Молитва

«Мне кажется, что нужно стать радугой в чьём-то облаке. Это может быть человек, который не выглядит как вы и не называет Бога тем же именем, что и вы, если он вообще обращается к Богу. Я могу не танцевать ваш танец и не говорить на вашем языке, но стать вашим благословением»

— Майя Энджелоу

      Вики не спалось уже который день. Она ворочалась, вздыхала, считала перья на своих крыльях и постоянно пялилась в белоснежный потолок под приглушённое сопение Мими. Голову её снедали мысли. Они роем крутились вокруг, что аж выедали глаза, не позволяя полностью увидеть ситуацию. Вики просто устала.       Утром она вместе с Мими вставала и шла на завтрак, но в рот не лезло даже кусочка. Она снова и снова ковырялась в тарелке, но так ничего и не съедала.       — С тобой точно всё в порядке? — постоянно спрашивали Мими или Энди. На что Вики только радостно улыбалась и для приличия съедала маленькую крошку на кончике вилки. Все разом успокаивались и продолжали разговаривать, не обращая внимания на вновь потускневшую Вики.       После завтрака все дружно расходились на занятия. Там Вики продолжала делать заинтересованное лицо, пока Мисселина, Геральд или ангел Фенцио вещали о заданиях. Вики же только и делала, что бросала на небо короткие острые взгляды. Она совершенно ничего не слушала: не могла сосредоточиться. Внутри неё горело пламя. Оно, словно чумная лихорадка, выжигало всё на своём пути, поэтому Вики казалось, что вместо внутренностей у неё остался пепел.       — Вики Уокер, ты слушаешь? — в очередной раз спрашивал кто-то из учителей. Вики снова поднимала глаза и улыбалась, говоря, что она вся внимании. Учитель кивал, явно не веря, но, и не собираясь в этом разбираться, продолжал свой урок.       Когда занятия заканчивались, Вики вместе с остальными выходила из класса и шла в сад Адама и Евы. Там она садилась на скамейку напротив статуи Равновесия и пыталась начать молиться. Она понятия не имела о чём. В голове было столько мыслей, но за всё то время, что Вики провела в школе, они так и не связались в предложения.       Иногда к Вики садился Дино, и у неё спирало дыхание. Чаще всего они молчали, но иногда он сам нарушал эту тишину.       — Ты часто сюда ходишь, — спокойно говорил он, поддевая камень носком. Тембр его голоса был приятным, словно проводишь рукой по бархату или велюру. Он веял умиротворением и спокойствием. Вики же от этого становилось не по себе, — Зачем?       Вики пожимала плечами, снова смотря на статую. Ей было неприятно, что Дино находился рядом с ней. Отчасти из-за его правильности, отчасти из-за её внутренних терзаний.       — Помолиться, наверное, — тихо отвечает она, надеясь, что он её не услышит. Дино кивает своим мыслям, поднимая взгляд на статую, а затем поворачивается к Вики.       — И о чём же ты молишься? — спрашивает Дино. Вики так ни разу ему не ответила. Она всё смотрела на статую, в особенности на ту часть, где у неё были демонические рожки и крылья. Вики всегда смотрела именно на эту часть статуи, боясь, что когда-нибудь это всё появится и у неё.       

***

             Выполнять задания на земле Вики доставляло удовольствие. Она с радостью пыталась помочь смертным, вспоминая при этом, сколько простых прохожих подходили к ней и пытались помочь, когда она была жива. Всех и не припомнишь! Сколько из них были ангелами и демонами, а сколько — обычными людьми? Она не знала ответа.       Вики любила задания на земле, потому что здесь она была почти ангелом. Всегда подталкивала смертных в правильную сторону, не опускала руки и почти не нарушала правила. Но стоило рядом с ней появиться Дино, как она сразу же сомневалась в сделанном выборе, даже если он был очевидным. У Вики начинали потеть ладони, когда Дино пытался объяснить ей, в чём состоит суть задания и насколько оно сложное. Чаще всего Вики не слышала ни единого его слова, лишь изредка кивала, как болванчик.       Вики знала, что Дино понимает в чём дело. Она видела это по его осознанному заботливому взгляду, по аккуратным подбадривающим прикосновениям к её плечу или спине, по улыбке, которую он бережёт специально для неё. У Вики подкашивались ноги, когда Дино ей так улыбался. О каком, к чёрту, задании может идти речь, когда рядом стоящий ангел собственноручно превращает её в демона?       — Я не могу остановиться рядом с тобой… — шептал Дино, держа руки Вики высоко над головой. Так было всегда, когда они оставались наедине. Он был слишком высоким для её среднего роста и слишком желанным для её тела. Вики совращала его. Она знала, что делала его хуже. Но и он в ответ делал хуже её.       — Неужели тебе нужно останавливаться? — шёпотом спрашивала она, поднимая свои глаза на него. Вики нравилось, когда Дино был таким податливым и до чёртиков возбуждённым. Раньше Вики была уверена, что только демоны могут «гореть».       Но Дино «горел» льдом, а не огнём, как она. Его холодные спокойствие и трезвость всегда оставляли на теле Вики холодные ожоги, разогревая желание. Но, несмотря на всё своё благоговение, испытанное рядом с ним, Вики было стыдно за то, что она, как ей самой кажется, превращает Дино в демона. Она портила его, когда они целовались, когда держались за руки, пока никто не видит, пока смотрели друг на друга намного дольше, чем подобает ученику и наставнику. Вики чувствовала, что делает его хуже, заставляет нарушать правила, но ничего не могла с собой поделать. Для себя она решила, что лучше умереть во второй раз, чем даже попытаться перестать смотреть на него.              

***

      

      В среднем, у Вики было примерно одно-два задания на земле в месяц, что её уже несказанно радовало. И в одно из таких заданий ей нужно было направить девушку на правильный путь, как и всегда. Вики обрадовалась, подумав, что в этом нет ничего сложного, пока не услышала детали. Кажется, это был единственный раз, когда она действительно слушала Дино.       — Её зовут Сара, и она ходит в церковь, но её парень пытается подтолкнуть её отвернуться от Бога, хотя она сама посвятила этому много времени и это очень важно для её родителей, — говорил Дино, смотря на Вики. С каждым новым его словом Вики боялась всё больше и больше, — Твоя задача — направить Сару на верный путь. Какой — решай сама.       Дино всегда так говорил, чтобы подразжечь её интерес. Но и понятия не имел, как её этим обижал.       Когда Дино улыбнулся ей на прощанье и сказал, что будет ждать в сквере перед церковью, Вики сглотнула целый ком слюней и страха. Она на негнущихся ногах направилась в сторону храма Господня, но остановилась у самых дверей. Сара была внутри — Вики чувствовала её, чувствовала её смятения, но она не могла найти в себе силы зайти, даже несмотря на задание. Она даже не решалась прикоснуться к массивным дверям, через которые уже доносились запахи благовоний. Вики становилось дурно от этих ароматов. Нос её чесался, руки снова вспотели, и вся она затряслась. Ей было страшно зайти в церковь. Ей было необходимо зайти в церковь.       

***

      Была ещё одна вещь помимо мыслей о заданиях, Дино и молитвах с церквями. Вики снедала мысль о её смерти. Кто мог её убить? Кому нужен был её холодный и бездыханный труп? Какая тварь могла так поступить с девушкой, которая только начинала жить? Вики постоянно возвращалась к этому вопросу, но, несмотря на всю его важность, она так и не смогла помолиться об этом. Так хотела узнать правду, но и так хотела никогда её не слышать.       И даже сейчас, сидя в саду Адама и Евы напротив статуи Равновесия, Вики корила себя за слабость и страх. Щёки её были сырыми от слёз и неприятно холодили кожу на вечернем ветерке. В саду никого не было, даже Дино, чему она была несказанно рада. Его она сейчас хотела видеть меньше всего.       Вики заламывала себе пальцы, глотала слёзы и сопли, постоянно всхлипывала. Ей было мерзко на душе. Да и снаружи, как ей казалось, она была покрыта грязью. Всё было таким омерзительным, что хотелось выплюнуть всё содержимое желудка, но она продолжала заламывать пальцы и смотреть на демоническую половину статуи Равновесия, надеясь хоть что-нибудь от неё услышать.       Но каждый раз статуя молчала. И каждый раз Вики казалось, что демоническая сторона становилась больше.       

***

             Возвращаться на землю, чтобы закончить задание, было плохой идеей. Вики снова стояла у ворот церкви, не решаясь зайти. Она знала, что сможет найти там Сару, которая молится о правильном выборе. Как бы она хотела, чтобы кто-то сделал этот выбор за неё. И как бы Вики хотела, чтобы кто-то подтолкнул её на этот выбор за неё.       — Похвально, что ты решила вернуться, — послышался за спиной голос Дино. Вики горько усмехнулась. Да, вернулась. Она ведь хочет стать ангелом, чёрт возьми! Помогать смертным сделать правильный выбор теперь стало для неё главной задачей, — Может, тебе помочь?       Вики будто не слышала. Она уже занесла руку, чтобы открыть дверь, но та так и осталась висеть в воздухе. Дино молчаливо стоял позади неё, не решаясь помочь. Он надеялся, что она всё сможет сделать сама.       — Я не могу, — безэмоционально и коротко сказала Вики, опуская ладонь. Дино раздосадовано опустил глаза, надеясь, что она сможет себя перебороть. Он бы помог ей. Вот только он не знал всю суть её проблемы, — Прошу, сделай это за меня. Умоляю.       Как только она сказала последнее слово, в голову сразу врезалась мысль: «Демоны не умоляют». Глаза Вики расширились, и она с ужасом повернулась к Дино, надеясь, что он этого не услышал. Дино стоял молча, смотря на неё своими ангельскими голубыми глазами, от которых у Вики начинала кружиться голова. Дино был для неё недосягаем. Был таким желанным и таким правильным, что Вики снова почувствовала себя до омерзения грязной.       — Ты должна сделать это сама! — тихо сказал напоследок Дино, прежде чем Вики призвала водоворот и скрылась. Сегодня она снова не смогла доделать задание.       

