Я вместо тебя, ты вместо меня

На тренировочной площадке ожидаемо никого не было. Что студентам там делать, если учёба закончилась, и осталось лишь подвести итоги года и разъехаться по домам на лето или же устроиться на работу, на этот же период. У артефакта управления скучал дежурный, кто-то с младших курсов, скорее всего. Ирьен отвёл своего ученика в один из углов и расположился в тени дерева, разложив вокруг себя большое количество каких-то бумаг, расположеных в неизвестном для Андрея порядке. — Сегодня ты не уйдёшь отсюда пока не сотворишь простейшее огненное заклинание, — поставил он перед фактом Андрея, присаживаясь на траву. — Но как я… — попытался возразить тот, но чародей не обратил него ни малейшего внимания, продолжая. — Садись. Я объясню теорию. Ирьен старался объяснять как можно понятнее и каким-то непостижимым образом отвечал на вопросы до того, как Андрей успевал их задать. Но от своего ученика он требовал, чтобы тот запоминал всё с первого раза и никогда не повторял дважды. Теория не оказалась такой уж нудной, как боялся Андрей, наверное, потому что Ирьен в дебри не лез, а говорил о самых элементарных вещах: о правилах произнесения заклинаний — какие части заклинания, где, лучше тянуть голосом; правильная работа рук, движение тела. Андрей пытался вникнуть, он боялся, что не сможет удержать в памяти столько новой информации, но на удивление запиливалось всё просто. Но что сильно раздражало это странные попытки Ирьена разнообразить учение. Пару раз чародей неожиданно швырял камушек в своего ученика. Андрей почти всегда успевал увидеть летящий в него предмет, понять, что он врежется в него, и даже начинал мысленно движение, но постоянно какая-нибудь часть тела мешала ему уйти из-под удара. Ирьена отчасти это забавило, но и в таком развлечение был свой прок. Каждый раз его ученик всё лучше и лучше овладевал телом. Мелочь, но она могла спасти ему жизнь, а ещё наводила на кое-какие мысли о наблюдаемом им феномене. Когда ещё встретишь человека запертого в теле эльфа, ну… почти эльфа. Андрею долго не удавалось понять практическую сторону магии, а именно что значит найти «скрытую» энергию внутри себя. И как на ней сосредоточиться и пробуждать словами. Он пробивал и так и этак, полностью повторял то, что говорил Ирьен, но ничего не получалось. Несколько раз он был близок к отчаянью, но после короткого отдыха Андрей продолжал, ему и самому стало интересно, сумеет ли он. Близилась ночь, но прогресса не было. Андрей зверски устал, но Ирьен и не собирался его отпускать. Он лишь одним глазом следил за своим ним, погрузившись в чтение принесённых им бумаг. Андрей же был готов зарычать от злости и усталости, а с другой стороны хотелось просто сесть и сдаться. Вокалист решил, что последний раз попробует, если не получиться, то плюнет на всё и уйдёт спать и пусть чародей попробует как-то ему помешать! Он постарался действовать чётко, заклинание сорвалось с его уст и вроде ничего не произошло. Андрей развернулся к Ирьену, чтобы сообщить, что он уходит, как небольшая струя пламени сорвалась с его пальцев и полетела на одну из стопок листов. Чародей быстрым движением руки погасил пламя, пока оно не успело коснуться бумаги, и сухо заметил: — В другую строну, — без лишних эмоций попросил он, но Андрею показалось, на лице эльфа проскользнула тень улыбки, смешенной с облегчением. — Сколько раз говорить, ¬- немного раздражённо продолжил он. Андрей замер, смотря на руки и не мог поверить произошедшему. Это что он только что творил магию?! Немного придя в себя, он издал радостный возглас. Затем благоразумно отвернулся и решил попробовать повторить. С рук сорвалась струйка пламени, а затем искры. Андрей прекратил тянуть заклинание и плюхнулся на землю, в глазах потемнело, его бросило в холодный пот, он чувствовал, как учащённо колотиться его сердце, становилось трудно дышать. — Ну, что пойдёшь спать или продолжишь тренировку, — спокойно спросил Ирьен, поднимаясь со своего места — Как? — выдохнул Андрей, с трудом переворачиваясь на спину и следя за перемещениями чародея. — Мне плохо! Перед глазами плавали разноцветные круги. Голова кружилась. Ему казалось, что он сейчас потеряет сознание. — Естественно, — без тени сочувствия ответил чародей. — Если пойдёшь спать, я на тебя эликсир тратить не буду. Сам до кровати доберёшься. — Я продолжу, — простонал Андрей, нежилая терпеть это состояние, ему казалось, что он пошевелиться то не сможет, не то что встать и куда-то идти. — Тогда я покажу тебе одно весьма полезное заклинание. А то это разве что на розжиг костра годиться, — проронил чародей извлекая из складок мантии флакон и откупоривая его. «Ни фига себе! Это было лишь заклинание-спичка?» — запоздало подумалось Андрею. В его руку вложили флакон. Он с трудом поднял