарават не тратил много денег без крайней необходимости, но он позаботился о том, чтобы получить удобную одноместную комнату для Эйр. Это было самое меньшее, что он мог сделать за все, что она сделала для них. Он с трудом сглотнул, когда они вошли в палату и увидели измученную женщину, держащую на руках запеленатого ребенка. Муж убрал ей волосы с лица, чтобы она видела. Когда они вошли, она подняла голову. — Эй! — воскликнула она радостно, глаза ее блестели, а щеки порозовели. Они подошли к другой стороне кровати. — И тебе привет, — Тайн просиял, глядя на нее. — Как ты себя чувствуешь? — Я сильная, — усмехнулась Эйр. — Не беспокойся обо мне. Иди вымой руки и забери своего ребенка. Она рассмеялась. Тайн кивнул и поставил Бенца на пол, чтобы тот мог вымыть руки в раковине. — Привет, тетушка Эйр, — радостно сказал Бенц. — Это мой ребенок? — он указал на сверток в ее руках. Эйр хихикнула над маленьким мальчиком. — Привет, Бензи! — она ответила и кивнула. — Да, это твой ребенок. — Можно мне подержать его? — спросил он, протягивая к ней свои маленькие ручки. Сарават подошел к Прему и пожал ему руку. Другой мужчина похлопал его по спине.  — Ну, мы еще не знаем, он это или она, — прохрипела она, держа на руках ребёнка и протянула чужую маленькую ручку. С того места, где он стоял сейчас, он мог видеть лицо ребенка. Сарават застыл как вкопанный, и сердце его тут же наполнилось любовью. — Это маленькая девочка, — сказал он, прежде чем поднести руку ко рту и уставиться на нее. Его глаза стали горячими, когда чувство радости захлестнуло его. Она была так похожа на Тайна в детстве на тех фотографиях, которые он видел. Ее пухлые щеки казались мягкими, а глаза были крепко зажмурены. — Поздравляю, парень, — муж Эйр сжал плечо Саравата. — Я тоже думаю, что она маленькая девочка, — тихо сказала Эйр, и по лицу Саравата скатилась слеза. Тайн отступил назад и потянулся к ребенку. Девушка аккуратно, придерживая за шею, передала ребёнка в руки парня, — Беременность была похожей, когда я была беременна своей дочерью, поэтому я подумала, что ребенок будет девочкой, но я хотела, чтобы вы двое выяснили это сами. — Почему ты плачешь, папа? — спросил Дин Саравата, дергая его за рубашку. — Ты не хотел девочку или что-то в этом роде? Сарават покачал головой и вытер теплую жидкость со щек. — На самом деле мы с твоим папой хотели двух мальчиков и девочку, — он взглянул на маленького ребенка. — Я просто очень счастлив. Так и было. Он был в приподнятом настроении, но все еще нервничал. Тайн подошел к Саравату, не сводя глаз с лица ребенка, пока обходил кровать. — Ух ты, — сказал Тайн с благоговением, когда ребенок заерзал у него на руках. Ее рот образовал букву «О» в сосательном движении. — Привет, детка. Тайн приблизил ее лицо к своему и поцеловал в щеку. — О боже, у нее такое нежное лицо. Она так хорошо пахнет, — сказал он взволнованно, оглядывая остальных взрослых. Сарават наклонился, чтобы понюхать ее. Он не знал, как это описать, но для него она пахла сладким молоком и медом. Тайн слегка наклонился, чтобы мальчики могли ее видеть. Бенц попытался откинуть одеяло с ее лица. — Будь аккуратен, Бенц, — голос Тайн был тихим, когда малышка сунула пальцы в рот. Дин и Бенц внимательно наблюдали за ней. Дин слегка улыбнулся ей, но Бенц выглядел недовольным. — О, я хотел мальчика! — Бенц что-то пробормотал и нахмурился, глядя на ребенка. — В доме и так слишком много мальчишек, Бенц! — воскликнул Дин, слегка закатив глаза. Он посмотрел на Саравата, словно прося поддержки. Сарават поднял бровь на двух мальчиков. — Давайте посмотрим. Он разорвал конверт, который все еще держал в руках, и протянул его Дину. — Покажи нам свои навыки чтения. Дин взволнованно взял его и решительно кивнул. Все смотрели, как он осторожно вытащил листок и развернул его, прежде чем, казалось, прочитать в уме. Он поднял глаза и ухмыльнулся. — Извини, Человек-Паук, но у нас теперь есть младшая сестра, за которой надо присматривать, — он тихонько хихикнул и развернул бумагу так, чтобы все увидели надпись. Бенц застонал. Тайн повернулся к Саравату с широкой улыбкой на лице. Сарават наклонился и быстро поцеловал Тайна в уголок рта. Он знал это. Едва увидев ее, он понял, что у них есть маленькая девочка. Ему просто показалось забавным, как она похожа на его мужа. Часть его задавалась вопросом, будет ли она такой же умной, как ее папа, но, надеясь, не такой социально тупой. — Официально у нас есть маленькая девочка, — Тайн посмотрел на Эйр. — Большое спасибо. Сарават кивнул. Эйр пренебрежительно махнула им рукой. — Я бы сказала, что сделаю это в любое время, но я думаю, что это была одноразовая сделка. Моя спина убивала меня месяцами, — она засмеялась и указала на ребенка. —Берегись, это сова. — Она сова?! О