Dum spiro, amo atque credo. Пока дышу, люблю и верю

POV Лео Так крепко и безмятежно я давно не спал. Чтобы ничего не снилось, чтобы ни о чём не думалось. Чтобы уснуть и до утра не просыпаться. Я давно открыл глаза и просто лежал, прислушиваясь к тишине в квартире и своим ощущениям. «Охренеть как хорошо». За окном давно было утро. Я повернул голову, рядом было пусто. Сквозь плотно зашторенное окно едва пробивалось солнце. Я провел рукой по простыни, представляя спящего Андре. Когда он ушел, я не слышал. Мне было настолько хорошо, что меня совершенно не заботило то, что я проспал свой поезд и я не попал к десяти на пары. Поднявшись, я поплелся в душ. Спешить уже не было смысла. Зайдя в ванную, я посмотрел на себя в зеркало. Багровые пятна: на шее, ключице, и парочка на левом плече. «Придется, несколько дней носить одежду с высоким воротником». Я хмыкнул своему отражению и, включив воду, шагнул под душ. Вдоволь понежившись, я вышел и вернулся в спальню. Оделся. Нужно было позвонить Яну. Он там, наверное, уже извелся весь. Выслушать от него, что я охренел в край. Взяв мобильный, я увидел на нем входящие сообщение. Оно было от Андре. Я присел на край кровати и стал читать: «Доброе утро, любимый. Ты, наверное, ещё спишь? Если нет, прости, я тебя не разбудил, и ты опоздал на свой поезд. Да, вот такая я эгоистичная сволочь. После всего я не смогу отпустить тебя. Но если вдруг ты захочешь уйти, запасные ключи в коридоре, отдашь их соседке. Бери всё, что захочешь. Вещи в шкафу, еда в холодильнике. Не ведись на провокации Феликса, он не голодный. Надеюсь, когда я вернусь, застану тебя дома. P.S. Насчёт переезда я говорил серьезно. Подумай над этим. И не волнуйся насчёт учебы. Все решаемо. Люблю тебя». «Уйти? После того, что было вчера? Теперь ты просто так от меня не отделаешься». Дочитав, я вздохнул и, упав на спину, стал пялиться в потолок. Значит, насчет переезда он говорил серьезно. Только вот мне стало интересно, как Андре собрался решать мои вопросы с универом? А что же насчёт его предложения жениться на мне? Это тоже было серьезно? Мои мысли неслись со скоростью света, сменяя одна другую. Набравшись смелости, я позвонил Яну. Пока слушал гудки, соображал, что скажу ему. Как буду оправдываться? «Послушай дружище, тут меня вчера приковали к кровати и отымели по полной программе. Но, знаешь, это было классно. Нет-нет, я не жалуюсь, хвастаюсь». Из размышлений меня выдернул раздраженный возглас Яна, прорвавшийся в мой мозг. — Лео, скажи мне честно, ты в край ебанулся, или ещё есть надежда? Ты чё творишь? Уже одиннадцать! — Подожди, не ори, — шикнул я на него. — Со мной все хорошо. «Бля, что ему говорить?» — Конечно, всё хорошо. Было бы не хорошо, у тебя бы не был такой довольный голос, — сделал заключение Ян. «У меня довольный голос? Чё, серьезно? Хотя, да — довольный». — Я, конечно, все понимаю, любовь-морковь и все такое. Но совесть-то иметь нужно, — продолжал он отчитывать меня. — Я проспал, — более логичного оправдания я не нашел. — Проспал? Он что, не мог тебя разбудить? Или, может, он взял тебя в заложники? — в голосе Яна проскочили нотки обеспокоенности. Я прыснул. — Че ржешь, придурок? Я тебя серьезно спрашиваю, — рыкнул Ян. — Никто меня в заложники не брал, я сам сдался, добровольно, — ответил я, улыбаясь во весь рот. В спальню зашел Феликс и стал тереться о мои ноги. Потом он запрыгнул на кровать и стал толкать меня головой в руку. Похоже, я ему понравился. Вчера, после того, как ушел Себастьян, я его не видел. Он, видимо, где-то прятался всю ночь. — Ты возвращаться думаешь? У тебя уже три прогула, ещё один, и тебя отчислят, — напомнил мне Ян. — Андре предложил мне переехать к нему. В трубке