***

             Смотреть на себя в зеркало было непривычным. Вики снова и снова разглядывала своё отражение, вертелась в новой одежде и постоянно пялилась на свои крылья, будто они ненастоящие. Раньше она думала, что все ангелы носят нимбы, демоны — рога, а промежуточного второсортного класса априори не существует. Но Вики именно им и была. Второсортной. Но кем конкретно? Ангелом? Нет. Непризнанной? Вроде да, но тоже нет. Демоном? Скорее всего. Если вспомнить то, что Вики делает с Дино, то она была именно демоном. А из-за этого ей хотелось до мяса расчесать себе руки и выцарапать глаза — только бы не совращать его. Не подставлять под удар, под которым, как была уверена Вики, Дино оказаться не хочет.       Поэтому, когда они с Дино решили отвлечься после очередного сделанного ей задания, приехав в отель, где находился её убийца, они оба сорвались. Вики, наплевав на правила, с нестерпимым желанием и огнём поцеловала Дино. Это пламя было адским, и оно сжигало её, а она сжигала Дино, с каждым разом портя его всё больше и больше. Это оставляло на душе тлеющий отпечаток в виде клейма с рожками и вилой.       — Я не хочу… не хочу, чтобы у тебя были проблемы, — сказал Дино, смотря на Вики. У девушки же скрутило желудок, и, будь её воля, она бы опорожнила всё содержимое прямо сейчас на этом месте. Господь, какая же она отвратительная!       На её глаза медленно наплывали слёзы, словно туман, застилая взор. Но его чистейшие голубые глаза Вики видела отчётливо. Они были ещё одним клеймом на её прогнивающей душе.       — Замолчи! Замолчи! — Вики шёпотом кричала, чтобы не слышать его ангельских фраз и своих демонических мыслей. Она пыталась заглушить Дино поцелуями, но на самом деле она хотела обжечь его губы, чтобы он, наконец, понял, кто перед ним стоит.       — Что ты со мной делаешь? — только и спросил Дино, самозабвенно целуя её. Вики же закрыла глаза и услышала эту фразу совершенно не с тем посылом, с которым посылал её Дино. Она услышала укор, которого, естественно, в этой фразе не было.       Дино нравилось целовать Вики везде, где только можно. Губы, щёки, шею, грудь. Вики же нравились его охлаждающие поцелуи. Ей всегда казалось, что ещё немного, и от неё пойдёт пар из-за ярого контраста температур, а на коже обязательно останется очередное клеймо. Чёрт бы побрал этого ангела!       Вики с удовольствием скинула перед Дино остатки одежды, целуя его, с нетерпением стянула с него брюки и разорвала резинку на его волосах, выдрав пару прядей. Дино зашипел, но Вики это только понравилось. Она с ужасом осознала, что ей нравится в некоторой степени причинять этому ангелу боль.       Вики встряхнула волосами, присаживаясь на колени перед ангелом, и прикоснулась губами к головке его члена, вызывая у него гортанный стон. Действительно, на слух он был похож на велюр. Вики со всей животной похотью смотрела на ангела, не отрываясь, который самозабвенно не мог оторвать от неё взгляд. Вики это только раззадоривало, и она продолжала аккуратно массировать мошонку и проводить языком вдоль всего ствола. Она ускоряла темп, тёрлась сосками о его ноги и покрывало, сбавляла его, но ни на секунду не выпускала орган изо рта. Ещё никогда Вики не чувствовала себя такой развязной.       Губы её горели от прикосновения к леденящей плоти, волосы застилали глаза и попадались в рот, а ладонь слегка царапалась о короткие жёсткие волоски. Всё это лишь заставляло её ускоряться, лишь бы Дино не умолкал, и лишь бы все эти ощущения не заканчивались.       Когда Вики надоело работать ртом, она, не церемонясь, села сверху, оставив дорожку своего секрета на одеяле и его бёдрах. Вики с размаху села прямо сверху на член и вскрикнула от неожиданности. Мышцы кольцом сжались вокруг органа, пульсируя под размеренные звуки разгорячённого дыхания. Внутри, как показалось Вики, у неё всё должно было покрыться ледяной корочкой и должен был пойти пар. Но этого не произошло, и они начали двигаться.       Дино аккуратно, но требовательно, взял талию Вики в свои большие ладони и начал размеренно двигать бёдрами. Вики же хотела другого. Она наклонилась и силой укусила Дино за сосок, затем ключицу, затем втянула кожу рядом с «адамовым яблоком» и снова укусила возле уха. Все эти отметки начинали наливаться кровью, что разогрело Вики ещё сильнее. Дино рычал, когда Вики клеймила его, но она принципиально его не слушала, продолжая рвано двигаться. Внизу живота распирала энергия, которая была похожа на пятно.       Каждый раз, когда Дино издавал звук не по делу или пытался прикоснуться к ней, Вики специально проводила по его груди ногтями, оставляя алые дорожки от ключиц и до паха. Когда на его груди не осталось бледного места, Вики победно усмехнулась и начала двигаться с небывалой скоростью.       Дино старался не отставать за ней, но это было похоже на бессмысленную гонку: она постоянно впереди, он постоянно позади. Дино так и не смог подстроиться под темп Вики и отдал все права на командование ей. Теперь полностью. Вики снова победила. Она осознала это в полной мере, когда устала двигаться, из последних сил сжала мышцы, и её голова непроизвольно откинулась назад в экстазе, а их голоса смешались в один сплошной поток. Ещё никогда Дино не было так хорошо, а Вики — так тревожно. Она не должна была этого делать.       Когда Дино призывал водоворот, Вики, одеваясь, с ужасом взглянула на его тело. Всё исцарапанное, отмеченное багровыми большими кровоподтёками. Дышал Дино тяжело, но Вики чувствовала его настроение. Ему понравилось. Но Вики лишь снова затошнило. Она делала его хуже, а ему это нравилось. Кто в этом мире мог быть худшим существом, если не она?       

***

             В саду Адама и Евы было темно, чтобы разглядеть что-то дальше своего носа. Вики сидела напротив статуи Равновесия и пыталась подобрать слова для очередной попытки помолиться. Ничего не выходило. Она снова и снова поднимала взгляд на демоническую сторону и пыталась примерить её на себя. Вид был ужасающий. Но, кажется, это была её судьба. Вики вдруг осознала, что не сможет стать ангелом. Просто не позволит себе этого. Ангелы нужны миру, чтобы помогать. Она же была нужна миру, чтобы портить.       — Ты снова здесь, — тихо улыбнулся Дино, присаживаясь рядом с Вики на скамейку. Она снова подняла глаза на статую. Темнота слегка расступилась, но Вики это не радовало, — Как ты?       Вики хмыкнула.       — Все ангелы одинаковые, — ответила она, откидывая волосы назад. Дино удивлённо вскинул брови, ожидая продолжения, — Даже если вы будете на грани смерти, то всё равно будете интересоваться здоровьем находящихся рядом, чем вспомните о своём.       Дино кивнул каким-то своим мыслям, делая выводы.       — Тебе это не нравится?       Вики не знала, что можно ответить на этот вопрос.       — Не думаю, что когда-нибудь смогу стать такой же, — сказала Вики одними губами, не издав ни звука. Она хотела стать ангелом и всегда была альтруистом, но вот кем она является сейчас и на какой путь направляет остальных остаётся для неё вопросом, — Зачем ты сюда приходишь? — резко спросила Вики. Она не знала, как ещё разрядить обстановку, поэтому спросила самое очевидное. То, что никогда не спрашивала, хотя жутко интересовалась.       — Я прихожу сюда, чтобы подумать. Помолиться Шепфа, — ответил Дино, смотря на статую. Вики подняла взгляд вслед за ним. Полуангел-полудемон смотрел прямо на них своим невидящим взглядом. Как показалось Вики, этот взгляд был укоризненным.       — И как? Шепфа тебя слышит?       Дино отрицательно покачал головой, обнажая её метки. Вики скрутило. Они выглядели как расплавленные пятна меди. Вид был болезненный, будто у Дино была «островная» желтуха.       — Я не знаю, — Дино взглянул на Вики, которая продолжала смотреть на статую, — Каково это, молиться там, на земле? Если даже не знать слышит ли тебя Шепфа?       Вики передёрнуло. Она с ужасом посмотрела в глаза Дино, надеясь, что эти вопросы были заданы чисто риторически. Но Дино ждал получить ответ. И Вики решила, наконец, не скрывать его.       — Знаешь, раньше я всегда думала, что молиться нужно только в том случае, если у кого-то всё плохо. Но со временем осознала, что молитва в первую очередь нужна, когда всё хорошо. На самом деле, смертным не важно, слышит ли тебя Господ или нет. Важно то, что ты смог найти время, прийти и стать откровенным с самим собой. Я очень поздно осознала, что молитва нужна не Шепфа, а людям, чтобы разобраться и найти выход самому, — выдохнула Вики. Она повернула на него взгляд и прикоснулась огненными пальцами к своим отметинам, — Прости за это.       Вики нагнулась и слегка прикоснулась к пятнам губами, надеясь не обжечь Дино своим пламенем, а заодно и не отморозить себе губы о его кожу. Дино же аккуратно поцеловал Вики в губы, сжимая каждую по очереди, будто это он извинялся, а не она. Вики поняла, что раньше бы он никогда этого не сделал, тем более перед статуей Равновесия. Это она виновата. Она и больше никто.       — Тогда почему ты не молишься? — спросил он, заглядывая ей в глаза. Вики покачала головой, проглотив язык. Она так боялась, что когда-нибудь Дино это спросит, — Ты так часто ходишь сюда, но твоя энергия ни разу не поменялась. Значит, всё то, что ты приносишь с собой сюда, так и остаётся в тебе. Хоть ты сама сказала, что молитвы нужны для разговора с самим собой — ты этого не делаешь.       Вики начала заламывать пальцы. Она попалась Дино, и теперь его ледяные клетки стояли везде, выкачивая из неё силы и жар. Теперь Вики стала сомневаться, кто кого делает хуже.       — Знаешь, — тихо начала она, смотря на статую Равновесия, — я всегда была с церковью на какой-то определённой дистанции. Это не из-за смерти матери, не из-за окружения или каких-то принципов или моральных устоев. Наша семья всегда трепетно относилась к Богу и верующим. Но когда почти все друзья, их родители и прочие знакомые ходили по воскресеньям на богослужение, я не ходила. Просто не могла себя заставить даже войти внутрь. Это ведь святое место. Место откровений. Мне почему-то казалось это таким глупым, чтобы рассказывать Богу о своих проблемах. Какая разница Шепфа, что творится на тот момент с маленьким ребёнком? Затем мне стало казаться это слишком личным, чтобы рассказывать Богу. Неужели Шепфа внемлет к просьбам и историям?       Вики не нравился её монолог. Ей казалось, что это до абсурда глупо и похоже на бред сумасшедшего. Какая к чёрту разница, почему она не молится?!       Но при всём этом, Вики хотела услышать от Дино хоть какие-то слова поддержки. Но Дино молчал, пока, наконец, не собрался с мыслями, снова обжигая своим холодом всё вокруг. Клетки потихоньку сжимались.       — Я… я не знаю, Вики, — тихо ответил Дино, — Если Шепфа не вслушивается в мольбы близстоящих, то, как он может слышать ваши просьбы? Я прихожу на это место уже много лет, но так и ни разу не услышал его голос. Как, вероятно, и он мой…       Вики прониклась. Дино говорил тихо, словно их слушал кто-то ещё. Но на самом деле в этом саду были только они трое: ангел, Равновесие и второсортный класс.       

