фасады панельных могилок

твои кроссовки в пыли, встречал закаты на крыше если мёртвый внутри, то почему так громко дышишь

чейз всё ещё ощущает острый болезненный взгляд эбби. это была хуёвая идея вести ноена к себе домой. робертс ведь не слепая, что ей надо, то она и увидит. и девушка провожает своего бывшего парня и его врага глазами, в которых скоплены прозрачные слёзы. обидно, что лучшие игрушки достаются не королевам. ноен же не обращает внимания на бывшую девушку, также держит чейза за руку и что-то рассказывает, только хадсон совсем не слушает. юноша думает про синтию, оставшуюся рядом с чарли. если в сёстрах дамелио чейз уверен на сто, то энтони пока не стоит сильно доверять. а вот, кстати, тема для разговора появляется. — ноен, — резко начинает чейз, глаза опускает вниз и губы в робкой улыбке изгибает. чейз и робкость являются антонимами. — что между энтони и баскетболистами? он отрешенный какой-то. — а, тони, — ноен задумчиво зарывается пальцами в волосы, что сейчас хочется сделать чейзу. юноша жадно следит за быстрыми движениями тонких пальцев. — он сказал, что не хочет быть больше с нами. ну, я его и отпустил. у чейза больше не возникает вопросов, да и в энтони теперь на сто процентов можно быть уверенными. хадсон рад узнать, что его старый друг вовсе не играет роль шпиона и крысы. они идут к дому чейза. хадсон чуть жмётся на пороге, он не хочет, чтобы габби задала кучу вопросов, а потом подключится мама и следом, если не повезёт, отец. потому чейз просит ноена подождать немного, сам открывает дверь ключами и проходит внутрь, сразу захлопнув. к огромному облегчению чейза, дома никого нет. на входной двери висят три записки с закругленным, аккуратным и размашистыми почерками. одна от габби, гласящая, что девушка вернётся поздно. вторая — от мамы, её неожиданно вызвали в командировку. ну а третья от отца, который снова работает до утра следующего дня. чейз выдыхает и раскрывает двери перед ноеном, пускает внутрь. юбэнкс осторожно заходит, после чего дверь захлопывается, а сам ноен оказывается прижатым к деревянной поверхности. ох, блять, что начинается. — ты че делаешь, тупица? — возмущается ноен, чувствуя чужие ладони на своей шее. у чейза ещё пальцы такие холодные, аж дрожью пробирает. — ты слышишь меня? — а ты меня? — нагло ухмыляется чейз, запуская ладони под одежду ноена. оверсайз рубашка ничего не представляет из себя, чисто кусок ткани. — да я шучу, расслабься. чейз отнимает ладони и засовывает их в карман худи, сжимает пальцы между собой, грея таким образом. ноен хмурит брови, наступает на юношу и упирает чейза в стену рядом с дверью. теперь очередь хадсона нервно улыбаться. — запомни, — едко выдавливает ноен, приподнимает острый подбородок большим и указательным пальцами, наблюдая, как эмоции в чейзовских глазах сменяют друга друга. — если мы сосались в пустом школьном кабинете, не означает, что мы становимся друзьями. — да что ты, — в той же манере выговаривает чейз, улыбается так по-ублюдски, клыки показывает, от которых сердце ноена непроизвольно сжимается. сейчас самый удачный момент для поцелуя, но чейз на то и сука. стоит ноену чуть прикрыть глаза и потянуться вперед, как хадсон отшатывается от него, забавно ухмыляется и играет бровями. — наёбка для уёбка, ноен, — подмигивает чейз и идёт на кухню, есть-то хочется. ноен мысленно въёбывает хадсону, а в реале идёт за ним. у хадсонов большая светлая кухня, ноену уже нравится. чейз не собирается что-то готовить, просто открывает холодильник и забирает холодную порцию макарон, издевательски подмигивает. у ноена глаза закатываются от бесячего чейза. — дай поесть, — говорит ноен, вздергивая бровь, смотрит на хадсона с прищуром. чейз отрицательно машет головой, наматывает спагетти на вилку и отправляет в рот, зажимая столовый прибор между губами. — я хочу есть. — иди и приготовь, я при чём? — отвечает чейз, ставит тарелку на журнальный столик и тянется за пультом для телевизора. включает плазму, останавливает канал на непонятной телепрограмме, и чувствует, что ноен буквально дыру прожигает своим взглядом. — в холодильнике поройся. ну, хотя бы так. ноен вытаскивает брауни с черничным кремом, замечает жадный взгляд чейза. очевидно, десерт принадлежал хадсону, но юбэнкс ничего больше не видит, поэтому забирает угощение. чейз хмурит брови, надувает губы и выплёвывает едкое не подавись, ноену аппетит отшибает. юноша откладывает вилку и тарелку на столик ставит, садится на противоположную сторону дивана и залипает в телефон. хадсон отвлекается от еды, обращая внимание на ноена. его длинные пальцы с чёрными покрашенными ногтями быстро-быстро бегают по экрану, давая понять, что ноен кому-то пишет. чейз очень надеется, что этот кто-то не эбби, синтия или эдди. — не пали так, — ноен прямым текстом сообщает, что ощущает взгляд чейза. юношу напрягает вся эта ситуация. то они целуются и обнимаются в кладовке, чуть ли не трахаются в пустом кабинете, а сейчас вообще молчат. хватит, достаточно тишины. режет по ушам, не даёт поговорить, забирает силы и моральное равновесие. всё.

