Sometimes we need that

Прошли всего сутки с того дня, как шеф признался своей команде, тем самым подтвердив серьёзность их с Тэхёном отношений. Подчинённые конечно были очень удивлены такому заявлению, однако перестали думать лишнего (о Тэхёне). Если шеф сказал, что это серьёзно значит так и есть. Не первый день с ним работают. Чимин же поблагодарил за временную должность шефа, хоть и умолчал о некоторых деталях. Например про ссору кондитера и Намджуна, из-за чего пара гостей ушли, но это так, мелочи. Чимин будет стараться и этого больше не повторится. Если вспоминать о том дне, коротко говоря... Холодным вечером шеф обыскивал каждый угол на улице вокруг ресторана, без куртки бегал до квартиры и как вы думаете что? — Чонгук, тридцать семь и восемь... Ты не пойдёшь сегодня на работу, — Тэхён убирает градусник в аптечку, сразу начиная выискивать нужные таблетки и лекарства, но Чонгук резко дёргается, перехватывая его руку. — Это не конец света, а сегодня банкет, Тэхён, я не могу остаться дома, — хмурится старший, сильнее сжимая руку Кима, не отпуская. — Не спорь, если пойдёшь сейчас, то станет только хуже, — Тэхён недовольно бурчит про себя что-то, вновь начиная искать жаропонижающее под отчаянный стон старшего. — Тогда может ты останешься со мной? — Чонгук обнимает Кима со спины, горячо выдыхая в ухо, заставляя Тэхёна покрыться мурашками. — Ты моё самое лучшее лекарство, — он ведёт кончиком носа по затылку, оставляя влажные поцелуи на шее, шаловливыми пальцами пробираясь под футболку Тэхёна (читай как Чонгука), оглаживая напряжённые мышцы пресса. — Н-нет, сам же сказал — банкет, мне нужно помочь, — Тэхён вытаскивает чёртовы блистеры с таблетками и кладёт на кровать рядом, быстро клюёт старшего в щеку и выбегает в прихожую. — Звони если что. И Чонгук бы покорно стал дожидаться его дома, оставаясь послушным. Проблема в том, что Чон никогда таким не был. Ответственность это или идиотизм, сам не знает. *** — Чимин, шеф сегодня заболел. Ты сможешь побыть вместо него? — спрашивает Тэхён, чуть морщась из-за жара огня на сковороде Чимина. — Я и так сегодня должен быть за него, — коротко отвечает тот. — То есть как... — Шеф должен был присутствовать на вечере вместе с Юнги. У них там такой-то договор вроде намечался, не знаю. И что теперь делать? — Может ты будешь на банкете? — с мольбой в голосе. — Не, меня Мин сразу убьёт и шефа кстати тоже. Я не хочу лишиться зарплаты, — пожимает плечами Пак и уходит к столу подачи, отдавая заказ официантке. — Может кто-нибудь сможет побыть вместо шефа на банкете? — говорит громче Тэхён, на что получает единогласное «Нет!» и Ким, вздыхая, трёт глаза. — Я же говорил, что я нужен, малыш, — шепчет знакомый голос в ухо, а любимые руки обвивают талию, пугая Тэхёна. — Какого чёрта ты здесь?! Ты должен быть дома, — отчитывает шефа младший, поворачиваясь лицом к лицу, из-за чего Чонгук сразу целует его в лоб. — Сейчас папочка будет готовить, —вздыхает он и уже подходит к плите, как резко опирается руками о столешницу, теряя равновесие. — Чёрт. — Шеф! — единогласно. — Чонгук! Команда мигом кидается к своему начальнику, поднимая и унося в кабинет, на диван. Намджун приносит стакан воды, а Джин, только забежавший на кухню, быстро-быстро машет первой попавшейся папкой над головой, создавая лёгкий ветер. — Ты что сюда бежал что-ли? — Тэхён бережно прикладывает ладонь ко лбу Чона, цокая языком из-за того какой он горячий. — Ты не пил таблетки? Я же говорил будет хуже, почему ты не послушал? — Думаешь эти инвалиды справятся с таким важным банкетом? Я должен быть там, Тэхён, — в бреду шепчет Чонгук, перехватывая руку любимого и прикладывая к своей горящей щеке, облегчённо выдыхая, словно ему от этого легче становится. — Тэхён, нельзя в таком виде... — Знаю, нужно