***

             В третий раз возвращаться на землю было смешно. Вики выпала из водоворота прямо в сквере перед церковью. Был вечер, тело окутывала прохлада, но это не помогало от внутреннего жара, вызванного страхом. На этот раз Вики решила собрать последние остатки своей ангельской сущности и зайти внутрь. Она всё равно откроет эти чёртовы двери, даже если Шепфа решит покарать её за то, что она сделала.       И вот Вики снова занесла ладонь, чтобы толкнуть двери церкви. Только на этот раз она была одна, чтобы никто не смог увидеть её наказание.       Сначала Вики прикоснулась к дереву указательным пальцем, затем средним и безымянным, после прикоснулась всей пятернёй. И когда сил ждать больше не было, Вики с силой толкнула дверь, и та звонко распахнулась, ударившись о стены. Сделать первый шаг было сложнее, чем распахнуть дверь.       Оказавшись в дюйме от порога церкви, Вики с тремором сделала шаг, затем ещё один и оказалась внутри. Как оказалось, кара её не настигла.       Вики была рада, понимая, что войти в церковь было половиной. Теперь же осталась вторая, но радость от только что сделанного поступка волнами захлёстывала её, но Вики даже не с кем было поделиться. Дино был на задании, а она так сильно хотела его сейчас поцеловать. Но каждый раз, думая о поцелуе с ним, Вики думала и о наказании, которому его подвергает. Но следующая мысль выметала всё к чертям. Она хотела его. И ей было плевать, даже если для этого пришлось бы нарушить сотни правил, а затем снова умереть.       Как и ожидалось, в церкви пахло благовониями и воском от свечей. Тёмный камень приятно вбирал в себя цветные рисунки витражей на библейскую тематику, а полуразрушенные фрески придавали антураж. У Вики захлестнуло дух. Она ведь художник! Сколько всего прекрасного Вики не видела, оставаясь по ту сторону двери. Даже если бы она не приходила сюда на исповедь или молитвы, она бы могла сюда приходить ради культуры. Но и этим она сделала хуже. Но на этот раз себе.       Сара сидела с краю в левом ряду. Голова её кипела от мыслей, остужаемых или подогреваемых слезами. Вики удивилась, что к ней никто не подходил. Если ей не могут помочь богослужители, то чем сможет помочь она?       Вики уже собиралась развернуться, как услышала шорох позади себя. Она спиной почувствовала чей-то взгляд. И этот взгляд принадлежал Дино, который с интересом наблюдал за ней. Теперь Вики не могла уйти. Пусть сделает хоть что-то хорошее! Оправдает свои желания стать ангелом, в то время как путь демона прокладывает к ней всё большую и большую дорогу.       Вики села рядом с Сарой на скамейку. Но о чём с ней говорить?!       — Я не помешаю? — тихо спросила Вики. Сара невидящими глазами повернулась к ней и покачала головой, — Разговариваешь с Богом?       — Я похожа на идиотку? — резко спросила Сара, снова повернувшись к Вики. Та отрицательно покачала головой, видя, как Сара сама испугалась своих слов.       — Тебя что-то тревожит?       — Какое тебе дело?       Сара выглядела изведённой до изнеможения. В некоторых местах она начинала заикаться и всхлипывать, что только усугубляло положение.       — Ты сидишь в церкви, плачешь. Здесь не сложно сделать вывод, что тебя что-то гложет, — спокойно ответила Вики, наблюдая, как девушка в чёрном заново зажигала свечи, что потухли. Вики засмотрелась на огонь, — Так что тебя волнует?       Сара мялась, и Вики могла её понять. Можно ли довериться человеку, которого ты впервые видишь? Вики была уверена, что нельзя, но пыталась доказать себе обратное.       — Все проблемы из-за религии, — после молчания выдала Сара, облизывая губы. У Вики зачесались мышцы шеи, чтобы удовлетворительно кивнуть. По крайней мере, все её проблемы были именно из-за религии, — Мой молодой человек заставляет меня бросить церковь. Говорит, что это бесполезная трата времени.       — А что в ответ говоришь ты?       Сара снова замолчала. Чаще всего она ничего ему не говорила.       — Я пытаюсь ему объяснить, что Бог не простит меня, если я отрекусь от него. Он не верит. Говорит, что мне просто нечем заняться и, что я до одури ленивая, вот и сижу здесь сутками, чтобы найти ответы на придуманные вопросы, — грустно фыркнула Сара. Вики улыбнулась. Кажется, она поняла, что именно ей нужно сказать Саре, чтобы вся её ситуация могла хоть немного проясниться, — Я не знаю, что мне делать! И молитвы уже ни черта не помогают…       Слово «чёрт» эхом отразилось от стен, и на секунду Вики показалось, что сейчас развернуться небеса. Но ничего так и не происходило, и Вики придвинулась ближе к Саре, но всё ещё сохраняла дистанцию, комфортную для них обеих.       — Ты знаешь, я приехала из маленькой деревни, где на все мили было одно единственное развлечение — церковь. Мои родители — сугубо верующие люди, но мне они дали выбор: вера или что-то вроде свободы. Мне не хотелось обижать родителей и, конечно, я выбрала веру. Раньше мне казалось это чем-то таким заоблачным, даже неземным и при этом скучным. Поначалу я даже не могла войти в церковь, потому что чувствовала дикий стыд и смятение. А ещё страх. Станет ли слушать меня Господь? Услышит ли Он меня?       — И Он услышал?       — Я не знаю, — Вики покачала головой, — Но это не важно. Ведь молитва нужна в первую очередь тебе. Бог — это кто-то, похожий на врача. Но врачи иногда, бывает, не слушают своих пациентов. Дом, работа, кредиты, выпивка — у них много своих проблем, они ведь тоже люди! А Господь всегда сможет тебя выслушать. Выслушать и помочь тебе сделать верное решение. Но в этом и есть смысл. Решение ты должна принять сама. Это будет лично твоим выбором, и никто не вправе повлиять на него или сделать его за тебя. Молитвы помогают услышать собственные желания тогда, когда даже слова не в силах выразить все мысли.       — Ты так красиво говоришь, будто читаешь проповедь. А я иногда даже не знаю, о чём молиться, хотя должна умолять Его о здоровье близких, счастье, мире без войны. Но когда я прихожу сюда и сажусь, мне почему-то нечего рассказать, — недоумённо сказала Сара. Вики понимающе кивнула.       — Мне тоже нечего рассказывать. И я до сих пор пытаюсь найти слова, чтобы помолиться. Как думаешь, твой парень найдёт для тебя слова, чтобы ты смогла отпустить тревожащие тебя вещи, из-за которых ты сюда приходишь? А поддержать, не говоря ни слова?       Сара отрицательно покачала головой.       — Не думаю, что ему вообще есть дело до того, где я нахожусь. Хотя его родители тоже верующие, он же ни разу не был в церкви. Я так не могу…       — Ему дали выбор, и он его сделал. Ты же сделаешь свой, — резко ответила Вики. Сара кивнула своим мыслям.       — Ты бы осталась с таким, как он?       Вики слегка повернула назад голову, встречаясь взглядом с Дино. Она знала, что он слышит каждое её слово. А ещё она знала, что он в курсе, каких усилий ей стоило это рассказать. Даже незнакомой девушке.       — Мне очень повезло с человеком, к которому я сейчас что-то чувствую. Он сам близок к Господу и полностью разделяет мои взгляды на вещи. Да, ему так же, как и мне, сложно справляться с некоторыми моими страхами, но мы всегда стараемся найти силы для молитв. Для меня очень важен разговор с Господом, даже если мне нечего Ему сказать. Я бы это ни за что не променяла, даже если бы у меня бы такая ситуация, как у тебя. Ты уж прости, если обидела. Но для меня это одно из самых важных вещей в жизни.       Вот она призналась. Церковь — неотъемлемая часть жизни всех ангелов. Но Вики кажется, что она близится к демонам. Так зачем ей церковь? Близка ли она ей?       Вики уже встала, чтобы уйти и с облегчением выдохнуть, когда Сара окликнула её:       — Скоро начнётся проповедь. Будет петь католический хор. Ты не хочешь послушать со мной?       Выходила Вики из церкви спустя час. За всё это время они с Сарой не сказали друг другу ни слова, слушая, как поют дети. В сквере Вики ждал Дино, и когда она подошла к нему, то без промедления поцеловала, притянув к себе и кусая его за губу. Дино с благоговением ответил ей, прикрыв глаза. Он гордился её первыми огромными шагами на пути к своему «исцелению».       

