Райские цветы

Слёзы священны. Они не признак слабости, а силы. Они посланцы огромного горя и невыразимой любви.

— Не волнуйтесь, всего лишь легкий ушиб, ничего серьезного. — поправляя вечно сползающие с большого носа очки, сказал доктор, добродушно улыбаясь. Настя, как и все участники группы, облегченно выдохнула, облокачиваясь на мягкую спинку стула. — Вот список лекарств. — протягивая маленькую бумажку с непонятными иероглифами Насте, сказал врач. — Я надеюсь, ваша девушка о вас позаботится, вам будет сложно передвигаться с больной ногой. — уже обращаясь к Кириллу, продолжил доктор. — Но мы не… — Настя, беря из протянутой руки бумажку, с «иностранными» символами, которые ей еще придется разгадать, хотела возразить, но получив неприятный удар локтем от Кирилла, замолчала. — Да, она позаботится. — Бледный старательно пытался скрыть смех, но, не сдержавшись, разразился в глупой истерике. Доктор, непонимающе посмотрев на него, поспешно удалился, иногда кидая подозрительные взгляды на парня. Сил на разборки с Кириллом за его неправдоподобный спектакль не было. Час, проведенный в мучительной комнате ожидания показался для всех вечностью. Пациенты, проходящие мимо и с сожалением смотрящие на группу, пугали их еще сильнее, а белые стены, пол и мебель неслабо давили на психику. Дотащить Кирилла до машины оказалось не так легко. Тряпочное, напоминающие куклу тело, беспомощно взвалилось на плечи Димы и Паши. — Блять, Кирилл, у тебя просто ушиб, а не перелом позвоночника. — начиная подозревать Бледного в «актерской игре», возмутился Паша. — Одно и то же. Ходить нормально нельзя в обоих случаях. — пожав плечами, ответил музыкант, еще больше облокачиваясь на товарищей. В голове проскользнули школьные годы. Кирилл отчетливо вспомнил, как в первом классе, на Новый год сцепился с одноклассником, который разделял его любовные чувства к какой-то старшекласснице. Естественно, девушка даже не знала об их существовании, но мальчики все равно верили, что дракой смогут привлечь ее внимание. К сожалению, что-то пошло не так, и вместо старшеклассницы, прибежал директор, который немедленно наказал обоих. Сидеть с ним на шестом уроке и слушать скучные лекции про воспитание и этикет, пока все гуляют на улице, было отвратительно и унизительно. Парень вспомнил, как в подростковые годы был «королем района». Этим званием, которое он получил за многочисленные выигрыши в драках, Кирилл очень гордился, и, первым делом, знакомясь с кем-то, обязательно называл свое почетное прозвище. Каждый день, певец приходил домой с новыми синяками и ссадинами. Мама, увидев у сына запекшуюся кровь на коленках, лишь в ужасе вскрикивала, сразу же обрабатывая раны. Бледный словно почувствовал ту немного пощипывающую боль от перекиси, которая всегда лежала в аптечке на старой кухне. От ностальгии на лице расплылась глупая улыбка. Сейчас Кирилл тоже был бы не против, чтобы мама обработала ему опухшее и посиневшее колено. Ушиб доставлял певцу жуткий дискомфорт, из-за чего он правда не мог передвигаться самостоятельно. Почувствовав себя снова «королем района», Кирилл через боль улыбнулся, стараясь не прослезиться от теплых воспоминаний. Спустившись с огромной «ношей» вниз, они таким же медленным и тяжелым шагом направились к машине. — А что в итоге с концертами? — в первую очередь спросил Дима, будучи самым трезвым, садясь за руль. — Перенесли на пару недель, все вроде довольны. Фанаты конечно взбунтовались, но вроде поняли нас. — ответил Паша, утыкаясь в телефон. — Ну ты хорошо хайпанул, Кирилл. Теперь твое звездное падение увидит весь интернет. — саркастично пошутил Дима, смотря на реакцию Бледного через переднее зеркало. Кирилл предпочел молчать, чтобы понервировать Гончаренко. Впрочем, этого не произошло и все уткнулись в телефоны, занявшись своими делами. — Кстати, Кириллу теперь нужна сиделка. — многозначительно смотря на Настю, после долгой паузы сказал Дима. — Пусть наймет, это не так дорого. — не обращая внимания на намеки Гончаренко, предложила девушка. — Зачем тратить деньги впустую? У нас и своя есть. — продолжая яростно намекать, сказал Дима, стараясь не отвлекаться от дороги. Попасть в аварию ему хотелось меньше всего. — Не знала, что ты, Дима, еще и сиделкой подрабатываешь. — съязвила Настя, приподнимая уголки губ. Гончаренко раздраженно вздохнул, чуть не выпустив при этом руль из рук. — Понимаешь, это по большей части женская профессия, и ты, Настя, отлично для нее подходишь. Девушка хотела выдать очередную колкость, но остановилась, вспоминая все то, что сделал для нее Кирилл. Как он спас ее в ту адскую ночь, написал ей тогда в Инстаграм, тот поцелуй… Стало противно с самой себя. Неужели она не может просто пару недель посидеть с ним, тем более когда у нее столько свободного времени? «Щенячьи» глаза Кирилла лишь усугубляли это. Поблагодарив разум за вовремя включившиеся мысли, Настя выдохнула, стремясь успокоиться. — Ладно, ты прав. Я могу посидеть с Кириллом эту, и, если надо, следующую недели. — ругая себя за то, что получилось слишком безразлично, наконец ответила Настя. Кирилл победно посмотрел на девушку, искривляя губы в хитрой усмешке.