да, давайте оставим ее себе, — воскликнул он в волнении. — Я люблю сов. Дин посмотрел на брата и недоверчиво покачал головой, но не стал поправлять его. — Да, спасибо, ребята, — Сарават посмотрела на девушку, а потом на Прем. — Спасибо, что помог ей пройти через это. Другой мужчина кивнул. — Конечно. Просто нет проблем. Ребенок теперь полностью твой. Муж рассмеялся и взял руку Эйр в свою. Она подняла на него глаза, и он наклонился, чтобы поцеловать ее. — И эта леди теперь полностью моя. Прем пошевелил бровями, глядя на нее, и Эйр закатила глаза. — Пожалуйста, не обращай на него внимания. Это был долгий день, — она рассмеялась и посмотрела на двух парней. — Так кто из вас останется на ночь со мной и ребенком? У больницы есть политика, что они должны следить за ребенком и матерью, чтобы убедиться, что ничего не случилось, прежде чем они заберут ее домой. Тайн оторвал взгляд от лица ребенка. — Я останусь, — радостно объявил он. Сарават кивнул. Они договорились об этом еще несколько месяцев назад, так что спорить было не о чем. И Сарават все еще нервничал из-за того, что будет держать ребенка на руках, поэтому он был более чем счастлив провести ночь дома с мальчиками. — Потрясающе. Итак, вы подумали о каких-нибудь именах? — спросила Эйр, устраиваясь поудобнее в постели. Она поморщилась и Сарават стало ее жалко. Он знал, что ее тело, должно быть, было истощено. Ему и мальчикам скоро придется уехать. — Для девушки у нас была Мэди или Мэй, — сказал Сарават, глядя на ребенка. — Что тебе нравится? — прошептал он маленькой девочке. Ребенок продолжал сосать свои пальцы. — Мэди? Он окликнул ее, но ничего не произошло.  — Мэй? Какое-то мгновение малышка ничего не делала, но потом ее глаза слегка приоткрылись. Сарават фыркнул и посмотрел на Тайна. — Пусть будет так, — Тайн дотронулся до ее маленькой ручки. Тайн улыбнулся и кивнул своему мужу, их глаза сверлили друг друга, пока они общались, не говоря ни слова. — Идеально, — Тайн наконец выдохнул. Сарават поцеловал мужа в макушку и игриво взъерошил ониксовые локоны. — А теперь мы можем отвезти Мэй домой, папа? — спросил Дин у Тайна. — Пока нет, — Сарават ответил за Тайна, который пересел на стул в углу. — Ват, ты можешь подержать ее секунду? — спросил его Тайн. Сарават напрягся. Подержать ребенка? — он? Парень, который в прошлом месяце уронил на пол целый буррито? Нет, спасибо. Он наклонился и поднял Бенца, который вскрикнул от удивления, а потом захихикал. — Папа! — Маленький мальчик засмеялся. — Сделай это снова! — Нам пора домой. Бенц не спал, а Дину нужно, — он сделал паузу, подумав. — Потренироваться в футболе. Сарават знал, что он не должен лгать, но технически он не лгал, так как Бенцу действительно нужно было вздремнуть, не забираясь на дерево на этот раз. Футбольная тренировка была немного притянутой за уши, но у Дина была игра на носу. — Ой, я не хочу спать! Я хочу поиграть с Мэй! — Ура, папа, ты можешь попрактиковаться со мной? Разговор мальчиков перешел на другую тему, когда Тайн посмотрел на них, а затем на Саравата. Типакорн приподнял бровь и открыл было рот, чтобы что-то сказать, но затем ухитрился удержать Мэй левой рукой, когда тот усаживался в кресло. — Не проблема. Ладно, ребята, идите сюда. Дин медленно подошел к отцу, когда Бенц выбрался из объятий Саравата. — Вот, поцелуй сестру в лоб, — он протянул им ребенка для поцелуя. Дин чмокнул ее в ухо, а Бенц — в щеку, прежде чем Мэй расплакалась. О нет. Все начинается. Сарават нахмурился. — Я думаю, она голодна. Тайн улыбнулся ей и протянул свободную руку, чтобы притянуть голову Бенца к себе и поцеловать в лоб. Дин неохотно позволил притянуть себя, когда ребенок завыл у них в ушах. — Я позову медсестру, чтобы она принесла бутылку, — предположила Эйр, беря трубку телефона, стоявшего на столе рядом с ней. — Спасибо, — Тайн улыбнулся ей и посмотрел на мужа. Сарават неловко сунул руки в карманы джинсов и подошел к нему. — Позвони мне, когда вернешься домой, ладно? — проинструктировал его Тайн. Сарават наклонился и запечатлел целомудренный поцелуй на губах парня, прежде чем слегка отстраниться. — Всё будет в порядке. Люблю тебя, — тихо сказал Сарават, прежде чем повернуться и поцеловать плачущую Мэй в макушку. — Мы заедем за тобой завтра. — Я тоже тебя люблю. И хорошо, не забудь меня здесь. Тайн улыбнулся и нежно покачал ребенка. — Будьте добры к своему отцу! — он сказал мальчикам, когда они собирались уходить. — Мы сделаем это, папа! — воскликнули они в унисон, когда Бенц, пританцовывая, вышел за дверь, а Дин спокойно последовал за ним. Сарават в последний раз махнул рукой и последовал за сыновьями. Ему было стыдно за свою реакцию на Тайна и ребенка. В тот день ему удалось вырваться из ее объятий, но он знал, что долго это не продлится.