***

             Вики шла по коридору школы в поздний час, чтобы снова прийти к статуе Равновесия. Она чувствовала — ещё немного и слова для молитв найдут её. Она, наконец, сможет что-то рассказать и даже что-то попросить. Она даже взяла старую тетрадь для рисунков с пожелтевшими страницами и пятнами с кофе на бумаге, где первое время только и рисовала библейские мотивы, когда попала сюда.       Проходя мимо жилых комнат, Вики остановилась у двери в спальню Дино. Она пару раз видела, как он заходил внутрь на ночь, и не думала, что здесь могла жить Лилу, с которой Дино проводил много времени. Вики не ревновала, потому что понимала, что Дино не из тех существ, что будет спать с одной и встречаться с другой. Тем более, где-то в глубине души Лилу нравилась ей, хоть иногда она и была чересчур вежлива.       Вики слегка толкнула дверь, и та открылась. Внутри всё было так же, как и во всех комнатах. Кровать, тумба, шкаф и стол. Предельная чистота ослепляла взор, и Вики снова стало противно. У неё в комнате иногда случался погром, хотя по большей части виновата в этом была Мими.       Вики слышала, как в ванне включилась вода. Решение было принято буквально за долю секунды, и она, оставив карандаш и тетрадь, тихо зашла в ванную, завязывая волосы и снимая одежду. В нижнем белье Вики была уже за дверью.       В ванне стоял густой горячий пар, но и он казался Вики ледяным, потому что здесь был Дино. Расстегнув застёжку лифчика и сняв трусы, Вики тихо открыла двери кабинки, сразу оказавшись под струями воды. Дино стоял к ней спиной с заплетёнными волосами и сложив крылья. Перья намокли, а спина его была расслаблена. Только сейчас Вики поняла, что расслабленным она видела его два раза: здесь, в ванной, и рядом с собой. От этого на душе впервые стало легко.       Без лишних слов Вики аккуратно обвила талию Дино руками, оказываясь под потоками воды. Носом она уткнулась ему в самую выпирающую точку на шее — седьмой шейный позвонок, который больше всего ненавидела рисовать на занятиях анатомии в университете.       От Дино пахло льдом, облаками и спокойствием. Вики нравился его запах и жутко не устраивал свой. Ей казалось, что от неё всегда воняет дымом и серой, как в Аду. Дино же пах Раем. Тем местом, которое было от Вики заоблачно далеко.       Вода плавно стекала на макушку Вики, затем бежала по щекам и падала на спину Дино. Сейчас Вики была несказанно счастлива, что ангел стоял к ней спиной и не мог различить, что именно капало ему на кожу — вода или слёзы. Вики редко плакала, а после смерти — впервые. Ей было так приятно, что она могла провести с ним время, расслабившись, но сам он никогда бы этого не увидел, а значит, не помог.       Руки Дино аккуратно легли на руки Вики, прижимая её ближе к себе. По волосам и лицу Вики стекала вода, мешаясь со слезами, и она ничего не видела, но зато отлично всё чувствовала. Впервые за всё время, которое Вики проводила с Дино, ей было по-настоящему спокойно. Сейчас она не думала о том, что они нарушают правила, не думала о том, что Дино подумает, если узнает, о чём конкретно она пытается помолиться, не думала о том, что делает его хуже. Она просто обнимала ангела, которого почти полюбила.       Дино без слов повернулся в кольце рук Вики к ней лицом и обнял её ещё сильнее. Руки его сильнее сжали талию. Вики чувствовала, как вода продолжает стекать по их телам, заставляя волосы и крылья мокнуть, но ей не было до этого никакого дела. Она обхватывала талию Дино всё сильнее и сильнее, стараясь раствориться в нём. Сейчас она поняла, что если сможет ещё раз умереть, то лучшей смерти и не придумаешь.       Подняв голову, Вики взглянула на глаза Дино. Они были чистыми и ясными, хотя он, как и она, не спал далеко не первые сутки. Вики же, как ей казалось, была похожа на картошку, вся бледная, отёкшая и с синими кругами по всему телу. Может, сейчас она сможет, наконец-то, это с себя смыть.       Целовать Дино для Вики было самым желанным занятием во всём мире. Даже при жизни она никого так самозабвенно не целовала. Не обхватывала по очереди губы своими губами, не оттягивала их и не проводила по ним языком. С другими она всегда думала, как побыстрее завершить поцелуй, чтобы перейти к другому. С Дино же Вики хотела растянуть все моменты, пока им не надоест.       Дино развернул Вики и прижал спиной к холодной плитке, стараясь причинять ей как можно меньше дискомфорта. Он продолжал целовать её, не отрывая ладоней от её хрупкой талии. Их соски тёрлись друг об друга, вызывая приятные волны наслаждения вперемешку с мурашками и небольшой болью.       Вики сняла с волос Дино резинку, на этот раз аккуратно распутав её, а затем надела на руку, чтобы не потерять. Её волосы Дино тоже распустил, позволяя им облепить всю её спину и часть плитки.       Вики практически не чувствовала контраста температур между стеной и телом Дино. Ей нравилось, как он с трепетом вжимал её и целовал. Вики опустила свои руки ниже, прошлась ими по его груди, зацепила пальцами соски и свои, и его, и прижала ладони к его талии. Она не решалась идти дальше, чтобы не опошлять всю ту атмосферу, которая ткалась тонкими нитями, пока они стояли тут. Её не смущало, что вместе с водой на пол падали капли её секрета, что член Дино налился кровью, а у них обоих участилось дыхание. Но Вики всё равно не решалась всё это испортить. Поэтому Вики лишь глубже вздохнула и снова поцеловала Дино, который сам начал блуждать ладонями по её телу.       Дойдя вверх до груди, а затем, опустившись до бёдер, Дино отстранился от Вики, аккуратно развернул её к стене поцеловал каждый сантиметр от того самого выступающего седьмого шейного позвонка до ямки на пояснице. Всё это время Вики стояла, закрыв глаза обостряя все остальные чувства до предела.       Когда Дино медленно приставил головку члена к входу во влагалище, Вики не сдержалась почти мгновенно. Она не издала ни звука, чтобы каждый смог полностью насладиться этим моментом, а затем всё-таки позволила Дино закончить начатое, чуть раздвинув ноги для его комфорта.       Дино двигался в Вики размеренно, медленно, чтобы каждый смог это ощутить. Раньше Вики казалось, что в сексе невозможно показать любовь, как это делают в фильмах — невозможно медленно целовать, вести руками по всему телу, вызывая трясучку. И всё это до омерзения медленно. Но сейчас Вики поняла, что ошиблась. Это был именно тот момент. Когда каждый получает то, что хочет — любовь ближнего.       Дино всё сделал сам, Вики не собиралась ему мешать. Он сам слегка нарастил темп, сжал её талию и продолжил так двигаться ещё некоторое время. Затем он достал член и излился ей на спину под тихое учащённое дыхание друг друга. Вода быстро всё смыла, и Дино снова аккуратно поцеловал Вики в ямку на пояснице.       Постояв в обнимку ещё некоторое время, Дино выключил воду и открыл двери кабины. Он обмотался белым полотенцем вокруг бёдер, взял другое полотенце и аккуратно обтёр Вики волосы, тело и лицо, затем замотал её и подхватил на руки, чтобы вынести из ванной комнаты. Вики от усталости положила Дино на плечо голову. За всё время, что они сейчас провели вместе, никто не сказал ни слова.       Дино опустил Вики на свою кровать и ушёл, чтобы собрать её вещи. Вернулся он через пару мгновений одетый в хлопчатобумажные чёрные штаны и белую рубашку с её вещами.       Вики забрала кофту и джинсы с нижним бельём, но надевать их не стала, положив на край кровати. Дино снова ушёл, чтобы вернуться со своей рубашкой. Вики встала, сняла полотенце и кинула его на кровать, затем медленно надела нижнее бельё и накинула сверху его рубашку, застегнув пару пуговиц. После она повернулась к Дино и задрала руки, перебирая его волосы. Сняла с запястья его резинку и собрала пряди в пучок, завязав их.       Всё это время в душе их обоих разливалось приятное тепло. Вики, которая смогла забыть о своих страхах и фобиях, полностью открылась, чтобы больше вобрать в себя его энергию и своё умиротворение. В голове было ясно, тело приятно ныло, а вокруг словно стоял пар, ограждая их двоих от внешнего мира. Вики была счастлива сейчас, даря свою любовь Дино, который с трепетом отвечал ей взаимностью. Ни у одного из них доселе не было таких тёплых чувств. Дино, наконец, смог увидеть Вики беззаботной, Вики же смогла прочувствовать то долгожданное спокойствие, которое так давно хотела получить.       Они стояли в обнимку, пока первые звёзды не начали пропадать с горизонта.       