повисла долгая пауза. — Ян?! — позвал я устав ждать ответа. «Он там что, уснул или умер?» — А ты что? — опасливо спросил тот. — Я хочу остаться. — А как же универ? — Что нибудь придумаю, — ответил я, поглаживая кота. — А я? Ты меня бросаешь? — грустно спросил Ян. Я поднялся и сел. Мне тоже стало грустно. — Я ещё приеду. Мне нужно кое-что забрать и перевезти сюда. Я был настолько спокоен, что моё спокойствие меня начинало раздражать. Меня совершенно не беспокоила перспектива быть отчисленным. Я чувствовал себя абсолютно счастливым. — Ладно, Лео, я не вправе говорить тебе, что делать, решай сам, как для тебя будет лучше. В любом случае, ты останешься для меня другом, — успокоившись, сказал Ян. — Я уже решил. Мы поговорили, и я сбросил вызов. «Ну, и что мне делать целый день?» Я поднялся и направился в кухню. Феликс уже ждал меня там. Я открыл холодильник и стал изучать его содержимое. Феликс подошел ближе и стал тереться о мои ноги. Я посмотрел на него. — Андре сказал, ты не голодный. Кот мяукнул и посмотрел на меня. Ну и как ему отказать? Я достал из холодильника яйца, бекон и кошачьи консервы. Откупорив банку, я высыпал ее содержимое в миску Феликса. Вот же жизнь у котов. Никаких забот. Ешь, спишь и гадишь. За тобой убирают, играют и кормят. — Только ему не говори, — сказал я коту, уплетающему за обе щеки корм. Я сделал себе кофе и приготовил завтрак. Когда делал кофе, то вспомнил, каким его делает Андре. Я улыбнулся, вспомнив, как в первый раз он мне его приготовил. Это было невероятно! У меня такой не получился бы. Поэтому я и воспользовался кофе-машиной. Покончив с завтраком, я вернулся в комнату. С моего последнего визита в ней ничего не изменилось. Ноут стоял на столике. Стеллаж с проигрывателем и пластинками были на своем месте. И гитара стояла всё там же. Нужно будет попросить Андре сыграть на ней и спеть. Я хотел его послушать. Я заметил, что на столике появилось наше общее фото с прогулки. То самое. Селфи. И когда он успел его сделать? Подойдя к стеллажу, я стал рассматривать винил. Чего тут только не было. Перебирая пластинки, мой взгляд упал на винил в яркой обложке — Aerosmith. Хоть там были и Queen, эксклюзивное издание альбома The Works, но их я оставил на потом. Я поставил пластинку, и Стивен Тайлер запел. Baby, you're my angel Come and save me tonight You're my angel Come and make it alright Come and save me tonight. Я продолжил рассматривать коллекцию пластинок Андре: AC/DC, Alice Cooper, The Beatles, Deep Purple и многое другое. Некоторые я никогда не видел. Пошатавшись без дела по квартире, и выкурив не одну сигарету, я взял с полки книгу и, завалившись на диван, принялся читать.

***

POV Андре Моё утро как всегда началось очень рано. Я разлепил ещё сонные глаза и повернул голову. Рядом, перекинув руку через мой торс, спал Лео. Его грудь медленно вздымалась при каждом вдохе, а ресницы слегка подрагивали. Губы были слегка приоткрыты. Я старался не шевелиться, чтобы не разбудить его. «Как можно быть настолько красивым?» Я действительно стал одержим им. Настолько, что мне хотелось спрятать его от всех, чтобы только я мог любоваться им. Рядом на тумбочке, на телефоне, запищал будильник. Я потянулся и отключил его. Лео зашевелился, убрал с меня руку и повернулся на другой бок. Поднявшись, я сходил в душ, вернулся в спальню и стал одеваться, стараясь создавать как можно меньше шума. Лео спал. Да, после вчерашней ночи я бы тоже не отказался ещё от пару часов хорошего сна. Но нужно было идти на работу. Мне стоило бы разбудить его, чтобы он не опоздал на свой поезд и успел к началу пар. Но я не стал этого делать. Мой эгоизм взял вверх, затмив здравый смысл. Возможно, он возненавидит меня