Magic shop

Заметив у входа в магазин очередной подарочный пакет, Джин по-доброму усмехнулся, поднял его с земли и зашел в помещение. Над головой прозвенели колокольчики, а в нос ударил запах трав и печенья, которое Тэхен всегда готовил для посетителей. Сам предсказатель сидел за массивным дубовым, «Так атмосфернее, хен!», столом в дальнем углу комнаты, где обычно принимал клиентов, и старательно раскрашивал стеклянный шар. «Надеюсь, он не додумался нарисовать какое-нибудь непотребство». Но, судя по увлеченности младшего, Джину придется убрать бедный шар от посторонних глаз. Кто если не он? Чимин с удовольствием поставит этот ужас на самое видное место, Юнги слишком плевать на происходящее вокруг («Кто вообще додумался посадить его на кассу?»), а Намджун, покидая свою мастерскую, был слишком сосредоточен на защите магазина от своего разрушительного влияния, чтоб замечать такие мелочи. Так что психическое здоровье посетителей на совести Сокджина. С такими мыслями он подошел к прилавку и с максимальным шумом, на который был способен, поставил расписанный красным и белыми бутонами пакет перед дремлющим Юнги. — Какого хрена? — прохрипел явно возмущенный таким отношением к себе домовой. — Что с твоими волосами? — Решил, изменить что-нибудь в себе. Неплохо получилось, да? — Джин провел рукой по теперь уже светлым волосам. — Твой поклонник снова оставил для тебя подарочек. Юнги окинул пакет усталым взглядом и, тяжело вздохнув, поднялся с любимого кресла. Заглянув внутрь и, Мин никогда в этом не признается, оставшись довольным содержимым, парень убрал подарок под прилавок. Джин, недовольный тем, что друг продолжает скрывать от всех, что ему дарят, в очередной раз решил попытаться вытянуть хотя бы крохи информации. — Ну и что там на этот раз? Что-нибудь указывает на личность поклонника? — Не твое дело, хен, — пробурчал Юнги, вновь усаживаясь. — Да брось! Мы все умираем от любопытства — зачем ты так нас мучаешь? — начал заведомо проигрышную попытку надавить на жалость русал. — Тэхен, скажи ему! — А я-то тут причем? — не отрываясь от своего занятия, сказал Ким. — Я знаю кто и что дарит нашему домовенку. Забавно, что вы вечно забываете про мой дар. — И ты ничего не расскажешь, не так ли? — расстроился Сокджин. — Вы скоро сами все узнаете. Немного терпения. — Это продолжается уже больше месяца, и я не уверен, что… — пламенную речь Джина прервал звон колокольчиков. В магазин вошли две девушки, скорее всего старшеклассницы, и, окинув парней смущенными взглядами, прошли к прилавку. — Добрый день, аджума. У вас случайно нет какого-нибудь любовного талисмана? — немного помявшись, произнесла одна из посетительниц. — Есть один, который не позволяет скрывать симпатию по отношению к хозяину. Подойдет? — ответил ничуть не удивленный обращением Мин. — Простите, аджосси! Да, подойдет. Сколько с меня? — протараторила красная от стыда девушка и полезла в сумку за кошельком. — Восемь тысяч двести тридцать вон, — Юнги положил перед девушками небольшую коробочку. — Инструкция внутри. Расплатившись, девушки поспешили уйти, все еще смущенный произошедшим. Стоило двери за ними закрыться, Мина прорвало: — Почему меня вечно путают с девушкой? — возмущался домовой. — Я не становлюсь меньше парнем от того, что ношу красивую МУЖСКУЮ одежду, иногда завиваю волосы и немного крашусь. Посмотри на Тэхена. Я уверен — эта рубашка из женского отдела. Его кольца и сережки тоже мало похожи на мужские, но я ни разу не видел, чтоб кто-нибудь путал его пол! Да и как можно не заметить кадык? Где они видели девушку с таким кадыком? — Ты миленький, пока рот не открываешь, — Джина смешили возмущения Юнги. — А во всем этом оверсайзе ты кажешься еще меньше, чем есть на самом деле. Я б тоже подумал, что ты девушка. Не красавица, но все же. — Чтоб ты знал, для домового я довольно высокий. Навряд ли ты встретишь кого-то из моих с таким же ростом. — То есть из всего, что я сказал, ты услышал только то, что ты маленький? — Потому что вы не упускаете возможности мне об этом сообщить. Почему никто не подкалывает Чимина? Мы ведь одного роста! — Кто в здравом уме будет шутить над феей — они безобидные только в диснеевских мультиках, — подал