Я вместо тебя, ты вместо меня

Королевский сад был восхитителен. Залитые ярким светом, рассаженные в шахматном порядке деревья качали почти голыми ветками и тянулись друг к другу ветки. Солнце заливало светом пустые дорожки, одаривало своим светом аккуратно подстриженные деревья и кусты. Его лучи приятно согревали, хоть в воздухе ещё витала ночная прохлада. Трава под деревьями была ещё мокрая от росы. Над ней разносился тонкий аромат пробуждающихся цветов и тихий голос напивающий: …Надежда и любовь, Свет и радость вновь, Наполняет душу. В сердце крепнет вера Я свободно дышу! Припев крутился в голове и не один из куплетов не устраивал певца. Конечно, он был рад победе и тому, что остался жив, но с каждым часов он всё больше осознавал, что ему здесь не место. Дойти досюда было трудной задачей, но этот вид того стоил. Андрей не знал, что его ждёт после того как он произнесёт заклинание. Проснётся ли он в своём теле, как уверял его Ирьен или умрёт. Но здесь этому миру нужен был Диллон: как будущий король и муж, как благодарный воспитанник и друг. Андрей осторожно откинулся на спинку скамейки, подставляя лицо утреннему солнцу. После некоторого отдыха он запел вновь, в этот раз чуть громче и старательнее. Он хотел, чтобы его услышали, знал, что не найдя его в комнате обязательно найдёт его. Полуэльф вновь замолчал, отдыхая, и поэтому вопрос для него был полной неожиданностью. — О чём поёшь? — спросил Торваль, подходя к скамейке. — О нашей победе и светлом будущем, — ответил Андрей, глядя на тонкую пику башни, возвышавшейся над деревьями. Наверное, это будет самый приятный и неожиданный для Диллона вид. — Надеюсь так, и будет, — грустно улыбнулся воин, присаживаясь рядом. — А ты главное не бросай петь. Мне нравиться, как ты поёшь. — А Диллон? — спросил Андрей, удобнее устраиваясь на скамейке. — Он поёт по-другому, — вздохнул Торваль. — И всегда говорил, что, так как поёшь ты, никто не поёт. — Только честно, скучаешь по нему? — Да, — просто ответил воин. — Вы разные и… — Я тебя понимаю, — перебил его Андрей. — Я специально пришёл сюда. Думаю, устроить вот такой сюрприз ему. — Ты уходишь? — спросил Торваль, глядя на посох. — Я думал вечером, после праздника. — Я не думаю, что будет хорошей затеей остаться. А потом пусть Диллон веселиться, он это заслужил. А ещё я пить не особо люблю. Торваль улыбнулся на это неуклюжее оправдание. Ненадолго повисло молчание. Андрей вытащил из рубашки помятый лист бумаги и развернул его. — Я Диллону оставляю письмо, ¬- сообщил он. — Оно в кармане. Я хочу помочь ему понять, что с ним происходило, пока его не было. Вокалист помедлил, затем постарался предать телу устойчивое положение, чтобы Торвалю не пришлось его ловить, перед тем, как здесь придёт в себя Диллон. И положил лист на колени, ветра не было, так что сдуть его не должно. — Эндри, — остановил его Торваль. -Я так не люблю прощаться, — недовольно ответил он, взглянув на воина. — Я только хотел сказать, что ты хреновый маг, — Торваль улыбнулся. — Да, прощай, Андрей. Вот видишь, всё же смог выговорить! — Ну, вот теперь и я должен что-то сказать! — всплеснул руками вокалист. — Я не знаю, что говорят, когда прощаются навсегда, — он задумался, хотелось сказать что-то важное и правильное, ведь они никогда больше не увидятся. — Ладно, ты это, береги себя и всё же шлем носи. Торваль усмехнулся. Андрей взглянул в листок, ещё раз, про себя прочитав заклинание со всеми нюансами его произнесения. Стало страшно. А если он ошибётся? То тогда умрёт сам и Диллона не вернёт. А если Ирьен его обманул и жить будет только Диллон здесь. Вокалист поднял глаза на воина. — Говорю же, не люблю и не умею прощаться! — начал он, Торваль понимающе кивнул. — Я могу тебя попросить, может это странно, но попрощаться со мной ещё раз, только назови меня Энди. Просто… — Хорошо, — пожал плечами Торваль. Это всегда волнительно, когда на тебе нежит ответственность за чужую жизнь. Страшно отправляться в неизвестность. Никто не мог ничего гарантировать Андрею. — Ты хороший человек, Энди. Именно человек, без всех этих эльфийских закорочек. Я не знаю, возможно ли такое или нет. Но вот что. Если вдруг, то я тебя приглашаю на пироги, — последнее вырвалось как-то само, и было не совсем уместным. Андрей немного растерялся, а затем весело улыбнулся. — Не думаю, что у меня будет возможность прийти, но спасибо за приглашение, — ответил он. Затем взялся за посох. Волнение немного отступило и стало проще начать заклинание. Ирьен долго учил, как лучше его произносить. Сейчас набрав в грудь побольше воздуха он припевал слова, следив глазами по листочку, чтобы негде не сбиться. В какой-то момент всё потемнело. Торваль с тревогой смотрел на спокойное лицо друга, какое-то время он вообще не дышал, затем дёрнулся как во сне. Воин подержал его сидя, улавливая глубокое мерное дыхание. Полукровка, опустил голову на плечо человека, как будто бы просто спал. Торваль не смел шевелиться. Солнце полностью взошло над горизонтом, тени уменьшались, и дело было к полудню, когда полуэльф поморщился от ярких жарких лучей, затем сладко зевнул и открыл глаза, щурясь на солнце. — Доброе утро! — произнёс он, ещё не особо соображая и заслоняя рукой глаза. Перед ним был королевский сад, вдалеке возвышалась башня Ирьена. Он дёрнулся, не аккуратно повернулся, не совсем контролируя тело, которое казалось ему будто ватным, затёкшим. — Дилл? — с полувопросом позвал его Торваль, поддерживая полукровку сидя. — Торви? Я кажись, совсем умом тронулся! — Не думаю. Мы действительно на Острове, действительно в саду королевского дворца. — Как я тут оказался? — У тебя в кормане письмо от, — Торваль вновь напрягся, чтобы произнести имя правильно. — Андрея. Диллон сосредоточено порылся в карманах, не без помощи Торваля развернул лист, потому что пальцы плохо слушались, и прочёл его. Воин терпеливо ждал, пока его друг закончит. Он, наконец, отвлёкся от письма. — Значит всё хорошо? Я не верю! — задумчиво произнёс Диллон. — А теперь рассказывай в подробностях, что ты знаешь про заклинание скользкого пола. Мне просто необходимо понять из чего оно получилось и как, — в глазах полукровки заплясали искорки озорства. Торваль рассмеялся. Вот уж точно его Диллон вернулся. У него проблем полно, а он уже придумал, как и над кем можно подшутить. Надо бы за ним проследить, чтобы беды с этим чудом ушастым не случилась.