что-то придумать, — перебивает он. — Для начала, есть у кого-нибудь аспирин? А одеяло? Команде хватает секунды чтобы из аптечки достать нужное. Раньше шеф частенько доставал из холодильника любимое сорокоградусное, чтобы отметить победу любимой команды, ну или проигрыш. Свой. Потому что любил делать ставки. Поэтому аспирина в аптечке больше чем достаточно, плед тоже для ночёвки, всегда сложенный лежит в тумбочке, правда повара опускают момент с лежащими под ним смазкой и презервативами, уже ни сколько не удивляясь. — Тэхёни, ну не уходи, — стонет Чон, хмуря брови. — Спи, Чонгук-а, — Тэхён чмокает шефа напоследок и уходит на кухню вместе с командой, где сразу встречает тяжёлый взгляд Соён. — Где он? — сразу начинает она, собираясь ворваться в кабинет шефа, но Тэхён её не подпускает. — Соён, у него температура он даже стоять на ногах не способен! Девушку ни что не оставит, поэтому она всё же врывается в кабинет шефа, сразу начиная отчитывать за опоздание, но резко замолкает, когда видит полуживого Чона на диване. — Чонгук, какого... — Тш... — приставляет указательный палец к её рту, прося молчать. — Не буди его прошу. — Какого чёрта?! — стараясь не переходить рамки шёпота. — Там Юнги и гостья ждут его! Если не придёт — хана сделке. — Всё нормально... — он мешкает несколько секунд, бегая глазами по кабинету, хватаясь взглядом только за одну вещь. — Она же не знает как выглядит шеф? — начинает Тэхён, хватая с вешалки рабочую форму Чонгука, на которой золотыми буквами вышито «Шеф-повар», и начинает переодеваться. — Юнги убьёт тебя... — удивлённо шепчет она. — Наоборот, — выдыхает Ким, мысленно надеясь на свой план, лишь бы его после этого не уволили... — Надеюсь. — Господи, дай мне сил. *** И вот Тэхён в форме шефа выхаживает по открытой терассе, улыбаясь гостям, но нервно перебирая пальцы. Несколько минут назад он мило переговаривался с девушками, пытаясь произвести впечатление, однако это всё очень изматывает — притворяться другим человеком. — А это наш шеф-повар Чон Чонгук, — Соён многозначительно кивает Юнги, который недоумевает от происходящего, шокировано прикрывая рот. — Очень приятно. Эмилия, — улыбается девушка в ответ, пожимая руку, а Тэхён задерживает дыхание, потому что это одна из девушек, которых он развлекал в начале банкета. — Кхм, — пытаясь сосредоточиться, — Эмилия приехала из Парижа и хочет стать нашим спонсором, — выдыхает Мин, сверля взглядом стоящего перед ним Тэхёна. — Говорят вы выросли и учились в Париже. Аvez-vous aimé la france?¹ souhaitez-vous revenir?² — улыбается она, подмигивая и делая глоток вина, в то время как остальные нервно выдыхают. Тэхёну в жизни приходилось слышать этот язык только дважды: при занятии любовью с Чонгуком (он не скупится на французский мат и ласковые слова) и в названии блюд их ресторана. — Oui³, — мешкая отвечает он, мысленно прощаясь с работой, но по выражению лица девушки понимает, что она удовлетворена ответом и облегченно выдыхает. — Вот он, наш неподражаемый, всегда на высоте, — стараясь разрядить напряжение, вмешивается Юнги, поправляя солнцезащитные очки. — Слушайте, а вы можете приготовить мне одно блюдо? Мне рассказывали, что вы знакомы с древнефранцузскими... — Извините, мне нужно отойти. Чувствуете, говядина подгорает? Тэхён быстро вбегает на кухню, заслышав, что его просят готовить, да какое блюдо... Древнефранцузское. Ким теперь жалеет о том, что согласился на эту авантюру. Перехватывая одного из поваров, он спрашивает как самочувствие у настоящего шефа, на что ему отвечают, что всё ещё спит. Всё пропало. — Почему ты убежал? — врывается на кухню Соён. — Где этот оболтус? — начинает орать Юнги и вовсе не на сжавшегося в углу Тэхёна. Мин громко хлопает дверью в кабинет, заставляя Кима и Чон рвануть туда же. — Ты чё