***

      Через несколько дней Вики снова сидела у статуи Равновесия, только уже с тетрадкой и карандашами в руках. На её страницах было полно библейских зарисовок вперемешку с зарисовками кистей рук. Сейчас это всё, что волновало Вики — Библия и руки.       — Это Шепфа? — удивлённо спросил Дино, кивая на рисунок. Вики вздрогнула от неожиданности, проведя лишнюю линию на бумаге, — Прости, не хотел тебя отвлекать.       — Нет, это Иисус, — сконфуженно ответила Вики, двигаясь на скамейке. Дино сел.       — Кто это? — спросил он, разглядывая неумелый рисунок. Вики опустила взгляд. Она не знала, как можно объяснить ему такую элементарную вещь.       — Что-то вроде нашего Бога, — ответила Вики, поднимая взгляд на Дино. Он внимательно рассматривал цветные линии на бумаге, — А рядом с ним — его мать, Мария. Наша страна поклоняется ей, потому что мы католики.       — А кто поклоняется Иисусу?       — Православные, — сказала Вики, делая тень на красном полотне мужчины. Затем она взяла коричневый карандаш и сделала линию, подчёркивая скулы в щетине.       — Но кому конкретно молятся люди? — снова спросил Дино, аккуратно забирая альбом из ладоней Вики, — Можно? — Вики кивнула, отпустив бумагу и подняв взгляд на статую. Она всё так же укоризненно на них смотрела, — Вики?       — Что?       — Кому молятся люди? У вас ведь есть единый Бог?       Вики медленно покачала головой. Она никогда не задумывалась о единстве религий. Каждая в той или иной мере носила черты другой, тем самым замыкая круг. Но кому конкретно они молятся?       — Я не знаю. Единого Бога у нас нет. Все страны молятся кому-то в зависимости от вероисповедания. Мы молимся Марии, — Вики показала пальцем на изображение девушки в светло-голубом одеянии. Она должна была светиться изнутри, но Вики понимала, что не смогла это изобразить на бумаге.       — Ей ты молилась? — спросил Дино, поднимая на Вики взгляд. Вики застыла, всматриваясь в его голубые глаза и розовые губы. Она не хотела ему врать, но и сказать, что она даже не знает, как это делается, не могла. Поэтому Вики просто промолчала, — Люди молятся в церквях каждый день, вне зависимости от того, какому Богу. Но стоит им прийти в другую церковь, как они тут же меняются, говоря, что здесь они молиться не должны. Почему так?       — Потому что религия им это запрещает, — ответила Вики, забирая альбом. Она перелистнула страницу и показала другой рисунок, — Видишь? Это «Правосудие». Я нарисовала это, когда проходила мимо церкви, где была Сара. В нашем мире очень строго относятся к религии. Одни верующие не могут молиться там, где молятся другие. Это не их дом, и это не дом их Бога. Раньше я думала, что если молиться другому Богу, то на человека обязательно снизойдёт кара Божья. Поэтому и придумала этот сюжет.       Вики провела пальцем по ангелу, которой заносил над головой меч для истощённого смертного, чьи кости были прорисованы необычайно хорошо. Вики никогда не думала, что хорошо рисует, но это явно была одной из её лучших работ.       Дино с сомнением вгляделся в лица людей.       — Шепфа не важно, каким именем люди его называют. Это глупо, запрещать молиться там, где молятся другие. Главное, чтобы они никогда не переставали молиться и верить в него.       Вики вспыхнула, как спичка, подскочила, взмахивая руками.       — Тебе не понять, Дино! Ты сам Ангел! Фактически, именно вам молятся люди.       Дино тоже вскочил со своего места, грозно смотря на Вики.       — Люди молятся Шепфа.       — Люди молятся тем, кто на небесах, — выкрикнула она, переводя дыхание. Вики не знала, что именно её так задело. То, что Дино наплевал на всю систему вероисповедания на земле или то, что он поставил веру превыше всего остального в этом чёртовом мире, — Вы — те, кто живёт на небесах. Вы рождены ангелами, и именно вам и молятся все те люди. Какая разница, как они вас называют? Они просят у Господа помощи, но слышит ли их Господь? Ты сам мне говорил, что никто не знает, слышит ли Шепфа близстоящих. Люди тоже этого не знают. Но зато многие понимают это и молятся просто ангелам. Они молятся вам, Дино. Нам важно, чтобы вы нас слышали.       Вики ужаснулась. После своей смерти она никогда не приравнивала себя ни к одному классу. И уж тем более не говорила о себе, как о смертной. Это означало, что ей необходима помощь и поддержка так же, как и всем тем, кто остался жить на земле.       

***

             Вики в очередной раз оказалась на земле с заданием. Она быстро выполнила его, отбив у пятнадцатилетнего парня тягу к наркотикам. Собираясь уходить, Вики шла мимо церкви, той самой, где разговаривала с Сарой. Ноги сами потянули её туда, и она, уже без дрожи, легко открыла дверь и вошла внутрь.       В церкви снова пахло благовониями, стоял приглушённый свет и кто-то играл на клавесине. Внутри почти никого не было, лишь пара монахинь и несколько горожан. В одном из них Вики заметила Сару. Не найдя ничего лучше, она присела к ней, смотря как чернокожая девушка играет на инструменте.       — Не знаешь о чём молиться? — тихо спросила Сара, наклоняясь к Вики. Та отрицательно покачала головой, — Я тоже первое время не знала, пока не познакомилась здесь с девушкой. Она мне помогла. Хочешь, я тебе помогу?       Вики подняла голову и посмотрела на витраж с библейской тематикой. Кажется, она недавно рисовала что-то подобное в своём альбоме.       — Как звали ту девушку? — спросила Вики, поворачиваясь к Саре. Она специально задала этот вопрос, зная, что своего имени она не называла.       Сара усмехнулась.       — Не знаю, я не спросила, — ответила она, поворачиваясь к девушке с инструментом, — Ты откуда? Я раньше тебя здесь не видела.       — Мы с родителями здесь проездом — завтра поедем дальше, — буднично ответила Вики, надеясь, что Сара не будет задавать вопросов, но ошиблась.       — Куда едете?       Вики пожала плечами. Они с родителями никуда особо не выезжали, чтобы рассказ был правдоподобным, а Вики даже не знает, в какой точке планеты находится, чтобы соврать более или менее что-нибудь связное.       — Мы решили попутешествовать. Просто будем ездить по стране, искать что-нибудь интересное, — ответила Вики. Сара с восторгом выдохнула. Девушка за клавесином перелистнула страницу в папке с нотами и продолжила играть. Вики в блаженстве прикрыла глаза, надеясь, что, может быть, сейчас она сможет найти слова.       — Так тебе помочь с молитвой? — тихо спросила Сара. Вики открыла глаза и улыбнулась, кивая. Помощь ей сейчас точно не помешает, — Здорово! О чём ты бы хотела помолиться?       Вики в ступоре замерла. Сколько было проведено диалогов и монологов с самой собой, сколько было разговоров с Дино, да даже с этой Сарой Вики проводила разъяснительную беседу именно на эту тему. Но до сих пор ни один из них не дал ей точного ответа. О чём же именно она хотела помолиться?       — Я не знаю, — тихо прошептала Вики, — Сколько времени хожу в церкви и ни разу не нашла слов, чтобы помолиться. Хотя, может, у меня и желания-то особо не было.       Сара слегка отстранилась и нахмурила брови. Вики обессиленно покачала головой.       — Тогда ты просто можешь рассказать Богу, за что благодарна ему, — сказала Сара, поворачивая голову к клавесину. Она прикрыла глаза и вздохнула, — Я часто говорю Господу спасибо за здоровье, за родителей, друзей, возможность учиться и самому принимать решения. Слова благодарности сами находят тебя, и ты просто говоришь спасибо. Это помогает избавиться от негатива и понять, чего ты на самом деле хочешь. Вот, попробуй сейчас, пока Ванесса играет эту мелодию.       — Почему именно эту? — спросила Вики, вскидывая брови. Сара пожала плечами.       — Просто она мне очень нравится. Люблю думать под «Святую ночь», — улыбнулась она.       Сара и Вики просидели в церкви до поздней ночи, пока монахини не отправили их по домам. Выйдя, Сара спросила у Вики, где она живёт, но Вики улыбнулась и скрылась за поворотом. Кажется, она, наконец, нашла, что может рассказать статуе. А потом она сможет это рассказать и Дино.       