голос Тэ. — Чимини — мой лучший друг, но даже я, зная наперед, что будет, боюсь, когда он злится. — А меня, значит, бояться не стоит? Вы знаете, как трудно избавиться от проклятия домового? — не унимался Юнги. — Практически невозможно, — из своей мастерской высунулся от чего-то красноволосый Намджун, — необходимо выполнить условие, поставленное домовым, который не за что не расскажет, что требуется от обидчика. — Привет, Джуни! — русал переключил все внимание на ведьмака. — Тоже решил сменить имидж? Тебе очень идет. — Доброе утро, Джин-хен. Не то, чтобы я планировал это, — вздохнул Намджун. — Я работал над зельем ко Дню Влюбленных. Помешивал его, когда в окно врезалась птица. Дернулся от неожиданности и ударил по котелку. Взрыв. Я весь красный, а зелье испорчено. С кожи все сошло после первого же душа, а волосы, кажется, становятся только ярче. Но спасибо за комплимент. А ты, хен, восхитителен, как всегда. — Скажешь тоже! Намджуни… — начал было Сокджин, но его снова перебил звон колокольчиков. Чимин знатно выручил Намджуна и Юнги, когда однажды появился в только открывшемся магазине и предложил стать поставщиком. Все знали, что феи могут достать все, но мало кто решится им доверять. Дурная слава, тянувшаяся за ними еще с древних веков, и собратья, не желающие прекращать наживаться за чужой счет, до сих пор не дают феям наладить отношения с другими расами. Пак долго мотался по Сеулу, пока не наткнулся на маленький магазин еще совсем зеленого ведьмака и чрезмерно ворчливого домового. Ребятам было нечего терять, поэтому они решили рискнуть. И еще ни разу не пожалели. Новый знакомый не только исправно доставлял нужный товар, был в курсе всех схем других фей, но и находил клиентов среди собратьев. Это была золотая жила. Многие представители этого народца нуждались в товарах, производимых другими расами, и гораздо проще и надежнее получить их непосредственно от производителя, чем покупать неизвестно сколько раз перепроданные. В общем, Пак помог парням удержаться на плаву. Со временем он начал помогать Намджуну с зельями и разного рода талисманами-амулетами, даже научил его делать кое-какие созданные феями. А еще именно Чимин привел в магазин Тэхена. С тех пор стоимость сеанса у ясновидящего стоит в прайс-листе между амулетами и товарами для гадания. Одним из первых клиентов Тэ был Джин. Никто, кроме них двоих, не знает, зачем он приходил и что младший ему сказал, с тех пор не было и дня, чтоб русал не пришел в магазин и не состроил свои самые прекрасные на свете, по мнению самого Сокджина и одного ведьмака (только тссс!), глазки Намджуну. — Привет, ребята! — Чимин одарил всех широкой улыбкой. — Чимина! — Тэхен вскочил из-за стола и, подхватив, как оказалось, исписанный витиеватыми ругательствами стеклянный шар, поспешил показать свое творение лучшему другу. — Как думаешь, куда можно поставить? Джин надеется, что это будет не самое видное место. Зря Так продолжалось еще неделю, пока в один день Джин не обнаружил пустоту на месте, где обычно тайный поклонник оставлял подарки для Юнги. Подумав, что в этот раз Мин сам его забрал, Ким вошел в магазин. — Хей, сегодня он пришел раньше? — пояснять, о ком говорит Сокджин, не требовалось. — Никто не приходил, — пробурчал еще более хмурый, чем обычно, домовой. — Не стоит расстраиваться, хен, — с хитрой улыбкой произнес Тэхен. — Скоро все прояснится. — А кто расстраивается? Мне плевать, — буркнул Мин. — Я без всяких примочек вижу, что тебя это задело, — закатил глаза русал. — Не нужно строить из себя не пойми что. — Я не хочу об этом говорить. Иди пристань к Джуну — он будет вне себя от счастья. — И пойду! А ты дуйся здесь дальше, — выплюнул Джин. Но не успел он подойти к нужной двери, как в магазин кто-то зашел. У входа стоял темноволосый парень примерно одного роста с Тэхеном, а в руках он держал небезызвестный подарочный пакет. Все уставились на него. Смущенный таким вниманием гость огляделся и, остановив взгляд на Юнги, решительно двинулся к прилавку. — Это тебе от моего брата. Он был здесь несколько раз, и ты ему очень понравился. Там внутри записка, в ней указано, где и когда вы могли бы встретиться. Даже если ты не