Я вместо тебя, ты вместо меня

Торваль разжёг костёр и достал из сумки сушёную рыбу, которую дал им в дорогу Рыбак. Андрей сидел с закрытыми глазами, опасаясь, что боль вернётся, но их пришлось всё равно открыть, ибо есть в слепую было неудобно. Смотреть он мог только в костёр, но и так его не покидало ощущение дискомфорта. — Может, поспишь? — предложил Торваль. — Я подежурю пока. Полукровка благодарно посмотрел на своего спутника и устроился прямо на песке поросшим мхом, только подложив под голову одеяло. Он закрыл глаза и почти сразу же уснул. Спал он долго. Когда он проснулся, воин спал, опершись на большой камень, видимо его сморило после бессонной тревожной ночи. Глаза перестали болеть, но теперь Андрей не отваживался вглядываться в темноту. Он взял свою сумку на ощупь пробрался к выходу. Свет дневного светила проникал в пещеру. Андрей утроился поудобнее и начал разбираться в заклинаниях, стараясь найти хоть какое-нибудь с помощью которого можно было бы сделать светлее в пещере. Среди «особых» эльфийских заклинаний отыскалось способное заставлять гореть камень, раньше он особо не обращал на него внимания, ибо не было такой надобности, а вчера он просто забыл о нём, не умел он полагаться на магию, да и откровенно её опасался, сделаешь что-то не так и всё, нет незадачливого волшебника. Кстати о книги и заклинаниях в ней. Ирьен толи по случайности, толи с каким-то умыслом на последних страницах оставил заклинания, на которые у Андрея явно не хватит сил. Интересно зачем? Ладно, это он знал о посохе, который «скрывал невероятную мощь», но Ирьен же не мог об этом знать. Или мог? Рыбак, у которого был кристалл связи эльфийского чародея, принявший их как гостей, направил их в другом направление, а сюда они причалили по ошибке, а это значит, что это не могло быть частью плана. С другой стороны им в любом случае было безопаснее идти по береговой полосе, не углубляясь в лес, места здесь безлюдные, это они тоже знали от Рыбака. Андрей покачал головой и решил забивать этим голову. Сейчас важнее всего было найти артефакт, освоиться с ним и подучить заклинания. Чем собственно музыкант и занялся. Прошло достаточно времени, прежде чем он оторвался от книги. Если сами заклинания чем-то напоминали песни, то вот пояснения к ним учить было мукой. Нужно было сделать перерыв, чтобы всё уложилось в голове. Андрей перевернул страницу на «особое» заклинание. Он решил изготовить светильник, ему было интересно, как это работает. Главное было ничего при этом не взорвать. Это заклинание он не учил и поэтому действовал по отработанной схеме. Сначала прочтение пару раз, затем работа над правильным произнесением, по оставленной Ирьеном схеме, потом гениальный прогон и только после этого произнесение. Оказалось трудным разобраться самому, как и какие слова нужно выделять, здесь Ирьен не поправит если что. И вот в чём штука нельзя боятся магии и нужно всегда концентрироваться на результате. Поэтом как бы не было страшно, необходимо было откинуть эти волнения. Длинное заклинание вырвалось на свободу и камень, на которое оно было нацелено, и он загорелся зелёным огнём. Андрей инстинктивно отдёрнул руку, камень упал, рядом с сапогом, но жара от него не чувствовалось. Начинающий маг наклонился и аккуратно поднёс руку с пламени, от него исходило только тепло. Интересно как это? Нет понятно магия. Но как она осуществляется? Андрей с интересом осмотрел пламя. Холодный огонь и на Земле есть, и получить его так уж трудно, и аэрозоль борной кислоты «горит», хотя на самом деле это не совсем пламя, зелёным. Хотя откуда здесь взяться борной кислоте? Или магия она и есть магия, без рациональных объяснений. Как же хотелось изучить свойства, полученного им, объекта. Итак, в процессе низкотемпературного горения, если это действительно оно. Камень немного нагрелся, пламя на нем колыхалось от потоков воздуха, но не гасло. Если подуть на него со всей силой, то на время