***

Когда на следующий день он отправился забирать Тайна и Мэй из больницы, Сарават попытался придумать самые лучшие отговорки, чтобы не держать ребенка на руках. Ему было достаточно смотреть на нее издали и трогать ее маленькие ступни и пальцы ног, пока он не набрался уверенности, чтобы держать ее как следует. Он немного рассчитывал на забывчивость Тайна, чтобы пережить следующие две недели, когда он будет сидеть с ней. Сарават поставил машину на стоянку у входа в больницу и выскочил наружу. Он увидел Тайна, стоящего у автоматических дверей. Внимание мужа было приковано к малышке, которую он нежно покачивал на руках. — Эй! — Сарават ухмыльнулся Тайну, прежде чем шагнуть на тротуар перед своим мужем. Тайн поднял на него глаза и устало улыбнулся. Он выглядел так, словно не сомкнул глаз с тех пор, как Сарават и мальчики покинули его накануне. Сарават наклонился и быстро поцеловал мужа в губы. Тот застенчиво улыбнулся ему. Сарават не мог поверить, что они женаты уже почти шесть лет, а Тайн все еще краснел, когда они целовались. — Эй, — Тайн зевнул и улыбнулся малышке. Он медленно провел указательным пальцем по ее руке, когда она закуталась в одеяло. Ее маленький кулачок раскрылся, и она схватила его за палец. Тайн улыбнулся Саравату. — Она такая сильная, — он хихикнул, глядя на мужа. Сарават посмотрел на ребенка и улыбнулся. Он не мог дождаться, когда она подрастет, чтобы научить ее играть в футбол, и, возможно, она сможет посещать занятия карате, как ее братья, или даже балет, как Бенц. Мэй рыгнула, прежде чем сплюнуть немного, Тайн рассмеялся, вытирая ей рот тряпкой, которая была заправлена в одеяло. — Она также делает это слишком часто, и у нее огромный аппетит. Тайн посмотрел на Саравата потрясенными глазами. — Как будто огромный. Сарават усмехнулся. — Она явно твой ребенок. Тайн нахмурился. — Заткнись, — он закатил глаза, а потом ухмыльнулся. — Я сыграл ей целую кучу песен Скрабб, и она заснула. Он гордо улыбнулся и задумчиво скривил губы. — Не знаю, стоит ли мне обижаться, но, по крайней мере, мы знаем, как усыпить ее, когда она капризничает, — Тайн застенчиво улыбнулся ему. — Также заметь, Эйр не любит Скрабб, и она была очень близка к тому, чтобы бросить в меня горшок, — он пожал плечами. — Я сказал ей, что мы заплатим за ее санаторное лечение или что-то в этом роде. Сарават слушал рассказ, прищурившись и пытаясь понять бред своего парня. — Ну, раз уж ты пытаешь нашу суррогатную мать, я отправлю ее туда, куда она захочет. — Я ее не мучил. Как бы то ни было, Скрабб потрясающий. Вы, ребята, просто не имеете вкуса, — пробормотал Тайн себе под нос, оглядывая парковку в поисках машины. — Пойдем домой. Мне нужно принять душ и вздремнуть. Он уже собирался двинуться, как вдруг резко повернул голову в сторону Саравата. — Где мальчики? — в панике спросил он. — Тедди наблюдает за ними. Решил, что ей пора зарабатывать на жизнь, — Сарават постарался придать своему лицу как можно более серьезное выражение. — К тому же Дин очень ответственный человек. — Я слишком устал, чтобы понять, шутишь ты или нет, и не боюсь пнуть тебя прямо в голень, если понадобится, — угрожал он, но Сарават знал, что Тайн просто шутит. Ну, он знал, что слегка шутит. Он ухмыльнулся. — Наши мамы заглянули. Сарават пожал плечами. Это было немного полуправдой. На самом деле их мамы заглянули сюда, потому что Сарават позвонил им и попросил об этом. Пришли также их братья и друзья Саравата. О, и друг Тайна, и, конечно же, их отцы тоже пришли с их мамами. — И еще несколько человек, — добавил Сарават, бросив взгляд в сторону, прежде чем посмотреть на Тайна. Тот нахмурился. — Еще несколько человек? — спросил он, когда они посмотрели в обе стороны и пересекли парковку с ребенком. — Да, наши братья, — Сарават открыл дверцу заднего сиденья, чтобы Тайн наклонился. Он снял с плеча мужа детскую сумку. Тайн уперся коленом в сиденье и осторожно усадил Мэй в автомобильное кресло, убедившись, что она в безопасности, прежде чем сесть рядом. Сарават почувствовал облегчение оттого, что его муж не попросил его подержать ребёнка, прежде чем он устроит ее. Он положил сумку на колени Тайна. — Только наши братья? — спросил Тайн, прежде чем Сарават закрыл дверь. Сарават медленно открыл дверцу со стороны водителя и скользнул на свое место. — И несколько друзей, — он закашлялся, натягивая ремень безопасности. Он услышал, как позади него застонал Тайн. — Я просто хотел вздремнуть и принять душ, — он слышал, как вздыхает Тайн. — Она почти не спала и много плакала, — пробормотал он. Сарават жалел Тайна, потому что у него был довольно спокойный вечер с мальчиками, когда он утомил их несколькими футбольными играми, а затем купил им Макдональдс на ужин. В тот вечер они вырубились к восьми часам. Он посмотрел в зеркало заднего вида на Тайна. — Ты все еще можешь это сделать. Все хотят увидеть Мэй. Ты им не нужен, маленький буйвол, — он ухмыльнулся и увидел, как нахмурился Тайн. — Спасибо…задница, — Тайн что-то пробормотал себе под нос, но Сарават заметил, как на его губах появилась легкая улыбка. — Я тоже тебя люблю, — он поддразнил его, прежде чем завести машину и отправиться домой к их семье и друзьям.

***

— О боже, как будто я снова держу Тайна, — воскликнула мать Тайна, прижимая Мэй к груди и поглаживая ее по спине, чтобы успокоить, пока она икала. — Этот ребенок может есть, — она рассмеялась, обращаясь к маме Саравата, которая держала Дина на коленях, когда они сидели на г-образном диване. Другая женщина кивнула. — Она так похожа на него! Щеки и глаза, — она улыбнулась и крепко обняла Дина. Маленький мальчик читал одну из своих книг, когда взрослые заговорили над ним. — Ты счастлив, что теперь у тебя есть маленькая сестренка, Дин? — спросила бабушка, державшая его на руках. Дин оторвал взгляд от книги и посмотрел на ребенка. — Да, она действительно симпатичная. Я хочу научить ее читать, чтобы иметь возможность делиться с ней своими книгами, — с гордостью сказал он. — Я все еще преподаю Бенцу, но он не любит долго сидеть на месте. Он нахмурился и посмотрел на своего брата, который играл в карты с их дядями Боссом, Омом, Пыаком, Фонгом, Пхуконгом и их кузеном Кристом. — Он садится только тогда, когда это игра. Он с явным неодобрением покачал головой и снова уткнулся в книгу. Мать Саравата поцеловала его в макушку. — Ты такой хороший старший брат, — она говорила ему в волосы. Сарават заметил легкую