***

             Вики сидела у статуи Равновесия и рисовала кисти рук с фрески «Сотворение Адама». Именно с этой картины Вики полюбила рисовать ладони с пальцами. Когда она была жива, то надеялась, что однажды и её руки будут перерисовывать художники.       — Смотрю, тебе нравится рисовать не только библейские мотивы, — хмыкнул Дино за спиной. Вики слабо кивнула, делая тень на среднем пальце Адама, — Что это?       — «Сотворение Адама» Микеланджело, — ответила Вики, не отрывая взгляда от бумаги. Дино загружено смотрел в её альбом, но так и не смог понять смысла её рисунка, — Это одно из самых знаменитых произведений искусства. Микеланджело нарисовал это на потолке Сикстинской капеллы в Ватикане. Так, он считал, Бог сотворил человека.       Дино в раздумьях сел рядом с Вики и вгляделся. Затем покачал головой.       — Шепфа не так создал человека, — скептически сказал он. Вики опустила глаза. Сейчас её одолела грусть.       — Никто в нашем мире не знает, как Шепфа создал человека, — сказала она, продолжая рисовать. Дино посмотрел на неё. Вики висками чувствовала, как он смотрит на неё. Затем наклонился к её уху, поцеловал в этот самый висок и отстранился, глядя на статую. Дино казалось, что она покачала головой, но статуя снова молчала. На этот раз даже Дино захотелось, чтобы она хоть что-нибудь сказала.       — Зачем ты это рисуешь? — спросил Дино, разбавляя ночную тишину. Вики сглотнула слюну и пыль и повернулась к Дино. Он внимательно смотрел на её рисунок. У Вики же зачесались руки, чтобы поскорее вырвать из альбома этот чёртов лист и сжечь его. А она только недавно поймала себя на мысли, что давно не чувствовала в себе дьявольского пламени. Сейчас она почувствовала его с новой силой. Вики захотелось крушить и целовать.       — Я всё хотела нарисовать руки, которые будут перерисовывать по всему миру, совсем как я сейчас рисую эти. За всю свою жизнь, что я держала в руках кисти и карандаши, я нарисовала сотни, если не тысячи, ладоней и кистей с пальцами. Чего они у меня только не держали, — усмехнулась Вики, переворачивая страницу, чтобы Дино посмотрел. На одном из листов была нарисована рука на коричневом фоне, держащая сигарету. На другом — руки сжимали друг друга, будто страстные любовники. Перевернув ещё страницу, были руки, держащие позолоченный кулон с лазурным камнем. А ещё на одной были просто ладони, которые рассекали воздух, — Я так долго мучаюсь над этими руками, но у меня ни черта не получается.       Дино вздрогнул от этого имени. Вики поняла, что оскорбила его своими словами, но её это не остановило.       — У меня всегда ни черта не получается, — продолжила Вики, поднимая взгляд на статую. Сейчас на неё снизошло озарение, и слова полились потоком, — Я ведь даже помолиться не могу. Так долго прихожу сюда, но ни разу не смогла подобрать слова, чтобы мне стало легче.       — У тебя всё получится, — тихо сказал Дино, касаясь плеча Вики. У Вики же из глаз покатились слёзы, пачкая лицо.       — Нет, Дино, ты не понимаешь. Это тебе так просто. Ты — ангел, который родился здесь. Всегда верил во что-то, молился, восхвалял Шепфа. Я — нет. Я даже ни разу в церковь на земле не зашла, — всхлипнула Вики. Обхватив покрепче карандаш, Вики помахала им перед лицом Дино, — Дино, я художник! И не от слова «худо». Я действительно художник. Создавать, рисовать что-то — это вся моя жизнь. Так какая разница, чем я буду рисовать картины, словами или кистью? Но за всё это время, что я здесь, я так и не смогла собраться, — выдохнула Вики. Она корила себя за этот монолог. Ей отчего-то он казался пустым, — Постоянно приходила сюда, думала, о чём именно я могу спросить или что именно могу попросить. Раньше мне казалось, что я буду просить о встрече с матерью, о прояснении обстоятельств своей смерти, о будущей жизни, даже несмотря на то, что я больше не живу. Но всё, что я хочу узнать сейчас — это смогу ли я перестать портить тебя, — Вики взглянула на Дино чистым и, наконец, ясным, взглядом. Столько дней, недель, месяцев, да чёрт возьми, она даже не знает, сколько уже здесь находится! И только сейчас она смогла всё рассказать. Признаться себе, в чём именно состояли её причины молиться.       Вики боялась сделать Дино больно. Искренне боялась. Её никогда не волновали разборки между ангелами и демонами, конфликты Непризнанных, Шепфа, эти чёртовы руки и библейские рисунки из альбома. Лишь он. Дино.       Дино смотрел на Вики тяжёлым взглядом, пока она смотрела на него, роняя на траву слёзы. Ещё немного и здесь сможет прорасти цветок, если Вики сейчас не остановится. Но Дино всё смотрел на неё, и Вики показалось, что она толкнула его в пропасть.       — Ты сходишь со мной? — вдруг прошептала Вики, шмыгая носом. Она ненавидела эту чёртову тишину, ненавидела всё вокруг, что создавало тишину.       — Куда?       Вики запнулась. Куда он может с ней сходить?       — Пока я была жива, мечтала побывать в Сикстинской капелле, чтобы посмотреть на «Сотворение Адама». Сейчас я умерла, но мечта у меня осталась, — усмехнулась Вики, опуская взгляд в траву. На паре листков были видны её слёзы, переливающиеся при сером и тусклом свете луны, — У тебя ведь ещё остался кулон отца?       Дино неспешно кивнул, доставая из кармана побрякушку. Вики покраснела от стыда, вспоминая всё, что они вместе сделали. Почему-то сейчас она будто снова почувствовала себя живой.       — Так ты сходишь со мной? — вновь спросила Вики. Дино молча смотрел на кулон, — Боюсь, если я сейчас вызову водоворот, то не попаду туда, куда мне хочется.       С минуту Дино молчал, что убивало Вики с каждой новой секундой. Взгляд его блуждал по статуе, и на мгновение Вики позавидовала ему. Казалось, что он слышит, о чём говорит Равновесие. Она же слышала лишь убогий вой ветра, который совсем не походил на тот, что дул на земле.       Затем Дино встал и аккуратно взял Вики за руку. Обнял, кладя подбородок на её макушку. Когда Вики закрыла глаза, а затем открыла их, они были уже в Ватикане, стоя в одном из многочисленных залов с творениями Микеланджело. Вокруг не было ни души, а за окном только поднималась луна.       — Вот они… — шепнула Вики, задирая голову. Она от очарования раскрыла рот, вглядываясь во фреску. Вики представляла её себе именно такой: слегка потускневшей, потрескавшейся, жутко старой и безмерно прекрасной. Вот они, ладони Бога и смертного, — Шепфа, как красиво…       Дино стоял рядом, тоже задрав голову к потолку. Он не понимал, что именно ощущала Вики, потому что он не испытывал такой благоговейный восторг от старой краски и кирпича. Но было в этом что-то завораживающее. Причём Дино не мог сказать точно, что же именно его завораживало больше, сама фреска или сама девушка, ради которой он пришёл смотреть на эту фреску.       Недолго думая, Дино аккуратно взял Вики за предплечье и потянул вверх, взмахивая крыльями.       — Что ты делаешь? — удивлённо спросила Вики, но крылья её всё же шевельнулись.       — Посмотрим поближе.       И они медленно поплыли вверх к самому куполу. Подлетая всё ближе, Вики больше чувствовала трепет где-то в районе грудной клетки. Сейчас они как никогда близко к своей мечте.       Вики и Дино остановились у самого купола. Ближе было некуда. Здесь можно рассмотреть каждую морщинку Бога и сосчитать все волоски на голове Адама. Вики уже собиралась начать считать, как увидела, что рука Дино взметнулась вверх и коснулась ладони Адама.       — Что ты делаешь?! — воскликнула Вики. Руки её взметнулись к ладони Дино, но остановились буквально в паре сантиметров, — Какого… Что ты творишь?       — Неужели тебе никогда не хотелось прикоснуться к ней? — удивлённо спросил Дино. Голос его звучал по-детски наивно. Вики же закипала от гнева и негодования.       — Хватит лапать величайший шедевр! Перестань! — она кричала тихо, будто была на службе в церкви, хотя она понятия не имела, была ли тишина на службе. Ведь сама она никогда в церкви на службе не была.       — Прикоснись же к ней, — воскликнул Дино. Он мигом схватил её ладонь и аккуратно приложил к ладони Господа. Не к ладони Адама, а именно Бога.       По началу Вики зажмурилась, стараясь как можно меньше елозить по фреске, но затем открыла глаза и всмотрелась. Фреска была холодной, но почему-то источала тепло. Вики будто воочию прикасалась к руке Господа, будто он сам тянул к ней руки, стараясь облегчить ношу, которую она на себя взвалила. Вики аккуратно, почти невесомо провела по шероховатой поверхности пальцами. Сквозь её ладони просачивалась чужая энергия, но она была такой родной, будто всю жизнь обволакивала её и внутри, и снаружи.       — Боже, Дино, это прекрасно, — прошептала Вики, всматриваясь в лицо Бога. Кажется, именно сейчас она, наконец, почувствовала облегчение. Теперь всё встало на свои места. И её демоническая сущность, и её ангельские намерения, и её обжигающая любовь, и все неизведанные обстоятельства, которые были и ещё будут. Теперь ей есть о чём молиться и о чём сказать спасибо.       — Да, я вижу, — ответил Дино, всматриваясь в её лицо. Почему-то сейчас он почувствовал дикий жар. Будто всё его нутро загорелось, и этот огонь нужно было куда-то вымещать. Ладонь Дино всё ещё держала руку Вики, и тогда он сжал её сильнее. Его губы припали к её шее, но в ход сразу же пустились зубы, оставляя на ней отметины. Дино не понимал, даже испугался этого пламени. Он был заворожен Вики, которая, наконец, смогла найти что-то ангельское в этом сложном мире, но ему, почему-то, это не понравилось. Его тело продолжало гореть, а руки спустились ниже. Одна ладонь сильно сжала грудь, а вторая задрала юбку и сразу проникла в трусы.       — Что ты делаешь?! Не здесь, Дино! — Вики кричала так же тихо, стараясь вразумить Дино своей мольбой. Но он не останавливался, продолжая кусать её шею и оставлять синяки на мягких тканях, — Господи, перестань. Дино, пожалуйста, не нужно.       Конечно, он не слышал. Они продолжали парить в воздухе, теперь уже без разбора высоты и иногда их крылья шаркали перьями по фреске, смахивая пыль, а иногда и краску.       — Да перестань же! — взмолилась Вики, видя, как на пол медленно летит история. Её руки затряслись от безысходности, но Дино будто обуял её собственный огонь, который начал отступать. Она закрывала глаза и видела в нём себя днями и месяцами ранее. Возможно, Дино тоже просил её остановиться, только мысленно, и, конечно же, она не слышала его позывов. Да и в принципе слышать их не хотела.       Дино же продолжал кусать её шею и беззастенчиво лапать между ног. Он с яростью сминал её половые губы, проникал пальцами во влагалище, не обращая внимания, что секрета всё ещё не хватает для комфортного проникновения. Вторая его рука мяла соски так сильно, что Вики ощутила себя дойной коровой.       — Мне больно! — воскликнула Вики, когда Дино в очередной раз проник пальцами слишком глубоко. Кажется, в этот момент в нём что-то щёлкнуло, и он вытащил руку из её трусов. Но это было сделано лишь для того, чтобы посильнее задрать её юбку. Взмахнув крыльями в очередной раз, Дино с шорохом прошёлся по белоснежной части фрески, и часть краски тут же отвалилась. Лицо Вики исказило болью, но Дино лишь рыкнул и с небывалой скоростью опустился на пол. Буквально таща Вики на руках, он подошёл к какой-то лавочке и поставил её руки на неё. Его же ладони с силой сорвали с неё трусы, а пальцы снова проникли внутрь. На этот раз Вики застонала, но стон её был жалобным, — Перестань…       Дино её не слышал. Одной рукой он снова взметнулся к её груди, отодвигая ткань. Та не поддалась и под действием силы с треском разошлась пополам до пупка. Вторую руку он вынул из её трусов и расстегнул ремень, а затем стянул свои трусы вместе со штанами. Он вошёл в Вики с болью и для неё, и для себя. Секрета всё ещё не выделялось в достаточном количестве, и Вики чувствовала жжение, которое никогда раньше не испытывала. Боль была буквально адской, и это сравнение даже на долю секунды вызвало у неё улыбку. Это было смешно, что адская боль, которую она сама для себя олицетворяла, доставляла ей такой дискомфорт. Было бы смешно, если бы не было так обидно.       Дино сразу выбрал быстрый темп, и теперь Вики не могла за ним угнаться. Она всё ещё не кричала, боясь нарушить священную тишину, но кричать хотелось. Дино же продолжал чувствовать дикий жар, который распирал его изнутри, заставляя двигаться быстрее. Одна его рука всё ещё была на её груди, теперь беспрепятственно блуждая и оставляя огромные кровоподтёки. Вики чувствовала эту боль, чувствовала буквально каждой клеточкой тела, где были его ладони. Затем его рука опустилась на её клитор и начала лихорадочно надавливать на его головку. Вики сильнее сжалась внутри, продолжая покачиваться в такт его толчкам. Ладони, лежащие на скамейке для опоры, были сплошь в занозах и начинали покрываться мелкими царапинами. Но никакие ощущения не могли сравниться с осознанием того, что и где она делает.       Дино двигался недолго. Последние толчки были особенно сильными, что Вики пришлось закусить язык. По её ногам уже вовсю тёк секрет, а когда Дино с гортанным рыком толкнулся в неё финальный раз, то перемешался ещё и со спермой. Вышел из неё Дино не сразу, а спустя минуту. Вики слышала его тяжёлое дыхание — оно перемешивалось с её собственным, но она старалась делать это как можно тише. Когда Дино вышел из неё и сразу оделся, Вики продолжила стоять в этой позе, чувствуя холод между ног и во влагалище и накатывавшиеся в глазах слёзы. Ей не было противно от случившегося, не было какого-то опустошения, не было отвращения. Но когда она подняла вверх голову, чтобы ещё раз взглянуть на величайшее творение человечества, то увидела лишь пару пятен, где отвалилась краска. И эта краска где-то валялась на полу.       Вики со слезами на глазах надела трусы и завязала остатки ткани вокруг груди. На Дино она старалась не смотреть, хотя понимала, как ему сейчас нужна помощь. Теперь ей казалось, что это он источал пламя, а она веяла холодом.       — Прости меня… — послышалось из середины зала. Вики всё-таки взглянула на него и увидела, что он задрал голову к потолку, — Я не хотел этого делать… не хотел, чтобы всё было так…       Вики не знала, что сказать. Более того, она даже не знала, что должна чувствовать. Злость? Ненависть? Отвращение? К чему? Или к кому? Она, наконец, смогла понять, что именно хочет рассказать Шепфа, о чём поделиться с Равновесием. Конечно же, она понимала, что никогда не простит Дино приступ такой агрессии вперемешку с желанием, но не сама ли она это с ним сделала? Вики очень хотелось верить, что нет.       — Я никогда не испытывал ничего подобного… — продолжал шептать Дино. Его голос всё ещё был похож на велюр и был приятным на слух, — Просто ты смотрела на эту фреску, и я видел, что для тебя это важно. Но это не было важным для меня. И я почувствовал такую ярость, и понял, что сейчас, то, что я с тобой сделал, будет важным. Прости меня…       Дино говорил тихо, но как на исповеди. Голос его не был сожалеющим, он был обречённым.       — Я не знаю, что смогу сделать для тебя, чтобы снова завоевать твоё доверие, — прошептал он. За всё время его монолога, он смотрел куда угодно, но только не на потолок, а сейчас его голова запрокинулась, и он, взмахнув крыльями, медленно полетел вверх. По пути он не спеша взмахивал руками, и ладони его начали светиться. Это был приятный тёплый свет, будто приглушённое солнце. И только когда Дино практически долетел до самой фрески, Вики заметила, как заискрился пол, и вверх заметались частички пыли. Не пыли. Краски.       Они аккуратно, танцуя, поднимались в воздух и летели вслед за Дино. Невооружённым глазом их было трудно заметить, но танец их был прекрасен.       Вики взметнулась вверх, не отрывая взгляда от маленьких кусочков краски. А на самом верху, Вики увидела, как эти самые частички, объединяясь друг с другом и прикасаясь к фреске, вставали на свои места, совсем как ладони Дино, которые продолжали светиться, пока последний паззл не занял свою позицию. Свет постепенно угас, и Дино убрал ладони от фрески, к которой прикоснулся, указывая место.       — И каков же твой талант? — спросила Вики, продолжая рассматривать фреску. Она всё ещё боялась к ней прикоснуться.       — Восстанавливать утраченное. Предметы, воспоминания. Всё это можно восстановить, собрать в единую картину, чтобы целостность не нарушалась. Это и есть чистая энергия. Одно из её проявлений, — ответил Дино. Его взгляд неплотно был прикован к Вики, которая продолжала рассматривать его работу.       Она бы могла провести свой остаток вечности, но это было бы неправильно. Есть ещё минимум одно дело, которое она должна была закончить.       — Полетели домой, — сказала Вики. Она подлетела к Дино и поспешно его обняла, чтобы он не задавал вопросов.       В школу они вернулись засветло и разошлись по своим комнатам, не проронив ни слова.       