спишь, француз? — хозяин ресторана бесцеремонно срывает одеяло, начиная слабо бить стонущего Чона по щекам. — Юнги, не буди его, — девушка оттаскивает хозяина подальше от дивана. — У него температура под сорок. — Пиздец вовремя... — Тэхён, — ноет Чонгук, заставляя Кима сразу подбежать. — Здесь я, Чонгук, — выдыхает он, совершенно неожиданно для себя вздрагивает, когда Чонгук валит его на себя и обнимает, вдыхая родной запах. — Чонгук... — Что за... Я думал мы только готовим, — Юнги делает паузу, — французскую еду, а вы у нас прям атмосферой прониклись... Что за гомосятину тут устроили? — Господин Мин, я всё объясню... — пытаясь выбраться из крепких объятий Чона, выдавливает из себя Тэхён. — Очень на это надеюсь, — делая пробел после каждого слова, глотая вязкую слюну. Юнги устало выдохнул, явно выдавая что ему весь этот цирк не осилить. — Делать-то что будем? — он растерянно смотрит то на Тэхёна, всё ещё лежащего на Чонгуке, то на стоящую рядом Соён. — Она просила приготовить блюдо по какому-то рецепту из какой-то книги. — Если по рецепту, то я думаю у меня получится, — всё-таки сумев встать на ноги под недовольство Чона, говорит Ким, поправляя форму. — Там не должно быть ничего сложного... — Молодец, молодец! — Мин сразу подскакивает на ноги, обнимая младшего и трепля макушку. — Вот люблю я таких уверенных людей. Ты уж постарайся, ладно? — Попытаюсь... *** Попытаюсь, да... — Книга на французском, но я не думаю, что для нашего шеф повара это проблема, — Эмилия снова недвусмысленно подмигивает Тэхёну, передавая книгу с нужной страницей, как-бы «случайно» касаясь его ладоней, из-за чего Тэхён натягивает на себя искажённую улыбку. — Что делать будешь, гений? — тихо проговаривает Юнги, пока Ким шокировано рассматривает неизвестные ему буквы, однако замечает огромную фотографию уже знакомого блюда. *** — Это блюдо не из меню, но моё любимое, мне будет приятно, если ты научишься его готовить, — улыбается Чонгук, складывая руки на талии Кима, прижимаясь максимально близко, пока тот подготовливает оборудование. — Какое-то особенное? — улыбается в ответ Тэхён, поворачиваясь лицом к лицу, так близко-близко. — Когда мы всей семьей ездили кататься на лошадях в Ламот-Беврон, зашли в местную кондитерскую, где самым популярным блюдом был Тарт-Татен с персиками, — Чонгук как-бы невзначай опускает руку на ягодицу Кима, чуть сжимая её. — С тех пор мама частенько готовила его мне, и знаешь, у неё это получалось с любовью, так вкусно, — блаженно прикрывая глаза улыбается Чонгук. — Когда готовишь для себя не получаешь удовольствия, поэтому я был бы очень рад, если бы ты иногда готовил мне это, — шепчет на ухо. — Завтрак в постель? — А тебя после, — Чонгук жадно накрывает тэхёновы губы, требовательно размыкая их языком, целуя тягуче, страстно, медленно переходя на шею, расстегивая рубашку рабочей формы. Чонгук досконально изучил Тэхёна, зная все его эрогенные зоны, зная как доставить как можно больше удовольствия любимому, доводя до криков. Чон покрывает старые метки новыми, губами рисуя космос на теле Тэхёна, который отдаётся без остатка его умелым рукам. Подхватывая под зад, не упуская возможности смять две упругие половинки, Чон сажает Тэхёна на столешницу, продолжая целовать. Ким пальцами зарывается в угольные отросшие пряди, держась как за тонкую соломку перед падением в бездну удовольствия. Старший добирается до брюк, ловко избавляясь от ремня, брюк и нижнего белья, подушечками пальцев проводит по стоящему члену Кима, чуть нажимая на покрытую влагой головку. Чонгук давит на поясницу, заставляя прогнуться и почти лечь на холодную столешницу. Любовь к Чонгуку подарила Тэхёну насыщенную половую жизнь, поэтому, недолго думая, Чон смачно сплёвывает на ладонь, надавливая на сфинктер сразу двумя