Чистый мир

      — Анонимус, значит… — Огай покачивал бокал в своей руке.       После ночных разборок с Чуей, после которых на нас старшее поколение, то есть Коё, Мори и Хироцу, наорали сначала в трубку, а затем отчитали лично, мы устроили совещание. На этом настоял я. После одного единственного сообщения в чате Анонимус больше не писал. Я успел завалить его кучей вопросов, но ни на один не получил ответа. Так что утром, когда все наконец-то выспались, босс собрал всех.       — Что мы имеем по факту? Начнем с самого простого — Гильдии ни с того, ни с сего понадобился твой брат, Накаджима-кун. Настолько понадобился, что они назначили за него живого семь миллиардов йен. Есть предположения, для чего? — я помотал головой. Пустой Роман люди из Смерти Небожителей найдут и сами, судя по манге, Ацуши им вообще для этого не понадобился. Скорее, его использовали в качестве отвлекающего маневра. Однако меня волновало вот что: Сигма, который использовал свою способность на главе отдела по делам одаренных. Его создали при помощи Пустого Романа. Зачем тогда Смерть Небожителей искали Книгу? И как человек, который ещё не существовал на тот момент, смог выяснить у Танеды его — Пустого Романа — месторасположение? Сюрреализм — у террористов не было Пустого Романа, но уже были Сигма и казино. Как?!       — Ладно, идём дальше. В Йокогаме появляется человек с русскоязычной фамилией, вокруг которого у нас образовалась информационная «черная дыра». Судя по тому, что в министерстве о нём «не знают», оно замешано в этом деле. Не могут они не знать о «русском» человеке, проживающем в Японии. Совершенно недавно война* отгремела, в конце-концов. Сейчас все русские в Японии на учёте.       Коё нахмурились. То, о чем говорил Мори-сан, было логично и не нравилось никому из нас. Я хмурился всё сильнее и сильнее. Пока что выходило так, будто мы что-то упускаем. За Ацуши приглядывает Осаму. За Танизаки присматривает Фукудзава-сан. За Чуей с его «Порчей» пока что присматриваю я. Кёка закреплена за сестрицей Коё и Акутагавой, и никто больше её номера телефона не знает. По сути, девочка сразу состоит в двух отрядах — в отряде Озаки и в Черных Ящерицах под командованием Акутагавы, так что контролируют её способность очень плотно. Кьюсаку Юмено запечатан. Распечатать можно только, если все пять** лидеров организации согласятся на это, и одного приказа Огая распечатать тут недостаточно. Если тот же Чуя откажет — этого будет достаточно, чтобы безумец продолжил свой сон. Спасибо Мори-сану за эти меры предосторожности.       Все опасные эсперы находятся под контролем, так почему же у меня возникает чувство, что что-то пойдет не так?       — На рынке рабов стали интересоваться детьми-эсперами, — Эйс рассматривал свои ногти, то отодвигая, то пододвигая их к лицу, иногда работая пилочкой, — Со мной связывался некий Гоголь, пришлось предать Портовую Мафию.       Только этот псих мог с таким серьезным лицом говорить о предательстве людей, в окружении которых он сейчас сидел. Похоже, он даже не понял, что сказал.       Бокал Коё треснул — настолько сильно единственный руководитель-женщина в Портовой Мафии его сжала. Красное вино пролилось на поднос, чудом не запачкав её юката. Судя по красному едва заметному сиянию способности, её от этого уберёг Накахара. Осколки стекла замерли в воздухе, а потом плавно полетели в мусорку, стоящую у выхода из кабинета Мори.       Сами новости были неутешительные. Если кто-то собирает армию эсперов — это всегда опасно. А если в этом заинтересованы члены организации Смерть Небожителей — тут уж я не знаю, что и думать. Канон идёт лесом — это точно.       — Итак, уже что-то вырисовываться начало, — бывший военный врач поставил на стол свой бокал и мягко улыбнулся, — Цуру-кун, попрошу тебя узнать всю информацию по Френсису Фицджеральду. Пока оставь в покое Анонимуса и русских эсперов. Будет по ним информация — хорошо, но главное сейчас — Гильдия и её глава.       