это ради тебя — тебя, тебя одного эти красные marlboro, красное вино

чейз в два шага преодолевает расстояние от своего края дивана до места, где сидит ноен. забирается на юбэнкса, коленями упирается по разные стороны ноеновских бедёр. взглядом ловит чужую молниеносную улыбку и удивление, промелькнувшее в серых глазах. — меня заебало, что ты то игнорируешь меня, то чуть ли не трахаешь, — шипит чейз, рефлекторно сжимая тонкие запястья ноена. юбэнкс лишь улыбается, но молчит, слушает хадсона. — пора выяснить. я не хочу так. ноен закатывает глаза. чейз действительно ещё раз доказывает свою сучью натуру. сам лезет целоваться, потом язвит, сейчас требует выяснить все, но ни за что не признает, что ему нравятся тайные встречи в школьных коридорах. — что ты хочешь от меня? — спрашивает ноен, блокирует смартфон и отбрасывает его в сторону. чейз смотрит, будто убить хочет. — я могу тебе отсосать, но чего ты добиваешься? — за отсос любой вопрос, — парирует хадсон. на его лице снова расползается наглая улыбка, оголяющая клыки. ноен приподнимает уголок губ, тянет руку к чейзовским волосам и путает тёмные пряди между собой, после пытается убрать кудряшки хадсона за уши, но те не слушаются. а чейз ждать заёбывается. и решает, что ждать уже нечего. когда чейз делает первый шаг, целует ноен, юноша не знает, куда себя деть. с чейзом вроде приятно целоваться, хоть мимолётное касание губами не особо играет роль. но хадсон ожидает ноеновского шага. конечно, ноен не тупой, он понимает это. с мыслями и силами собирается. по позвоночнику чейза бегут мурашки, когда ноен садит наклоняется и требовательно целует. хадсон хватается за воротник ноеновской рубашки, зажимает ткань меж пальцев и прижимает ещё ближе к себе. чейзу в принципе похуй, стесняться некого. хадсон чуть стонет в чужие мягкие губы, с воротника ладони на щёки ноена перекладывает. обычно страстные поцелуи жёсткие, настаивающие и грязные, но сейчас ничего подобного не происходит. хоть ноен и злится, но целует нежно, не настаивает и не принуждает. потому что чейз сам не против. юбэнкс кусает, а после посасывает верхнюю и нижнюю губу попеременно, кончиком языка проводит по кромке зубов, явно наслаждаясь губами чейза. а хадсон наоборот. тянется за поцелуями, только жадными. впивается в губы ноена, отдаёт весь гнев и ярость, что копились внутри него. до крови прокусывает верхнюю, из-за чего ноен дёргается, потому что больно. — блять, — шипит юбэнкс, кончиком языка слизывая выступившие капельки. чейз завороженно наблюдает за движениями ноена, чуть приоткрыв рот. ноен заставляет чейза оторваться от его сладких манящих губ, потому что переходит на шею и выраженные ключицы. юбэнкс одаривает нежную кожу обжигающими касаниями, заставляет поднимать голову всё выше и выше. юноша настолько больно засасывает кожу