пальцами, но Кима удивляет другое. — На этот раз не ждал? — не наблюдая смазки. — Стыдно перед Хвасой, ей же форму стирать, — сбито выдыхает Чонгук, добавляя третий палец. — Не знал, что у шефа есть чувство стыда, — усмехается Тэхён, на что Чонгук хмыкает, нажимая на простату, выбивая из Кима первый стон. Сделав еще несколько фрикций пальцами на манер ножниц, Чонгук приставляет ко входу член, резко толкаясь сразу до основания. Тэхён не чувствует боли, только немного неприятные ощущения, но и то уже забывает о них, пропадая в бреду из-за голоса над ухом, что шепчет на французском, по видимому, разные пошлости. Чонгук перехватывает Кима за талию, начиная медленно двигать бедрами, но вскоре начиная ускорять толчки, делая их более быстрыми и рваными. Тэхён подставляет шею, выстанывая имя старшего, стараясь незаметно подобраться рукой к своему изнывающему члену, однако сага «Ты у меня без рук кончишь» продолжается, а Тэхён не возникает, молча надеясь на помощь старшего, однако не выдерживает, начиная просить. — Прошу, Чонгук, — стонет Ким, цепляясь за сильные плечи. — Ты знаешь как надо просить, — шепчет Чон, выцеловывая коленные чашечки и внутреннюю сторону бедра стройных ног. Только вот Тэхён смущается и сильно краснеет, вспоминая как. — Папочка, — выходит уж слишком жалобно, что старшему ужасно нравится, — пожалуйста, сделай малышу хорошо, — и тут же прячет насыщенно красные шеки ладонями, чувствуя как они горят. — Не прячься, — более приказным, чем ласковым тоном. — Хочу видеть твоё лицо. Немного помешкав, Тэхён всё же убирает ладони, тут же чувствуя, как по члену скользят чужие пальцы, особое внимание уделяя уретре, заставляя его тонуть в стонах, срываясь на крики и Тэхён изливается в ладонь Чона спустя пару минут. Старший же делает ещё несколько глубоких толчков и завершает, кончая Киму на живот, выстанывая глухое: «oh, bèbè». — Чёрт, я скоро умру так... Задохнусь, — в попытке отдышаться, шепчет Тэхён, принимая поцелуи в лоб, нос и щёки. — Не знаю льстит мне это или пугает, — смеётся в губы Чонгук, мягко накрывая их. — Не зазнавайся. — А, то есть не ты пару минут назад просил папочку сделать тебе хорошо? — Хватит, Чонгук! *** Воспоминания приятной волной накрывают тело, собирая тепло где-то внизу живота, но Тэхёну сейчас нужно сосредоточиться, вспоминая последовательность приготовления пирога-перевёртыша, мысленно благодаря Чонгука за этот рецепт самым излюбленным способом. Не заглядывая в книгу, Тэхён начинает готовить, подбирая нужные ингредиенты для замеса песочного теста. Для данного рецепта требуется много времени, поэтому Тэхён предупреждает гостей об этом, но те остаются на несколько минут, уходя и иногда приходя, чтобы посмотреть изменения. Эмилия же не отрывается от наблюдений. Оставив тесто на некоторое время, Ким приступает к начинке. Первый раз он использовал персики, но сейчас в арсенале только яблоки, но это ни капельки не пугает. Аккуратно нарезав их на четвертинки, шеф укладывает их на смазанную маслом с сахаром форму, делая всё в два слоя. Заканчивая с этим, он уходит на кухню, чтобы убрать яблоки в духовку на полчаса. Пользуясь случаем, Тэхён заглядывает в кабинет, услышав, как во сне его зовёт Чонгук, и виновато поджимает губы. — Вы совсем не смотрите в книгу, — вдруг проговаривает девушка. — Вы знаете этот рецепт? — Мама часто готовила мне, делаю на автомате, — отмахивается он. На автомате, да. Чонгук может, а Тэхён мысленно перепроверяет последовательность приготовления, кусая губы. Раскатав тесто и вытащив яблоки, он держит форму на слабом огне некоторое время, вспоминая: «Некоторые не знают про этот момент, однако он важен, без него персики получатся не такие сочные». После этого он накрывает форму тестом, вилкой делая небольшие дырочки, снова отправляя в