за этот поступок. Если я принял решение о переезде Лео ко мне, то мне теперь стоит и заботиться о нём. Осталось только дождаться ответа от самого Лео. Я не терял надежды, что он согласится. «А что же насчёт учёбы? Ведь Лео ещё не окончил университет». Я подумал, что нужно будет сделать пару звонков людям, которые помогут решить этот вопрос. — Так, Феликс, остаёшься за главного. Присмотри за ним и не дай уйти, — дал я указания проводившему меня коту. * * * — Ты не отправил Лео обратно? — спросил Себастьян, смотря на меня как на умалишенного. — Я не смог. Я хочу видеть его каждый день. Засыпать и просыпаться с ним. Слышать его голос. Заботиться о нем. В конце концов, я хочу сделать ему предложение. — Так скоро? Ты торопишь события, Андре, тебе не кажется? — Нет, не кажется. Мне кажется, что если я отпущу его ещё раз, то он не вернётся, а я сойду с ума от одиночества, — ответил я. — Вы точно стоите друг друга. Оба чокнутые. — Я ради него готов на всё. Если бы стал вопрос, его жизнь или моя, я бы не задумываясь отдал свою. — Ну-ну, притормози, не так отчаянно. — А ты ради Мишель разве не поступил бы так? — Поступил бы, — согласился Себа. — Тогда ты должен меня понимать. Себастьян больше ничего не ответил. Я достал телефон и набрал Лео сообщение, которое должно было если не оправдать меня, то, по крайней мере, объяснить мой поступок. Я очень надеялся, что, вернувшись домой, я застану Лео в квартире. Если же нет… Что же, у него было право выбора, он не пленник, и по желанию мог уйти. От этой мысли мне стало грустно.

***

POV Лео Я, наверное, уснул, потому что не услышал, как вернулся Андре. Звук открывающейся двери заставил меня резко открыть глаза и сесть на диване. Книга, которую я перед этим читал, упала на пол, а Феликс, лежавший на моих ногах, спрыгнул и засеменил в коридор. Я протер глаза и стал ждать, когда Андре войдет в комнату. Почему-то это ожидание было волнительным. — Привет, — войдя в комнату, сказал Андре. — Привет, — ответил я, смотря на него. — Не скучал? — Нет. Феликс меня развлекал. — Это он может, — улыбнулся Андре. Я поднялся и подошёл ближе. — Ты голодный? Я приготовил нам ужин. — Подожди, — Андре поймал меня за руку и заключил в объятия. — Спасибо, — выдохнул он. — За что? — я не понял, за что он меня благодарит. Я же ничего такого не сделал? — За то, что остался, — последовал ответ. Я отстранился и посмотрел ему в глаза. — Я не мог иначе, — ответил я, оставляя на его губах поцелуй. — Ты на меня не сердишься? — последовал вопрос. — За что? — Ну, я же… Мне кажется, я поступил подло, — Андре отвел взгляд. — Ты должен быть сейчас дома. Я улыбнулся и нежно коснулся его щеки, очень гладко выбритой. — Мой дом здесь, рядом с тобой. * * * Я смотрел, как Андре с аппетитом ест приготовленный мною ужин. Я не мог похвастаться кулинарным мастерством, но кое-что приготовить был способен. Мне было приятно, что я смог угодить ему. Мы ужинали молча. Но это молчание не было тягостным. Наверное, каждый из нас думал о своем. Нам было легко в обществе друг друга; и не нужно было выдавливать из себя какие-то слова. Нам было комфортно в нашем молчании. — Мне все же нужно съездить домой, — нарушил я молчание, воцарившееся за ужином. — Зачем? — спросил Андре. Я поднял на него взгляд и заметил в его глазах страх. Да, это был именно он. Страх, что я уеду и не вернусь обратно. — Мне нужно кое-что забрать. Я же не могу все время носить твою одежду. Хоть она мне и нравится. — Да. Прости. Я не подумал. Конечно, поезжай, — смутился он. — Можешь поехать со мной, — предложил я, как вариант. — Я бы с радостью, но — работа. Шеф и так смотрит на меня косо, — ответил Андре. В его голосе появились нотки сожаления.