улыбку на лице сына, услышавшего похвалу. Он сидел на полу рядом с человеком, который наблюдал, как его собственный сын играет в игру. Сарават повернулся к нему и поднес к губам стакан сока. Он скучал по пиву, но они с Тайном старались не пить в присутствии мальчиков. — Крист становится большим, — прокомментировал Сарават, глядя на играющих детей. Его взгляд слегка переместился вверх и увидел, как Тайп сидел на другой стороне дивана и о чем-то оживленно разговаривал с отцом. Мэн посмотрел на Саравата и кивнул. — Быстро, да? В следующем месяце ему исполнится тринадцать, — Мэн покачал головой. — Чёртов Ват! Помнишь, какими мы были подростками? — спросил он своего друга. Сарават кивнул. — Мы были ужасны. — Именно. Мы были дерьмовыми подростками с дерьмовыми гормонами. Я не хочу, чтобы он был дерьмовым, я просто хочу, чтобы он навсегда остался тем милым восьмилетним ребенком, которого мы воспитали, — он вздохнул. — Не слишком ли много я прошу? Мэн поднес к губам стакан с лимонадом. Сарават рассмеялся. — Он действительно хороший парень. — О да, он самый лучший. Смеется над всеми моими шутками, когда Тайп не хочет, — Мэн снова вздохнул. — Отсюда все пойдет под гору, чувак. Я это знаю. Прыщи уже начали появляться, и в следующий момент ты знаешь, что он будет вырываться из дома и угонять машины. — Бенц вчера сбежал из дома, — Сарават сообщил об этом своему другу, и Мэн быстро повернул голову, чтобы посмотреть на него с явным удивлением. — Да, вылез из окна спальни и залез на дерево. — Что за черт?! — громко воскликнул парень, заставив друзей Тайна, Босса, Пхуконга и Криста обернуться. Мэн повернулся, чтобы посмотреть на Бенца, который был в середине их игры в чам-чам-чам. — Бенц! Ты что, лазишь по деревьям?! — спросил он маленького мальчика, который наконец посмотрел на отца и дядю. Бенц взглянул на Саравата и прикусил губу, прежде чем кивнуть. — А ты знаешь, что твой отец лазил на манговое дерево на заднем дворе твоей бабушки?! Глаза Бенца расширились от шока, когда Сарават шлепнул его по руке. — Не говори ему этого, — он раздраженно зарычал. — О да, твой отец всегда был на этом дереве, и твоя бабушка все время кричала на него, чтобы он убирался, — Пхуконг рассмеялся и покачал головой. — Но ты должен быть осторожен, потому что можешь пострадать, — он предупредил маленького мальчика. — Даже если это тайно действительно круто, что ты сделал это, потому что это дерево огромное, — он подмигнул племяннику. Тайп нахмурился, глядя на группу. — Да, не облажайся, как твой папа. Он забрался на крышу и сломал себе руку. Сарават приподнял бровь. — Разве ты не сказал ему пойти туда? — он защищал своего мужа, который спал наверху. Тайп прижал руку к груди в притворной обиде. — Я? — он нервно взглянул на отца, который наблюдал за всем происходящим. — Мы все знаем, что ты заставил Тайна подняться на крышу, прекрати, — сказал их отец, прежде чем закатить глаза. — Теперь вернемся к тому, о чем мы говорили. Ты видел… — отец Тайна продолжал говорить со своим старшим сыном, пока Сарават отключился и наблюдал за сыном, который продолжал играть в игру. — Крист! Как ты позволил ему избить себя снова?! — Ом потрясенно схватился за голову, наблюдая за битвой. Крист рассмеялся и пожал плечами. — Не знаю, может, он экстрасенс? — Сарават знал, что двенадцатилетний мальчик был очень покладистым ребенком, и ему нравилось, когда он был рядом с мальчиками. Они старались встречаться с Мэном и Тайпом хотя бы раз в месяц для семейного времяпрепровождения. — Ладно, подвинься, малыш. Позвольте мне показать вам, как работает эта игра, — Ом повернулся к Бенцу и ткнул пальцем в четырехлетнего мальчика. — Ты готов, малыш?! — спросил он. Бенц рассмеялся. — Я родился готовым</i,> дядя Ом, — сказал он своим тоненьким писклявым голоском, отчего Саравату захотелось рассмеяться. Сарават наблюдал, как они прошли три раунда, прежде чем Ом проиграл Бенцу. Ом посмотрел на Саравата, который улыбался им. — Чем ты кормишь этого ребенка, Ват? — Человеческой пищей, — пожал плечами Сарават. — Давай еще раз, — усмехнулся Ом. — Нет-нет, теперь моя очередь, — вмешался Пыак, вставая, чтобы сыграть против Бенца. Мэй начала плакать, что привлекло внимание Саравата к ней. Его отец теперь держал ребенка на руках, а она плакала. — Э-э-э, я думаю, что ее должен переодеть папа! — воскликнул его отец, укачивая плачущего ребенка. Кровь застыла в жилах Саравата, когда отец медленно подошел к нему. Если бы он только мог заставить отца отнести ее в детскую, тогда он, вероятно, смог бы разобраться с ситуацией с подгузниками. — Что случилось? — с лестницы донесся голос, и Сарават облегченно вздохнул, увидев сонного Тайна. Его отец повернулся к Тайну и направился в ту сторону. — Я думаю, что её нужно помыть. — Угу, — Тайн взял малышку на руки и уткнулся носом в ее щеку. — Все в порядке, папа тебя переоденет. — Тайн, ты уверен? — крикнул Сарават. — Я могу подойти и переодеть ее. Тот покачал головой. — Нет, я в порядке. А ты можешь сделать ей бутылочку? Сарават кивнул и поспешил на кухню, чтобы приготовить ей бутылочку со смесью. Он плеснул теплой жидкостью себе на запястье, чтобы проверить температуру. Он не был до конца уверен, что это именно то, что он должен был сделать, но решил, что это не повредит. Мальчики не пили из бутылок, когда они получали их. К этому моменту они уже ели твердую пищу. — Закончил? — голос Тайна за спиной напугал его так, что он чуть не выронил бутылку. — Ага, — он усмехнулся, а затем кивнул, прежде чем попытался передать её Тайну. — Здесь не горячо. Тайн наблюдал за ним секунду, а затем улыбнулся. — Нет, на этот раз ты ее покормишь. Я не думаю, что ты это делал, — он приподнял бровь. — Или ты кормил ее, когда я спал? Сарават хотел сказать «Да», что он накормил ее, но слова так и вертелись у него на языке. Он отрицательно покачал головой и посмотрел на Мэй, которая снова сосала пальцы. — Нет, это сделала твоя мама. — Ладно, держи ее и корми, — Тайн придвинулся ближе к Саравату, и тот слегка отступил назад. — Разве ты не можешь подержать ее, а я покормлю? — спросил Сарават, его голос немного дрогнул, когда он посмотрел на Тайна. Тайн нахмурился. — Я мог бы, но зачем мне это делать? Из гостиной донесся смех, парни молча смотрели друг на друга. — Ого, Дин победил Бенца! Хорошая работа, Бенц-король, но теперь у нас появился новый конкурент! — раздался голос Фонга. Сарават бросил взгляд через плечо