воздействия оно исчезает, но после прекращения оного оно вновь возвращается. Зажечь что-то об него нельзя. При закапывание в песок, слои прилежащие к камню немного нагреваются, но с ним самим ничего не происходит. Любопытно и может где-нибудь пригодиться. Андрей зажёг ещё один камень и пошёл вглубь пещеры, один оставил, как маяк у стоянки, чтобы на всякий случай суметь вернуться. Пещера постепенно расширялась, но свод всё равно оставался где-то над головой. Песок под ногами сменился на камень. Идти по нему было заметно комфортнее. Мрак пещеры, развеянный слабым зелёным светом, создавал зловещее впечатление. Полуэльф старался смотреть только себе под ноги, лишь иногда поглядывая вперёд, чтобы лишний раз не напрягать глаза. В темноте под потолком слышались какие-то шорохи, где-то капала вода. Андрей был почти полностью уверен, что здесь безопасно, иначе бы Юра хоть как-то обмолвился бы об этом. И за это чуть не поплатился. Не смотри он под ноги, так точно бы упал в глубокую и широкую трещину. Андрей в пол голоса обматерил этого «сочинителя хренова», стараясь успокоить себя тем, что он всё же вовремя её заметил. Пройдясь воль провала он, наконец, обнаружил каменный узкий мост без перил, который непонятно как держался, но под вес его выдержал, хотя пришлось идти, расставив для равновесия руки, как по бревну, упавшему над глубокой, но не широкой рекой. Внезапно эхо донесло до него оклик: — Эндри! Он дёрнулся и чуть не навернулся, за что наградил Торваля весьма не лесными словами и наконец шагнул на каменный берег. Ответил, где он, подзывая воина. Торваль ответил, что сейчас придёт. Его зелёный огонёк начал перемещаться в темноте. Вскоре Торваль нагнал Андрея. Некоторое время они в безмолвии шли вперёд. И вскоре дошли почти до заднего свода. Пещера начала сужаться, и свет выхватил небольшие колоны, которые до этого Андрей принял за сталактиты, однако до них явно когда-то дотронулась рука ваятеля. Они были обточены и сверху вниз, по ним шёл интересный рисунок. Чуть дальше ниша была украшена барельефами. Это не очень нравилось Торвалю, он поминутно оглядывался в любой момент готовый отразить возможную атаку или предупредить своего друга об опасности. — Интересная пещера, — заметил Андрей, с нескрываемым любопытством осматривая одну из колонн. Он сделал несколько шагов к стене ниши, и свет выхватил каменное возвышение и лежащую на нём фигуру. Андрей дёрнулся от неожиданности. В неверном зелёном свете ему показалось, что она живая. Но потом он всё же понял, что это всего лишь каменное изображение какого-то эльфа, который сжимал в руках посох из золотистого метала. Андрей прикоснулся к нему. Он показался ему горячим, так что даже пришлось отдёрнуть руку. — Что ты делаешь? — поинтересовался Торваль, явно не одобряя эту идею. — В таких местах лучше ничего не трогать. Интересно, что же ему ответить? В принципе можно и строчками песни. Ведь не скажешь же, что он просто знает о том, что этот посох им ещё понадобиться. — Я чувствую великую силу, он манит меня. — Эндри, это плохая идея, — возразил Торваль, подмечая вновь эту странную манеру разговора, которая в некоторые моменты проскакивала в речи музыканта. Андрей впрочем, его не послушал и схватился за посох. Во второй раз он не казался горячим. Его рука с силой сжала его. Сила ворвалась в тело. Дыхание перехватило, казалось, что на него обрушатся водопад или горная река. Ирьен говорил о том, как нужно обращаться с артефактами силы. Но он не мог вспомнить этого, сила разрывала его душу, ранила тело и обжигала разум. Андрей не почувствовал, как ноги подкосились и он начал падать. Торваль успел подхватить его и опустить на пол. Полуэльф весь побелел, и страшно шумно дышал. Воин попытался вырвать посох из рук друга, но не успел он схватился, как руку обожгло. Многие именитые волшебники, в своих инструкциях воинам советовали отходить от мага в любой непонятной ситуации, «его не спасёшь и