заинтересован, приди и скажи ему это в лицо. У меня все, — парень вылетел из магазина, оставив растерянного Юнги шокировано смотреть на пакет. — Ну и что ты думаешь, хен? — первым нарушил тишину, конечно же, ничуть не удивленный Тэхен. — Парнишка несколько недель уговаривал брата на этот шаг. Две недели, три дня и четыре с половиной часа. Да, Чонгук засекал. Никогда еще Хосок так не упрямился. Он вообще никогда не упрямился. Родители переживали, что из-за своей безотказности старший сын рано или поздно попадет в неприятности. Но к счастью, все обходилось. Пока около двух месяцев назад Хосок не проиграл спор. Однокурсники загадали ему в течение двух недель каждый день в одно и то же время ходить за предсказанием в какой-то оккультный магазин недалеко от универа. «Ничего страшного» — думал Чонгук. Так и было по началу — Хоби возвращался домой, рассказывал все, что узнал от предсказателя. — Тэхен сказал, что я уже встретил свою судьбу, но вместе мы будем не то чтобы скоро из-за моего упрямства. А еще ему жаль, что ты с ним в ближайшее время не познакомишься. И повтори крайнюю лекцию по истории — тебя завтра спросят. — А я-то тут при чем? — удивлялся Чон-младший. — Не знаю. Он не объяснил. А еще там на кассе работает… — Классный парень? — Девушка. — Неужели все эти «ты просто еще не встретил ту самую» правда? — Я не сказал, что она мне понравилась. — Но ты ее заметил? — Но я ее заметил. И так каждый день: предсказание, непонятные сожаления этого Тэхена, небольшой совет и девушка за прилавком. Хосок даже как-то втянулся. Сломанные наушники, водитель, окативший парня из лужи, успешная сдача сессии — ясновидящий ни разу не ошибся. Даже Чонгук, не относившийся к этому всему серьезно, начал прислушиваться. Все было хорошо, пока Хосок, прямо в уличной одежде завалившись на кровать, не заявил: — Юнги — парень. — Что? Какой Юнги? — Чонгук был уверен, что впервые слышит это имя. — Помнишь я рассказывал о симпатичной девушке на кассе в «Magic shop»? — дождавшись утвердительного кивка, старший продолжил. — Дело в том, что за все то время, что я ходил туда, она не произнесла ни слова, а сегодня Намджун, он тоже там работает, назвал ее «хен», а потом я услышал ее голос. Тэхен, заметив мою реакцию сказал: «Не переживай, ты не первый и, поверь, не последний, кто подумал, что Юнги — девушка». — Вот видишь, ты зря переживал за свою, как выяснилось, чисто гейскую натуру, хен. Теперь, когда мы убедились, что тебе нравятся только парни, ты перестанешь ныть и позовешь этого Юнги куда-нибудь. — Я не ныл. Думаешь, он согласится? — аж подскочил Хосок. — Не знаю. Спроси у Тэхена — это по его части. Конечно же никто никого никуда не пригласил. И ладно, если бы Чон-старший просто забыл о Юнги. Но нет. Он каждое утро, даже по выходным, мотался до магазинчика, чтоб оставить подарок. Их небольшая гостиная завалена плюшевыми игрушками, Хосок в гребанные шесть утра гремит посудой на кухне, потому что «я не могу принести ему вчерашние кексы», а около кровати Хо стоит коробка с этими ужасными пакетами, об которую Чонгук каждое утро запинается. Он долго терпел прежде, чем начать уговаривать брата бросить заниматься ерундой и по-человечески поговорить с тем парнем, но Хосок уперся, как никогда. И однажды Чонгук не выдержал. — Завтра я отнесу подарок Юнги. — В смысле? Ты не можешь делать подарки парню, который нравится твоему брату — это подло, Чонгук! — Я отнесу ТВОЙ подарок от ТВОЕГО имени ТВОЕМУ еще не парню и позову его на свидание с ТОБОЙ, раз уж ты сам на это не способен, хен. — Нет! Еще слишком рано! — Самое время. На следующих выходных уже День Святого Валентина. Ты подготовишь самое лучшее свидание, и у него просто не останется шансов! — Ты правда в это веришь? — Да! И ты верь, хен. А сейчас ты садишься и думаешь, куда бы хотел сводить Юнги. Завтра же мы встаем как нормальные люди, а не с рассветом, собираем твой стандартный набор. К обычным пожеланиям на день дописываешь приглашение на свидание, идет? — Идет. Так Чонгук оказался перед ничего не понимающим парнем в оккультном или как там будет правильно магазине. Он никогда так не нервничал, но это для Хосока. Ради брата Чон сделает многое, в том числе и