***

POV Андре Я больше не верил в идею о родственных душах или любовь с первого взгляда. Но я начинал верить, что встретил человека, который подошел именно мне. Не потому, что он был идеален для меня, а потому, что наши недостатки дополняли друг друга и мы могли сосуществовать вместе, несмотря на это. Я ехал домой, и меня одолевали разного рода чувства. Это была и радость, и непонятная печаль, мне хотелось смеяться и плакать одновременно. Я не знал, что мне предстояло увидеть дома — Лео, ждущего меня с работы, или пустующую квартиру. Вчера я просто слетел с катушек. Эта идея с наручниками. И о чем я только думал? Мои мысли вернули меня во вчерашнюю ночь, и меня бросило в жар. Я вспомнил этот взгляд, горящий и полный желания. Эти губы, которые хотелось целовать, пока хватило бы сил и дыхания, это тело — которое отвечало на мои ласки и прикосновения. Такого со мной еще не было. Все мои предыдущие отношения — это было не то. С Лео было совсем по-другому. Он стал моим воздухом, которым я не мог надышаться. Он стал моим смыслом жизни, и без Лео я не представлял дальнейшего существования. Подойдя к дому, я посмотрел на окна своей квартиры. В кухне было темно, в окне комнаты горел свет. Я облегченно выдохнул, словно с плеч упал груз. Не уехал. Поднявшись, я вставил ключ в замочную скважину и открыл дверь. В квартире было тихо. Я снял куртку, скинул обувь и прошел в комнату. Лео сидел на диване. — Привет, — я смотрел на него, не отводя взгляда. Слегка растрепанные волосы и сонные глаза. Он спал. Мой взгляд скользнул по его лицу, прошелся по шее и остановился на пятнах на его коже, которые начинали приобретать синеватый оттенок. — Привет, — ответил Лео. Он остался, и моей радости не было предела. — Не скучал? — спросил я, подавляя улыбку, которая так и расплывалась на моем лице. — Нет. Феликс меня развлекал, — последовал ответ. «Ну конечно». Я улыбнулся. Какой же он все-таки замечательный. Вот так просто сидел в моей квартире… Нет! В нашей, именно в нашей квартире, и ждал меня с работы, словно мы были женаты не один год. Другой бы давно сбежал, сверкая пятками. Лео вдруг поднялся и подошел ко мне. — Ты голодный? — спросил он, — Я приготовил нам ужин. Это был просто отвал башки. И как после такого не жениться на нем? Нужно хватать такого парня и делать своим, иначе уведут, не успею и опомниться. Да — вредный, да — жутко ревнующий буквально ко всем, подозрительный — но мой. Я ведь и сам не подарок, умею и ревновать, и беситься по поводу и без, но я научился справляться с этими демонами, заперев их глубоко в подсознании, не позволяя им управлять мною. * * * После ужина, который был самым вкусным в моей жизни, мы ушли в спальню. Ложиться спать было еще рано, поэтому я взял ноут, мы забрались на кровать, и я нашел старый черно-белый фильм. Мы лежали, обнявшись, и смотрели кино. Ну как смотрели. Я слушал, как бьется сердце Лео, совершенно не вникая в то, что было на экране монитора, и незаметно задерживал дыхание, чтобы потом подстроиться под его. Я так долго ждал этого. Чтобы вот так просто лежать и слушать как бьется сердце любимого человека, подстраиваться под его дыхание, ощущать его руки на своем теле и бояться пошевелиться, чтобы не спугнуть момент счастья. Я взял руку Лео в свою, переплел наши пальцы и поднес ее к губам. — Вот каково это, когда ты трогаешь меня? — прозвучал вопрос. Я задумался. Что же я чувствовал в этот момент? Необыкновенное счастье — от которого можно было сойти с ума? Эйфорию, которую ощущает наркоман, получив дозу наркотика? Я чувствовал себя полноценным и настоящим. Я наклонился к Лео и поцеловал его в макушку, вдохнув аромат шампуня. — Это как будто миллионы крошечных Вселенных рождаются, а потом умирают в момент, когда я касаюсь тебя, и миллионы новых звезд рождаются между моими пальцами и твоей кожей. Лео хохотнул и прижался ко мне. Как же здорово было вот так, просто лежать — обнявшись.