её и выпил содержимое, совсем не ощущая вкуса. Стало приятно тепло и как-то легче дышать. — В заклинание нельзя вкладывать слишком много энергии. Иначе будешь обессиливать себя каждый раз, — менторским тоном произнёс Ирьен. Сейчас я дам тебе заклинание, и ты постараешься повторить его, ну допустим раз десять на любые цели на земле. Симптомы начали быстро исчезать, и Андрей осознал, что ему предстоит, что нужно было согласиться идти спать. Следующие несколько часов ученик чародея был вынужден пытаться не терять сознание после каждого заклинания, после каждого падения на землю счёт обнулялся. Но на этот раз силы восстанавливались сами через какое-то время. Как пояснил Ирьен это был эффект зелья, которое он ему дал. В результате Андрею уже в темноте удалось поразить цель десять раз, после чего он не спрашивая разрешения, ушёл, ели волоча ноги. Утром он проснулся от зверского голода. Чувствовал он себя просто отвратительно, как будто бы вчера конкретно так бухал. Он подумал не вставать, со стоном перевернулся на спину. У него уже не осталось надежды на то, что это просто сон. Он просто лежал и тупо пялился в потолок, стараясь найти в себе силы подняться и поискать хоть что-то съестное. — Проснулся? Андрей вздрогнул и скосил глаза. За столом сидел Ирьен, перебирая бумаги Диллона и что-то выписывая на отдельный лист. — Это вообще-то моя комната, — возмущённо напомнил полуэльф, переворачиваясь на бок. — Не твоя, а Дидона, — поправил его Ирьен не отвлекаясь от сравнения каких-то записей. — А так ты мне не мешаешь. Андрей от удивления таким словам и наглости чародея окончательно проснулся, но сил ругаться у него не было. Он кое-как поднялся и пошёл приводить себя в порядок. Когда он вернулся в комнату эльф, что-то переписывал. — Расчешись. У тебя словно воронье гнездо на голове, — не отвлекаясь, заметил чародей. — Как молодому человеку можно быть настолько не аккуратным! От красоты и аккуратности волос зависит огромная доля презентабельности эльфа… — Я не эльф, — возразил Андрей, присаживаясь на кровать и беря в руки гребень. — Эльф, — возразил чародей. — Я растил своего ученика эльфом. Да за последний год он познал людскую долю, но не мог забыть абсолютно все свои привычки и знания. И может Торваль тебе и простит оскорблённое человеческое самолюбие, а вот допустим, Нэт подобное сможет смыть только кровью обидчика. — Нэт? — удивился полукровка, стараясь распутать колтун. — Нэтхирэл, — пояснил Ирьен. — Но он своё имя получил незаслуженно, для меня он навечно останется капризным, драчливым ребёнком, кем он, в сущности, и является. Но не вздумай в глаза это ничтожество так называть. Андрей тяжко вздохнул, выслушивая правила этикета и рекомендации по поведению. Это было куда сложнее запоминать, чем магическую теорию. Если от неё до практики было всего пара минут, ну максимум часов, и в ней была логика, то этикет был полностью иррационален и вокалист слабо представлял, как все полученные знания в ближайшее время можно применить, чтобы просто не забыть их до того момента пока он не прибудет на место. Под конец голова отказывалась совершенно думать о чём-то кроме еды. — Ладно, хватит с тебя, — произнёс он, раскладывая листы по стопкам и оставляя посередине небольшую тетрадь. — Закончу с этим днём. А сейчас потом пойдём, я тебя покормлю. — Что же мне так плохо, — простонал Андрей, поднимаясь с кровати, пытаясь ровно завязать лентой кончик косы. Ирьен усмехнулся, легко поднимаясь от стола. — У каждого зелья есть свои нежелательные эффекты. Чем сложнее зелья, тем больше шанс, что они проявится, — поучительно пояснил он, с лёгкостью отбирая ленту и разбирая труд последних минут и вновь берясь за расчёску — Ай! Больно же! — отчаянно вертясь, пытаясь вырваться из цепких рук неожиданной заботы. — Не вертись, как маленький! — закрепляя ленту, попросил Ирьен, а затем ловко заплетая и завязывая её на хитрый узел. — Я сам! — запоздало запротестовал Андрей. — Точно малолетнее детя, — подтвердил свои суждения эльф, посмеиваясь над праведным гневом своего ученика. — Пошли. Посмотрим, как кормят в местных заведениях. Несмотря на то, что Ирьен был всё ещё бледен и иногда останавливался, шёл он достаточно бодро. Но перед тем как пойти в трактир они зачем-то почти полностью пересекли город и свернули в ремесленный квартал, некоторое время они бесцельно гуляли, по его улицам пропустив не одно заведение, от которых исходил вкусный аромат. Наконец они свернули в ничем не примечательное заведение, которое выходил своими главными дверями на широкую улицу. Андрею казалось, что он способен съесть весь запас еды, что только есть у хозяина, Ирьен же просто взял сыр, запивая его вином, которое ему явно было не по вкусу. Андрей накинулся на еду, на какое-то время переставая замечать, что