Тайна. — Может, пойдем посмотрим, что там происходит? — спросил он Тайна, пытаясь сменить тему. Ребенок на руках у мужа начал булькать и плеваться ему на пальцы. — Ват, — Тайн продолжал укачивать Мэй. — Что случилось? Он озадаченно нахмурился, глядя на Саравата. — Помни, что сказал психолог, мы должны делиться, несмотря ни на что, — глаза Тайна изучали его собственные, прежде чем он отвел взгляд. Да, он помнил, что говорил им психолог. Поначалу он терпеть не мог ходить туда и ушел на их первую встречу. Кто эта дама, чтобы говорить ему, что он думает? Она не знала ни его, ни Тайна. Он ненавидел говорить. Он был просто тихим человеком, что в этом плохого? Он не хотел уходить только потому, что Тайн хотел, чтобы они это сделали, но после первых двух месяцев Сарават начал медленно раскрываться и раскрывать свои самые сокровенные мысли. Этот опыт действительно свел их вместе. Хотя временами он все еще не пытался открыться, как сейчас, обычно ему это удавалось гораздо лучше. В последний раз они видели ее, когда впервые захотели усыновить ребенка. Этот процесс вызвал у них обоих много беспокойства. К счастью, письмо было адресовано, и они получили Дина. — Разве ты не хотел ребенка? — спросил Тайн сдавленным шепотом, и его лицо исказилось от страха. Сарават тут же покачал головой, и на его лице появилось страдальческое выражение. — Нет. Это даже не… — он запнулся в шоке от того, что произвел такое впечатление. — Это была любовь с первого взгляда. Совсем как тогда, когда мы увидели мальчиков в первый раз, — он вздохнул и закатил глаза. — Это глупо. Я просто… Он замолчал и уставился на Тайна, который выглядел смущенным. — Я боюсь, что уроню ее или сожму слишком сильно, или что-то в этом роде. Она такая маленькая, Тайн, — пробормотал он. — Столь хрупкая, — он отвернулся, чтобы посмотреть в сторону. Всё. Теперь все было кончено. Он приготовился к тому, что Тайн рассмеется над его глупостью. Но оно так и не произошло. Тайн шел впереди него и протянул свободную руку, чтобы повернуть Саравата лицом к себе. Сарават вздохнул, прежде чем его муж нежно поцеловал его в губы, а затем отстранился. — Ват, я никогда не держал ребенка до Мэй, и я чертовски нервничал. Но она довольно легкая и пока не слишком суетится, — Тайн посмотрел на ребенка у себя на руках. — Ты не уронишь ее. Я знаю, что ты этого не сделаешь. Сарават тоже посмотрел на нее и поморщился. — Я знаю, что ты никогда не допустишь, чтобы что-то случилось с этой семьей. Так ведь? — спросил Тайн, и Сарават неохотно кивнул. — Точно, так что тебе не о чем беспокоиться. Я имею в виду, как долго ты собирался пытаться не держать ее? На неделю? — Пока ей не исполнилось два года, — медленно признал Сарават. Услышав это вслух, он внутренне съежился. Тайн изумленно уставился на мужа. — Я люблю тебя, но это, должно быть, самая глупая вещь, которую ты когда-либо говорил. А ты и раньше говорил много глупостей. Доверься мне, — Тайн усмехнулся, а затем медленно протрезвел, когда его глаза изучали лицо Сарават. — Подожди, есть что-то еще? Сарават посмотрел на него в ответ, потом перевел взгляд на ребенка и с трудом сглотнул. Свободной рукой он провел пальцами по пухлой маленькой ручке, которая в данный момент была соединена с липким ртом Мэй. Он действительно не знал, как передать эту чувства. Было опасение, что Тайн обидится или расстроится, если он это сделает, а он не хотел причинять боль своему мужу. Но он уже усвоил урок и понимал, что должен сообщить о своем беспокойстве. — Она все еще будет любить меня, даже если я не… — он снова сглотнул и позволил себе посмотреть в лицо Тайн, — ее не настоящий отец? Губы Тайна слегка приоткрылись, когда слова Саравата, казалось, запечатлелись в его сознании. — Не настоящий папа? — повторил Тайн. — Я ее настоящий отец, потому что у нас общая ДНК? — Не знаю, — пожал плечами Сарават. — Я не знаю. Может быть, она так и будет думать, когда поймет. Тайн нахмурился. — Так Бенц и Дин не наши, потому что мы не кровные родственники? Так я теперь единственный папа, потому что родилась Мэй? — Тайн был задет, и Сарават понял почему. — Нет, ты знаешь, что я имею в виду, Тайн, — с мальчиками все было по-другому, потому что они оба не имели к ним никакого отношения. У Мэй были более глубокие связи с Тайном, с которой Сарават чувствовал, что никогда не сможет конкурировать, и он боялся разочаровать ее или обидеться, если она не увидит в нем своего отца. — Неужели? — Тайн покачал малышку на руках, когда она стала немного суетливее. — Ты любишь Дина и Бенца? — Сарават кивнул. — Ты сделаешь что-нибудь для них? Ты их вырастишь? Ставишь ли ты их потребности выше своих? Ты присутствуешь на их играх и концертах? Ты ходишь на родительские собрания? Ты учишь их играть на гитаре и сочиняешь с ними дурацкие песни? — Тайн сбивчиво перечислил список вопросов. — Да. Я всё это делаю, — медленно произнес Сарават, его голос дрогнул, а взгляд мужа смягчился. — Ты их отец, и ты один из лучших отцов, Ват, — голос Тайна был тихим, но твердым. — Неважно, чья кровь течет в жилах Мэй, она наша дочь, и мы оба в равной степени ее отцы. Ничто и никогда этого не изменит. Сарават выдохнул, задержав дыхание, и кивнул. — Ты прав. — Она будет любить тебя. Я знаю, что творится у тебя в голове, потому что я принц ненадежных мыслей, поэтому я буду говорить тебе то, что ты говорил мне каждый день после терапии. Сарават посмотрел себе под ноги. Он знал, что скажет Тайн, и знал, каково ему будет. — Тебя вполне достаточно. Вас более чем достаточно. И я люблю тебя, — Сарават потер затылок и сжал губы. Волосы на его руках встали дыбом, когда слова действительно поразили его. Он почувствовал, как чья-то рука легла ему на затылок, и слегка приподнял голову, глядя в лицо мужа. Тайн прижал их лбы друг к другу, а Мэй вытянула руки перед собой. Сарават фыркнул. — Когда ты успел стать таким умным? — он слегка усмехнулся, положив руку на бедро Тайна и наслаждаясь теплом его лба. — Честно говоря, я лично думаю, что это было с рождения, но некоторые сказали бы, что это детский сад, — Тайн рассмеялся и, откинувшись назад, посмотрел на Саравата. — Ты помог мне побороть те навязчивые мысли, которые говорили мне, что я этого не стою, и я тоже помогу тебе. Тайн улыбнулся. Сердце Саравата колотилось в груди, когда он смотрел на человека перед собой. Независимо от того, через что они прошли как пара, он не мог представить, какой была бы его