вместе убьётесь». Разве он может так поступить, оставить друга? Но что Торваль может сделать? Он закрыл глаза, спокойно вдохнул, а затем выдохнул, сосредотачиваясь на происходящем, прокручивая все, что он знал. Это дало свои результаты. В голову пришла идея. Нужна верёвка. Но здесь её нет. Значит нужно найти замену. Торваль обвёл взглядом пространство и нашёл, что можно использовать. Всё это заняло какое-то мгновение. Он быстро снял рубашку и завязал её на посохе и рванул. Артефакт вырвался из сомкнутых пальцев. Торваль отпрыгнул, чтобы эта золотистая палка не ударила ему по ноге, выпуская из рук рубашку, и обогнув опасный объект, подошёл к Андрею, поднял его и потряс за плечи. Он всё так же оставался бледен, но дышал на много свободнее. Воин поднял полукровку на руку и оттащил ближе к расщелине, не рискуя вместе с ним пересекать её. Несколько попыток привести его в чувство были безрезультатны, но потом Андрей сам открыл глаза и некоторое время смотрел в некуда. У него было такое чувство, что его только что швырнули об стену. Но боли, телесной, не было, только ужасно мерзкое состояние в душе. Хотелось согреться. Торваль видя, как он дрожит, обхватил его ладони своими, чтобы хоть как-то помочь. — Встать сможешь? — спросил он. — Тебе бы сейчас к костру. Андрей отрицательно помотал головой. — Может я смогу как-нибудь аккуратно перебраться, — предложил он. — Я тебя подстрахую, — кивнул воин, помогая другу подняться, хотя ноги того совсем не держали. Расщелину полуэльф миновал почти ползком, голова у него кружилась, и не было сил куда-то двигаться, огромных усилий стоило заставить себя, и как только он сумел пересечь мост, силы окончательно покинули его. Он плохо помнил, как Торваль поднял его и дотащил до того места, где они устроили стоянку. Воин разложил одеяло и уложил Андрея на него, укрыв своим лёг. В голове музыканта бродили смутные тревоги, но больше всего его беспокоил дракон. Ведь только с посохом и теми сильными заклинаниями у них есть хоть какие-то шансы. Прошло, наверное, несколько часов, прежде чем он смог вновь пошевелиться, хотя до сих пор не было желания этого делать. — Древних штук всегда одни проблемы, — нарушал молчание Торваль. — Ты не обжёгся? — А должен был? — удивился Андрей. — Он вроде даже горячим не был. Вокалист внимательно осмотрел ладонь, мало ли он просто не почувствовал. Но она не была повреждена. — А для меня он был обжигающе горячим, — задумчиво ответил воин. — Зачем он тебе вообще понадобился. — Он манил меня. «Вернее он бы манил бы к себе Диллона. Я же просто знаю, что он нам понадобиться как минимум два раза» — подумалось Андрею. — Не хочешь говорить? — усмехнулся воин. — Ты не поверишь. — А ты попробуй, — серьёзно произнёс Торваль. — Я в последнее время верил и в более невероятные вещи. — Я уже говорил, что знал о тебе и Диллоне. Только в нашей реальности вы герои, — Андрей остановился, стараясь подобрать слово, — представления. Я пою роль Диллона. И я знаю, примерно знаю, что нас ждёт, — Андрей взглянул на Торваля, верит он или нет, по нему не было понятно. Если пытаться сравнивать его с Юрой, то тот бы не стал бы разбираться, а лишь принял бы информацию к сведению. Вокалист продолжил. — Посох я взял, потому что так сделал бы Диллон по сюжету. В песни он чувствует его силу почти от входа. — Почему ты говоришь об этом только сейчас? — поинтересовался он. — Потому что весь путь занимает одну песню. С рыбаком тоже проблем особых не было. До этого ты бы меня просто слушать бы не стал. А сейчас, если всё будет идти по сюжету, то на нас нападёт дракон. — Да ты брешишь! — воскликнул воин. — Ладно, я можете, и поверю тебе о представление. Но вот дракон? Это не может быть правдой. Драконов на самом деле не бывает. — Не знаю. Я просто тебе рассказал всё честно. Торваль не ответил, задумался. Может драконов и не бывает, но лучше быть готовым к несуществующей угрозе, чем не готовым к реальной опасности.