разобьет лицо парню напротив, если он обидит Хоби. Хосок ждал младшего брата под дверью их квартиры и боролся с желанием взять пальцы в рот. «Я уже слишком взрослый, чтобы грызть ногти. Даже если пиздецки нервничаю» — повторял про себя Чон каждый раз, когда чувствовал прикосновение собственных пальцев к губам. «Чонгук скоро вернется и расскажет, как все прошло. А если Юнги отказал? Тогда я сам схожу туда и приглашу сам! Кого я обманываю — если бы не Гуки, я бы до скончания веков оставлял анонимные подарки! Надеюсь, они ему хотя бы понравились». Из мыслей Хосока выдернул Чонгук, вернувшийся домой. — Как все прошло? Ему понравилось? Или он тебя послал? — накинулся на младшего с вопросами Чон. — Он ничего не сказал. Судя по выражению лица, он был немного в шоке. Так что ты собираешь весь свой оптимизм, который, почему-то, при упоминании Юнги испаряется, и дожидаешься выходных. Не накручиваешь себя, не придумываешь причин не ходить. Договорились, хен? — Иногда мне кажется, что ты старший брат, а не я. — Только иногда? — Заткнись! Неделя тянулась мучительно долго. Хосок старался придерживаться совета Чонгука и не загоняться. Учеба и занятия в студии неплохо отвлекали, а в квартире был Гуки, который придумывал разные занятия для хена, но стоило парню лечь в кровать, как дурные мысли атаковывали его. Чону оставалось только зажмуриться и убеждать себя, что он напрасно так нервничает. В субботу за час до назначенного времени Хосок уже стоял в цветочном недалеко от места встречи и не мог решить — стоит ли покупать букет или это будет лишним. Розы, тюльпаны, лилии — все это казалось не тем. Парень уж хотел было уйти, и тут его взгляд упал на небольшой букет белых калл. «То, что нужно» Юнги принял решение в последний момент. Он не мог прекратить думать о приглашении ни на работе, ни, тем более, дома. Особенно дома. — Что ты решил, хен? — спросил Намджун вечером того же дня, когда Мин получил приглашение, стоило им переступить порог их квартиры. — Я еще ничего не решил, — ответил домовой, вешая куртку и уходя в сторону кухни. — Будешь чай? — Какие сегодня? — Шоколадные. Еще осталось два вчерашних. — Я бы согласился только ради кексов, — произнес Ким, садясь за стол. — Обязательно передам Джину. Парень уже голову сломал, как к тебе подкатить. — Джин-хен просто мил со мной. — Ты, вроде, умный парень, тогда почему мне порой кажется, что я вырастил идиота? — закатил глаза Юнги. — Почему идиота? — возмутился Намджун. — Потому что ты продолжаешь не замечать очевидного: Джин-хен уже почти пять лет ходит к нам только, чтоб увидеть тебя. Я уже пару раз предлагал ему работу в магазине, чтоб зря не ходил, но у него она уже есть, — Мин прервался, чтоб отпить чай. — Не представляю, чем он занимается, если целыми днями воркует с тобой. Вряд ли ему за это хоть кто-нибудь платит. — Я подумаю над твоими словами. Дальше они сидели молча. Юнги мыслями вернулся к будущему свиданию. Собственно, что он теряет? Насильно его никто не тащит. Брат того парня больше месяца ежедневно приносил ему подарки, ничего не прося взамен. Игрушки милые (Юнги убьет Намджуна, если тот проболтается ребятам про специально купленный стеллаж), кексы вкусные, а открытки он никогда и никому не покажет. Но с другой стороны, «поклонник» даже не смог пригласить его лично, а подослал брата — стоит ли он того? Как же сложно! Поэтому Юнги и не влезал в эту любовно-отношенческую муть. Домовые не самые общительные существа. Наверное, если бы не свалившийся на его голову десятилетний ведьмак, Мин уже б давно разучился разговаривать. Юнги передергивает каждый раз, как он вспоминает, насколько болтливым был Намджун в детстве. Благо, с возрастом это прошло — на смену бесконечному любопытству пришло бесконечное стеснение. Удивительно, что настолько неугомонный, везде сующий свой нос ребенок превратился сначала в неуклюжего стыдливого подростка, а потом — в уже менее неуклюжего, но все еще не способного нормально разговаривать с кем-то, кроме друзей, молодого мужчину. Которой сейчас прожигает задумчивым взглядом уже опустевшую кружку Юнги. — Если хочешь что-то сказать — говори. — Не надо ничего решать — просто сходи на свидание с человеком, чьи