жизнь без его мужа. В течение многих лет люди думали, что Тайн был счастливчиком, потому что был с Сараватом, но Сарават знал, что на самом деле все было наоборот. — Спасибо, неприятность. — В любое время С-А-Р-А-Л-Е-О, — произнес он по буквам. — Не хочу ругаться при ребенке, — Тайн сверкнул зубами. — Совершенно уверен, что сегодня ты бы обозвал меня ослом, — Сарават обвинил его. Тайн отрицательно покачал головой. — Я бы никогда не сделал ничего подобного перед такими молодыми ушами, — он ухмыльнулся Саравату. Малышка повернула лицо к груди Тайна и открыла рот, как будто хотела пососать его грудь. Сарават рассмеялся. — Она такая же, как я. Зациклилась на груди отца, — пошутил Сарават. — Ладно, ладно, Мэй голодна. Давай. Вытяни руки, как это делаю я, — Тайн проинструктировал своего мужа. Сарават вздохнул, прежде чем поставить бутылку, и нервно протянул руки, словно баюкая невидимый мешок с картошкой. Тайн посмотрел на него и покачал головой. — Как ты думаешь, насколько велик наш ребенок? — поддразнил он. — Сделай пространство поменьше. Сарават поджал губы и еще сильнее прижал руки к телу. — Хорошо, а теперь закрой глаза. — Неприятность, а как мне поможет закрытие глаз? — Просто сделай это! — приказал Тайн. Сарават нахмурился и неохотно закрыл глаза, прежде чем почувствовал легкую тяжесть в руках и нежный поцелуй в щеку. Он открыл один глаз и посмотрел на Мэй, которая смотрела на него снизу вверх. — О боже, — он открыл второй глаз и уставился на красивую маленькую девочку, которую держал на руках. Как он мог не обнимать ее так долго? Она была совершенством. — Она такая красивая, — прошептал он, когда тепло охватило все его существо. — Она легче моего ноутбука, — он наблюдал, как Тайн протягивает ему бутылку. Сарават уставился на него, а потом перевел взгляд на ребенка. — Да, это так. Тайн медленно отвел левую руку Саравата от колыбели. — Тайн, стой, подожди, я могу… — он не смог закончить фразу, потому что Тайн сунул бутылку ему в свободную руку, а Сарават крепко прижал Мэй к груди правой. — О. Он посмотрел на бутылку, а потом на Тайна, который бросил на него самодовольный взгляд. — Я пойду уложу мальчиков спать, а потом пожелаю всем спокойной ночи и попрошу их прийти в следующую субботу, потому что, по-моему, нам предстоит долгая ночь, — Тайн провел рукой по ее шелковистым черным волосам. — Ты все понял? — Тайн быстро чмокнул Саравата в нос. — Спасибо, — тихо сказал Сарават, глядя на мужа. Когда они смотрели друг на друга, в его сердце возникло знакомое трепетание. Тайн сиял усталой улыбкой для него, а потом пошел, чтобы захватить своих сыновей. Сарават поднес сосок бутылки ко рту Мэй и провел им по ее губам. Она счастливо ухватилась за него. Он нежно прижал ее к своей груди и начал тихонько напевать. Ее глаза остановились на лице отца, который продолжал бормотать незнакомую мелодию, каким-то образом проникшую в его сознание. Что он там напевает? Он удивился, когда её глаза слегка закрылись. Краешком запястья он поправил очки и все же ухитрился удержать бутылку в руке. Его глаза распахнулись, когда мелодия в голове начала затихать. Ах, теперь он понял, что происходит. Он усмехнулся, когда его взгляд снова остановился на дочери. — Ты моя новая муза, Мэй, — тихо сказал он, продолжая мысленно сочинять для нее песню. Ему придется записать это позже. Звуки маленьких ног, бегущих по полу, становились все ближе, когда мальчики вбежали на кухню. Тайн устало последовал за ними. — Папа! — Бенц сложил руки вместе. — Мы можем еще немного побыть? — он умолял. — Мы с Дином хотим больше играть в эту игру со всеми. Дин покачал головой. — Только не я. Мне очень хочется спать. Бенц резко повернул голову в сторону брата и нахмурился. — Хочешь, я еще раз прочту тебе эту книжку про Лего? — спросил старший брат. Бенц надул губы, но кивнул головой. — Всё порядке. Пора пожелать им спокойной ночи. Тайн подхватил обоих мальчиков на руки и шагнул к Саравату. Он повернулся в сторону, чтобы Бенц мог наклониться к отцу. — Спокойной ночи, папа, — Бенц бросил свои руки вокруг шеи Саравата. Тот склонил голову к плечу младших мальчиков. — Люблю тебя. Ночи, — он улыбнулся в лицо Тайну, когда их младший сын продолжал держать его. Бенц отстранился и послал Мэй воздушный поцелуй. — Я тоже тебя люблю, — сказал младший, зевая. Тайн повернулся на другой бок, чтобы Дин мог пожелать ему спокойной ночи. — Спокойной ночи, папа, — старший мальчик наклонил голову, и Сарават поцеловал его в лоб. — Люблю тебя. — Я тоже тебя люблю, — Дин протянул руку и с легкой улыбкой коснулся ее пухлых пальцев. Тайн опустил сыновей на землю, и они побежали в гостиную. — Скоро увидимся, — сказал Тайн, глядя вниз и играя с маленькими ножками Мэй. Пальцы ее ног подогнулись от этого прикосновения. Он взглянул на Саравата. — Позови меня, если понадоблюсь. Сарават кивнул и наклонился, чтобы прижать их губы друг к другу. Голоса их сыновей, пожелавших всем спокойной ночи, стук когтей Тедди по полу, когда она вошла в кухню, и нежное дыхание Мэй заполнили пространство. Тайн поднял руку и положил ее на щеку Саравата, потирая, пока они целовались. Это были маленькие мгновения, которые Сарават хранил в своей памяти. Вздохнув, Тайн отстранился и в последний раз поцеловал Саравата в губы. Он одарил мужа широкой улыбкой, а затем вернулся обратно в гостиную. Любовь, которую он испытывал к этому человеку, была неописуема. Даже когда они стали старше и справились с гораздо большим стрессом, он просто чувствовал себя еще более влюбленным в своего мужа. Он знал, что не каждая супружеская пара чувствует то же самое, и был благодарен судьбе. Пока он размышлял, бутылка в его руке слегка сдвинулась, и часть формулы потекла изо рта Мэй вниз по ее щеке. — О-о-о, — он огляделся, схватил со стойки бумажное полотенце, вытащил бутылку из ее рта и осторожно вытер грязь с ее лица. Позже ему придется спросить у Тайн, где ее тряпки, в которые она выплевывает. Когда она начала суетиться и сердито показывать свои крошечные десны, он вернул ей бутылку. Сарават улыбнулся ей, опустил голову и провел губами по ее лбу. — Ты можешь забрать все бутылки, какие захочешь, — он усмехнулся, когда она жадно сосала напиток, ее маленькие ножки счастливо двигались, когда она ела. Она действительно была такой же, как Тайн. Сарават улыбнулся, глядя на ее маленькие пальчики. Их маленькая семья выросла на два фута, и теперь она была официально завершена.