Я кивнул, доставая телефон и начиная печатать сообщение. Юки мне жаловалась, что ей скучно? Скоро будет жаловаться, что ей слишком весело. Скоро все будут жаловаться, что им слишком весело. И, зная Юки, могу с уверенностью сказать, что в первую очередь жаловаться начну я.       Займись Гильдией. Возьми с собой близняшек. Если понадобится — задействуй всех остальных, кого хочешь. Но спрошу всё равно с тебя. Мне нужен Фицджеральд. Проработай его биографию, способность, связи, достань мне анкеты на его людей и список всех, кто пересекался с любыми членами Гильдии. Срок — до конца месяца. Приоритет миссии S.       Не дожидаясь ответа, я начал писать ещё одно сообщение. На этот раз Дазаю.       Помнишь про договор Портовой Мафии с Гильдией, Дазай-кун? На поимку брата отправят Акутагаву. Можешь проконтролировать ситуацию хотя бы до конца месяца? Предварительную информацию по Гильдии скину сегодня вечером, если согласишься.       Я убрал телефон в карман и вновь посмотрел на босса Портовой Мафии. Тот поощрительно кивнул.       — Задержись после собрания, заключим договор, — я кивнул. Как же приятно иметь дело с деловыми людьми, — Идём дальше. Чуя-кун, оправляешься в Китай. Мне нужен договор с Цзэн Пу*** о взаимном ненападении. Сомневаюсь я, что в случае чего, эти террористы побрезгуют сговориться с Триадой против нас. Если сыграем на опережение — уже будет хорошо.       Рыжеволосый мафиози кивнул. Судя по взгляду, он уже мысленно был в Шанхае.       — Коё-сан, я могу тебя попросить съездить в Россию? Поговори с Толстым — он явно должен знать, что происходит у него в стране.       Озаки величественно кивнула. Вообще, эта женщина была единственной женщиной в Портовой Мафии, кто следил за собой настолько тщательно, что казалось, будто она не мафиози, а как минимум Императрица Японская. Она позволяла мне звать её сестрицей — так её звали только лидеры Портовой Мафии. Я не был мафиози, хоть и был повязан с преступным миром Йокогамы прочными узами, но Коё… Не будь я младше неё, пришлось бы мне туго. Воистину роковая женщина.       — Эйс-кун, начинай собирать информацию по детям-эсперам. Пока что никого не покупай. Мне просто нужно, чтобы ни одна покупка ребенка ни прошла мимо меня, — Огай с сомнением смотрел на пятого лидера, разглядывая его как кусок мяса сомнительной свежести. Эйса они с сестрицей не считали не то, что за сотрудника — он в их глазах и человеком-то не являлся. Продаваться по первому зову… Тут и меня тянуло на рвоту. Так даже лучшие из «цветков» квартала Красных Фонарей себя не ведут. Но он был полезен — а в преступном мире это было нехилым таким аргументом.       На этом собрание завершилось. Мы с Огаем подождали, пока не останемся в кабинете одни, и принялись за оформление бумаг. Мои типовые бланки у Мори-сана были. Я пощелкал ручкой перед тем, как заполнять договор.       — Впервые вижу, чтобы ты был так взволнован, Цуру-кун. Твоё волнение за брата мне понятно, но волноваться не стоит — у «Волка-Одиночки» способность позволяет контролировать другие способности, так что «Тигр Лунного Света» будет подконтролен Ацуши-куну до тех пор, пока он является сотрудником Вооруженного Детективного Агенства. Да и Дазай-кун в качестве наставника не так уж и плох. Присмотреть за учеником он сможет. Я подумываю ещё приставить к твоему брату Изуми-тян, ты ведь не будешь против? — я отрицательно помотал головой, — Ну и отлично. Кстати, сумму в договоре, будь добр, раздели на два.       Когда Мори-сан так улыбается, отказать ему просто невозможно. Точнее, можно, но для этого нужно быть самоубийцей… Или Дазаем, что, впрочем, одно и то же. Тут никакие принципы о неприемлемости скидок не помогают — если хочешь жить, выполнишь всё, что скажет этот человек.       