По ту сторону зеркала. Зеркало Обретения.

Октябрь 2000 бодрил холодом и первым снегом. Вайолет забрала свои документы из колледжа, тщательно собрала все вещи, прося Магию, чтобы все получилось. Она привязалась к этой семье – полюбила их, и они отвечали ей теплом и лаской. Но родные – это родные. Зеркало запело снова полгода назад, и теперь уже было точно ясно – скоро она отправится домой. Долгая переписка с Министерством Магии, с Отделом Тайн, с представителями других стран о Статуте – так что кроме семьи и друзей, ее должна будет сопровождать комиссия из отдела по контролю за магией и Отдела тайн. Но от них была и польза – со всеми предосторожностями зеркало было доставлено в Стоунхендж, установлено в центре кругов, а все вокруг окружили отводящими внимание и глаз чарами. Представитель Отдела Тайн скупо улыбнулся: – Юная мисс, будем надеяться, что все пройдет благополучно. Это уникальный опыт, в любом случае. Вайолет кивнула. Она плохо представляла, как это произойдет. Небо понемногу светлело, первые лучи солнца уже окрашивали его в розовые и золотистые тона. И вот… первый луч коснулся камней Круга Исполинов. И древние камни… запели… Низкий, басовитый гул, разные ноты, сливающиеся в единую мелодию. Солнце, пройдя через арку камней, коснулось зеркала – и оно засветилось, тоже запев – более высокой нотой, которая сливалась с пением камней. Раму зеркала заполнил клубящийся золотой туман, невыразимцы подошли ближе, все фиксируя своими приборами. Вайолет начала прощаться с теми, кто был ее семьей эти семь лет. Люциус обнял ее и поцеловал в лоб. – Удачи, девочка. Передай вот это… Девушке в руку лег довольно пухлый конверт с фамильной печатью. – Передам. – Ну и то, что твое, не забыла? – Нет, – Вайолет коснулась палочки и кинжала. – Ступай. И да хранит тебя Магия. Девушка кивнула и прошла в круг камней – они слегка светились, а туман в раме зеркала понемногу светлел, и там проступало… Летнее утро. Раннее, когда трава в росе, когда еще негромко поют птицы… И на той стороне с надеждой и верой, что все получится, ее ждали. Родные. Близкие. Семья. Шаг. Еще шаг. И еще. Стекла нет – как нет и тумана… Перешагнуть грань… и тебя обнимут родные руки. Словно ныряя в воду, Вайолет смело шагнула вперед, переступая раму… …Чтобы быть заключенной в объятья родных и любимых рук. И услышать тихое: – Дочка… родная… вернулась… И ответить: – Мама… папа… я дома… я вернулась… И понять – это именно так. Она – дома. ДОМА. Вокруг пели камни, и пело зеркало, снова затягиваясь золотым туманом. Стоя в кольце родных рук, Вайолет обернулась и помахала рукой, улыбаясь сквозь слезы радости тем, кто берег ее эти годы. И увидела в сгущающемся золотом тумане ответные прощальные жесты. А когда пение камней и зеркала стихло, по стеклу побежали с ужасающим хрустом трещины – и оно рассыпалось в прах. //Значит… я больше их не увижу… Хотя.. может.. другое зеркало.. или как-то еще… Мне было хорошо там. // Словно очнувшись, она смотрела на родителей, отмечая седые пряди в светлых волосах отца, морщинки у глаз и возле губ, усталый взгляд мамы, то, как истончилось ее лицо и руки. – Пойдем домой, родная? – Да, пойдем домой… Они все втроем двинулись с холма, Вайолет держала в руках саквояж, где были документы и разные мелочи на память. Вокруг холма и камней уже активно суетились невыразимцы, авроры, какие-то незнакомые люди. К ним троим подошел смутно знакомый мужчина в военной шинели и с нахальной улыбкой на довольно симпатичном лице. – Итак, леди, вы не согласитесь погостить у нас пару дней? – Леди возражает. Вайолет нужен отдых, а не ваши казематы и застенки, Харкнесс. – Ах, леди, вы разбиваете мне сердце! – Мне надо разбить что-то другое? – Хорошо. Сутки – вас все равно потом потащат в ваш аналог Торчвуда. Вайолет наконец вспомнила и улыбнулась: – Сэр, вас повысили? – После того как наша организация приняла деятельное участие в некоторых событиях – да. – Тогда поздравляю. – О, юная леди, благодарю, – мужчина мазнул губами по ее руке и даже изобразил поклон. – Хорошо. Сутки. Нас и правда еще Отдел Тайн будет пытать долго и со вкусом. – Нарси… – Ну хорошо – уточнять подробности. Но Вайолет уже видела искорки смеха в глазах родителей. – Куда нам идти? – Вон там наша машина. Да, именно того неприглядного цвета… Вайолет проследила, куда указывал теперь уже генерал Харкнесс, и улыбнулась. Да, самым мягким было бы определение "болотный". Гнилое такое болотце… – Идите туда, там вам нальют какао и угостят сэндвичами. – Спасибо, сэр, – девушка доброжелательно улыбнулась. *** Нарцисса прижимала к себе дочь и никак не могла поверить, что это не сон, не видение, а самая настоящая реальность. Но ее девочка была рядом с ней – живая, теплая, настоящая. И такая взрослая… //Я не была с ней рядом эти годы.. не видела, как она из девочки превращается в девушку… как она взрослеет, может быть, даже влюбляется… Будет ли у меня возможность хоть немного вернуть эти годы? Магия, пусть это будет так…// Стоявший рядом с женой Люциус тоже боролся с желанием ущипнуть себя – дочь вернулась домой спустя годы. Взрослая, ставшая настоящей красавицей, прожившая в другом мире целую жизнь… Но у них будет время поговорить обо всем и поделиться новостями в ответ. А еще… Да. Его ребенок видел что-то такое, о чем они поговорят только втроем – или вдвоем, если Вайолет этого захочет. Ведь серебристые нити пронизали черные кудри не просто так. А потом был неспешный спуск вниз и общение с нахальным.. теперь уже генералом. Хотя сэндвичи были неплохи. Равно как и кофе, которое он предпочел какао. Невыразимцы действительно вручили им предписание посетить Отдел Тайн в ближайшее время. Что ж… они посетят. Но самое главное – Вайолет наконец дома…