***

Сарават закончил уборку на кухне и выключил свет на нижнем этаже. Было приятно, что их семья приехала, и он был рад видеть, что они были так же взволнованы, как и при встрече с Мэй. Тедди составила ему компанию, пока Тайн оставался наверху с тремя детьми. Она последовала за ним, когда он вышел из кухни. Он прошелся босиком по полу и убедился, что двери заперты и охранная система включена. К счастью, с тех пор, как они усыновили мальчиков, они уже много лет не привлекали особого внимания прессы. Очевидно, наличие детей было достаточно, чтобы убить любой интерес СМИ к их жизни, поскольку они официально стали старой скучной парой в глазах общественности. Большой интерес к ним возник только в прошлом году, когда стало известно, что Мил был арестован за инсайдерскую торговлю в своей архитектурной компании. Он был отправлен в тюрьму на два года и получил огромный штраф в качестве дополнительного наказания. Мальчики были так смущены, когда смотрели, как Тайн и Сарават счастливо танцуют перед новостной программой по телевизору. Они должны были быстро придумать, почему их свадебная фотография появилась на экране. Тайн ухитрился придумать оправдание и сказал, что они просто демонстрируют свадебные фотографии людей. Дин отнесся к этому скептически, но согласился, в то время как Бенц был абсолютно равнодушен к происходящему. Сарават изо всех сил старался не топать вверх по лестнице и, войдя в спальню, увидел, что Тайн ходит взад и вперед с суетливой Мэй. Из телефона мужа на низкой громкости доносилась песня Скрабб. Дин и Бенц крепко спали на родительской кровати, их не тревожила знакомая музыка отца. Сарават поднял бровь, наблюдая за происходящим. Тедди радостно запрыгнула на кровать и свернулась калачиком в ногах. — Когда ты сказал, что укладываешь мальчиков спать, я подумал, что ты имеешь в виду в их собственных комнатах, — прошептал Сарават, осторожно закрывая за собой дверь. Тайн посмотрел на него и нахмурился. — Я положил их в их комнату, но они сказали, что не могут спать, так что, — вздохнул Тайн. — Вот мы и пришли. Сегодня здесь полный зал, — он нахмурился. — Кроме того, эта история со Скраббом была случайностью. Это <i>явно не усыпляет Мэй. Он в отчаянии покачал головой и выглядел так, будто вот-вот развалится на части. Мешки под глазами его мужа казались более заметными, а его волосы были как-то аккуратно уложены с одной стороны и взъерошены с другой. Сарават был немного обеспокоен. Это была только первая ночь Мэй дома, и оба ее папы, казалось, не могли собраться вместе. Он знал, что пришло время подойти и помочь Тайну выбраться. Сарават нахмурился и шагнул к мужу. Он протянул руку и положил ладонь на затылок Тайна, мягко массируя напряжение там. Глаза Типакорна затрепетали от этого прикосновения. — Я уложу Мэй. А ты ложись спать, — он наставлял своего мужа, который выглядел так, словно вот-вот рухнет в изнеможении. — Сними рубашку, — внезапно скомандовал Тайн. Брови Саравата поползли к линии волос. Правда, с тех пор, как у них появились мальчики, у них не было так много секса. Им повезло, если они могли сделать десятиминутный секс на скорую руку в прачечной или заняться сонным сексом в четыре утра, но Сарават был потрясен тем, что Тайн сейчас в таком настроении. Как будто увидев, о чем он думает, тот нахмурился. — Так, извращенец, это не то, что я имел в виду. Просто сними рубашку и ложись на кровать. — Звучит знакомо, — ухмыльнулся Сарават. Он снял очки, положил их на стол, стянул через голову рубашку и осторожно подвинул Бенца на матрасе к брату. Таким образом, Сарават мог удобно разместиться на краю огромной кровати. — Я читал об этом в одной книге. Это называется «кожа к коже», — объяснил Тайн, подходя к нему вместе с Мэй и осторожно кладя ее на голую грудь Саравата. Ее мягкая щека прижалась прямо к его груди, когда ее ноги подтянулись, а руки устроились под ее телом. Она тут же перестала суетиться и успокоилась. Сарават с благоговением смотрел на ее макушку, наблюдая, как она поднимается и опускается у него на груди, когда он вдыхал и выдыхал. Тайн осторожно надел на её голову свою детскую шапочку. — Ну вот, держи ее так, пока не почувствуешь, что вот-вот уснешь. Тогда положи ее, — он придвинул люльку к кровати, — сюда. Тело Тайна затряслось, когда его охватил долгий зевок. Его глаза скользнули по кровати, и он нахмурился. — Может быть, я смогу спать в одной из кроватей мальчика или на диване, — думал он вслух. — Тайн, выключи свет и ложись рядом со мной, — Сарават положил руку на спину Мэй и поманил Тайна к себе. — Здесь так мало места, — он указал на кровать, выключая музыку на телефоне. Сарават надул губы. — Я не могу спать без тебя рядом, — он одарил Тайна самым лучшим щенячьим взглядом, на который только был способен. — Просто ложись между детьми. Они маленькие. Тайн некоторое время смотрел на него, потом перевел взгляд на дверь и вздохнул. — Ладно. Но если завтра у меня заболит спина, ты сделаешь мне глубокий массаж. Глаза Тайна изо всех сил старались оставаться открытыми, когда он снял рубашку, бросил ее в корзину и выключил свет в спальне, оставив их в полной