слова на куске разрисованного картона заставляли тебя улыбаться каждое утро. Думаю, ты должен дать ему шанс. — Наверное, ты прав. И теперь Юнги опаздывает на встречу, потому что заснул только под утро из-за не отвечавшего ни на звонки, ни на сообщения Намджуна, которого куда-то после закрытия магазина утащил Сокджин. Пусть только попадутся ему на глаза — проклянет! Прикидывая варианты наказания, Юнги не заметил, как добежал до кафе, рядом с которым он должен был стоять еще пятнадцать минут назад, и в кого-то врезался. — Простите, я не… — начал извиняться Мин, но его перебили. — Ничего страшного! Я уж думал, ты не придешь — рад, что ошибся, — подозрительно знакомый парень улыбнулся Юнги и протянул небольшой букет. — Не знал, уместно ли будет подарить тебе цветы, но и с пустыми руками как-то не хотелось приходить. — Мне нравится, спасибо. Где мы с тобой встречались? Не могу вспомнить. — Давай зайдем, — Хосок кивнул в сторону кафе, — и я все расскажу. Свободных мест было не так уж много — почти все столики были заняты воркующими парочками, не замечающими ничего вокруг. Парни устроились чуть ли не в центре зала, что не очень понравилось Чону — он понимал, что всем, не только посетителям, но и персоналу, плевать на происходящее за их с Юнги столиком, но отделаться от мерзкого ощущения, что на них все смотрят, парень не мог. Юнги от места тоже был не в восторге, но все свое внимание он сосредоточил на парне, пригласившем его сюда. Стоило официантке принять заказ и покинуть парней, Мин тут же обратился к Чону: — Так откуда ты меня знаешь? И как тебя зовут — ты так и не представился. — Меня зовут Хосок. В декабре я на протяжение двух недель ходил за предсказаниями к Тэхену. — Точно, я вспомнил. Зачем тебе это надо было? Даже ревнивые женушки приходят к нам не чаще, чем раз в два дня. Да и исчез ты, на сколько мне помнится, довольно резко. — Проспорил одногруппникам, — поймав вопросительный взгляд Юнги, Хосок поспешил добавить, — не спрашивай, что произошло — я надеюсь забыть это и больше никогда не вспоминать! — Ладно. Узнаю у Тэхена, — увидев панику на лице Чона, домовой не выдержал и рассмеялся, но заметив недовольные взгляды, обращенные на них, быстро взял себя в руки. — Может, есть что-нибудь, о чем ты не против вспомнить и рассказать мне? В понедельник Юнги шел на работу с большим удовольствием, чем обычно. Во-первых, Хосок обещал зайти к нему после занятий, а во-вторых он все-таки придумал, как проучить Намджуна и Сокджина. Оказывается, в тот день русал решил показать, где он работает, а предупредить Юнги, мол, «ребенка не верну до утра — переночует у меня», не додумался! Певичка кабацкая! Джун тоже хорош — знал же, что Юнги будет волноваться. А домой он вернулся, только чтоб переодеться и взять вещи, и обратно к Джину умотал. Спасибо хоть на этот раз записку оставил. Ну ничего. Посмотрим, как они запляшут, когда поймут, что с ними что-то не так! День в магазине прошел спокойно, не считая ругани с одной посетительницей, возмущенной похабщиной на хрустальном шаре Тэхена. Конфликт удалось сгладить Чимину. Он, Юнги до сих пор не понимает, как, убедил женщину, что шар абсолютно чистый, надписи, которые она видит, скорее всего из-за крупиц дара (какой бред!) — это дурные предзнаменования, и аджуме следует почистить ауру. Ближе к вечеру в «Magic shop» пришли братья Чон. Хосок сразу же пошел к Юнги, игнорируя все и вся, а Чонгук прилип к Тэхену, надеясь узнать у того хотя бы содержание завтрашней контрольной. Джин залетел в магазин немногим позже и бросился на Юнги. — Это твоих рук дело! Сними проклятье, Юнги! Это ни капельки не смешно! — Очень даже смешно, хен. — Что произошло, Джин-хен? — спросил Чимин. — Мы с Джуни не можем встретиться! В двухкомнатной квартире не можем пересечься! Мы просто не можем войти в одну комнату вместе! — ответил русал и вновь повернулся к Юнги. — Мы поняли, что ты злишься. Но серьезно, Джун уже взрослый мальчик — он не обязан предупреждать всякий раз, как решит не ночевать дома! — Юнги, о чем он? — встрял в спор Хосок. — Тэхен, объясни! — хором произнесли Джин и Юнги. — Дело вот, в чем, — начал ясновидящий, уводя Чона от продолжавших ругаться хенов.