***

             Теперь Вики с нетерпением ждала вечера. Она не могла сказать, что с радостью шла к статуе Равновесия, но и не могла сказать, что всё ещё испытывала тот страх, который сопровождал её всё это время. Она знала, что встретит там Дино, но желание не приходить туда у неё так и не возникло.       Вечерний воздух окутывал колющей прохладой. Было хорошо, и Вики впервые вдохнула полной грудью, сидя на лавке перед статуей. Она никогда раньше не разговаривала с ней вслух, но, может, она готова что-то изменить?       — Я всё ещё боюсь, — начала Вики, опуская взгляд на траву, — Боюсь нести в этот мир не то, что хочу. Боюсь, что стану той, которой никогда не хотела быть. Я всего лишь человек, который переродился. Почему я должна что-то выбирать? Почему должна следовать каким-то правилам, если не хочу их соблюдать? Почему не доставлять… возлюбленному?.. удовольствие? Почему лишь только страсть и горечь? Я так долго приходила сюда, чтобы найти слова, но до сих пор не уверена, что нашла их. Но зато теперь у меня есть силы говорить…       Вики сглотнула ком слюней, остатков пищи с ужина и эпителия щеки вместе с кровью. Она справится.       — Мне нужно ещё немного времени, чтобы окончательно добиться этой цели. Я уже близка, я знаю. Но ещё мне нужно хоть немного поддержки…       Шорох кустов напоминал плохой сюжет фильма. Конечно, из сада вышел Дино. Но на этот раз он был искренне удивлён её видеть, хотя раньше легко улыбался, когда видел её здесь. Сейчас же он чувствовал стыд, такой, что загорались лёгкие.       — Я не помешал? — тихо спросил Дино, останавливаясь. Он посмотрел на Вики и слегка покосился на статую, будто спрашивал разрешения у неё, — Я могу уйти…       — Останься, пожалуйста, — попросила Вики. Голос её звучал спокойно, хотя она не знала, как себя вести. Дино несмело подошёл к скамейке и присел, стараясь как можно меньше смотреть на статую, — Думаю, я должна извиниться.       — За что? Мне кажется, извиняться должен я, — возразил Дино. Вики кивнула.       — Возможно. Но я хочу сделать это первой. Просто мне нужно, чтобы ты меня послушал, — ответила она. Дино украдкой взглянул на неё своими ледяными глазами, но Вики не увидела в них того обжигающего льда. Теперь она видела там пламя, которое этот лёд пожирало. И было это пламя стыда, — На протяжении всего нашего общения, мне было нелегко, — начала Вики. Она специально не стала употреблять слово «мы», потому что на тот момент никаких «мы» не существовало, — Ты был таким правильным, таким светлым. Твоё внимание мне льстило! Но в какой-то момент я поняла, что так от тебя далека. Далека от всего этого. А ещё это место. Я понятия не имела, где я. Что вообще всё это значит? Когда ты показал мне сад, а затем кивнул на статую Равновесия, я почему-то позавидовала тебе. Я подумала, что тебе так повезло — ты слышишь Шепфа. Думала, что здесь я тоже смогу с ним заговорить, — Вики прыгала от одной темы на другую, старалась охватить всё и разом, но мысли суетливо разбегались, словно песок на пляже, который пытаешься взять сухими руками, — Мне было всё так… непонятно, — она специально старалась избегать слова «плохо», потому что им, как она считала, нельзя было описать внутреннее состояние, — Я смотрела на тебя и думала, что у тебя так всё просто.       Я так хотела быть ближе к тебе, хотела снять с себя ношу, которая упала на меня, будто камень, когда я оказалась здесь. Я ненавидела это место, потому что оно было таким неземным, а на земле я не имела ничего общего с тем, что хоть как-то отдалялось от… земного… — она не могла подобрать слов, путалась в выражениях, но продолжала и продолжала говорить, — И тогда я решила, что хочу с кем-то поговорить. Но не с тобой, потому что ты бы меня не понял. А с ним…       Вики кивнула на статую Равновесия, будто Дино не понимал о ком или о чём идёт речь.       — И я начала приходить сюда каждый день. Я приходила, садилась и… молчала… Ты представляешь? Я так хотела помолиться, что… молчала! — Вики тихо усмехнулась, а у Дино сжалось сердце. Он с силой сжал челюсть и напряг в руках мышцы, лишь бы не мешать ей, — И то задание на земле. Ты же помнишь, как долго я пыталась его выполнить. Но дело было даже не в этом. То есть… молитва была не основной моей целью… Моей основной целью был ты… — и она взглянула на него. Глаза Вики были полны слёз, но они были чисты и так прекрасны, что у Дино спёрло дыхание. Как же она красива! — Каждый раз, когда ты обращал на меня внимание, я думала, что вот оно, счастье. На земле я никому так не улыбалась, даже отцу. Но ты смог вызвать эти ощущения во мне. Но каждый раз, когда ты говорил мне о правилах, я ненавидела себя. Так ведь нельзя! Наша связь не должна… реализовываться… Я… — Вики уже откровенно всхлипывала. Она отводила взгляд от Дино, но неизменно возвращалась к его глазам, — Да я портила тебя! Рядом с тобой я хотела быть демоном. Это глодало меня всё время! Ты ведь ангел! Я тоже хотела быть ангелом, но рядом с тобой об этом забывала… Я так хотела сделать тебе больно, сделать эти чувства ярче, ведь я была уверена, ты этого не испытывал. По крайней мере, хотела в это верить. И это демоническое нутро во мне. Оно горело! Горело, Дино! Господи! — Вики громко всхлипнула и, наконец, разрыдалась. Плечи её сотрясли рыдания, но Дино не знал, что с этим делать. Обнять её? А можно ли? Что-нибудь сказать? Она попросила молчать. Так что же ему сделать?       Дино молчал. Он молчал, пока она плакала, тёрла глаза руками, размазывая и глотая тушь, пока всхлипывала. Он молчал, пока она не притихла и не убрала руки от лица. Голова её была опущена, и Дино понял, что у неё внутри были сомнения.       — Тебе не за что себя винить, — тихо сказал Дино, — Ты была человеком, в вас поровну были и ангельские, и демонические качества. Это было естественно, что ты чувствовала и то, и другое.       — Нет. Я чувствовала это только, когда ты был рядом, — ответила Вики. Она с силой вытерла глаза и взглянула на него, — Только ты делал меня такой. А я в ответ делала тебя хуже, не совладая с этими порывами. Поэтому я и приходила молиться. Хотела сбросить с себя этот груз, но… слова смогла найти только сейчас…       Дино помолчал. Он не знал, что ей сказать, поэтому выпалил первое, о чём вспомнил:       — Я был счастлив с тобой в те моменты. Ты разжигала во мне такие чувства, о которых отец постоянно заставлял забывать. Буквально, ты сделала меня живым. Мне очень жаль, что ты это чувствовала. А ещё мне жаль, что когда ты решила поделиться со мной чем-то личным, я просто… растоптал это…       Теперь настала очередь Дино раскаиваться, но Вики была не против. Она выговорилась. И он сказал, что никогда не думал о ней в таком ключе.       — Ты ничего плохого не сделал.       — Я практически изнасиловал тебя! — воскликнул он, — Это был храм. Место, которое священно для всех ангелов. Оно было священно для тебя. Господи, что сделает Шепфа, когда узнает? Смею ли я называться Его Сыном?       Вики не знала, что ответить. Она не знала, простила ли ему его выходку, но уж точно она не держала на него за это зла. По крайней мере, она старательно себя в этом убеждала.       — Меня обуяла такая страсть. Думаю, именно это испытывала ты. Я хотел владеть тобою. Хотел, чтобы чувствовала только меня! — воскликнул Дино, но сам испугался своего порыва, — Я не знаю, смогу ли простить себя когда-нибудь за это, даже если ты сможешь простить меня.       Вики молчала. Она снова опустила глаза в траву, и у Дино замерло сердце. Неужели сейчас она всё оборвёт?       Но Вики лишь выдохнула, взглянув на статую.       — Знаешь, я думаю, Шепфа принимает раскаяния абсолютно всех. А ты раскаиваешься. Так же, как раскаиваюсь и я, — Вики взяла Дино за руку, и они оба посмотрели друг другу в глаза. Теперь они не видели ни пламени, ни льда друг в друге. Лишь пепел, который начинал взращивать что-то новое, словно феникс, — Я рада, что у меня есть ты, что у меня есть новый дом, что я могу прийти теперь и помолиться, надеясь, что когда-нибудь услышу голос Шепфа. Только сейчас я поняла, что молитвы исцеляют, и ангелам и даже демонам они нужны точно так же, как и людям! В тебе тоже есть что-то человеческое, которое не даёт тебе оледенеть. Посмотри вокруг! Ты привёл меня сюда, и именно здесь мы поняли, что важны друг другу. Я не знаю, кем я стану, но очень надеюсь, что это не отдалит меня от тебя. Лишь бы ты был рядом. Тот демон, который сидит во мне, будет гореть. Но только рядом с тобой. И я больше не буду испытывать стыд и терзания за то, что хочу тебя, за то, что испытываю это к тебе. Я не знаю, простила ли я себя до конца, но хочу узнать, простил ли себя ты?       Дино покачал головой.       — Я пока тоже не знаю…       Вики посчитала сейчас правильным поцеловать его. Поцелуй был мягким, едва ощутимым, таким воздушным. Они впервые так целовались. Им обоим хотелось верить, что так теперь всегда и будет. Что больше не будет душевных терзаний и истерик, которые так угнетали эту бесконечную жизнь. Больше не будет страха, который сидел в них всё это время. Они понимали, что, возможно, это и не Шепфа вовсе помогает им справиться со всем этим, но оба понимали, что теперь он будет играть в их жизнях ещё большую роль.       Они просидели на скамейке в полной тишине, пока глаза не начали смыкаться от недосыпа. Никто из них пока так и не получил ответы на свои вопросы, но они были уверены, что найдут их. Вики сможет закончить свой диалог с Равновесием, а Дино найти в себе силы простить себя, ведь его грех, как ему казалось, по сравнению с её, сильнее. Оба понимали, что они ничем друг другу не помогут — у каждого свои слова для молитвы, и каждый должен сам найти, о чём молиться.       Последнее, что они сделали, перед тем как уйти, это взглянули ещё раз на статую Равновесия. Вики увидела, что демоническая сторона перестала занимать большую часть статуи и заняла свою половину тела, как и должно быть, а Дино больше не видел в ангельской половине его взгляда укора, которого так никогда и не было. И им обоим показалось, что, когда задул ветер, губы статуи шевельнулись, а с небес раздался тихий голос Шепфа.