на выпирающих косточках, что отметина, кровавым разводом расплывается на ключице, начинает нещадно жечь после легкого прикосновения. — прости. чейз приподнимает голову ноена за подбородок, снова прижимается губами к чужим. они целуются до дрожи, до покраснения губ и тяжелого дыхания. теперь хадсон запускает пальцы в мягкие белые пряди, оттягивает их, причиняет боль. ноен просто притягивает чейза ближе к себе, поглаживает его бёдра и их внутреннюю сторону. — ну, че, подрочишь? — с усмешкой спрашивает чейз, оторвавшись от сладких губ ноена. юбэнкс кивает головой, смотрит исподлобья и чмокает в скулу. чейз нетерпеливо ёрзает на худых бёдрах юбэнкса, это порядком надоедает. ноен шипит на чейза, снова дотрагивается до искусанных губ, оставляет поцелуй и суёт ладонь в чёрные джинсы-скинни чейза. хадсона выгибает, хоть ноен ничего ещё не сделал. просто само чувство подростковой симпатии уже заставляет ощущать себя по-другому. это необычно, но так здорово. кажется, чейз буквально понимает выражение бабочки в животе. ноен скользит пальцами по лобку, обхватывает член чейза в кольцо и пару раз проводит, чисто попробовать. затем ладонь ноена двигается по всему члену, обводит большим пальцем головку, легко затрагивает уздечку, чуть поцарапав её ногтями, и снова обводит головку. чейз глухо стонет, подмахивает бёдрами и вперёд поддается. хочет достать до губ ноена, чтобы зацеловать, но уже вложить свои чувства. не будет боли и агрессии, только симпатия. и хадсон надеется, что взаимная. ноен чуть сбавляет темп, когда чувствует приближение разрядки чейза. хадсон стонет в голос, стеснение проходит, юноша толкается в кулак ноена. приятно, охуенно, невероятно. слов не хватит, чтобы описать насколько хадсону хорошо. чейз изливается в ноеновскую ладонь. юбэнкс совершает ещё несколько движений, после чего вытаскивает руку из боксеров хадсона. в шутку приставляет свои пальцы к губам чейза, но юноша воспринимает всё серьезно: скользит шершавым языком по ладони, слизывает своё же семя. чейз увлажняет губы кончиком острого языка и удобно садится на бёдра ноена, прижимаясь своим лбом к чужому. — а отсос? — улыбается чейз, с нежностью смотрит в блестящие серые глаза ноена. юбэнкс целует в висок, заводит выпавшую прядь за ухо и укладывает руки на талии чейза. — ответь. — обойдёшься, хадсон, — бросает ноен. помогает чейзу встать со своих колен и ложится на диван, позволяя чейзу улечься сверху. блять, как же охуенно. просто лежать с человеком, который из врага упорно превращается в возлюбленного. ноен мечтательно улыбается, оставляет ещё поцелуй на скуле чейза и прикрывает глаза. хочется продлить этот момент. желательно навсегда и желательно сейчас. но даже если и не сейчас, то точно навечно.

ядовитой улыбкой сверстников провожаю мы с тобою — ошибки, нас уже не исправить