темноте. — Черт, — прошептал Тайн. Сарават положил руку на спину Мэй и потянулся назад, чтобы включить лампу рядом с кроватью, освещая тот угол комнаты. — Спасибо. Тайн забрался на кровать между сыновьями и устроил их так, что Бенц свернулся калачиком на боку у Тайна, а Дин держался за край кровати его же рукой. Сарават с благоговением смотрел на мужа. Его сердце глухо стучало в груди, когда он смотрел, как другой парень пытается освоиться с тем небольшим пространством, которое у него было. Как только он приспособился настолько, насколько мог, Тайн посмотрел направо на Мэй, лежащую на теле Саравата, а затем его глаза сфокусировались на Саравате, который все еще смотрел на него. Тайн показал небольшую усталую улыбку, прежде чем снова зевнуть. — Что? У меня что-то на лице? — спросил он, шевеля бровями, словно возвращаясь к их предыдущему разговору. Сарават покачал головой и провел рукой по спине Мэй. Глаза Тайна снова впились в нее. — Она спит, — счастливо прошептал он. — Молодец. Его глаза блеснули, когда он перевел взгляд на Саравата. Сарават глубоко вздохнул и выдохнул через нос, наблюдая за Тайном. То, что он собирался сказать, не выходило у него из головы уже много лет, но только в эту самую секунду, когда они прижались друг к другу со своими тремя детьми и Тедди, он по-настоящему почувствовал необходимость наконец сказать то, о чем думал. — Женись на мне, — сказал он тихо, но достаточно громко, чтобы услышал Тайн. — Что? — спросил Тайн слишком громко, когда Бенц зашевелился во сне. — Тсс-с, — Сарават утихомирил его и постарался не рассмеяться. — Извини, — Тайн смущенно поморщился, а потом сморщил нос. — Ты сказал, чтобы я женился на тебе? Сарават кивнул. — Да. Тайн скривил рот. — Ты устал? Мы уже женаты, чудак ты этакий. Помнишь, это было очень важно. Скандал. Папарацци. Стыд. Любовь и тому подобное. — Ах да? Должно быть, пропустил его, — Сарават пошутил, и Тайн нахмурился. — Да, я знаю. Но я хочу сделать обновление брака с тобой. Я хочу, чтобы дети были частью этого, — он слегка улыбнулся. — Мэй может стать цветочницей, когда научится ходить, а мальчики будут нести кольца. Он наблюдал, как глаза Тайна изучали его лицо. — Я хочу, чтобы мы сказали, что я делаю это перед нашей семьей и друзьями, но на этот раз мы знаем, что соглашаемся навсегда, а не только на год. И на этот раз мы оба будем любить друг друга, — левая рука Саравата падает на его сторону, пока он наблюдал за своим мужем. — Я люблю тебя, маленький буйвол. Он улыбнулся и заметил легкий румянец на щеках Тайна. — Ты выйдешь за меня? Снова. Тайн ухмыльнулся, и Сарават почувствовал, как рука его мужа коснулась его собственной, прежде чем они переплели пальцы на матрасе. — Я тоже тебя люблю. И, конечно, я это сделаю, — Тайн улыбнулся и закрыл глаза. — Ват? Сарават поднял бровь. — Да? Тайн зевнул. — Напомни мне об этом разговоре утром, хорошо? — Но почему? Тайн усмехнулся, не открывая глаз. — Просто хочу убедиться, что это не сон, — кажется, он снова зевнул. — Я… Я падаю… в аст… — Сарават уставился на Тайна, когда разговор внезапно оборвался. Из открытого рта мужа донесся тихий храп. Сарават подавил смешок, глядя, как волосы Тайна упали ему на лоб. Обычно он протягивал руку и убирал их назад, но одна его рука держала Мэй, а другая все еще была сцеплена с рукой Тайна. Его глаза сканировали комнату перед ним, когда он увидел, как Бенц уткнулся лицом в ребро Тайна. Дин перекатился на спину и положил руку на грудь отца, а Тедди свернулась калачиком между его ног. Он всегда знал, что Тайн будет хорошим отцом, но никогда бы не догадался, каким потрясающим он будет. Его взгляд остановился на спящем на нем ребенке. Он знал, что он тоже хороший отец и что Тайн прав, он всегда будет рядом с их детьми. Какая-то его часть все еще знала, что он будет бороться с чувствами неадекватного отца для Мэй, когда она станет старше и поймет больше, но знание того, что рядом с ним будет Тайн, уверяло его, что он сможет пройти через это. Он поправил ее маленькую шляпку и погладил по щеке. Сарават медленно высвободил свою руку из руки Тайна и положил ее на затылок Мэй, чтобы поддержать ее, когда он осторожно сел. Он наклонился и положил ее в колыбельку рядом с собой, накрыв легким одеялом. Она издала тихий фыркающий звук, прежде чем устроиться поудобнее. Дыхание, которое он задерживал в ожидании ее пробуждения, медленно вырывалось из его рта. Он наблюдал за ней в течение нескольких минут, прежде чем откинулся на спинку кровати и вернулся в исходное положение. Сарават снова переплел свои пальцы с тонкими пальцами Тайна и провел большим пальцем по гладкой коже. Он удовлетворенно вздохнул. Не важно, через какую душевную боль он прошел в своей жизни, тоскуя о своём муже, о договоренности, о взлетах и падениях, за вычетом лжи, он знал, глядя на своего мужа и семью, которую они построили, что он сделает все это снова через секунду. Бросив на всех последний беглый взгляд, он отвел руку в сторону и сделал все возможное, чтобы дотянуться до бокового столика. Он выключил лампу рядом с собой, прежде чем присоединиться к остальным членам своей семьи, погруженным в сон.