Пять тысяч йен. Слишком мало для такой опасной работы, но я не спорю — в этом замешан мой брат, поэтому я и забесплатно не поленился бы мобилизовать всех в организации. Просто потому, что Агентство — Агентством, а Ацуши — это Ацуши. Моё единственное слабое место.       Из основного штаба Портовой Мафии я выбрался где-то к полудню. Мог бы освободиться и раньше, но пока с документами разбирался, пока убеждал Огая в том, что меня и мою организацию он не переманит на темную сторону никакими печеньками… Короче, время пролетело быстро. И плодотворно.       Я прогуливался по набережной Йокогамы, весьма нагло и беспардонно отлынивая от работы. Заказов, кроме как от Мори-сана, сегодня не было, Дазай-кун ещё не прислал ответное сообщение. Ацуши тоже не звонил с восторгами по поводу его трудоустройства к своим кумирам. Моя деятельная натура жаждала чего-то.       И это «что-то» произошло.       — Меня направили к вам для инструктажа, Накаджима-сан. Меня зовут Изуми Кёка.       Передо мной стояла очень красивая маленькая девочка. Подчинённая сестрицы Коё была совершенно не похожа на свою наставницу. Да, одежда та же. Да, оружие такое же. И даже способность идентичная.       Только вот взгляд другой. Не такой пустой, как у меня или у той же Коё. Девочку явно берегли. Тьма Портовой Мафии ещё даже не начинала её поглощать. Скорее всего, именно поэтому Мори-сан так легко расстался с ней, даже не смотря на то, что до этого она убивала.       — Меня зовут Накаджима Цуру. Как ты смотришь на то, что бы пообедать, Изуми-тян?       Девочка молча кивнула и выжидательно посмотрела на меня. Я не стал её разочаровывать: развернулся и пошел. Чтобы нормально накормить девочку, в Йокогаме есть только одно место — кафе Узумаки. Оно, правда, находится под неофициальным патронажем Детективного Агенства, но сейчас мне на это было немного наплевать. Для начала надо было проверить девочку в стрессовой ситуации — то есть, в непосредственной близости от ВДА. Всё остальное выяснится уже на месте.       Сестрица меня, конечно, за такие эксперименты над психикой её единственной племянницы убьёт, но жизнь без риска — это не жизнь. Как верно сказал вчера Дазай-кун, доверять мне детей весьма опасно.       Но… Иначе нельзя. Брат мне нужен живым. Ацуши за ней присмотрит, она, взамен, защитит Ацуши, связка станет устойчивей. И как только настанет момент шантажа, Изуми-тян сможет уговорить его не вестись на развод всяких разных индивидов. Это развяжет мне руки. Если я буду знать, что шантажировать моей жизнью Ацуши бесполезно, я смогу действовать, опираясь лишь на логику и собственные мозги. Потому что эмоции точно не помогут выиграть в этой войне на уничтожение.       Именно поэтому я хочу проверить стрессоустойчивость девочки.       Шаги Кёки я почти не слышал, но взгляд ощущал. Она быстро меня нагнала и теперь шла сбоку. Шли мы медленно — и я очень надеялся встретиться в кафе с Ацуши и остальными детективами. Люди на нас оглядывались, засматриваясь на Изуми-тян. Иногда изучающие взгляды доставались и мне. Точнее, даже не мне, а, подозреваю, моей шевелюре. Отсутствие цветового пигмента на волосах окружающие всегда почему-то принимали за седину или альбинизм. А то, что у меня глаза фиолетового цвета, они не замечали, ага, да?       Как же я не люблю цветовую гамму, которую мангаки используют для раскраски своих персонажей. В реальном мире существует брюнеты, шатены, рыжие и блондины. Всё остальное — или заболевание какое-то, или старость отметилась. А тут… У нас с Ацуши белые волосы, у Юмено Кьюсаку бело-черные, у Сосеки Нацуме вообще — рыже-черные. У Коё — красные. Красные, твою ж через поворот налево и вверх!       