твориться вокруг него. Ему казалось, что он никогда не сможет утолить свой голод. Но чувство насыщение всё же пришло, хоть и не так быстро, как он привык. Он поднял взгляд от стола и заметил, у стойки знакомое лицо. Торваль улыбался, наблюдая как целая прорва еды исчезает в субтильном полуэльфе. Воин не был уверен, что смог бы съесть столько же. Андрей повернулся, желая спросить совета у чародея, но Ирьен, как назло несколькими секундами ранее исчез из-за стола, допив вино. — Здравствуй, — произнёс воин, подходя к столу и садясь, напротив, на освободившееся место. Андрей, не решился кивать, поэтому сначала прожевал, а затем поздоровался в ответ. — Вот куда в тебя такого мелкого столько еды лезет? — поинтересовался Торваль, наблюдая затем, как в тарелку полетела чисто обглоданная индюшачья ножка. — Сам удивляюсь, — ответил Андрей, запивая её каким-то неизвестным ему напитком. — Я никогда в жизни столько не ел. Торваль грустно усмехнулся. Он смотрел в знакомое лицо и понимал, что перед ним совершено другой человек. Именно человек. Какой-то непонятный музыкант из чужого мира. От этого становилось как-то больно, но его друг вернётся. Ирьен это обещал, а значит, обязан исполнить. Его же долг перед Диллоном избавить его Родину от тёмной напасти, даже если это значит отправиться в путь с этим человеком. Для этого нужно попытаться понять его. — А как ты живёшь? — спросил Торваль и, видя непонимание в глазах полуэльфа добавил. — Ну, там у себя. — Я… — Андрей задумался. — Да, ничего особенного, он печально вздохнул, вспоминая Крис. Как она там без него. Неужели всё-таки его бросила? Или сейчас вся в рыданьях подле него, а может ещё ничего не знает. — Скучаешь по ней? — понимающе спросил воин. — А? — Андрей даже как-то вздрогнул. — Знаю я эти вздохи, — грустно улыбнулся он. — Да. Мы с ней сильно не ладим в последнее время. Она же с самого начала сказала, что любит музыкантов… — Но ведь тебя же полюбила? — Я ради неё музыку забросил на очень долгое время. Жил ради того, чтобы у нас всё было. И всё было бы, если бы не Юрка со своей чёртовой оперой! Я для него идеальный Диллон. А я скучал по сцене. Ведь знал же гад! — Андрей всплеснул руками, он никогда раньше никому этого не говорил, а уж Юре бы точно не признался бы, но перед ним сидел человек с лицом точь в точь, как у него и Андрея в свете последних событий прорвало. — Да, вот только теперь я здесь, Крис меня теперь точно бросит, если вернусь, то останусь я без неё, зато вокалистом хрен кому известной группы! — Видать сильно ты её любишь. Я-то тебя вряд ли полностью смогу понять, а вот Дил точно бы понял. Твой Юра был прав, вы сильно похожи. Не знаю, как внешне… — Почти одно лицо, — усмехнулся Андрей. — Диллон и поёт не плохо. Кстати, музыкант, спеть-то сможешь? — Не знаю, — в его голове крутился «Призыв», но то, что на русском было стихом, на языке этого мира им не являлось, а выговаривать родные звуки чужим ртом было сущим мучением. Андрей постарался припомнить хоть что-то из того что слышал на площадях и память услужливо подкинула ему одну подходящую. Андрей улыбнулся и решил, что в принципе он может спеть её на свой лад. Он негромко запел. Хоть посетителей почти не было, но не очень хотелось накликать на себя гнев местных работяг. Торваль слушал внимательно. Сколько раз он уже слышал это песенку, но именно так её никто не исполнял. — Хорошо поёшь, — ободрительно улыбаясь, отметил Торваль. — Знаешь, мне иногда кажется, что стоит бросить всё и стать менестрелем. Играть по трактирам, а Дил бы пел. Он как-то учил меня петь, но мне больше нравиться играть. А ещё он постоянно говорил, что, так как ты не поют, что это противоречит просто всем законам музыки. А трудно петь, находясь в чужом теле? — Непривычно. В первый раз получилось слишком громко, так что Ирьен мне чуть уши не открутил. Потом он меня засадил разбираться с голосом, чтобы выйти на тот минимум необходимый для заклинаний. Хотя будет время, я потренируюсь ещё, просто, что бы для себя разобраться. — Знаешь что. Я пойду с тобой. Парень ты вроде и не плохой… — решительно произнёс Торваль. — Выдвигаться нужно как можно быстрее, время итак упущено. — Я учусь у Ирьена, — Андрей осмотрелся в поисках этого чёртового эльфа. ¬– И, наверное, нужно поставить его в известность. — Сегодня всё равно уже поздно, и нужно подготовиться. Дорога долгая и опасная. Завтра, приходи ко мне к полудню со всем тебе необходимым, — произнёс Торваль, а затем прибавил. — И у Диллона есть высокие сапоги. Я бы тебе не советовал идти в этих башмаках. — Они же дырявые! — возразил полукровка. — Уж поверь, ходить по лесу на столь тонкой подошве сплошное мучение. Диллону почти всегда приходилось что-то делать магией, чтобы не чувствовать каждую острую ветку или сучок, — пояснил воин.