***

Тащить около 70 килограмм на восьмой этаж оказалось еще сложней. Лифт конечно же сломался, поэтому пришлось подниматься по лестнице. Чуть не упав сто раз, они наконец доползли до заветной квартиры. — Я зайду завтра, а сейчас мне пора, уже поздно. Пока, не скучайте. — последняя фраза снова была сказана двухсмысленно, поэтому Дима получил возмущающийся взгляд, но теперь только от Насти. Попрощавшись со всеми, пара зашла в желанную квартиру. Точнее, Настя зашла, а Кирилл дополз, всем весом облокачиваясь на хрупкое тело девушки. Усадив музыканта на потрепанное кресло, она стала судорожно искать постельное белье в шкафу. — Верхняя полка слева. — увидев тщетные попытки Насти найти что-то нужное в его бардаке «типичного холостяка», подсказал Кирилл. — Когда ты в последний раз убирался? — вставая на носочки и еле дотягиваясь то огромной кучи всевозможных простыней, озадаченно спросила девушка, в итоге сваливая на себя все. Кирилл громко рассмеялся, сразу получил подушкой по лицу. — Эй, так нечестно! Я, считай, инвалид. — поднимая подушку с пола, возмутился Бледный, попадая «оружием» прямо в Настю. Девушка, недолго думая, накинулась на музыканта. Ожесточенная борьба внезапно закончилась тем, что Настя обнаружила себя спокойно сидящей на коленках у Кирилла. Она резко встала, желая поскорее продолжить запихивать огромный плед в пододеяльник. Но осуществить это не получилось, так как руки Кирилла неожиданно обвились вокруг ее талии, не давая двигаться. — От…отпусти. — с небольшим испугом, словно взмолилась девушка. После нескольких попыток изнасилования, в ее мыслях всплывали неприятные воспоминания, которые она отчаянно пыталась забыть. Кирилл, не послушав девушку, прижал ее к себе еще больше, утыкаясь носом в залакированные волосы. Даже стойкая пенка для волос не перебивала его обожаемого запаха райский цветов. На музыканта снова напал страх потери. Внезапно появившиеся в глазах слезы норовили вырваться и спуститься тонкими ручейками по щекам. Настя, все еще напряженно сидя, снова попыталась встать, и снова тщетно. Кирилл вцепился в нее будто маленький мальчик в плюшевую игрушку. Легкая детская наивность смогла слегка расслабить Настю. Невинные обнимания неожиданно переросли в непринужденные прикасания рук. Флешбэки неприятным током ударили по вискам. Девушка почувствовала себя беспомощной куклой, а слезы сами полились из кристальных глаз. Пьяный разум Кирилла тем временем продолжал мимолетно пробегать по телу Насти, пробивая ее до ужасающих мурашек. Когда настойчивые руки дошли до широкой майки, слезы градом полились из глаз девушки, оставляя влажные следы на тонких пальцах музыканта. Снова тошнота от самой себя подступила к горлу. Почему она такая беспомощная? Почему нельзя просто с силой его оттолкнуть? Может, ей нравятся его прикосновения? Настя сразу же откинула эти мысли, но вставать не собиралась. Также быстро и неожиданно начавшись, слезы перестали капать из покрасневших глаз. Кирилл, почувствовав, что девушка расслабилась, начал медленно, но настойчиво снимать с нее футболку. Оголив бледные ключицы, музыкант оставил несколько розоватых пятен около шеи, вызывая у Насти слабые стоны наслаждения. Приятная эйфория разлилась по телу. Кирилл продолжил поглаживать иногда подрагивающие плечи и опустил свою голову в мягкое ложе, состоящее из рыжих волос девушки. Пара в блаженстве прикрыла глаза, наслаждаясь моментом приятной тишины. Не желая выходить из данной позы, они неподвижно сидели, вдыхая летающую в воздухе эйфорию. Буквально через пять минут таких объятий, Настя услышала тихое сопение, а повернувшись к Кириллу увидела, что парень сладко спал, несмотря на сидячее положение. Девушка попыталась встать, но музыкант, все еще напоминая маленького ребенка, не выпускал ее из крепких рук, как плюшевого мишку. Подождав, когда хватка ослабится, Настя легла на так и не застеленную кровать. По-матерински поцеловав Кирилла в лоб и нежно погладив по голове, слегка растрепав темные волосы, девушка с головой укрылась пледом, сворачиваясь в комочек. Несмотря на усталость, сон не шел. Мысли закружились в голове бесконечным хороводом, не давая девушке уснуть. — Я тоже не хочу спать. — голос Кирилла вернул Настю в реальность, заставляя резко подскочить от испуга. — Знаешь, без тебя я не могу уснуть. Мне обязательно надо обнимать кого-то. Желательно, кого-нибудь с мягкими рыжими волосами, карими большими глазами и нежной, детской кожей. Смутившись от количества комплиментов, Настя отошла к окну, по пути доставая из валяющийся на полу сумки пачку сигарет. Послышались вздохи и шорох сзади. Обернувшись, девушка увидела ковыляющего к ней на одной ноге Кирилла. — Ну не сидеть же мне, пока ты куришь. — оправдался парень, доставая из пачки последнюю сигарету. Приятное молчание лишь иногда прерывали крики сов или тихий шум ветра. Любуясь на ночную Москву, им не нужны были слова. Глупые улыбки и сверкающие глаза говорили все за хозяев, которые безмятежно стояли у открытого нараспашку окна, не боясь любопытных соседей, и тяжело затягивались любимыми сигаретами «Мальборо Голд».