духовку. Пока Тэхён свободен на полчаса, Эмилия не упускает момента поговорить с ним, лишний раз коснуться, заговорить на французском, в этот момент Ким просто сбегает под предлогом, что ему нужно проверить Тарт-татен. Он хочет остаться на кухне, помочь с обычными заказами, лишь бы спрятаться от этой девушки, однако Юнги за шкирку тащит на банкет под угрозой увольнения. Тэхён просто не знает как сбежать от этой настойчивой девушки на протяжении двадцати пяти минут и чуть ли не кричит аллилуйя, когда узнаёт, что пирог готов. Оставив его на пару минут стоять, накрывая сервировочным блюдом после и удачно переворачивая пирог. И вот, когда десерт готов Тэхён аккуратно отрезает кусочек, красиво выкладывая на тарелку и с помощью небольших цветочков и сахарной пудры украшает свое произведение, как показано на картинке в книге. Юнги удивлённо смотрит на юного повара, после чего одобрительно кивает, надеясь, что на вкус оно что надо. — Какая красота, — улыбается Эмилия и, отрезая небольшой кусочек вилкой, кладёт его в рот, прикрывая глаза от удовольствия(?), как поняли они, всё ещё кусая губы, пока девушка не произносит всеми известное: — magnifique! — и Тэхён облегченно выдыхает, делая поклон и благодаря за похвалу. — Молодец, мальчик мой, справился, — улыбается Юнги, трепля макушку парня. — В этом месяце получишь награду, спас нашего француза. — Не то слово, — подбадривает Соён, уже начиная приглашать гостей к столу, чтобы отпраздновать будущую успешную сделку. Тэхён остаётся на месте, с улыбкой смотря на гостей и думая, что отлично справился. Он спас банкет, благодаря ему сделка пройдёт хорошо, ведь Эмилия убедилась в профессионализме шефа ресторана. Он очень надеется что Чонгук будет им гордиться, ведь Чон долгое время был и является до сих пор его кумиром. Получить настоящую похвалу и уважение от этого человека, услышать: «Ты отлично справился, Тэхён» очень трепетно и важно. — Я поражена вами, Чонгук, вы правда профессионал своего дела, — девушка подходит всё ближе, тянется к вороту, чтобы поправить его и улыбается, заставляя Тэхёна напрячься. — Voulez-vous boire du vin ensemble?⁴ — Нет, не хочет, — вдруг раздаётся рядом знакомый, спасательный голос. Чонгук подходит сзади, значительно приобнимая Тэхёна за талию и улыбаясь. — Des problèmes?⁵ — девушка резко меняется в лице, а её глаза приобретают понимающий взгляд. Она кивает Чонгуку и проговаривает: — Tu as une chance incroyable avec un mec comme ça,⁶ — и с этими словами удаляется, садясь рядом с Юнги за большой банкетный стол, полный разных вкусностей. — Что она сказала? — недоумевает Тэхён. — Что ты отвратительно готовишь, — отмахивается Чонгук, разворачиваясь обратно к кухне, забирая Кима с собой. — Ты врёшь, — морщится Тэхён, локтем легонько пихая старшего в бок. — Всё равно не скажу, не пытайся, — шеф открывает дверь в свой кабинет, закрывая его на защёлку, сразу падая на диван вместе с Тэхёном. — Как ты себя чувствуешь? — Ким укладывается поудобнее у спинки дивана, обнимая старшего поперёк живота и закидывя на него ногу. — Тш... — Чонгук прикрывает глаза и вдыхает аромат шелковистых волос Тэхёна, успокаиваясь. — Я весь день пытаюсь остаться с тобой вот так, а ты всё убегаешь... Как же ты не поймёшь, что я в тебе нуждаюсь и ты моё лучшее лекарство от всех невзгод, — Чонгук тонет в Тэхёне, оставляя поцелуй на макушке и обнимая крепче, чтобы снова не сбежал. — Спасибо тебе за всё, что бы я без тебя делал, а? Мой Тэхёни самый лучший, — несите диктофон! Вот этого он так трепетно ждал. — Ты болеешь из-за меня... Если бы... — Тшш... — Чонгук прикладывает палец к пухлым губам, собирая оставшуюся на них сладость сахарной пудры, и облизывает палец, заставляя Тэхёна смутиться. — Она была права, мне так повезло с тобой. — Как и мне с тобой.