At the bottom of the bottle

Питер никогда не видел свою надпись. Он не знал, что там написано, каким почерком, какие слова «украшают» его тело. Он не хотел этого знать. Питер ненавидел систему соулмейтов, потому что это не давало свободу выбора. Ты можешь встречаться, любить другого человека, но тебе всегда будет чего-то не хватать, и в итоге ты всё равно будешь несчастен. Так какой смысл во всех этих соулмейтах? Питер не понимал. И сколько бы не пытался понять — не мог. Он видел, как тётя Мэй жила с дядей Беном, он видел, что она, хоть и улыбается, не хочет быть с ним. Да, она любила его, но только из-за того, что так нужно было, из-за того, что метка — эта грёбаная метка — решила всё за неё. И Питер не хотел такого. Он боялся представить, что с ним будет, когда он встретит своего соулмейта. Будет ли это девушка или парень, какого роста он будет, сколько лет, красивый или нет. Если он не хотел быть привязанным к одному человеку всю жизнь, так хотел, чтобы этот человек был хотя бы достойный. Достойный его, Питера. Каждое утро, начиная с пятнадцати лет, он просыпается с тупой болью в районе поясницы и старается не думать об этом. Получается плохо. Он не может бороться с желанием посмотреть, из-за чего все его страдания. И в один момент, когда ему исполняется двадцать два года, когда метка начинает жечь сильнее чем когда-либо, он просто сдаётся. Он развернулся корпусом к зеркалу и внимательно вчитывался в длинную фразу, состоящую из двух предложений:

«Когда ты потеряешь всё, знай: ты всегда сможешь найти меня. Даже на дне бутылки».

Питеру не нравилось. У него было ощущение, будто он знал человека, который мог сказать такую глупость и выдать это за что-то мудрое. Тони Старк. Человек, которого ненавидел весь мир, которого обожал каждый, человек, на счету которого слишком много сломанных жизней и столько же спасённых. Человек-загадка. Питер смеялся. Было бы действительно забавно, если бы это оказался он. Тони Старк был кумиром Паркера всё его детство, но сейчас он не производил никакого впечатления. Питер считал его просто машиной, что плевать хотела на все чувства и мысли людей вокруг. Он видел его заносчивым, глумливым и лицемерным миллиардером с огромным эго. «Почему я решил, что это он? , — подумал Питер, фыркнув. — Будто в мире больше нет идиотов, способных сказать подобное».

***

Таких людей больше не было. Нигде и никогда не встречались люди, похожие на Тони Старка. Даже сам Тони Старк. Он был неповторим и невероятен. И он носил на своей груди самую нелепую фразу в его жизни.

«Когда ты владеешь такой силой и не пользуешься ей, то ты всегда будешь виновен в том, что не предотвратил».

Тони надеялся, что его соулмейт не окажется каким-нибудь сопливым мальчиком, который пересмотрел фильмы про супергероев, и теперь решил, что один из них, и может спасать планету. Он надеялся всей душой. И в пятнадцать, когда фраза только появилась, и в двадцать, когда она начала жечь слишком сильно, и в тридцать, когда она медленно выцветала, покидая тело Тони. «Такое случается, — говорила мама, — когда ты слишком долго не можешь найти свою вторую половинку, буквы начинают гаснуть, это даёт тебе знак, что настала пора искать человека, с которым ты проживёшь всю свою жизнь. Как мы с твоим отцом». Она ласково смотрела на Говарда в такие моменты, а он смотрел на неё в ответ, и Тони действительно спешил найти свою пару. Он нашёл его спустя три года, когда от его фразы почти ничего не осталось. Тони увидел парня с каштановыми волосами, грустным взглядом карих глаз. В растянутой выцветшей футболке, порванных на коленках синих джинсах он выглядел как лучшее создание в жизни Тони. Он не запомнил, как подошёл к нему и начал разговаривать, как пропустил мимо ушей пару дерзких комментариев на счёт его компании, и опустился с небес на землю, только услышав те самые слова. — Когда ты владеешь такой силой и не пользуешься ей, то ты всегда будешь виновен в том, что не предотвратил. Питер — как узнал Старк — говорил уверенно, с ухмылкой на губах и насмешкой во взгляде. Тони в тот момент будто пришёл в себя. Он сказал именно это. Именно эти слова. — Интересно, — протянул Тони и, скользнув взглядом по губам Питера, сделал шаг вперёд. Питер, вопреки всем его ожиданиям, не попятился, а сам шагнул навстречу. Они смотрели друг на друга с вызовом. И было наплевать, что они сейчас в магазине, где полно народу, и все эти люди сейчас смотрят на них. Тони притянул его к себе за воротник футболки, пальцем обвёл скулу, коснулся подушечкой губ и, получив в ответ кивок, наклонился, чтобы поцеловать. В тот момент он не думал ни о последствиях своих действий, ни о чём-либо ещё. В тот момент были лишь он и Питер.

***

В доме было холодно, все окна открыты. Туда уже давно никто не приходил. Питер захлопнул дверь своей старой квартиры, где они жили с тётей после смерти Бена. Тони стоял впереди и выжидающе смотрел на своего соулмейта. — Что такое? — Паркер вздохнул, опускаясь на стул. — Зачем ты меня сюда привёл? Старк, без лишних слов, подошёл к нему и снял сначала свою кофту, а затем и Питера. Он положил свою руку на поясницу Паркера, притягивая его к себе ближе. Тот сразу понял, что от него хотят, и положил свою ладонь на грудь Тони. Их кожа красиво контрастировала. — Мы знакомы с тобой уже четыре года, и я хочу сказать тебе… — Он медлил, собираясь с мыслями. — Когда ты потеряешь всё, знай: ты всегда сможешь найти меня. Даже на дне бутылки… Питер улыбнулся. Искренне, открыто, как любил Тони. Эта улыбка была только для Тони, никто другой не мог её увидеть. — Ты выйдешь за меня? Они оба почувствовали тепло, разливающееся по всему телу. Их метки светились, освещая всё вокруг. Они не знали, что это значит. Им было всё равно. — Куда я денусь? — рассмеялся Паркер. — Раз уж я найду тебя даже на дне бутылки, значит и ты меня тоже найдёшь.