***

POV Лео. В спальне, кроме света от монитора ноутбука, другого освещения не было. Мы просто лежали, обнявшись. Наши голые ступни касались друг друга. Моя голова покоилась на груди Андре, и я слушал, как бьется его сердце. Что происходило в этот момент на экране монитора, меня абсолютно не заботило. Мои мысли были далеко. Меня до зуда во всем теле мучил один вопрос. Мне просто необходимо было удовлетворить свое любопытство. Даже если я потом буду жалеть узнав правду. — Андре, можно задать тебе один вопрос? — начал я издалека, осторожно. — Да, конечно. Спрашивай все, что хочешь, — расслабленно ответил он, кончиками пальцев выводя на моей руке какие-то узоры, от чего моя кожа покрывалась мурашками. — Только один вопрос. Ну, может, два, — я понимал, что это глупо, и в данный момент вел себя как капризный ребенок. — Ёжик, что тебя снова тревожит? — У тебя с Себастьяном… — я сглотнул. — Между вами что-то было? — выпалил я. — Я не буду устраивать тебе сцен ревности или еще что-то. Просто хочу знать. Он хороший. И очень за тебя переживает. Андре вдруг отстранился, повернулся на бок и стал смотреть на меня. В его взгляде не было ни злости, ни обиды, ни презрения ко мне, за то, что я не до конца верил в их с Себастьяном просто дружбу и его чувства ко мне. Он просто смотрел на меня. А я пытался угадать, что творилось в этот момент в его голове. — Лео, на этот вопрос я тебе отвечу как есть, — сказал он настолько серьезно, что по моей спине прошелся холодок. — Скрывать ничего не буду, — я начинал жалеть, что заставил его вытащить скелеты из шкафа, лучше бы они там и оставались. Нет же, я решил подкормить своих демонов. — Да, когда-то он мне нравился, и продолжительное время. Но я знал, что между нами ничего не может быть, он законченный натурал, но не гомофоб. Себастьян знал о моих чувствах к нему, и это не помешало нам стать хорошими друзьями. Мне, конечно, было сложно. Я сходил по нему с ума, как и почти вся женская половина универа. Признаюсь честно, пару раз я, будучи пьян, лез к нему целоваться. — мое сердце ёкнуло, но я запретил ему ревновать. — Один раз на какой-то вечеринке, мы еще были студентами. Он тогда только начал встречаться с Мишель, и, как доказательство тому, вот то фото. Второй раз тоже был по пьяни, в день нашего с тобой знакомства. Ничего большего не было и быть не могло. В тот день мы с ним расставили все точки над «і». Я уже тогда понимал, что влюблен в тебя. Но ты был занят. Сейчас я могу с уверенностью сказать, что несказанно рад, что все так обернулось и судьба свела нас. Я люблю тебя и только тебя. И если нужно, то я готов доказывать тебе это постоянно. * * * Я получил ответ на мучивший меня вопрос и остался доволен, хоть и был какой-то неприятный осадок, понятный лишь только мне. Прошлое есть прошло, и его не изменить. У всех есть свои скелеты в шкафу. После этого откровения я не стал любить Андре меньше, даже наоборот, моя любовь к нему стала сильнее, он доверился мне. Рассказал чуть ли не самое сокровенное. Все как есть. Не стал увиливать от ответа, придумывать какие-то оговорки. Просто выдал все как есть, не боясь моей непредсказуемой реакции на это. Чувство постоянного страха и неуверенности стали отступать, и я был уверен, что смогу побороть их окончательно. Отношения не должны тяготить. Не должны напрягать и исчерпывать внутренние силы недосказанностью и подозрениями, как было у меня с Филиппом. Если есть что сказать — нужно садиться и говорить об этом, если что-то не устраивает — скажите, не молчите, иначе это убьет вас и ваши чувства. Компромиссы, уступки, взаимопомощь — да, это все понятно. Но! Это все должно происходить легко, без того ебаного чувства, будто из вас тянут жилы. С человеком либо легко, либо нет. Либо хорошо, либо херово. И если видите, что херово и душат вас эти отношения — уходите, пока не поздно. Пока нет той сильной привязанности, что стопудовой гирей приковывает вас друг к другу. Преодолевать вместе трудности? Да. Терпеть то, что дико тяжело? Нет, нет и еще раз нет! Можно всю жизнь таскаться по съемным квартирам и жить на неудобном скрипучем диване, перебиваясь хлебом и маслом, если при этом с человеком легко, если есть понимание, если