По ту сторону зеркала. Зеркало Обретения.

Нарцисса задумчиво смотрела в зеркало и размышляла. Они почти полностью разгадали смысл пророчества. Пляшущие исполины уже не раз вставали у них на пути – Стоунхендж вообще стал закрытой зоной с некоторых пор. Про пять и тринадцать тоже поняли – пятница, тринадцатое. Замкнутый круг – Вайли вернется там же – в Стоунхендже. Про год пророчества и древний календарь стало ясно лишь после того, как в книги с головой зарылась Гермиона. Но отразившись в зеркале – обретешь утраченное? //Кто должен отразиться в зеркале? ТА? Или.. я сама – но.. другая? // Первые три года она практически жила в библиотеке и моталась по всем мыслимым лабораториям, ища способ прорваться куда-нибудь – куда тянулась тонкая ниточка, говорящая, что Вайли жива. Муж, видя, как она понемногу скатывается в безумие, при поддержке старших детей и друзей просто потащил ее доделывать одно старое дельце… А потом… потом родилась внучка, названная любящим сыном Люция Виола… Новоиспеченный дедушка дооолго пытал сына – "Почему именно так?!" Сын загадочно улыбался, качая на руках милую малышку с белокурыми кудряшками и карими глазками. А потом мелкое очарование начало ходить и говорить и, протянув ручки к Нарцисса, заявило: "Ба!" И женщина сдалась. Растравлять рану больше не было сил. Боль притупилась. Она не ушла – она просто была, не давая забыть. Вайолет… маленькая принцесса, папина и мамина гордость… Рваный шрам на запястье у Люциуса, когда он бросил защитное в Вайолет – зримое напоминание о том дне. Вздохнув, Нарцисса снова посмотрела на зеркало и осторожно коснулась его кончиками пальцев – стекло, словно вода, пошло рябью под рукой… А в зеркале отразилась.. Нарцисса Малфой. Словно не веря, та, другая касается зеркальной грани – и она прикасается в ответ. Рядом с другой стоит.. Вайолет. Повзрослевшая, прекрасная, распустившаяся, но ЕЕ Вайолет. В нежном лиловом платье, со взрослой прической… Девочка.. нет – уже девушка – смотрит растеряно и беззвучно шепчет… А потом и кричит. У нее начало жечь глаза и щекам стало мокро. По ту сторону зеркала Вайолет попыталась пробиться к ней – но бесполезно. Хотя… Она сама всем телом ударилась о треклятую грань – раз, другой. Но зеркало гудело, словно медный гонг, и на нем не было даже трещинки. Осев на пол, они прижимали ладони к нерушимой грани, не имея возможности ощутить даже тепло рук. "Стекло меж нами – как лунный свет, Но крепче грани на свете – нет…" Вайли.. такая.. взрослая.. такая красивая… Вайли.. уцелевшая и выросшая. Вайли. Которая тянется к ней и беззвучно плачет.. Она разгадала.. загадку.. Но дотронуться до дочери все равно не может. На шум в комнату вошли встревоженные друзья и семья, Люциус поднял ее на ноги, прижимая к себе, гладя по волосам, утешая. Быстрее соориентировался именно старший сын – набросав что-то на пергаменте, подсушил и прижал к зеркалу, явно поясняя для той стороны. Потом показал лист календаря и что-то еще… А потом зеркало снова…запело… и скрыло от них случившееся чудо. После случившегося Нарцисса весь вечер возилась с внучкой, а малышка Ви не слезала с рук бабушки. Поздней ночью, уже в постели и объятьях мужа, нежно поглаживая по шраму на запястье, тихо сказала: – Как думаешь… когда… Люция станет.. постарше… попробуем.. еще разок? – Хочешь покачать малышей? – Хочу. Пока есть время… и силы… – Я только за… Нужно что-то особенное? – Всего-навсего совместное купание в Живой Воде. – Я буду не против. И у меня есть для тебя подарок. – Надеюсь, не как в прошлый раз? – А тебе разве не понравилось? Особенно моя реакция… – Понравилось.. но я хотела.. подольше поносить эту прелесть. – Родная, я готов тебе скупить полмагазина… – Но больше всего тебе нравлюсь я без ничего. Жаркий поцелуй в шею лишь подтвердил догадку. Они сумеют вернуть ребенка домой…