Ророноа Зоро на них не хватает, с его зелёными волосами, чтоб до кучи. Эта, значится, что? В душе нет ничего, так значит внешность можно портить, так что-ли? Нечем привлечь внимание, так они волосами решили его привлекать?       А чего тогда Достоевского обделили? Внешне совершенно непримечательный. Брюнет брюнетом. Или тех же Мори, Дазая, Оду, Сакагучи, Эдогаву? Мозги есть, значит вырвиглазная цветовая гамма не нужна? Чую-то зачем обделили, понятно — его рыжие волосы ярче, чем у Оды и являются очень выделяющимися, пусть он их и пытается спрятать под шляпой.       Интересно, а почему именно волосы и глаза? Сделали бы расцветку кожи — эффект тот же самый был бы. Я бы первый посмотрел на человека с бело-черным цветом кожи. Ну, или с рыже-черным. Это было бы очень… экстравагантно.       Вхожу в кафе весь на нервах — если я пришел слишком рано, то Кёке не сдобровать — если Ацуши сейчас проходит вступительный экзамен, значит все эсперы, не участвующие в этом деле, сидят в кафе. Хорошо ещё, Эдогава ещё вчера уехал за город, на расследование — одной проблемой меньше. Однако все остальные вполне могут прийти к правильным выводам и заметить, что Изуми-тян носит оружие.       Однако внутри пусто. Только хозяин «Узумаки» стоит за стойкой. У меня камень с души падает. Иногда я жалею, что большинство действий мне приходится делать, полагаясь на «авось». Никогда не любил неопределенность.       Я усаживаю девочку на кресло. Перед нами официантка тут же кладет меню.       — Я полагаюсь на твой выбор, Изуми-тян.       Мне молча кивают, а потом, пролистав всё меню, тихо произносят:       — Тофу и зелёный чай, пожалуйста.       Я подозвал официантку, заказывая то, что попросила Кёка. Для себя я заказал карри. Пока ждали еду, я рассматривал помещение, сидя, как на иголках. Ацуши нигде не было видно. Скорее всего, у них уже разговор с Хигути идёт или же они и вовсе ушли уже из здания на встречу «приключениям». Хотелось спать — но сон на голодный желудок всё никак не шел. Именно в таких обстоятельствах можно позавидовать тигрёнку — из-за паршивого директора приюта мой братец умеет спать хоть в кандалах, хоть голодным, хоть под пытками.       Поели мы быстро.       Когда сверху послышался шум, я кивнул девочке, вынуждая её посмотреть на лестницу, ведущую на второй этаж. Я сидел спиной к лестнице, а Кёка — лицом к ней, так что это было довольно-таки удобно как для меня — проходящие на выход люди меня не заметят — так и для неё — девочке важно увидеть Ацуши в неформальной обстановке, чтобы наметить дальнейшее взаимодействие с ним.       — Вы уверены, что я могу пойти с вами на такое задание? — послышался неуверенный голос тигренка, и мимо нас прошли четверо: Ацуши, Итиё и брат и сестра Танидзаки. Мафиози едва не сбилась с шагу, заметив Изуми-тян, да и сама девочка немного сжалась, завидев помощницу Акутагавы. Слава Системе, никто из детективов эту заминку, вроде бы не заметил.       — Да не волнуйся ты так, Ацуши. Контрабандисты трусливы и предсказуемы, для тебя — это идеальное первое задание, — я подавил желание схватиться за переносицу. Этот Джуничиро был совершенно не виноват в том, что Гильдия заказала моего брата. Если бы Мори не заключил с Гильдией договор на исключительную поимку Ацуши, его бы сейчас ловила бы вся Йокогама — и это было бы намного хуже.       Не виноват. Только вот рациональность меня не спасала — хотелось перегрызть иллюзионисту глотку за его невнимательность, неосторожность и наплевательское отношение не то что к Ацуши — к его собственной сестре.       Когда детективы вышли из кафе, мы с Кёкой тоже начали собираться. Ей пора было минировать поезд, помогая Мотоджиро, мне же — нужно было отправиться в Ливан. Были у меня предположения на счет происхождения одной книженции****. И их требовалось срочно подтвердить…