знаете, что есть общее будущее. А если ссора на ссоре, упреки и недопонимания, то и из квартиры свалите, роняя тапки. — Любимый, что ты хотел еще спросить? — Андре легонько коснулся моей щеки подушечками пальцев. — Откуда у тебя наручники? Ты их специально купил? — мое лицо расплылось в улыбке. — А это для того, — Андре вдруг резко навалился на меня, придавив к кровати, и укусил за шею. «Блядь, еще один синяк в мою коллекцию». — Если будешь плохо себя вести и бесить меня, буду тебя наказывать, — ответил он, игриво вздернув бровь. — Хм, а мне нравится идея быть наказанным, — в тон ему ответил я, так же поведя бровью. — Тогда буду почаще бесить тебя. Андре смотрел на меня, не отводя взгляда, как смотрит удав на свою жертву. И я буквально плавился под этим взглядом. Что же он сотворил со мной? Я утонул в нем и растворился. Если бы он мне сказал: «Иди и спрыгни с крыши ради меня», — я бы не раздумывая пошел. — Я смотрю, кому-то вчера было мало? — его голос стал чуть ниже. — Может, повторим? — и рука Андре скользнула по моим бокам вниз, прошлась по внутренней стороне бедра. Я напрягся. Я, конечно, был не против заниматься любовью с Андре ночи напролет, но мой зад еще помнил вчерашнюю ночь, и как-то не особо горел желанием повторить. Уж точно не сегодня. Я широко распахнул глаза, когда рука Андре оказалась у меня на паху. — Я шучу, расслабься, — проговорил он, оставляя на моих губах сочный поцелуй, слезая с меня и устраиваясь рядом. Фильм, который мы абсолютно проигнорировали, давно закончился. Андре убрал ноут на пол, мы разделись и забрались под одеяло. Я повернулся набок, и он придвинулся ближе, грудью прижимаясь ко мне, обняв меня поперек талии. От него исходило такое тепло, что зимой можно будет не укрываться теплым одеялом. — Лео, — почти шепотом позвал Андре, будто бы боялся, что нас подслушивают. — М? — Теперь я спрошу. — Валяй, — что-то заскребло на душе. «Каких мне скелетов придется вытащить наружу?» — Что тебя заставило сорваться и среди ночи приехать ко мне? Только не говори, что жутко соскучился. «Так. Уйти от ответа не получится». — Один человек. — Какой? — голос Андре был очень спокойным. Я чувствовал его горячее дыхание у себя на шее. — Можно я упущу этот момент? Андре кивнул. — И что же он тебе сказал? — Что видел тебя с другим. — И ты поверил? — Не то чтобы поверил, — я замялся. — Ему верить нельзя. — Но ты же приехал, не предупредив. А значит, поверил. «Дьявол!» — Да, я поверил, — резко ответил я, — Меня коробит от одной мысли, что рядом с тобой может быть кто-то еще, — моя неуверенность снова вылезла наружу и теперь потешалась надо мною. — Ты настолько не уверен во мне? — в голосе Андре я почувствовал упрек, смешанный с обидой. — Я не уверен в себе, — ответил я, смотря в темноту комнаты. — Не уверен, что я достаточно хорош для тебя. Не уверен, что ты выдержишь меня и все мои закидоны, мою ревность… — Андре не дал мне договорить, он повернул меня к себе лицом. — А теперь послушай меня, — сказал он, смотря в упор, и его глаза были темными. — Если я говорю тебе, что люблю — верь в это, если я говорю, что ты лучшее, что могло со мной случиться — верь в это. Все остальное не важно, никто не важен, кроме нас. Нам будет трудно — да. Но мы сможем все преодолеть. Временами будет казаться, что все катится в пропасть, будет хотеться послать все к чертям. Мы будем жутко бесить друг друга, — сквозь темноту я заметил, как Андре улыбнулся, и на сердце стало тепло, — Но я уверяю тебя, что бы ни случилось, я никогда не предам то, что у нас есть. — Я люблю тебя, очень, — прошептал я. — Я тебя больше, — последовал ответ, а за ним и нежный, ласковый, такой чувственный поцелуй, от которого закружилась голова. Андре целовался как бог. От одних его поцелуев можно было отдать душу. Он отстранился. Я снова повернулся на бок, и рука Андре опять оказалась у меня на животе. — Спокойной ночи, любимый, — послышалось над ухом, и горячие губы коснулись моей шеи. Похоже, моя шея для Андре стала чем-то вроде фетиша. — Спокойной ночи, — ответил я, сжимая его руку. Я был доволен, словно кот, объевшийся сметаны. Мы засыпали, подстраиваясь под дыхание друг друга. Все было идеально. Даже слишком.